Глава 4

Я рассматривала свое отражение в гладкой зеркальной поверхности, поправляя тесемки от платья, расправляя пышную юбку из темно синей мерцающей тафты с красивым, но откровенным лифом. Открытая спина была, перетянула несколькими тонкими жгутиками, и, закончив, я набросила на плечи удлинённый фрак на одной пуговице, который скрывал пикантную деталь моего платья.

Фиция вошла в комнату и со стоном опустилась на край постели, с тоской покосившись на дорогущий букет, который продолжал ждать своего внимания, лежа на моей подушке.

— Вот и пришел этот день, дорогая. — Она ссутулила плечи и, подняв глаза, ласково улыбнулась, протягивая ко мне руки.

Я опустилась на пол, укладывая голову на коленях женщины, и закрыла глаза, еще не до конца понимая, что происходит, в каком направлении мне двигаться. Словно мир, стойко стоявший до этого момента, резко дёрнулся, обрушивая на меня сотни коробок, полных переменами и неожиданностями.

— Я не могла ему отказать. — Виновато сказала она, проводя изящными пальцами по собранным в прическу кудряшкам.

— Я понимаю. — Я подняла голову и поймала ладони женщины. — Ты много для меня сделала Фиция. Я никогда не забуду этого.

Он сжала губы в смятой улыбке, сдерживая выступившие на глазах слезинки и часто заморгав ресницами, сдавленно рассмеялась:

— Все что угодно, милая, только не открывай свой дом утех! Я тебе точно не конкурент! Старушка Фиция разориться на старости лет.

— Если эта история закончиться благополучно, я вернусь к тебе Фиция. — Сказала я вполне серьезно, от чего женщина удивленно приподняла брови.

— Тана, милая, зачем? Ты же будешь свободной, и можешь делать все, что заблагорассудиться.

— И я хочу быть здесь. Это мой дом. Прошу, не отдавай никому мою комнату! — Я вполне серьезно погрозила пальцем, вызывая на печальном лице хозяйки улыбку. — Мы еще не знаем, чем это все закончится.

Она взяла в руку мою ладонь, разворачивая тыльной стороной вниз, и мягко повела кончиками пальцев по нежной коже запястья, вызывая свечение. Голубой светлячок медленно поднимался из моей кожи, возвращаясь к своей хозяйке, снимая с моей ауры ее печать.

— Вот ты и свободная женщина. — С грустной улыбкой заметила Фиция. — Пусть ненадолго, но все же.

— Я уже была свободной. — Подметила я, каждый раз, внутренне сжимаясь от тех воспоминаний.

Женщина кивнула, понимая, о чем я.

Чтобы завершить и без того затянувшееся прощание, я поднялась и открыла дверь, призывая всех свободных девушек на помощь. Каждая смотрела на меня с нескрываемым любопытством и искренним удивлением, не веря в то, что я покидаю стены дома утех тетушки Фиции. Я с улыбкой свалила на хозяйку заведения придумать причину моего отъезда и все его подробности и, озвучив свою просьбу, ловко и привычно опустила на лицо очередную маску из такой же, как и платье синей тафты.

Конечно! Я все еще огонек Марсала! Мое лицо только для избранных!

Каждая девушка подхватывала одну из многочисленных сумок и обнимала меня на прощание, желая удачи и с наставлением непременно заходить в гости. Когда все мои сумки были вынесены в просторный, по-праздничному отделанный холл, я проверила беглым взглядом свое, теперь уже прошлое пристанище и, подхватив огромный букет, вышла, запирая дверь личным маг-ключом.

Широкая лестница, застеленная мягкими и непременно чистыми коврами, приглашала меня спуститься, и когда я решилась преодолеть хотя бы одну ступеньку, тихий голос Фиции прозвучал оглушающе:

— Он понял, откуда ты. — Я не ответила, только сглотнула плотный комок, и сделала глубокий вдох, напуская на лицо привычную холодно-томную улыбку.

— Я знаю. Но теперь это его проблемы.

В холле меня ждали.

Несколько мужчин в красивой форме галантно поклонились.

— Вы готовы отправляться, леди Марсала?

— Да, будьте добры, перенесите мои вещи. — Очередной покорный поклон и слуги подхватили мои чемоданы, перед этим открыв мне дверь, пропуская на улицу.

Вдоль аллеи горели фонари мягким желтоватым светом, напуская романтический флер. Осенняя прохлада ветерком скользнула по волосам пробираясь под фрак, отчего я немного повела плечами, прогоняя беспокойство.

Меня ждал красивый и богато украшенный дилижанс, не лишенный вкуса владельца, запряженный бескрылыми вивернами, которые нетерпеливо скребли когтями поверхность покрытой галькой улицы, жажда быстрее отправиться в путь.

— Леди Марсала. — Ашер Наат вышел из кареты и, улыбнувшись в своей манере, чуть склонил голову. — Вы готовы?

— Да, осталось только погрузить мой багаж. — Ответила я в той же манере.

Шасс стоял напротив, совершенно избавившись от признаков второй ипостаси, одетый в форменные брюки военной элиты, с кожаной отделкой в виде тонких ремней на середине бедер, между которыми сейчас не было оружия, давай понять, что мужчина не на службе. Верх, не смотря на прохладную погоду, состоял только из свободной шелковой рубахи с широким воротом, которая была заправлена под пояс брюк.

Он протянул мне ладонь, приглашая подняться в карету.

— Пойдёмте, не стоит мерзнуть.

Принимая его приглашение, я вложила свою ладонь в его пальцы и хрипло охнула, когда мужчина сжал ее, выворачивая запястьем вверх, и с томным насмешливым взглядом опустился к нему губами, запечатывая горячий, но едва ощутимый поцелуй. Будто не коснулся, но место загорелось огнем.

Его взгляд скользнул по моей коже, и широкие строгие брови сошлись на переносице, выражая явное недовольство своего хозяина.

— Что это? — Спросил он, взглядом указывая на замаскированные синяки, пальцем проводя по ним, стирая краску, под которой я прятала последний подарок генерала.

— Не стоит беспокоиться. — Я потянула руку к себе, но вместо того, чтобы отпустить, шасс одним рывком притянул меня к себе, держа руку между нашими лицами.

— Я, кажется, задал прямой вопрос. — Тоном, не терпящим отказов, произнес он.

— Подарок от бывшего клиента.

Я безмерно радовалась тому, что часть моего лица закрывает маска и шасс не видит, как я бегло облизывала пересохшие губы, взволнованно покрываясь румянцем.

— Клиента значит. — Протянул он. — В связи с последним, что мне удалось о вас узнать, я несколько удивлен тому факту, что вы вообще смогли столько лет проработать в доме утех.

— Я танцевала… — Прошептала я, но он услышал и улыбнулся, уже спокойнее и, прекратив так сурово хмурить брови.

— Да, это я уже понял, леди Марсала. Или мне лучше называть вас Тана? — Его пальцы аккуратно прошлись по синякам и засветились, оставляя ярко алую печать на моей ауре, клеймя, обозначая моего нового хозяина.

— Марсала. Зовите меня Марсала. — Выдавила я, видя, как пляшет странная дикая эмоция в глазах мужчины, который только хмыкнул на мое заявление.

— Видимо, мы не настолько близки. Что ж, у нас с вами еще куча времени, чтобы сблизиться. — Он повелительно потянул меня в дилижанс, в то время как слуги закончили грузить вещи и, усадив напротив, заботливо расправил мою пышную юбку, продолжая улыбаться своим мыслям. — Надеюсь, вам понравиться мой дом, Марса-ал-ла.

— Какое это имеет значения. — Я пожала плечами, отворачиваясь к маленькому окну. — Мое мнение не имеет веса, господин Наат.

— О, вы ошибаетесь, моя дорогая. Как раз именно ваше мнение и имеет золотую цену.

— Почему именно я? — Не желая тянуть веверну за чешуйчатый хвост, спросила я.

Он с усмешкой склонил голову к плечу, вновь закрывая грудь темными свободными волосами и чуть помедлив, ответил:

- Я расскажу вам, но немного позже, когда мы… станем друг другу роднее.

— Боюсь, это так и останется для меня загадкой. — Мужчина вновь расплылся в улыбке, но промолчал, последовав моему примеру и провожая взглядом горящие фонари главной улицу Эриина.

Меня не покидало странное ощущение, словно именно сегодня моя жизнь перевернулась с ног на голову, меняя все безвозвратно, и сейчас меня уносит дилижанс не просто в пригород, а в совершенно другую жизнь.

Шасс больше не задавал вопрос, лишь с улыбкой время от времени осматривая меня своим темным, тяжелым взглядом. Хотела бы я, чтобы он ответил мне на вопросы? Конечно, бесспорно. Но только от одной мысли, что этот шасс имеет надо мной огромную власть, грудь сжимало в спазме, выдавливая из легких последний воздух, за который у меня не было сил бороться. Так что пока, я приняла решение сохранить наши тайны друг от друга, только… мужчина, судя по всему, знал, какой секрет я храню за пазухой, пряча реакцию за, похоже, привычной для него ухмылкой, рассматривая меня из-под густых ресниц.

Под ровный цокот когтистых лап виверн мы с моим новым хозяином мчались прочь из города, и только желтые фонари мягко очерчивали своим светом его волевое лицо, с легкой усмешкой и черными провалами глаз. Под этим взглядом на губах танцевал фантом того единственного поцелуя, которым шасс нарушил мое прочно защищённое и привычное до боли положение, расшатывая его, заставляя крепкие колоны задрожать от власти надо мной, которую мужчина так быстро приобрёл.

Солнце уже неуверенно выбиралась из-за горизонта, прогоняя стайки рассыпанных по алеющему небу мерцающих звездочек, скрывая их от ненужных глаз, словно юных красавиц дочек. А я с глупой надеждой встречала новый день.