36

Как только Джейн и инспектор вошли в полицейский участок, им навстречу поднялась пожилая дама в коричневом платье, подпоясанном кокетливым серебристым ремешком.

— Мистер Рейнфорд! Случилось ужасное! — возвестила она, бухнув обтрепанную кожаную сумку на стол.

Миссис Пампкин, сидящая на своем рабочем месте, вытащила из-под сумки исписанный лист бумаги и демонстративно закатила глаза.

— Мою Симону похитили! Ее убили, я чувствую! — продолжила стенать женщина.

— Еще одно убийство? — испугалась Джейн.

— Она такая доверчивая! Ласковая! — стащив с головы соломенную шляпку и прижав ее к груди, сообщила гостья. — Клевала зернышки у меня с руки и хоть бы раз оцарапала. А перышки нежные, гладкие, чистый шелк!

— Я сделаю чай, — сказала миссис Пампкин и, проходя мимо инспектора, шепотом добавила: — Нет уже сил это слушать.

— Миссис Бервиль, успокойтесь, — попросил мистер Рейнфорд и, глянув на стол, сказал: — Миссис Пампкин уже оформила ваше заявление, я обязательно с ним ознакомлюсь.

— Сделала все в лучшем виде! — донеслось до них из глубины дома. — Но особые приметы полностью запротоколировать не удалось.

— Да, — подтвердила миссис Бервиль и, схватив инспектора за рукав, с придыханием пробормотала: — Черные перья, такие блестящие, что в них можно смотреться как в зеркало. Шесть зубчиков на гребешке. Походка точно у королевы: важная, неспешная.

Приосанившись и вернув шляпу на макушку, миссис Бервиль медленно прошлась по приемной, слегка растопырив локти.

— Но главное… — остановившись посреди комнаты, женщина откашлялась, приподняла подбородок. — Кооо-ко-ко-ко. Я узнавала ее по голосу. Очень нежный тембр для курицы! Симона была моей любимицей. Сидела со мной на крылечке. И теперь, стоит мне представить, что кто-то жестоко вонзил нож в ее доверчивое сердечко…

Вынув из объемной сумки платок, женщина шумно в него высморкалась.

— Миссис Бервиль, — инспектор осторожно похлопал ее по плечу. — Не стоит так горевать. Куриный век недолог…

— Я знаю, кто убил Симону, — с яростью прошипела женщина сквозь зубы. — Это миссис Хокинс. Ей моя Симона как кость поперек горла. Классический черный орпинтгон. Вот увидите, за этой породой будущее. А вовсе не за ее полудохлыми пеструшками, которые едва толще голубя. А может, — глаза ее прищурились с подозрением, — это могла быть и миссис Доуксон. Две старые клячи заодно!

— Послушайте, миссис Бервиль, сейчас начинается волчье время, — произнес инспектор, сохраняя невозмутимое выражение лица. — Скорее всего вы не первая жертва ритуала…

— Пятая на сегодня, — выкрикнула из кухни миссис Пампкин.

— В Вуденкерсе верят, что таким образом можно защититься от волка, который приходит из леса, — продолжил мистер Рейнфорд, быстро глянув на Джейн. — Вы уже знаете, что в поместье Олдброков произошло убийство?

— Слышала, — кивнула миссис Бервиль. — Как не слышать. Бедная Марта. Уж на что была дурная девка, а все человек…

— Вот именно. И если случится так, что жизнь вашей Симоны спасет какого-нибудь человека, неужели это не большее, на что только способна курица?

Миссис Бервиль умолкла и нахмурилась, пытаясь осознать слова мистера Рейнфорда.

— Если Симона совершит такой подвиг, пусть и ценой своей собственной жизни, то наверняка это зачтется ее хозяйке на Страшном Суде, — добавила миссис Пампкин, возвращаясь в приемную с подносом в руках. — Джейн, пойдемте-ка в гостиную, там меньше дует.

Кивнув, Джейн пошла за секретаршей мистера Рейнфорда, оставив того наедине с безутешной хозяйкой Симоны. Женщина продолжила страдать, но уже без первоначального надрыва.

— Похолодало, — заметила миссис Пампкин, ставя поднос на столик и вынимая из громоздкого шкафа плед. — А вы, Джейн, не привычная к холоду и сырости, так?

— Пожалуй, — согласилась Джейн, хотя особой тоски по пыльным прериям и жаре она не испытывала. В прохладной Англии ей словно дышалось свободнее. Ничего удивительного, если ее корни здесь, а сама она — вервольф. Прикусив губу, чтобы не расплакаться, Джейн уткнулась в чашку чая, поданного добросердечной секретаршей инспектора.

— Что за день, — вздохнула та, укутав Джейн пледом и взяв чашку и себе.

— Кооо-ко-ко-ко, — донеслось из приемной.

— Увы, мне так и не удалось убедить миссис Бервиль смириться с утратой, — добавила секретарша. — Остальных получилось пристыдить, усовестить, ведь куда это годится — отнимать время на поиски кур, когда инспектор занят расследованием убийства.

— А вы что думаете по поводу Марты? — осторожно спросила Джейн.

— Рано делать выводы, — уклончиво ответила миссис Пампкин. — Я пока не успела ознакомиться с наблюдениями мистера Рейнфорда. Он должен запротоколировать все детали, с утра я все прочитаю, и вот тогда…

— Он вам позволяет?

— Нет, конечно, — улыбнулась миссис Пампкин. — Но мы ему не скажем, правда?

Джейн кивнула. Чай пах малиной и медом, плед был теплым и мягким, и она немного успокоилась.

— Мое предложение о переезде все еще в силе, — добавила женщина. — Я вижу, вы сама не своя из-за убийства. Вам наверняка будет спокойнее здесь, чем в поместье.

Джейн обвела взглядом гостиную, которой явно пользовались не часто: зеленые шторы в мелкий рубчик, темная мебель укрыта чехлами, на комоде фотография в рамке: толстый румяный мужчина с залихватскими усами, а рядом с ним миссис Пампкин, моложе лет на десять и очень счастливая.

— Мы жили здесь с мужем, но после его смерти я переехала, — сказала она ровным тоном. — Наверху две спальни, кухня и ванная. Конечно, если вы останетесь в одном доме с мистером Ррр и об этом станет известно, то наши кумушки из книжного клуба сточат себе все языки.

Джейн кивнула. Это стало таким неважным: чужое мнение, сплетни, слухи. По сравнению с тем, что она, возможно, чудовище, весь книжный клуб во главе с мисс Блювенгейз выеденного яйца не стоил.

— Мистер Рейнфорд ведь инспектор полиции, — сказала она неуверенно. — Это почти как доктор.

— Ну да, ну да, — с долей иронии согласилась миссис Пампкин. — Это он вам так сказал? Джейн, я могу выделить вам диван в своей гостиной. Я живу вниз по улице, дом совсем маленький, но мы сможем сделать так, чтобы вам было удобно.

— Спасибо, вы очень добры, — улыбнулась Джейн через силу. — Но я вернусь в поместье. У нас с миссис Олдброк остались нерешенные вопросы.

Она припрет ее к стенке. Она заставит ее рассказать все!

— Поймать вам кэб? — миссис Пампкин, встав, сдвинула штору и, махнув рукой и разогнав поднявшееся облачко пыли, обеспокоенно посмотрела в окно. — Вот-вот начнется гроза. Вы видели молнии над лесом?

В подтверждение ее слов вдалеке прогрохотал раскат грома. Хлопнула входная дверь, а следом в гостиную вошел инспектор.

— Не надо кэб, — сказал он. — Мы с мисс Уокер еще должны кое-что выяснить.

Он сел в свободное кресло напротив и взял чашку в ладони.

— Миссис Бервиль забрала заявление, — сообщил он тоном победителя.

— Как вам это удалось? — с искренним восхищением спросила секретарша.

— Сочувствие, внимание и шантаж. Я спросил, чьей кровью она обмазала свой порог, и глазки миссис Бервиль так и забегали.

— Наверняка и ваша харизма подействовала, — чуть завистливо сказала миссис Пампкин. — Что ж, — она перевела взгляд с инспектора на Джейн и обратно, — если вы не против, мистер Рейнфорд, я пойду домой. Столько дел… И дождь вот-вот начнется…

— Конечно, — кивнул он. — Доброго вечера.

— И вам тоже, обоим, — многозначительно добавила она и быстро ушла. Дверь снова хлопнула, а после Джейн услышала, как в замке повернулся ключ.

— И вот мы одни, — произнес инспектор Рейнфорд, глянув на Джейн. — С чего начнем?