18. Твари и люди

— Галя! Галя очнитесь! — меня трясли так, что еще немного — и голова отвалится.

Но почему-то разлепить глаза и полностью вырваться из тяжелой дремы не получалось. Я отмахнулась, судя по вскрику, удачно по кому-то попав (или неудачно, это с чьей стороны смотреть) и перевернулась на другой бок.

Мне снился удивительный сон, как я скакала на единороге по полю, сплошь заросшему огромными тыквами, над нами раскинулась цветная радуга и порхали огромного размера шершни.

А затем все оборвалось, потому что на меня вылилось ведро воды, за что я смачно вспомнила чью-то мать и проснулась.

— Галя, это я! Не деритесь больше! — взмолился Мартин, закрываясь от моего праведного гнева ведром.

Я села на кровати и застонала. Голова была как при заправском похмелье, все тело словно свинцовое. Хотелось лечь и нет, не спать. Просто умереть.

— Выпейте, — от столь щедрого предложения умереть захотелось вдвойне сильнее.

Я мотнула головой и тут же пожалела об этом.

Комната поплыла вместе с радужными шариками, летающими по ней. В одном шарике отчетливо виднелся единорог, в другом — тыква. Наверное, шершень тоже где-то найдется, если присмотреться.

— Это антидот, он быстро подействует, — пообещал парень, тыча мне едва ли не в лицо небольшой склянкой.

Мотать головой еще раз я не решилась.

Тогда Мартин сам откупорил склянку, поднял мое лицо и поднес антидот к губам.

— Один глоток, — умоляюще произнес он.

Вкус у вязкой жидкости был такой, что меня едва не вывернуло. Но она все-таки провалилась в желудок, и сознание начало стремительно проясняться.

— Что это было? — первым делом спросила я.

— Это антидот, такое вещество, убирает последствия воздействия других веществ, действует примерно как противоядие, разница в том…

— Мартин, — прервала увлекшегося парня, — я не про то. Почему со мной вообще такое?

— А вот здесь все хуже, — Марти отвел глаза.

— Рассказывай, — велела я, поднимаясь и морщась от яркого магического света.

Сидеть на мокрой кровати — то еще удовольствие. Надо бы и переодеться, но это подождет.

Мы вышли в комнату, и я плюхнулась на первую же лавку. Стой она чуть дальше — села бы на пол.

— Я же говорил, что у еды был знакомый вкус, — медленно начал парень, отчего-то глядя в сторону. — Так вот, я потом вспомнил, откуда я его знаю. Из курса целительства. Порошок ягодника болотного — довольно редкого растения, которое вызывает легкое чувство эйфории. Эйфория — это такое ощущение счастья, радости и… не знаю, как еще описать. Хотя, вы, наверное, и без меня знаете. Правда, потом последствия неприятные, но и это вы заметили.

Я осторожно кивнула: сложно не заметить и не почувствовать такие последствия.

— Странно, что на тебя не подействовало, — я подозрительно взглянула на мага, но он тут же вскинулся.

— Подействовало, — с вызовом произнес Мартин. — Просто у меня всегда наготове под рукой универсальный антидот.

— Какая отличная привычка, — не сдержалась я.

Возможно, мое недовольство обращено не на того мага, но они все теперь начали мне казаться подозрительными.

— Надо мной часто… подшучивали в академии, — тихо признался он. — Вот и выработалась.

Дальше расспрашивать я не стала. Знаем мы эти “шутки в академии”.

— А откуда этот ягодник взялся?

Случайность? Или все-таки нет?

— В еде был. В специях, — совсем уж неохотно рассказал парень.

— В специях… — эхом повторила я.

Голова все еще работала туго, возможно, поэтому я не понимала: зачем? Так хотел порадовать людей, что добавил психотропное? Глупость какая, они бы и без того отлично повеселились.

— А других побочных эффектов нет? Кроме эйфории, — задумчиво спросила я.

— Нет, только она, но неестественная, как от алкоголя, возможно, сильнее. Реакция притупляется, самоконтроль слабеет.

Последнее я ощутила на себе. Нет, я конечно, любила в детстве поваляться на травке, но то в детстве. Зато теперь понятно, что на меня нашло.

И все же. Зачем?

Я задумчиво подошла к столу, попить водички. Эффект как от алкоголя подтверждался и сухостью во рту. Машинально взяла в руки бусы…

Легкий электрический импульс прошиб руку до плеча, пальцы рефлекторно разжались.

— Мартин! — взвизгнула я.

Бусы с характерным постукиванием упали на пол.

Тут-то и юный маг заметил вещь. Глаза его медленно округлялись, а зрачки расширялись.

— Откуда это у вас? — севшим голосом спросил парень.

— Илан подарил, — баюкая пострадавшую руку, отозвалась я. — Еще хотел, чтобы я на праздник надела. Да что это вообще такое?

— Это артефакт, — выдал очевидное маг, у которого неожиданно стало плохо со словами и объяснениями.

— Что он делает?

Ох, чувствую, сейчас я узнаю много интересного.

— По сути, — Марти нервно сглотнул. — Это та же приманка для нечисти, но действует только на определенном человеке. Пока вы ее не трогали, она не работала. А сейчас активна. Очень активна.

— Мы должны выкинуть ее подальше! — тут же спохватилась я, подцепляя бусы кочергой. — Я не переживу, если нечисть опять заполонит мой огород!

— Кажется, бусы действуют тоньше, — Марти подошел ближе и наклонился, разглядывая артефакт. — Они не приманивают всю нечисть без разбора, у них очень сложная настройка. Я в таком не силен, если честно. Артефакторика — не мое.

Ну да, это же не алхимия…

— Все равно отнесем подальше, — решила я. — Если мы не знаем, как оно работает, то лучше не связываться и не оставлять в доме. А может, ты их уничтожишь?

Я с надеждой посмотрела на парня. Тогда и идти никуда не придется.

— Если я уничтожу артефакт, то вся его энергия высвободится разом. Прямо здесь, — Марти виновато посмотрел на меня. — Эффект будет… непредсказуемый.

— Тогда быстренько добегаем до ближайших кустов — выкидываем — и бежим обратно! — озвучила я план действий.

Мартин, подумав, кивнул.

— Но я иду один, — заявил он. — А вы ждете в доме и никуда не выходите.

— Вот еще!

— Там слишком опасно! — встал в позу Мартин.

— Именно поэтому одного тебя не пущу, — моя поза выглядела не менее значительно.

— И чем же вы мне поможете?

Кажется, я впервые видела Мартина таким серьезным и уверенным. Он словно повзрослел.

Или это действие той ягоды с болота еще не прекратилось?

— Не знаю, но я даже с Зораном в лес ходила, — продолжала стоять на своем.

— Вот именно, магистр Дрогар опытнее и сильнее, он сумел бы защитить и себя, и вас. А я за чужую жизнь отвечать пока не готов.

Мы буравили друг друга взглядами, пока издалека не раздался вой, заставивший нас обоих вздрогнуть и испуганно переглянуться.

— Давайте артефакт! — первым сориентировался Мартин и, не дожидаясь ответных действий, стянул бусы с кочерги, которую я опрометчиво опустила.

— В ближайшие кусты! — крикнула ему вслед.

А сама метнулась к окну.

Мартин бодрой трусцой направился к зарослям недалеко от моего дома. Я даже моргать боялась, глядя на очертания его фигуры. Вот он нырнул в кусты, и мой внутренний секундомер заработал на полную мощность. Десять секунд, двадцать. Минута. Две.

Чего он там копается?

И тут ветки раздвинулись, выпуская Мартина обратно. Я шумно выдохнула, но едва не поперхнулась воздухом. Следом за ним вышел мужчина, готова поклясться, что это Илан.

Они вместе дошли до забора, но заходить за штакетник не спешили.

— Галя, я знаю, что ты в доме, — крикнул Илан. — Выходи.

— Нет, Галя! — выкрикнул Мартин.

Больше он сказать ничего не успел.

Светящаяся сфера окутала его и начала сжиматься. Я однажды уже видела такое.

— Быстрее, — громко поторопил Илан. — Не будем проверять прочность мальчишки.

Мартин забился внутри, но даже Зоран в прошлый раз вырваться не сумел.

И времени, как я помню, у меня немного…

Я пулей вылетела на крыльцо, на бегу схватив лопату — мое единственное и верное оружие. Илан только ухмыльнулся, оценив мой воинственный вид.

— Освободи его! — потребовала я.

Маг щелкнул пальцами, и Мартин, закашлявшись, упал на траву. Легкое свечение осталось, показывая, что в любой момент Марти вновь рискует оказаться внутри ловушки.

— Вечно ты все портишь, — вздохнул Илан. Искренне вздохнул.

Кажется, он впервые был по-настоящему искренен. Маска милашки-обаяшки слетела, оголив нутро расчетливого человека с холодными глазами.

— Сначала объявилась в самый неподходящий момент в доме, а теперь проснулась, когда должна спать. С бусами разобралась, наверное, не без его помощи.

Илан презрительно глянул сверху вниз на пытающегося отползти подальше парня и тут же магией подтащил его обратно.

— Нет уж, если вы твердо решили во все это влезть, то идите до конца, — жестко произнес маг.

— Ты давно это планировал? Поимку нечисти, — пусть мой мозг еще не полностью сбросил дурман и странное свечение возле магов не уходило, но сложить два и два был в состоянии.

— Давно, три года готовился. Сначала пытался сам выследить, но тварь оказалась умной и хитрой, не попадала в ловушки. Тогда я решил зайти с другой стороны. Развесил ловушки, дорогие и сложные, вы и не представляете насколько, — улыбка, совсем не располагающая, как прежде, исказила красивые черты.

Или это все из-за неестественного свечения?

— Шарики, да? — понятливо кивнула я.

Смысла скрываться дальше не было.

— Шарики, — со смешком подтвердил Илан. — А ведь я тебя много раз спрашивал про них, но ты все отнекивалась, что не видела ничего подозрительного.

— Подозрительный здесь только ты.

— Я был хорошим, услужливым, старался во всем тебе угодить, — в голосе мага отчетливо звучала злость. — Но что-то ты не спешила мне открываться.

— Кто бы говорил, — парировала я. — Пришел сюда с непонятно какими намерениями и еще чем-то недоволен.

Я выглядела уверенно, старалась, во всяком случае, до побелевших костяшек сжимая черенок лопаты. На деле я видела лежащего Мартина, который никак не мог подняться, Илана, на манер четок перебирающего бусины, и темный лес, откуда в очередной раз раздался вой, от которого у меня едва не подогнулись колени. Хорошо, что держалась за лопату, не зря ее взяла, не зря.

— Упорный какой! — не без восхищения проговорил Илан, бросив взгляд в сторону, леса. — Все пытается сопротивляться.

— Зачем тебе эта тварь? — не выдержала я. — На ингредиенты?

— Ингредиенты? — переспросил маг и рассмеялся. — Ох, Галя, как мало ты знаешь о нашем мире и населяющих его существах. Разумная нечисть — это огромная ценность. Кто будет пускать ее на ингредиенты? Только представь, что у тебя есть сильный, быстрый и смертельно опасный помощник. За счет ведьмовской силы, породившей его, он почти не восприимчив к магии, а благодаря ритуалу, который я проведу, будет всецело предан мне. Многие маги мечтают заполучить такого.

О том, зачем Илану “смертельно опасный помощник”, мне знать не хотелось.

— Хотя бы Мартина отпусти, — попросила я. — Он совсем ни при чем.

— Какая ты жалостливая, — поморщился маг. — С таким характером все равно бы долго у нас не протянула. Кстати, о долго. Кажется, я достаточно ждал, и раз уж вы вызвались мне помочь…

Илан взглянул на бусы, на меня и скомандовал:

— Подойди.

Я, разумеется, не торопилась, покрепче и поудобнее схватив лопату.

— Подойди, Галя, не испытывай мое терпение.

Свет над Мартином засиял ярче, окутывая его целиком…

— Иду! — не выдержала я.

— Лопату свою оставь, ты ею все равно пользоваться не умеешь, — пренебрежительно заметил маг.

Без лопаты я почувствовала себя совсем неуютно, словно часть себя потеряла. Но я понятия не имела, что еще делать. Бросить Мартина на растерзание магу и твари все равно бы не смогла.

— Эх, Галя, а ведь я не хотел тебя убивать, — с сожалением произнес Илан, беря мою руку в свою и легонько ее погладив. — Не так много сильных ведьм в нашем мире, возможно, мы бы и поладили…

Наверное, стоило поддакнуть, дескать, конечно-конечно, обязательно бы поладили и еще поладим. Но от его вкрадчивых интонаций, откровенного взгляда и навязчивых прикосновений стало настолько мерзко, что вряд ли я сумею убедительно соврать.

— Не поладим, — резюмировала я.

— Жаль, — безо всякой жалости сказал маг и быстро, так, что я даже ни осознать, ни сделать ничего не успела, полоснул кинжалом по моей ладони.

Вроде не сильно, да и рана не смертельная, но я зашипела от боли. А ведь в фильмах так часто показывали, как герои резали себе ладони для какого-то ритуала. Теперь у меня появились серьезные вопросы к создателям подобных картин. Илан и дальше не церемонился, сжал мое запястье и обмазал бусы в крови.

— Надевай.

Сейчас, видя кровь, капающую с пальцев, и горящие глаза мага, я поняла, что все очень серьезно. И вой, ставший намного ближе, подтвердил мои худшие опасения.

— Илан, послушай, ты же знаешь, что мне вообще все равно, что здесь будет, — быстро заговорила я. — Вернусь в свой мир — и забуду этот как страшный сон. Мартин тоже никому ничего не скажет, даст клятву, магическую какую-нибудь. Наверняка у вас такие есть!

— Хорошая попытка, но нет, — улыбнулся Илан. — Я слишком долго охотился за этой нечистью и слишком многое на нее поставил, чтобы рисковать. Не хочешь надевать ты — надену на мальчишку, на нем моя магия отлично работает.

Я со злостью выхватила бусы и нацепила на шею. Электрический разряд прокатился по всему телу. Или это ужас от повторяющегося воя?

— Наверняка эту нечисть можно поймать как-то иначе, — не оставляла попыток я. — Поставить ловушку, капкан, не знаю там, вырыть яму…

— Он нужен мне живым, целым и невредимым, — ровно ответил Илан. — И, если уж на то пошло, то он мне нужнее, чем ты. Поэтому выбор очевиден.

— Но не обязательно же ловить тварь на живца!

— Обязательно, Галя, — развел руками маг. — Думаешь, почему она не попадается в ловушки? Потому что отлично себя контролирует. Такой уровень контроля — редкое качество даже для высшей нечисти, самому интересно, кем она в итоге окажется, — Илан мечтательно прикрыл глаза. — Но первое же убийство снесет весь контроль напрочь, зверь попробует крови и больше не сможет остановиться. Но не бойся, я обещаю держать его на коротком поводке и не спускать почем зря. А кровь ведьмы сделает его еще сильнее.

— Сволочь, — с чувством произнесла я. — Тварь, самая настоящая, ты, а не та несчастная нечисть.

— Да, — протянул маг. — Ты была права, мы бы точно не поладили.

У меня имелось еще много чего сказать этому гаду, но ветви, из которых недавно вышли Мартин с Иланом, закачались, и оттуда вылезло оно.

Света, идущего от Илана и его заклинания над Мартином было ничтожно мало. Но и с ним я отлично разглядела гротескную фигуру, отдаленно напоминающую человеческую. Мощное крупное тело, покрытое шерстью, неестественно длинные конечности и морда с жутким оскалом. Глаза горели то ли сами по себе, то ли отражали слабый свет, делая морду еще страшнее. Сморщенная, с крупной челюстью, не оставляющая сомнений в его рационе. Такими зубами не травку жуют, а кости перемалывают.

— Мартин, убегай, — шепнула я, понимая, что меня маг точно не отпустит.

Но вопреки всему парень, с трудом опираясь на забор, все-таки поднялся, готовясь драться.

Илан потихоньку отдалялся от нас, но так, чтобы контролировать возможный побег хоть в дом через калитку, хоть в лес.

А нечисть медленно, будто не по своей воле, шла к нам. Шаг за шагом, ближе и ближе. Изо рта капает слюна, глаза горят все ярче, и сомнений в ее намерениях не возникало.

Это конец. Горький и бесславный. Простите, мои тыквы, я так и не успела вас вырастить. Но даже перед смертью думаю о вас и сожалею, что у нас ничего не вышло.

— Стоять! — раздался громкий окрик с другой стороны.

Рык, но не нечисти, разнесся по полянке перед домом. Гав вылетел первым, Ягр и… Зоран (!!!) следом за ним.

— Галя, снимай артефакт, — спокойно велел чернокнижник, его фигуру окутывало красноватое свечение, а в руках ярко, как факел, горел небольшой жезл.

— Нет, — разумеется, Илан в стороне не остался. — Вижу, Дрогар, прошлый урок ты не усвоил. А вроде показался мне не совсем дураком.

По его щелчку бусы на мне словно ожили, сдавили горло удавкой и начали жечь, заработав на полную.

Нечисть бросилась на меня, но врезалась в щит, появившийся в последний миг. Мартин, вставший передо мной, с шумом выдохнул. Следующее заклинание Зоран направил точно на тварь, но тут случилось странное.

— Нет! — крикнул уже Ягр и толкнул чернокнижника.

Заклинание пролетело мимо, Зоран отпихнул циклопа, мы с Мартином переглянулись. Неужели и Ягр не за нас?

— Не убивай его! — взмолился циклоп. — Гав, задержи!

Пес бросился на нечисть, и они сцепились в один серый рычащий клубок.

Илан тяжелой поступью вышел вперед.

— Жаль, что я не добил тебя тогда. Как чувствовал, что надо, но ведьма сорвала заклинание, — его голос срывался от ярости, а его самого разве что не колотило.

Зоран ничего не ответил, принял боевую стойку, и нам оставалось лишь наблюдать, как летают по воздуху заклинания или стелятся по земле, идут по дуге, зигзагами, непредсказуемыми ломаными линиями.

В это время, пригибаясь, уворачиваясь и ругаясь как последний сапожник, Ягр бежал к сцепившемуся клубку, из которого клочьями летела шерсть.

— Мы можем ему помешать, — проследив за моим взглядом, предложил Мартин.

Я поколебалась, не хотелось думать о Ягре плохо. Возможно, он что-то знает, о чем старательно молчал все это время?

— Не стоит, — решила я верить в циклопа.

Тогда парень, которому не стоялось без дела, захотел помочь любимому магистру. Для этого Мартину пришлось бы выйти из-под защиты, тогда как я вцепилась в него мертвой хваткой.

— Вспомни, что ты говорил мне, когда шел выкидывать бусы, — пыталась достучаться до парня. — Иначе Зорану придется думать и о твоей безопасности тоже.

Мартин громко дышал и стискивал кулаки, но против опытного боевого мага он действительно был не помощник.

Ярг разнимал сцепившихся мохнатых, периодически поддавая им обоим дубиной, но все-таки раскидал их в стороны, тут же навалившись на нечисть. Та отчаянно отбивалась и пыталась вырваться, но циклоп был сильнее, во всяком случае пока справлялся.

И все же Зорана мы недооценивали. В этот раз он учел все ошибки и подготовился не в пример лучше. Основные заклинания боевого мага он уже знал и легко уходил от них или отбивал жезлом. Илан же так легко справляться с летящими в него заклинаниями не мог, два или три ощутимо зацепили его, лишив подвижности и заставив уйти в оборону.

Боевой маг, явно не привыкший проигрывать, бесился и ошибался все чаще, пока не оказался в ловушке наподобие той, которую так любил использовать сам. Разве что Зоран был гуманнее, поэтому Илана просто взяло в тиски, но не душило.

— Думаешь, победил? — крикнул он, сплевывая кровь.

Ответить Зоран не успел.

Сфера, которая едва светилась вокруг Мартина, разрослась на нас двоих. И теперь у меня разом сплющило все органы, ребра отчетливо хрустнули, а из легких вышибло воздух. Я с ужасом посмотрела на Мартина, задыхающегося рядом со мной, краем глаза увидела бегущего к нам Зорана, а с другой стороны — Ягра, плюнувшего на тварь. Тварь тоже неслась к нам.

Но совсем без воздуха долго не протянешь. Перед глазами все заволокло темнотой, звуки пробивались как сквозь вату. И все равно я услышала отчетливый писк пугала: “Галя, держись!”

“Он-то здесь откуда?” — отстраненно подумала я, перед тем, как потерять сознание.

Но внезапно все кончилось.

Раз! И все заклинания с нас слетают.

Два! Бусы, затянувшиеся удавкой на моей шее, слетают следом, рассыпаясь в траве.

Три! Под хруст веток улетает в кусты нечисть.

Четыре! Илан, который под шумок успел сбросить наложенные путы, падает навзничь, спеленутый какой-то более мощной магией.

Я судорожно дышу, рядом с хрипами хватает воздух Мартин, Зоран с облегчением приваливается к штакетнику, Ягр закрывает ладонью единственный глаз, Гав поскуливая крутится у его ног.

— Чего расслабились? — уже без писка рявкнул… дух? — Сначала как следует повяжите того умника, чтобы теперь уж наверняка, а потом отдыхать будете.

— А ты кто такой? — грозно спросил Ягр, но к духу старался не приближаться.

— Не узнали?

Призрак светился ярко, заливая светом все вокруг. Невысокий, чуть выше меня, а может, и не выше, неинтересный на лицо мужчина лет сорока, но с добрыми-добрыми глазами. Он улыбался, смотря на меня, и в его взгляде читалось облегчение и что-то такое теплое и сильное…

— Ты жил в пугале? — поняла я.

— Ага, — довольно кивнул он. — Жил.

— И когда-то был человеком?

Неужели я, наконец, выпытаю из него все, что не сумела вытащить раньше?

— Был, — подтвердил призрак.

Сейчас он находился в образе человека, называть его пугалом даже в мыслях не получалось.

— И как ты там оказался?

Призрак тихонько рассмеялся.

— Думаешь, злая ведьма заставила меня силком, вытащив душу и поместив ее в огородное чучело? — развеселился он. — Нет, ведьмы так не делают, не умеют потому что.

— А как тогда? — не унималась я.

Все же столько времени на одном огороде вместе провели, а я о нем почти ничего не знаю.

— Как-как, очень просто, — от улыбки на призрачном лице разбегались морщинки. Не жесткие и грубые, а мелкие и тонкие лучики, делавшие не самое красивое лицо мягче и привлекательнее. — Очень хотел получить одну ведьму, и вовсе не из-за ее силы. Понравилась она мне, запала в душу. Но предложить мне ей было толком нечего. Ни великих богатств, ни великой силы за моей душой не имелось. Только что сама душа, ее я и пообещал ведьме взамен ее расположения. Она удивилась, конечно, но согласилась, а я дал непреложную клятву, что и после смерти продолжу присматривать за нашими детьми. Как знал, что одной из дочерей моих дочерей пригодится.

Он вытянул руки и коснулся моей шеи, на которой еще горел след от злосчастных бус. Легкий холодок пронесся по коже, и магический ожог прошел.

— Спасибо, если бы не ты… — я обхватила себя руками и поежилась.

Сумел бы спасти нас Зоран? Ягру-то нечего противопоставить магии, его самого плохо берет, но тут другой случай.

Судя по лицу чернокнижника, он тоже был совсем не уверен, что справился бы до того, как мы с Мартином задохнулись.

— Надеюсь, больше никто такой оплошности не допустит? — призрак сурово покосился на мага.

Но выглядеть грозным у него все равно не получалось.

— Так что оставляю мою маленькую ведьму на вас, уж не оплошайте, — пригрозил хранитель, обращаясь по-прежнему к Зорану.

Тот серьезно кивнул.

— Оставляешь? — не поняла я.

— Я мог только один-единственный раз покинуть пределы соломенного тела и заговоренной тыквы, в которых жил, — призрак грустно улыбнулся мне. — Так что дальше вы уж как-нибудь без меня. Жаль, конечно, тебя без присмотра оставлять, бедовая ты у меня. Но ничего, справишься. Только на земле с непокрытой головой не сиди, а то напечет же.

От осознания, что отныне на моем огороде будет тихо и никто больше не станет отпускать язвительные замечания в мою сторону и комментировать криворукость, к горлу подкатил ком.

— Но-но! — пригрозил пальцем призрак, заметив мои увлажнившиеся глаза. — Я для тебя сделал все, что мог. Огород сберег, всяких нехороших личностей отвадил, — он кивнул в сторону связанного и веревками, и магией Илана. — Восемь поколений ведьм, считай, вырастил. Пора и мне на покой.

— Спасибо, — только и выдавила я.

— Удачи, ведьма, Галя, — он коснулся моей щеки. — Я в тебя верю.

А после посмотрел куда-то за дом. В той стороне медленно светлело небо, означая завершение этой страшной и странной ночи. Когда я снова повернула голову, призрака уже не было. Растаял, как снег по весне.

И вот вроде все хорошо закончилось, а внутри как-то горько.

В воздухе разлилась тишина, на границе тьмы и света молчали и ночные твари, и дневные. Все вокруг замерло в хрупком равновесии. Разрушенном сорвавшимся с места Гавом, с лаем бросившимся в кусты.

Зоран тут же загородил меня, готовясь спустить магию в тварь.

— Да погоди ты! — попросил циклоп. — Он у нас мирный, муху не обидит!

— Вы про разумную нечисть? — догадалась я.

— Да какая нечисть, — поморщился Ягр. — Просто хвост иногда отрастает.

Я вспомнила жуткую морду, но решила не спорить.

— Выходи, — крикнул Зоран.

— Давай, — поддержал его Ягр. — Свои же, не тронут. Я давно говорил: расскажи все, как есть, а ты…

Циклоп махнул своей ручищей.

Из кустов, в чем мать родила, прикрываясь здоровыми ладонями, вышел…

— Кузнец? — это мы хором с Мартином.

Он смущенно отвел глаза, Ягр стянул с себя рубаху и швырнул ему.

— Звиняй, запасных портков не ношу, — хохотнул он.

Кузнец удовлетворился и рубахой, благо, циклоп был ощутимо выше, так что все стратегическое она прикрыла, оставив на обозрении мускулистые волосатые ноги. Я даже подумала, что в плане волосатости не так уж и сильно он обрастает…

— Чувствую, нас ждет еще одна увлекательная история, — с намеком заметила я.

Сегодня прямо-таки день открытий! Или ночь? Или утро?

— Да я с радостью душу облегчу, — вздохнул мужик, стыдливо, как девочка, натягивая рубаху пониже. — Только ты, ведьма, сотри с себя кровь, уж больно она у тебя вкусно пахнет…

Зоран повернулся ко мне боком, так, чтобы и кузнеца из виду не упускать, нежно взял поврежденную ладонь. Глаза его на миг нехорошо сощурились, но чернокнижник быстро выдохнул и одним прикосновением убрал глубокую царапину.

— Кровь смой и одежду смени, — посоветовал он.

Я кивнула и убежала в дом, где быстро стянула платье — еще один подарок Илана, — не заботясь о его сохранности. Все равно потом сожгу. Надела самое удобное: джинсы и кофту, в которых попала сюда. Накинула шаль — утро вышло зябкое или это адреналин выплеснулся в таком количестве, что слегка знобило.

— Заходите, что ли, — пригласила я всех в дом.

Чего на улице-то стоять?

Заодно для кузнеца покрывало нашла, в которое он с благодарностью укутался.

И тут до меня дошло интересное.

— А как тебя зовут? — я с удивлением посмотрела на кузнеца.

Ведь почти всю деревню выучила, а его и по имени-то никто не называл. Кузнец он и все.

— Альм, — мужчина неловко улыбнулся он. — Да как-то имя мое не прижилось.

Это точно…

— Так значит, это ты выл по ночам? — назвать его нечистью, пусть и разумной, вот так в глаза не получалось.

Он мне с самого начала едва ли не больше всех помогал! Столько сделал.

— Я выл, — кузнец уткнулся взглядом в пол.

— Рассказывай, — пихнул его локтем Ягр.

Мужик крякнул и потер бок. Наверное, ему тоже ночью неплохо досталось.

— Да что рассказывать, — Альм все так же смотрел вниз, избегая наших взглядов. — Я таким, поди, всегда был. Так давно изменился, что иным себя и не помню. Шестьдесят лет прошло.

— Шестьдесят? — не поверила я.

Совпадение? Не думаю.

— Ага, — кивнул мужик. — Был у нас, пацанов, такой спор: кто самый храбрый, к ведьме залезет и подсолнух сорвет. Сейчас ведь тоже лазают? — с усмешкой спросил он, исподлобья осторожно взглянув на меня.

— Уже нет, через калитку заходят.

— С твоей бабкой такое бы не прошло, там кто попался, мог на всю жизнь заикой остаться, а кто-то потом и в кровать мочился, к ней же с повинной лечиться приходили. Ух ведьма была, конечно, не забалуешь.

— И она тебя…

Я ушам не верила. Это же даже не недержание, как можно так с ребенком…

— Да не, не совсем она, — мотнул патлатой головой кузнец. — Как раз мой черед лезть был. Я, значица, ночи дождался, перебрался через ограду, мне тогда лет пять было, мелкий еще, защита пропускала, ну и побежал мимо дома. А она там, во дворе, волшбу свою творит. Я замер, стою, шелохнуться боюсь. Тут вспыхнул свет, стало как днем светло, конечно, тогда-то меня Зания и заметила. Помню, плюнула на землю, рукой махнула, да и шагнула в тот свет. Больше мы ее не видели. Я же потихоньку начал меняться. Сначала испужался жутко. Первый раз, как перекинулся, сбежал из дому, всю ночь в лесу просидел. А на следующее утро пришел к Ягру, — Альм кивнул на циклопа, — вернее — к его отцу. И все как на духу выдал, попросил дядьку циклопа прибить меня, пока я совсем не озверел. Дома еще целая семья: двое старших, двое младших и мамка на сносях. А вдруг как задеру всех, когда отца дома не будет? Отец у меня здоровый был, справился бы.

Кузнец вздохнул, вспоминая свою большую семью, я подала ему кружку воды, обычной, горло промочить. А то всю ночь выл, теперь рассказывает сидит, наверное, пересохло горло.

Кружку Альм за несколько глотков осушил и вернул мне с поклоном.

— Значит, циклоп оставил тебя в живых, — заключил Зоран.

— Ага, выпорол, правда, лощиной так, что неделю сидеть не мог, — кузнец поерзал. — Столько лет прошло, а до сих пор вспоминается. Сказал: “Пока я жив — пригляжу за тобой, прибегай к нам, когда обернуться в зверя захочется. А после меня сын будет приглядывать”.

Сидящий рядом Ягр хмыкнул и приосанился.

— Мы вместе за деревней присматривали, — циклоп положил кузнецу пятерню на плечо. — После ухода ведьмы кто только на нее не покушался. Я бы один не справился, тут чутье звериное нужно. Правда, мы не усердствовали, чтобы никто про волкодлака не прознал.

— Это тебе, получается, шестьдесят пять?! — дошло до меня.

Я бы кузнецу от силы сорок пять дала.

— В нем столько силы ведьмы, что еще столько же проживет, — ответил за Альма Зоран. — Он попал под мощнейший всплеск, когда Зания открыла дверь в другой мир. Эта волшба его не только изменила, но и дала небывалые для человека способности и долголетие.

— Это точно, тут уж не жалуюсь, — улыбнулся кузнец. — Мне это столько раз помогало. И семью свою в голодную зиму дичью прокормил, и деревню сберег от лихих людей. Долго жену не решался завести, но потом так себя контролировать научился, что понял — не задеру. Теперь и сын подрастает, наследник.

Альм лучился от счастья и гордости.

— А как про тебя Илан узнал? — спустил его с небес на землю чернокнижник.

Кузнец сразу помрачнел.

— Слухами земля полнится, как ни старайся, а про волкодлака заговорили. Пытались меня столько раз поймать, но я ж не дурак, да и Ягр помогал.

Зоран, которому Ягр тоже “помогал” ловить тварь, метнул на циклопа острый взгляд, но тот лишь невинно захлопал единственным глазом.

— А Илан хитрые ловушки поставил, они меня и заметили. После этого он за меня всерьез взялся, три года продыху не давал. В этом совсем житья не стало. Я даже снова просил Ягра меня прибить, а то ж мало ли. В лес тянет, мочи нет терпеть, даже днем в зверя перекинуться охота. А с Маришкой эта скотина вообще нечестно поступила, — кузнец сжал пудовые кулаки. — Подарил ей на ярмарке украшение из того проклятого камня, как и твои бусы, знал ведь, что девки всегда в лес летом ходят. Она и ушла. А там ее приманили те пакости, которые он развесил, да сознания лишили. Я же вокруг ходил, с собой боролся. Если бы вы ее не нашли — точно бы не сдержался и задрал. Тогда все, обратной дороги нет.

— А потом как? Забрал у нее это украшение? — поинтересовался Зоран.

— Первым делом, как отлежался от твоего заклинания, чернокнижник, к ней пошел, — подтвердил Альм. — Днем зверь не так давал о себе знать. Наврал девчонке, что мне именно такая финтифлюшка для кузнечества нужна, ей пообещал колечко и серьги взамен выковать. Выковал, конечно, а ту погань сразу молотом на наковальне разбил.

Зоран вздохнул и устало потер лицо. Жест, который я уже начала узнавать.

— Не знаю, что делать, — признался он. — Оставить Райнера в живых — он молчать про волкодлака не станет. Гильдия магов тогда возьмется за Альма всем составом. Убить… но если здесь бесследно пропадет маг такой силы, тоже копать начнут. И докопаются.

— А память ему стереть никак? — с надеждой спросила я.

— Можно было бы, только я чернокнижник, а не менталист.

— Слушайте, — подал голос Мартин. — У меня зелье одно есть, экспериментальное. Оно как раз память отшибает, не с концами, но ощутимо. Я, правда, в нем не уверен…

— Неси, — велел Зоран. — Если что — спишем все на последствия нашей магической битвы. Скажу — обычный поединок за ведьму, а там каждый знал, на что шел. Вы все подтвердите.

Мы дружно закивали, а Марти убежал. Вернулся через полчаса с очередной склянкой.

— Вот! — протянул он. — А я все думал, как бы его проверить…

— Сейчас проверим, — кровожадно усмехнулся Зоран. — Ягр, поможешь подержать?

Циклопа дважды просить не пришлось.

Возились недолго, минут пять.

— Он пока вырубился, как очнется — узнаем, что получилось, — успокоил меня Зоран.

Ягр, решив не уходить далеко, остался спать возле Илана, Гав тоже чутко стерег нашего подопытного пленника. Кузнец, откланявшись и пообещав вернуть мне покрывало, ушел к себе. А Зоран остался.

— Иди спать, — он легко погладил меня по щеке. — Завтра поговорим.

— Ты же больше никуда не уйдешь? — строго, пусть и сонно спросила я.

— Никуда, — пообещал маг.

На том мы и разошлись. Он остался в горнице, а я к себе в спаленку. Хоть немного вздремну.