Глава 65. Хижина в лесу

Засыпать было тяжело, я долго ворочалась, крутила в голове всякие мысли. Стихия беспокойно кружила вокруг, но все её попытки облегчить моё состояние быстро сходили на нет. Я вспоминала, как Марк вёл себя в академии, как общался с девушками, а ещё мучилась от любопытства. Кто та, за кем он следил? Кому подготовил амулет защиты?

Перевернулась на спину и окончательно сдавшись, открыла глаза. Надо мной виднелся небольшой кусочек яркого ночного неба. Маленькие звёздочки то тут, то там мерцали, будто подмигивали. И где-то среди тёмно-синего неба плыла едва заметная сизая дымка, словно толстая и неповоротливая змея.

— Всё хорошо?

Тихий голос Марка раздался рядом, я повернулась к нему и кивнула, чуть улыбнувшись. Делиться своими мыслями совсем не хотелось. Не буду же я напрямую спрашивать, за кем всё это время присматривал Ашфорд? Хотя очень хотелось узнать.

Молчание затягивалось. Марк подсел ближе и склонился, слегка закрыв от меня небо. Несколько минут всматривалась в загорелое лицо, серьёзный и внимательный взгляд. Сердце неумолимо стучало быстрее и громче, приложила руку к груди, надеясь, что он не услышит.

— Просто не спится, — прервала тишину.

— Поспи хоть немного, завтра до заката нужно пересечь границу, а там дальше смогу взять тебе отдельную лошадь и будет чуточку проще.

— Но я не умею, — удивлённо протянула и прикусила губу, — я никогда не ездила на лошади.

— Я думал... — он смутился и выпрямился, — прости, тогда, наверное, лучше будет взять экипаж.

— А можно с тобой? — я задержала дыхание и сжала тонкий плед.

Марк снова взглянул на меня, наклонил голову вбок и какое-то время молча разглядывал, будто не понял ни единого моего слова.

— Но мы и так будем вместе, — кашлянул и добавил, — в смысле пока я не доставлю тебя в гильдию.

Кивнула и не решилась сказать что-то ещё. Настаивать в моём положении не самая хорошая идея. Марк подсел ко мне поближе и легонько коснулся плеча, по телу медленно разлилось тепло. Его сила нежно окутывала в мягкий кокон. Абсолютно без слов он продолжал воздействовать, чтобы успокоить, помочь уснуть. Хотя сам планировал всю ночь сидеть. Я слегка нахмурилась, взяла его за руку и потянула к себе. Марк не сдвинулся ни на миллиметр и удивлённо смотрел в ответ. Я потянула ещё, и он слегка наклонился.

— Тебе тоже нужно поспать… — прошептала, когда его лицо оказалось совсем близко.

Он заметно растерялся, медленно кивнул и ответил путаясь:

— Я посплю. Ну в смысле вздремну.

— Но не сидя же! — шикнула и снова потянула за руку, — ложись рядом!

Марк смотрел на меня удивлённо, но подчинился и аккуратно лёг. Сердце едва ощутимо дрожало и спряталось куда-то в пятку. И зачем заставила его лечь? Теперь не только от силы, но и сама краснела и разгоралась не хуже огненного мага. Слабые потоки кружили и распаляли кокон, расширяя его и на Марка.

Он и сам будто замер, его глаза, и без того тёмные, сейчас стали почти чёрными и смотрели прямо. Поёжилась. Зря я это, разозлила, ну как пить дать. От Ашфорда едва заметно завибрировал воздух, он точно раскалялся. Быстро выпустила руку и опустила взгляд.

— Прости, — назад уже нельзя, так что ляпнула первое попавшееся, — н-но мне так лучше будет спаться.

Марк не ответил, медленно выдохнул и ослабил кокон. Он разгорался, хотя и совсем не так, как Клаус или Виктор, его жар не жалил, не делал больно, лишь обогревал как костёр. Понемногу сердце успокаивалось, и я привыкала, что он лежит близко. Так что каждый его выдох достигает моего лба, щекочет. А запах пряностей и золы смешивается с лесным мхом.

Проснулась под утро от шебуршания и тихого, бурчащего голоса. Шевельнула плечами и замерла, чувствуя, как меня крепко прижимают две знакомые, тёплые руки. Вдохнула всей грудью, и нос защекотали ворсинки кофты. Выглянула из-под ресниц. Марк обнимал меня, крепко спал и что-то бурчал во сне, лишь едва приоткрывая губы.

Проморгалась, но наваждение не исчезло. Я не помнила, как уснула, но сейчас лежала в объятьях Марка, а он так крепко спал, что разговаривал во сне, хотя разобрать что-то не получалось. Смотрела на его хмурящееся, почти скалящееся на кого-то во сне лицо и не могла оторваться. Интересно, что сейчас снится Ашфорду.

— Крыса! — рыкнул он и прижал меня сильнее.

Я тихо пискнула перед тем, как впечаталась в грудь Марка. С одной стороны, приятно, конечно, но дышать почти невозможно! Сердце гулко забилось в груди, я упёрлась руками и попыталась вынырнуть, чтобы сделать всего глоток. Хватка внезапно ослабла, снова подняла взгляд. Марк уже не спал.

— Прости, — он слегка улыбнулся и разомкнул руки.

На теле остались тёплые следы, которые быстро остывали, а сердце неприятно заныло и требовало ещё. Я тут же замотала головой.

— Всё нормально!

Но Марк уже поднимался, потянулся и, широко зевнув, отправился за снаряжением. Я скривилась и с головой накрылась пледом.

Завтракали быстро, в отличие от вечера, сейчас ранним утром в лагере было тихо. Даже ложки почти не стучали по посуде. Все были напряжёнными и собранными. Эйва, которая вчера перед сном всё шутила и журила всех, не проронила ни слова.

Марк, как и вчера, посадил меня перед собой. Второй день в седле казался легче только первые пару часов. Потом мои ноги и руки снова устали, я не чувствовала пальцев и держалась только благодаря ветрам, что продолжали следовать и помогать насколько возможно. Вот так на ходу применять свою силу пока не получалось.

Небольшая лесная хижина появилась словно из ниоткуда, черныш не сразу остановился, и мы сделали круг. Домик был покосившийся на одну сторону, заросший мхом, с малюсенькими тёмными окнами. Вся группа столпилась у входа и не спешиваясь, ждала, будто избушка сама сейчас встанет и поведёт нас куда-то. Марк цыкнул и крикнул:

— Флоренцо, вытаскивай свою задницу, у нас нет времени!

В ответ тишина, внутри будто никого не было. Я поёжилась от неприятных ощущений. Лес здесь был особенно тёмным, зловещим, что ли. И эта избушка была словно ожившая из страшных сказок.

Марк слез с коня, передал узду Эйве и быстро зашагал к хижине. Он скрылся в темноте домика и очень скоро оттуда послышался ойк и грохот. На порог плюхнулся парень. Он был растрёпанным, злым и полуголым. В следующую секунду ему на голову упала какая-то одежда.

Флоренцо вскочил, стащил с макушки рубашку и, поспешно одеваясь, смотрел куда-то в темноту домика. Там стоял странный грохот. Парень немного пригладил свои пепельные волосы, несколько раз подпрыгнул и коротко выдохнув, вскочил в домик. Эйва рядом со мной хихикнула.

Грохот прекратился всего на секунду, а в следующую на пороге появился Марк. В одной руке он за шкирки держал Флоренцо, а в другой небольшой чемодан. Он снова без капли сожаления швырнул парня вперёд под ноги лошадям, а вот чемодан уже более заботливо передал Кви.

— Ты либо шевелишься и едешь с нами, либо добираешься домой сам, — резко отрезал Марк, пока взбирался на коня.

— Да что я тебе сделал?! — крикнул в ответ Флоренцо.

— Из-за тебя, дерьма кусок, весь план пошёл коню под хвост! Шульцам доложили о слежке, в академии умерла ни в чём не повинная девушка, а ещё ты потерял накопитель Авы, — Марк замолк ненадолго только для того, чтобы взять побольше воздуха в лёгкие, — Это я молчу о том, сколько денег ты спустил на поездку и девушек, пока развлекался. Так что будь добр, подними свою задницу и хотя бы не мешай вернуть тебя обратно к папочке.

— Я не просил тебя быть моей нянькой! — рыкнул парень в ответ, — И вообще я пытался помочь.

— Тебя никто не просил.

— Да если бы не я, ты бы так и носился за пустышкой Стринг.

— Она была бы жива, если бы не ты! — крик Марка обжёг мой затылок.

У меня перехватило дыхание. Весь отряд, до этого со снисходительными улыбками наблюдавшие за перепалкой, замолкли и принялись усиленно рассматривать собственные руки. Я замерла, ощущая спиной жар Марка, пусть он и сдерживался, старался не касаться им меня.

Флоренцо медленно поднялся с земли. Он стоял понуро, будто нашкодивший школьник. Сделал несколько шагов к парню со шрамом, тот подвинулся и помог взобраться в седло. В абсолютной тишине мы продолжили путь. Сердце трепетало. Старые неприятные вопросы поднимались из глубин души, скребли и ныли.

Смерть Кристин стала случайностью. Ужасной случайностью, к которой я всё-таки имею косвенное отношение. И, похоже, именно она была той девушкой, о ком Марк пытался заботиться. Эта мысль холодным лезвием резануло сердце.