Глава 66. Галеон

Я не понимала, почему этот разговор поселил такую вязкую тучу в отряде, но даже когда мы вышли из леса и слегка замедлились, легче не стало. Все двигались в абсолютной тишине, будто понимали друг друга без слов и лишних движений. Марк вывел нас к большому тракту, где периодически нам попадались как пешие люди, так и длинные караваны с повозками.

Только когда лошадь перешла на шаг, я заметила, как редко и коротко дышала всё это время. Голова закружилась и, даже схватившись за гриву, стала заваливаться набок. Марк вовремя меня подхватил и тут же остановил коня.

— Что случилось? Тебе плохо?

Он быстро развернул моё лицо к себе, обеспокоенный взгляд блуждал, но никак не находил то, что хотел. Эйва очень быстро подскочила к нам и протянула руку, коснулась моего лба. Я мотнула головой.

— Всё нормально.

— Ненормально, — рыкнул он и взглянул на Эйву.

— Лёгкая слабость, но в остальном норма.

Остаток пути до деревни прошли шагом. Марк то и дело спрашивал, как себя чувствую, а я всё отмахивалась. Мысли роились вокруг Кристин, сапфира моего и того, что нашла у неё на шее. Нужно обязательно показать ожерелье Марку, но только найти подходящий момент.

Как и обговаривали, мы остановились в крупной таверне. Лаарс с ещё парочкой парней ушли заниматься лошадьми, остальные расселятся по комнатам. Владелец постоялого двора сразу же предупредил, что места мало и придётся ютиться по двое в одной кровати. Эйва потянул меня к себе и, надув губы, сказала, что не согласна отдавать в лапы всяких горячих головешек. Марк закатил глаза, но промолчал, оплатил четыре комнаты и пару часов в бане.

С самого прибытия в таверну была погружена в свои мысли и совершенно не обращала внимания на всё, что происходит вокруг. Значит, этот маленький сапфир создала не я, но почему Марк обвинил именно Флоренцо. Голова пухла от догадок и вопросов. Значит ли эта реакция, что Стринг не врала и действительно встречалась с Ашфордом. Зачем он тогда себя так вёл со мной?

Эйва долго трясла меня в бане и требовала выплыть из киселя, как не сопротивлялась, но она всё-таки добилась своего. И мало помалу я стала вникать в разговоры, охотнее включалась в обсуждения и к ужину почти забыла причину своих тревог.

Девочки поделились со мной одеждой, утащили с собой на самый край стола. Подальше от «ничего не понимающих мужланов». И очень долго и упорно кормили разнообразной едой. Те самые запечённые мерелики показались мне горьковатыми, тогда девочки предложили рагу по-галеонски, оно выглядело почти как обычно за исключением необычного пряного аромата. Мясо ткерана таяло на языке, а овощи были такими сладкими, что я прикрывала глаза от удовольствия.

Эйва довольно хихикала и постоянно предлагала мне запивать всё тёмным напитком. Он был с лёгкой горчинкой, терпимой и очень подходящей ко всему блюду, но чем больше пила, тем больше у меня кружилась голова, а на душе становилось веселее. Так что уже через час, совершенно не стесняясь, обсуждала с девочками всё, что только в голову приходило.

— И он, вы представляете?! — я развела руки в стороны, рисуя огромный шар, — во-о-о-от такенный шар призвал. Я так перепугалась!

Эйве было до жути интересно, как я познакомилась с Марком, и как-то плавно мой рассказ перешёл к последней стычке с Артуром. Я размахивала руками, совершенно не стесняясь делилась, как переживала перед таким красивым моим жестом, как гордо вытащила свой козырь, и потушила огонь.

Кви, не сдерживаясь, зааплодировала, Эйва подхватила, а я, залившись краской, спрятала взгляд в большой кружке. Это был момент моей гордости, за который даже Клаус похвалил. Грудь приятно грело от похвалы и признания моих новых друзей.

— Девочки, завязывайте.

Марк, до этого, пытавшийся нас, рассадить постоянно поглядывал через весь стол. Он махнул рукой, явно призывая всех разойтись. Эйва надула губы и жалобно протянула:

— Ну мы же не дети, дай отдохнуть и отметить.

— Рано, вот будем в Мурнитасе там и закатите вечеринку.

— Вот же злюка, — Эйва отмахнулась и нарочито громко добавила, — неужели бесишься, что любовь свою не забрать.

— Тебя это не касается, — Марк произнёс слова медленно, грубо отёсывая, — а теперь собралась и ушла в свою комнату. Хватит всех спаивать.

— Зануда, — Эйва стукнула пустой кружкой о стол.

Над всеми зависла тягучая тишина, казалось, напряжением можно было резать ножом, да коснись лишь кончиком пальца, и она лопнет, как спелая ягода. Поёжилась и уставилась на остатки тёмного напитка.

— Кви, — тихо шепнула, привлекая внимание, — а что это?

— Эль… — удивлённо протянула девушка, — ты что никогда не.

Она недоговорила, надо мной навис Марк, мягко опустил руки на плечи. Квилла предпочла не смотреть на командира и сделала ещё глоток из своей кружки. Остатки моего напитка одним махом осушил Марк, какое-то время удивлённо смотрел на дно, на меня, на Кви, а потом тихо спросил:

— Вы что весь вечер поили её элем?

— Ну она девочка взрослая, — буркнула Кви.

Марк тяжело вздохнул, ляпнул пустой кружкой о стол, подражая Эйве, и поднял меня на руки, так быстро, что я вцепилась ему в плечи, потеряв равновесие. Голова закружилась, картинка перед глазами поплыла.

— Доедайте и спать, у нас впереди ещё долгая дорога. Доброй ночи.

Уткнулась в плечо Марка и всеми лёгкими вдохнула его запах. После бани к пряностям и пеплу добавился ещё аромат трав, свежих и мягких. Прикрыла глаза, в его руках я качалась, как на самой нежной перине.

— Сколько ты выпила?

— Ч-что? — язык еле ворочался во рту.

Оторвала голову от плеча, но взгляд не смогла сфокусировать сразу. И несколько мгновений лицо Марка было расплывчатым. Я словно видела его впервые и жадно всматривалась, пытаясь вспомнить и одновременно хорошенько запомнить.

— Я понял, — он вздохнул, — держись крепче.

Послушно обвила его шею. Ашфорд, держа меня одной рукой, открыл дверь комнаты. Это было совсем маленькое помещение с кроватью, где едва поместятся двое взрослых. Ещё днём Марк долго спорил с Эйвой и настоял, что сам будет спать со мной в комнате. Только на полу.

Он мягко опустил меня на кровать, коснулся лба, заглянул в глаза, снова вздохнул и наклонился к своей походной сумке. Долго рылся, достал какой-то пузырёк и, цокая, искал что-то в комнате.

С момента, как мы сбежали из академии, Марк стал совершенно другим. Отстранённым и холодным, больше не шутил и не подтрунивал. От этого оставаться с ним наедине было ещё сложнее. Будто я больше не знала этого человека.

— Я сейчас дам тебе кое-что, оно горькое и неприятное, но так наутро тебе будет легче.

— Зачем? — внимательно следила за ним, хоть и не поспевала.

— Ты слишком много выпила.

— Но было так вкусно, — широко улыбнулась.

— Не сомневаюсь, — Марк снова вздохнул.

Болтала ногами с края кровати, пока Огонёк бродил по комнате. Эль расслабил и заметно развязал язык, поэтому мысли долго не роились в голове, а сразу попадали на язык. Хоть и хотелось его прикусить, но остановится не могла.

— Эйва была права?

— Насчёт чего? — он замер с кружкой в одной руке и пузырьком в другой.

— Что ты хотел кого-то ещё из академии забрать. Извини, если бы я…

— Тебе не за что извиняться, — он сунул мне кружку в руку и строже приказал, — пей.

Я недоверчиво сперва понюхала в зелье, оно никак не пахло, нахмурилась и взглянула на Марка. Голова слишком сильно запрокинулась, и я ойкнула, почувствовав, как хрустнули позвонки. Огонёк присел рядом и поддерживая, заставил выпить содержимое кружки. Было ужасно горько, так что к концу я закашлялась.

— Гадость, зачем ты мне это дал?

— Чтобы на завтра ты могла держаться в седле, — он набрал в кружку воды и протянул обратно, — запивай и спать.

Отвернулся, достал из сумки несколько пледов и стал расстилать у моих ног импровизированную кровать. Пока я медленно пила, Марк устраивался на полу, сумку с вещами под голову, доспехи на комод. Подняла ноги к груди и всё, ещё держа кружку, вздохнула.

— То, что вы сказали о Кристин… — Марк замер спиной ко мне, — то, что она погибла из-за Флоренцо.

— Не бери в голову, это несчастный случай, — он отрезал, не желая говорить.

— Не перебивай меня, — тыкнула в его сторону кружкой и добавила строже, — я первая её нашла, там на полу.