Глава 8

Я съела себе все нервы, пока ждала Дитриха. Открывала и закрывала сводку новостей, бездумно листала группы по чрезвычайным происшествиям города. Не знаю, что конкретно боялась увидеть. То ли новость с заголовком “Огромное зеленое чудовище выбросило из окна бизнес-центра Эльвиру Орлову”. То ли что-нибудь про то, как безумная ведьма устроила природный катаклизм в центре города.

В любом случае, я понимала: встреча Дита и моей матери не может кончиться хорошо. Что-то должно случиться. Интуиция забилась в угол и дрожала там мелкой дрожью.

Я порывалась вскочить и побежать на помощь, но дверь оказалась предусмотрительно заперта, как и окно.

— Добрый день, — милым голосом проворковала в телефонную трубку девушке с ресепшен. — Мой жених случайно забрал оба ключа. Не могли бы вы открыть мне дверь?

— Таисия, к сожалению, господин Адрон запретил выпускать вас наружу, — с деланным огорчением сообщила та. — Окно тоже должно оставаться закрытым. Если вам будет душно, включите кондиционер. Таково распоряжение вашего жениха.

Блин!

Он предугадал все мои действия на шаг вперед. Наверное, я даже восхищалась этим. Дитрих всегда умел анализировать, методично расписывать каждый возможный шаг.

Ну ладно. Я ведь тоже не пальцем делана, попробуем проявить немного креатива.

Я выглянула в закрытое окно и уставилась на стоящее перед отелем дерево. Мысленно представила, как из его ствола тянется толстая ветка, как дорастает до стекла и пробивает его с порывом ветра. Вложила всю свою силу. И… ничего. В прямом смысле слова. Ветка даже не проклюнулась. Не появилось и маленькой почки. Я не почувствовала, как по кончикам пальцев пульсирует энергия. Погода за окном тоже не переменилась.

Мне внезапно стало дурно. То, что было во мне всегда, куда-то исчезло. Природная магия, так похожая на материнскую, больше не разрасталась внутри комом энергетических нитей. Отголоски её звучали где-то внизу живота, но их не хватало ни на что серьезное.

Словно кто-то перекрыл мне доступ к магическому резерву.

А может, это сказалась усталость? Я попыталась убедить себя, что всё нормально. Походила по комнате, размеренно подышала. Перед глазами плясали сцены сегодняшнего дня: ураган, лозы, тянущиеся из земли, снесенные с ног головорезы.

Не могло же всё это исчезнуть в одночасье? Так ведь не бывает.

Да, наверное, на меня повлияло перенапряжение. Надо хорошенько отоспаться, съесть глюкозы — и магия вернется.

Пока что оставалось только ждать, пусть ожидание и казалось безысходным.

…Дит вернулся спустя пару часов, абсолютно спокойный, но в его спокойствии чувствовались грозовые раскаты. Он словно сдерживал себя, скрывая за маской равнодушия истинные эмоции. Мы поужинали в тишине. На мои вопросы он отвечал сухо, скупо, однотипно.

А у меня даже не хватило сил возмутиться тем, что он меня запер, потому что мысли были заняты пропавшими силами. В книгах матери я читала, что иногда, если ведьма слишком сильно расходовала резерв, бывало, что она потом никогда не могла восстановиться.

Но ведь это не мой случай?

— Что-то случилось? — я в очередной раз предприняла попытку пообщаться. — Как прошла ваша встреча?

На душе скребли гигантские кошки. Я вглядывалась в потемневшие глаза орка, пытаясь увидеть в них какой-нибудь ответ. Но от взгляда веяло могильным холодом.

— Всё в порядке, — ответил Дитрих, открывая ноутбук. — Подумай, что может тебе понадобиться в дороге или в другом городе. Мы уезжаем сегодня же.

— Как сегодня?.. — даже опешила. — Так быстро?

У меня не было каких-то неотложных дел: вещи куплю на месте, с учебой разберусь дистанционно. Но почему-то стало не по себе. Я любила свой город, мне нравились тихие улочки, запрятанные в дворах скверы, шумные площади, забитые машинами шоссе.

Вернусь ли я сюда? Когда? Через месяц или год? Или через десятилетия, когда падет власть моей матери?

— А зачем откладывать? — дернул плечом Дитрих, не отрываясь от ноутбука. — Я не намерен здесь задерживаться. С делами мы закончили, можно возвращаться домой. Только для начала давай подпишем договор. Мне как раз подготовили заключительный вариант.

— Вы плохо поговорили с моей матерью, да? — спросила, сжав колени пальцами. — О чем?

— Тая, ну о чем мы могли говорить? — он мельком глянул на меня поверх крышки ноутбука, и этот взгляд мне очень не понравился. — Всё нормально, не переживай. Собирайся. Мы заедем в торговый центр тебе за шмотками, но через полчаса уже надо выдвигаться.

— Десятый час. Все торговые центры скоро закроются…

— Поверь, ради меня они поработают внеурочно. Так, держи договор. Читай внимательно. Я постарался учесть всё, о чем ты просила.

С этим словами Дитрих положил передо мной внушительную стопку бумаги. Я вчиталась в сухой контракт, в котором уместилась вся моя ближайшая — на неопределенный срок — жизнь.

Причин для отказа не было — оставалось только поставить везде роспись.

— Внеси пункт, что ты не имеешь права меня запирать, — ехидно добавила я, откидывая документ в сторону. В ответ на недоуменно поднятую бровь пришлось добавить: — Меня заперли сегодня здесь по твоему приказу.

— Да? Хм, должно быть, не так поняли мою просьбу никого к тебе не пускать, — он сделал ударение на слове “просьба”.

Спорить я не стала, вместо этого постучав ногтем по документу.

— Ну вот и внесем в договор, чтобы больше таких “недоразумений” не было, — ситуация вызывала раздражение, но вопрос с тем, что случилось силами, нервировал куда сильнее. Может быть, и тут мать постаралась? Тогда тем более нужно как можно скорее уехать.

— Да, конечно. Как пожелаешь, — на удивление легко согласился Дит.

Я спешно писала список необходимых вещей, когда на мобильном телефоне высветился незнакомый номер. Почему-то я не сомневалась: это не какой-нибудь мошенник или реклама, а моя мама. Я заблокировала её основной номер, и она не донимала меня звонками. Что на неё, в общем-то, было не похоже.

Но теперь позвонила.

Во рту пересохло от иррационального страха.

Что она хочет сказать?..

— Возьми трубку, — дернул уголками губ Дитрих.

Кажется, он тоже догадывался, кто названивает в ночи.

— Не хочу. Всё равно она будет угрожать или хамить.

— Тая, поверь, ей нечем тебя запугать. Не бойся её. Тем более я рядом.

— Хорошо. Алло? — я нажала на “принять вызов”. — Слушаю.

— Доченька… неужели я тебя слышу… пожалуйста, не вешай трубку, поговори со мной!

Голос мамы казался родным и бесконечно нежным, словно впитал в себя всю нерастраченную за годы моего воспитания любовь. Кажется, она даже всхлипнула. Если честно, захотелось промыть уши с мылом — чтобы убедиться, что мне не чудится.

Моя мама не умела быть ласковой, но сейчас она шептала в трубку, как сильно соскучилась и как не может без меня жить.

— Что тебе надо? — я скрипнула зубами. — Мам, прекращай разыгрывать комедию.

— Но я не играю. Я… я внезапно поняла, что могу потерять тебя. Навсегда. Как однажды потеряла твоего отца. Мне тебя не хватает. Я не нахожу себе места, не могу ничем заниматься. Фотографии твои перебираю. Я так тебя люблю, ты же единственная моя девочка. Наверное, я была к тебе несправедлива и строга, всегда ставила работу на первое место. Я перегнула палку, пытаясь заработать нам денег на безбедную жизнь. Но всё это я делала ради тебя. Чтобы ты ни в чем не нуждалась, чтобы тебя никто не мог обидеть.

Нет, она точно шмыгала носом!

Я аж рот разинула от удивления, но вовремя напомнила себе, что Эльвира Орлова — прекрасный манипулятор, готовый на всё ради достижения цели. Ещё днем она приказывала громилам схватить меня, а к ночи “вспомнила” о глубоких чувствах. Ну-ну.

Хотя, если честно, на секунду захотелось поверить в эту ложь. Стать той дочерью, которой бы мама гордилась. Прийти к ней, горячо обняться, ткнуться в живот лицом, как в детстве. Не выходить замуж исключительно из вредности и страха стать разменной монетой в бизнесе матери.

Увы, ей никогда не заслужить моего доверия.

— Скажи Дитриху, что ради тебя я пойду на всё, — бормотала мама севшим голосом. — Пусть он знает, я ради тебя готова принять его в нашу семью. Живите в моем доме, я организую вам такую свадьбу, что город ахнет. Выездную регистрацию, музыкантов известных. Хочешь, весь твой университет позовем? Только не уезжай от меня, маленькая.

Мужчина аккуратно вытащил телефон из моих пальцев и нажал на громкую связь. Голос мамы разнесся по номеру. Она повторяла как заклинание, что я не должна её бросать, что мой отъезд её убьет, что она не выживет вдали от меня.

— Эльвира Сергеевна, сколько мне вам заплатить, чтобы вы замолчали и удалили наши номера? — ехидно уточнил орк. — Отстаньте от Таи, прекратите заговаривать ей зубы.

— Дитрих… пожалуйста! Не увози её от меня! Оставайтесь с нами. Я умоляю тебя, одумайся. Давай помиримся. Заезжай ко мне хоть сейчас. Всё обсудим. Я помогу тебе решить ту проблему, в которой косвенно виновата…

Орк расхохотался, но смех его был тяжелым, темным, беспросветным. Мне казалось, он готов придушить “тещу” голыми руками.

— Мне не нужна ваша помощь.

— Что мне сделать, чтобы загладить свою вину?! — взвыла мама совсем уж отчаянно.

Я не понимала, что происходит. Словно с нами общался другой человек. Не та женщина, что обещала небесную кару за ослушание. Не та женщина, которая орала в клубе и угрожала нас уничтожить.

Разумеется, это лишь маска. И как только манипуляция окажется провальной, мама забудет и про слезы, и про обещания. Но сейчас она так изменилась…

Я почти верила её словам.

— Как загладить вину? Хороший вопрос, своевременный. Можете дать нам своё благословение, — ухмыльнулся Дитрих. — Удачи, Эльвира Сергеевна.

Он нажал на сброс.

— Так о чем вы с ней говорили? — я удивленно уставилась на смолкнувшую трубку.

Мне казалось, должен быть скандал, но чтобы моя мать кого-то умоляла… чудеса…

— О том, что у всего есть цена, — резко ответил Дит. — И на тебя повешен достаточно низкий ценник. Надеюсь, ты не купилась на её лживые речи?

— Н-нет.

Пусть соблазн и был так велик.

— Это хорошо. Собирайся, Тая. Нам ещё нужно заехать в пару мест перед отлетом.

***

Поскольку собирать было особенно нечего, уже через полчаса я была готова. Вот только едва подумала, что мы уже выходим, как в дверь постучали.

— Как раз вовремя, — улыбнулся Дит. — Это нотариус.

— А зачем? — я растерянно наблюдала, как мужчина впускает в комнату сухонького сморщенного старичка на вид лет ста, не меньше.

— Дитрих Серпович, доброго здоровья. Ну, где там ваша благоверная? — прошамкал старик, выдавая частичное отсутствие зубов.

— Вениамин Евграфович, здравствуйте, — Дит ухватил его за локоть и подвел к столу. — Это Тая.

— Тая… — поморщился старичок, отчего живо напомнил Бабу Раю, критиковавшую мое имя. Вот только он выдал совсем иное: — А паспорт у Таи есть? Для удостоверения личности.

— Паспорт… — я растерялась, невольно похлопав себя по карманам джинсов. Даже поздороваться забыла.

В голове словно стекло зазвенело — это звучали мои разбитые вдребезги планы. Как меня на самолет пустят? Как я в ЗАГС пойду без паспорта? На что я вообще рассчитывала… И ведь даже ни на минуту об этом не подумала!

— Алексей… — позвал мой жених, и в дверном проеме показался один из близнецов.

«А разве Алексей сейчас не с Маринкой?»

— Да, вот, — помощник протянул что-то Дитриху. — Обычный, заграничный, на всякий случай еще студенческий билет, свидетельство о рождении, медицинская карта.

Я в немом оцепенении смотрела, как темноволосый парень выкладывает на стол мои личные документы, и не могла понять — откуда? В том, что мать отдала всё это добровольно — я сомневалась. Да и она бы попросту не нашла паспорт в моей комнате — перед тем как уйти в клуб на «дело», я спрятала его так, что ни одна живая душа бы не нашла. Еще и пару заклятий сверху для отвода глаз наложила.

Но нет же, вот — мое. Паспорт в розовой обложке с котятами и студенческий со слегка потрепанной корочкой.

— Таисия Дмитриевна Орлова. Угу, — тем временем уткнулся в моих «котят» нотариус. — Сейчас зачитаю вам еще раз договор, разъясню ваши права и обязанности, юридические последствия, затем вы подпишете, и я удостоверю ваши подписи…

Слушая монотонный голос старичка, нервно закусила губу, пытаясь найти в себе решимость к действию, однако чувствовала лишь неуверенность.

Договор сроком действия на год: много это или нет? Стоит ли этот год того, что я получу взамен?

Малодушная часть меня на мгновение представила, что вот я отказываюсь, возвращаюсь назад к маме без Дита. Ведь она звонила, умоляла ее простить, обещала, что теперь всё будет по-другому.

Но ничего не меняется. Мама вновь начнет гнуть свою линию, манипулировать, заставит выйти замуж за незнакомого типа. Это пока на моей стороне орк — она готова идти на уступки.

Я поставила широкую размашистую подпись, а затем потянулась к собственным документам, всё еще лежащим на столе. Раз уж принесли, буду носить их с собой, никаким помощникам не доверю.

Вот только Алексей, очевидно, тоже решил, что мои паспорта больше никому не нужны, и взял их в руки. Наши ладони столкнулись, пальцы на мгновение переплелись…

— Как интересно… ты так здорово рассказываешь.

Я шокированно моргаю, озираясь по сторонам, не понимая, где нахожусь. Какой-то то ли бар, то ли клуб. Играет музыка. Передо мной сидит Маринка. В одной руке у нее бокал с каким-то напитком и пузырьками, а другой она игриво водит по моей коленке.

Столик, где мы сидим, отделен от основного зала занавеской.

В голове шумит, я слышу чьи-то голоса.

— Что-то не так? — Марина чуть отодвигается, на щеках выступают красные пятна, ярко контрастирующие с белизной кожи. — Я что-то не то сделала?

«Эй, кто сейчас с девушкой, Леха, ты? Меня выкинуло».

«Нет, я с Дитом и нотариусом, Лекс?»

Резко поднимаюсь с места, но меня тут же шатает. Словно центр тяжести резко сместился. Виски ломит, по затылку будто стучат молотком.

«Я баллистический анализ забираю. И я тоже хочу на свидание. Кто там следующий? Парнем Орловой кто займется?»

«Так, подождите, а с девушкой кто?..»

Резко отдергиваю занавеску — за ней тоже никого.

— Алексей? — голос Марины жалобный, тонкий. Девушка явно растеряна не меньше меня. — Пожалуйста, не уходи…

Алексей?!

Мысль электрошоком проходит по телу, а затем меня кто-то хватает за шкирку и тащит в темноту.

Желудок подскочил к горлу, я начала шумно дышать, растирая глаза и лоб.

— Тая? — Дит наклонился ко мне, взволнованно вглядываясь в лицо. — Ты чего-то подзависла. Слышишь меня?

Мы втроем все еще находились в комнате отеля. Нотариуса рядом не было, но был заверенный, подписанный с обеих сторон договор. Он лежал прямо передо мной, словно приговор.

Что это было?

— Слышу, — хрипло ответила, сжимая и разжимая кулаки, судорожно обнимая себя за плечи, словно желая убедиться, что теперь я точно в себе.

Во всем теле чувствовалась легкая слабость, как после магического отката. Я колдовала? Или просто показалось?

Неужели я только что была в голове у… всех близнецов разом?!

Подняла лицо на стоящего рядом Алексея, тот, вытаращив глаза, смотрел на меня и даже отступил на шаг.

— Это что за гляделки? — проницательно хмыкнул Дит.

— Ничего, — торопливо ответил за нас двоих помощник, окончательно подтверждая то, что Маринка в кафе мне не привиделась. — Вы собирайтесь, я буду в машине ждать.

И убежал.

— Точно всё в порядке? — не унимался орк, он попытался меня взять за руку, но я была так напряжена, что не хотела, чтобы меня сейчас трогали.

Дит понял мое состояние по-своему:

— Слушай, я понимаю, ты нервничаешь, но ведь это только на год. Я не буду тебя ни к чему принуждать. Все твои замечания я учел. Это отличная сделка, ты поступила правильно, приняв ее.

Вот только переживала я сейчас отнюдь не из-за фиктивной свадьбы. Что, к лешему, происходило с моей магией? То, что она никуда от меня не ушла, я не сомневалась.

Каждой клеточкой я ощущала в себе силу. Да и как бы иначе я попала на место кого-то из близнецов, если бы растеряла свое волшебство? В том, что Алексей меня впускать в их общую голову не хотел и не собирался, было понятно по его реакции.

Подошла к окну, взглянув на дуб, что стоял под окнами. Потянулась к нему всем своим естеством, пытаясь заставить расти.

— Тая? — позвал Дит тихим голосом.

— Да, идем, — кивнула я. Развернулась, подхватила сумку с вещами и прошла мимо него к выходу.

На дубе так и не проклюнулась ни одна почка.

На улице в последний раз оглянулась на старинный особняк, в котором располагался отель, на площадь неподалеку, прощаясь и с местом, и с городом.

Судя по всему, вернусь я сюда еще не скоро.

Когда мы сели в машину, Дитрих кивнул близнецу за рулем:

— Через торговый центр и потом сразу в аэропорт. И да, Альберт, баллистическую экспертизу получили?

Помощник кивнул.

Что ж, теперь, по крайней мере, я понимала, КАК они меняются. Понять бы еще, как Дитрих их, в таком случае, различает.