Глава 5

Герцог Саблер был зол, очень зол! Эта мерзавка на глазах у всех, смеясь, бросила ему вызов. Плутовка выставила его всеобщим посмешищем. Нет, это не просто вызов, задета его профессиональная честь!

Когда послышались первые крики о пропавших драгоценностях, он не придал им должного значения. Такое часто происходит на больших балах и приёмах — кто-то плохо застегнул застежку или же неосторожное движение во время танца, и как результат, украшение свалилось на пол, после прислуга обязательно отыщет. Но когда вопль повторился, а потом помножился на энное количество раз, у него волосы на голове зашевелились. Такого позора он ещё не испытывал. Под самым его носом работал дерзкий воришка, а глава Тайной канцелярии в этот момент, ничего не подозревая, предавался утехам в компании великосветских красоток. Причем это уже второй раз! И если тогда пропал лишь один камешек, пусть и уникальный (видать, тот мерзавец поскромнее), то сегодняшнее происшествие было просто верхом наглости. Внезапно герцога посетила одна догадка. А что если это один и тот же паршивец? Осмелел, почувствовав безнаказанность… И почему, собственно он, а не она?

А уж когда обнаружили оставленный в прихожей на туалетном столике пригласительный билет с оттиском изображающим силуэт лисы на конверте, сомнений принадлежности вора к прекрасному полу не осталось. Лиса! Она снова выскользнула из его рук! Давей грохнул об стену попавшимся под руку стулом, от чего тот разлетелся в щепки, а герцог и не подумал извиниться за испорченный предмет мебели, хотя никто этого и не ожидал от него. Всегда хладнокровный блюститель порядка позволил себе небольшую слабость — показать свои чувства на людях. И сейчас он был в ярости от собственного бессилия, но продолжалось это недолго — буквально через несколько минут уже спокойно опрашивал пострадавших. При этом на его лицо вернулась привычная ехидная улыбка и подозрительный прищур. Игра становилась серьёзной. Змей почувствовал настоящий азарт, ведь Лиса оказалась достойным противником. Глава Тайной канцелярии оживал с каждой секундой: в глазах появился загадочный блеск, движения становились плавными и тягучими, а мозг работал, как хорошо отлаженный механизм. Герцог словно проснулся от долгого зимнего сна. Таким Давея Саблера уже несколько лет никто не видел, но именно вот такой он вызывал страх и трепет даже у собственного окружения. Однако в последнее время его жизнь стала скучна и однообразна, всех мало-мальски серьёзных преступников он посадил, а мелких взял под контроль, позволяя жить, но не дозволяя зарываться. Поговаривали даже, что он потерял нюх и утратил профессиональные навыки. Ан, нет! Рыжая плутовка заставила его встрепенуться и выйти на охоту. Сейчас главное взять след!

Мысленно вернувшись на несколько часов назад, Давей вспоминал предшествовавшие ограблению события. Он прикрыл глаза. Вот начало бала, все ещё скованно и чопорно прохаживаются с бокалами в руках, ведутся тихие светские беседы, негромко играет музыка, следующая картинка — пары кружатся в танцах, слышится хохот и визг слегка подвыпивших персон. Среди всей этой уже захмелевшей знати ярким пятном выделяется молоденькая девушка с ярко-рыжими волосами и глазами цвета свежей зелени, явно попавшая на подобное мероприятие впервые и определенно без ведома родителей, так как не имеет сопровождения.

Герцог, вспомнив прелестную незнакомку, невольно улыбнулся. Очаровательное создание, такая искренняя, нежная и в то же время дерзкая. Плутовка, так и не представилась. Наивная, думает, что он её не отыщет. Жаль, что их встреча была столь коротка. И надо было тогда в самый неподходящий момент явиться дочери графа Тамле со свитой. Аделина невероятно красива внешне, но при этом спесива и капризна по характеру. Одно время Давей увлёкся красоткой, пока не испытал на себе её стервозного нрава. С тех пор старался держаться от неё подальше, а вот она еще питала надежды вернуть такого завидного жениха.

Герцог открыл глаза. Взял в руки конверт с печатью воровки, покрутил в руках. Достал приглашение, осмотрел его еще раз. Часть его была сожжена и как раз та, где указывалось имя приглашенного. Умна и дерзка, плутовка! Этой выходкой она показывала, что на бал она пришла открыто, а не пробралась туда, как трусливый воришка. Саблер уставился на оттиск печати, словно в нем была разгадка загадки под названием «Лиса». На ум сразу пришёл образ таинственной ночной феи кружащей в танце на площади. Тогда ему казалось, что её волосы в свете костра отдавали золотом. Возможно, кличка «Лиса» навеяна как раз цветом волос ее обладательницы? Герцог задумался, та девушка была стройной, хрупкой, небольшого роста, хотя, может и среднего.

Сыщик принялся составлять протокол, но образ Лисы не давал покоя. Кем могла быть на балу воровка? В мыслях тут же всплыла маленькая рыжая девчонка. Давей даже перестал писать, отложив перо. Нет, не может быть. Она слишком юна и наивна, чтобы быть Лисой. Скорей всего малышка сбежала из-под опеки матушки, дабы окунуться во взрослую жизнь. Интересно куда она исчезла? Отвязавшись тогда кое-как от назойливых поклонниц, он попытался разыскать девушку, но она словно растворилась. Возможно, матушка таки её нашла, увела домой, и дерзкой девчонке всыпали розги хорошенько или посадили под домашний арест. Герцог улыбнулся, представив сцену укрощения строптивой. Жаль, что их знакомство не продолжилось… Девчонка вызывала в душе чувства и желания, которые не были ранее присущи главе Тайной канцелярии. Давей тряхнул головой, отгоняя неприличные мысли, отвлекавшие от работы. С чего это он так некстати размечтался? И вообще, у него совершенно чистые помыслы, а девчонку все же стоит наказать, дабы отбить всякую охоту сбегать из дома. Совсем ведь глупышка, могла попасть в плохую историю. Большой бал не для маленьких наивных принцесс.

Он вновь взялся за написание протокола. «А если она и есть Лиса?!». Перо вновь улетело в сторону. Тогда она не просто дерзкая, а безрассудно смелая. И он её отыщет. Саблер довольно потёр руки, игра становится невероятно интересной и увлекательной.

Вернувшись домой, вывалила драгоценности на кровать и улеглась рядом. Какая красота! Сбывать подобное на черном рынке неблагодарное дело и небезопасное, денег выручу не много, а проблем потом точно не избежать. Да и не хотелось отдавать. Я нежно водила пальчиками по своим невероятно красивым камешкам, по их золотой и серебряной оправе, раскладывала так и эдак. Всё, естественно перемеряла. Женщина я, в конце концов, или кто?! Решила — никому мои драгоценности не отдам! Придумала вариант получше. Есть у меня знакомый ювелир, который за хорошую оплату из этих сокровищ сотворит мне такие украшения, каких свет не видывал. И бывшие хозяева не смогут узнать. Господин Шендал — хороший приятель моего деда, имеющий отличную репутацию в своих кругах, да и в наших тоже. Следовательно, доверять ему можно без опаски, только вот берёт дорого за свои услуги, но доверие и его мастерство того стоит.

Я стала перебирать камешки. Вот этот крупный сапфир сам по себе хорош и не нуждается в сопровождении, которое ему навесили из мелких топазов. Ему хорошую огранку и засияет всею своей красотой. А этому необычному бриллианту, напротив, соседство других камешков пойдет только на пользу. Например, вот эти… Пока идей в голове теснилось море, села рисовать эскизы, по которым потом планировала заказать себе эксклюзивные украшения.

Так увлеклась, что очнулась, когда в комнате начало светлеть. Загорался рассвет, начинался новый день. Погасила свечи и уставшая, но счастливая легла спать, спрятав свои приобретения в дедов сейф.

Разбудила меня, как обычно, Кет.

— Вставай, соня, уже день на дворе, а ты всё спишь, — экономка поставила поднос с чаем на туалетный столик и раздвинула шторы, впуская яркие солнечные лучи.

Я потянулась, как сытая довольная кошка. Хорошо-то как!

— Тебя уже час выглядывают, — добавила она.

Всю негу как рукой сняло, подскочила в испуге:

— Опять герцог явился?

— Да ну тебя! — отмахнулась Кетти. — Вспомни только черта. Нет. Глянь в окошко.

Я тут же подбежала к окну и выглянула из-за шторки. На противоположной стороне улицы гулял знакомый мне мальчишка. Завидев меня, поднял кепку в приветствии и тут же скрылся в переулке. Это был наш условный сигнал. Значит, у предводителя местных оборванцев есть для меня важные новости и нужно немедленно встретиться.

Случилось что-то серьёзное, по пустякам он меня не беспокоил.

Схватив булочку с подноса, стала быстро одеваться в костюм беспризорника.

— Куда? — всплеснула руками Кет. — А чай?

Я в ответ промычала что-то невнятно с набитым ртом и продолжила процесс перевоплощения. На лицо — маскировочный грим, на голову — кепочку.

Глянула на себя в зеркало и выругалась. Я же забыла смыть рыжую краску! Ладно, сейчас нет времени, вернусь, смою.

— Не пущу! — грозно заявила экономка, перекрывая мне дорогу, когда я ринулась к двери. — Ты который день нормально не ешь. Худющая стала, страшно глянуть. Вон, и одежда на тебе болтается, как на вешалке.

— Этой одежде положено болтаться, маскировка такая. А поем я, когда вернусь.

И чмокнув в щёчку грозную сторонницу хорошего питания, проскользнула у неё под рукой и выбежала за дверь. Вслед мне послышалось недовольное ворчание.

Прожогом пронёсшись по улицам и переулкам, нашла своего дружка печально привалившегося у старой гостиничной конюшни. Завидев меня, он улыбнулся, но через мгновение улыбка слетела с его лица. Нахмурившись, подошёл ко мне. Я не успела удивиться такой резкой перемене настроения, как он зашипел словно змей.

— Ты с ума сошла! — заявил мальчишка и с серьёзным видом стал заправлять выбившуюся у меня прядь в кепку. — Везде рыщут люди герцога, а ты рыжая бегаешь. Вообще страх потеряла?

Мне стало смешно — он вел себя как заботливый родитель, поучающий нерадивое дитя.

— Я больше не буду, папочка, — засмеялась, глядя на него с нежностью.

— Злыдня, — ответил он оскорблено, но тут же улыбнулся.

Вот за что его люблю, что не умеет он обижаться и ко всему относится с недетской мудростью.

— А теперь совершенно серьезно — у тебя крупные неприятности. Загибай пальцы, — начал перечислять он деловито. — Первое — герцог в ярости поднял на ноги всю канцелярию, второе — идут обыски во всех мало-мальски известных воровских домах, третье — Григ Олстон сегодня выпущен на свободу.

— Хм, — протянула я, — значит, Змей принял предложение…

— Да, и теперь на тебя охоту начнут ещё и головорезы Принца.

Я скривилась, как будто лимон съела.

— И последнее, — голос Шкета стал еще более грозным, что не предвещало для меня ничего хорошего. — Ищут небольшого роста девчонку с рыжими волосами.

Мои глаза округлились от удивления, а он продолжил.

— Это ж до какой степени надо осторожность потерять, чтобы засветиться перед герцогом? — он упер руки в боки. — Бросай сумасбродничать. Тебе нужно залечь на дно и песочком присыпаться.

«Да, что-то ты, лиска, нынче в опале. Не мой день сегодня. Удача, видно, решила, что наигралась со мной».

— Поняла, поняла. Залягу. Сейчас же, вернусь домой и… — остановила поток речи и прищурилась, внимательно его рассматривая. — Ты бы тоже пока не светился.

Он кивнул, соглашаясь. На этой печальной ноте мы расстались. Домой я добиралась уже намного осторожнее, всё больше переулками.

Когда проходила недалеко от лаборатории ба, меня почему-то потянуло зайти глянуть, может, есть какой заказ. Надо же будет чем-то «на дне» заниматься.

Заказов не было, я собралась уже уходить, как заметила, что дверь в помещение приоткрыта. По спине пробежал холодок испуга. Осторожно нажала на ручку — так и есть, всё открыто, замки не сработали. Догадка привела меня в оцепенение: пока я орудовала в бальном зале, обокрали лабораторию моей бабули.

Входя в комнату, даже зажмурилась, боясь увидеть пустые полки, разбитые колбы и перевернутые ящики. С тяжёлым сердцем открыла глаза. На удивление вокруг царила чистота и порядок, так, как я и оставляла несколько дней назад. Все баночки-скляночки на местах, травы-муравы сушатся под потолком. Облегченно выдохнула. Проверила самые дорогие мази и лекарства, всё оказалось на месте. Кто ж тогда сюда забрался и зачем? В последнюю очередь открыла шкатулку с деньгами за медикаменты, она оказалась пуста. Я даже не расстроилась, там хранилась совсем небольшая сумма денег, ведь за свои зелья я беру небольшую плату, символическую. Ну что же, наверное, вору нужны были только наличные. Это, конечно к лучшему, только весьма странно, ведь за мои травы и снадобья можно выручить хорошие деньги, здесь были очень редкие рецепты. Скорее всего, грабитель просто в этом не разбирался.

Пребывая все еще в недоумении, обвела лабораторию взглядом повторно. Вдруг вопрос, почему так странно вел себя воришка, отпал сам собой. Догадка о личности вора была неприятной, но все объясняла. Уже долгое время хозяин дома настаивает на том, чтобы я продала ему это помещение. Всё здание принадлежит ему, и только моя крошечная лаборатория, как кость в горле. И человек-то он в общем неплохой, но видно, пообещали ему хорошие деньги за мои небольшие комнатки, а с финансами у него сейчас, похоже, сложно. Уговорить меня не получилось, вот и пытается меня выжить таким примитивным и нечестным способом.

Я села на одинокий стул посредине, на душе стало очень плохо, как будто кто тьмы туда напустил. Так неприятно разочаровываться в людях, которым доверял. Вспомнилось, как он мне помогал в первое время, как заботился и находил мне пациентов. И сейчас взял только деньги, наверное, потому что большего совесть не позволила. Что ж, кто-то остается верен своим принципам в любой ситуации, а кого-то ломают обстоятельства. Последнее время меня постигает одно разочарование за другим, должно быть взрослею. Печально улыбнулась. Надо всё-таки продать лабораторию, чтобы не толкать человека на еще большие преступления. Всё равно мне она не по плечу. А снадобья я смогу готовить и дома, было бы кому.

Приняв решение, поднялась, прикрыла все двери. Надо будем сегодня же забрать всё ценное и связаться с хозяином по поводу продажи.

Вернувшись домой, первым делом быстро смыла с себя всю краску и грим. Потом перепрятала украденные драгоценности в дедовы тайники. Туда же отправился костюм «мальчика». Печально посмотрела на красивое сиреневое платье, в котором была на балу. Если его обнаружит герцог, улик других и не надо будет искать, потому желательно его сжечь. Но рука не поднялась на такую красоту, и платье последовало за костюмом в тайную нишу.

Таким образом, спрятав все следы преступлений, я успокоилась и спустилась обедать. Все эти хлопоты возбудили во мне зверский аппетит.

За обедом я была молчалива, переваривая все события и обдумывая свои поступки. Беседу за столом вели в основном Кетти с Роджером, да периодически включался в разговор новенький помощник, за своими переживаниями не запомнила, как его зовут.

Закончив трапезничать, взяла две огромные корзины и оправилась в лабораторию. За один раз я всё не унесу, потому сначала собрала самое дорогое и необходимое. Только по пути назад поняла, что можно было привлечь Кет к этой работе, мы бы за один заход вдвоём справились. Ну да ничего, мне есть время для размышлений, а у неё и по дому работы хватает.

В лабораторию пришлось ходить ещё два раза, но зато все помещения я очистила и убрала за собой, подготовив к продаже. Перенеся весь мой лабораторный скарб домой, рассказала Кет о своих планах и мы принялась вместе с за уборку чердачной комнаты. Решили, что там самое место для моей лаборатории, если что-то вдруг взорвётся в ходе опытов, то только крышу снесёт. Да и травы сушить удобно. Весь оставшийся день мы с Кетти убирали, мыли, чистили, приводя в порядок мой будущий рабочий кабинет.

* * *

Герцог опустился в кресло у окна, и устало прикрыл глаза.

— Да, нелёгкая выдалась ночка, — прокомментировал Аден, усаживаясь за стол главы Тайной канцелярии, и спросил с надеждой в голосе: — Может, выпьем по бокальчику вина?

Давей кивнул в знак согласия и тут же на столе, как будто из неоткуда, материализовались два бокала. Некоторое время приятели молча смаковали вино.

— Почему ты решил, что Лиса — женщина, может это лис? — спросил граф, рассматривая оттиск с изображением животного на пригласительном билете.

— Нет, не может быть, — ответил твёрдо Давей.

— Почему? — попытался возразить Аден. — Маскируется под рыжую плутовку, а что мы знаем, по сути, о нём?

— О ней, — герцог глотнул вина, и начал приводить аргументы поучительным тоном: — Во-первых, она хорошо разбирается в камнях, не взята ни одна подделка, а на подобном балу многие не гнушаются носить стекляшки.

— Смею тебе возразить, как раз это говорит о том, что вор — мужчина. Много ты видел женщин, хорошо разбирающихся в камнях?

Герцог кивнул в знак согласия, но продолжил гнуть своё:

— Во-вторых, украшения все взяты, заметь, самые изысканные, а не дорогие.

— Согласен, хороший аргумент, но…

Давей не дал ему договорить.

— И в-третьих, я её видел, — выдал он, с хитрым прищуром наблюдая за собеседником.

Реакция последовала незамедлительно, глаза графа округлились в изумлении.

— Ты её видел, и она от тебя ушла?! — выкрикнул он. — Что-то мне подсказывает, что это было не на балу…

Саблер утвердительно кивнул.

— Значит, она обводит тебя вокруг пальца уже не первый раз, — продолжил гнуть свое Аден, не скрывая ноток сарказма.

Поддеть самого главу Тайной канцелярии было одним из любимых занятий его верного друга Адена, и он никогда не упускал такой шанс, но делал это только тет-а-тет. Давей Сблер платил ему той же монетой.

— Ушла, — ничуть не смутился тот, а на лице расплылась загадочная улыбка.

— Но раз ты ее уже видел, тогда должен был узнать её на балу, — выдал тут же свои умозаключения граф Оуэн.

— Тут понимаешь, какая загвоздка, видел я её издалека, и при лунном свете. Что могу сказать: девушка стройная, среднего роста, или небольшого, шикарная копна волос, тонкая талия, тут, — герцог очертил руками в воздухе изгибы женского тела, — всё на месте. Жаль только лица её не разглядел.

И Давей поведал другу историю о встрече с таинственной лесной нимфой.

Аден слушал с всё возрастающим удивлением.

— Нужно всего лишь сопоставить рост и фигуру твоей нимфы с ростом и фигурами дам на балу, и круг поиска существенно снизится, — заявил после услышанного.

— Хм… легко сказать. Девушка на народном гулянии была босиком, а на балу дамы предпочитают туфли на высоком каблуке. А о бальных платьях и говорить нечего, они скрывают всё, что только можно скрыть, и выставляют напоказ то, чего нет.

— Это да, опять согласился граф. — Ну, а больше никаких примет?

— Волосы, — Давей глотнул вина, делая длинную паузу.

Его друг не выдержал:

— Волосы рыжего цвета? Значит, поэтому ты объявил в розыск девушку небольшого роста с рыжими волосами? Думаешь, прозвище «Лиса» — это из-за окраса воровки, — догадался Аден.

— Нет! — неожиданно твёрдо произнёс герцог. — Волосы у неё могут быть от светло-русого до тёмно— каштанового оттенка. В свете костра они отливали золотом, от того образ незнакомки и казался таким неземным.

— Зачем тогда мы ищем…

Оуэн с удивлением развёл руками.

— Считай это интуицией, — загадочно ответил глава Тайной канцелярии и прикрыл глаза, делая вид, что смакует вино, и вспоминая маленькую дерзкую рыжеволосую девчонку, о встрече с которой он не стал рассказывать другу.

Да что там другу, он даже самому себе не желал признаваться, что просто хочет её ещё раз увидеть и все эти облавы на рыжеволосых красавиц были устроены с этой целью. Это необъяснимое желание даже отодвинуло немного на второй план поимку Лисы. Мысль о том, что это может быть одна и та же девушка он упорно отгонял прочь.

— Что-то ты не договариваешь, — наблюдая за другом, протянул граф.

Тот в ответ только загадочно улыбнулся и перевёл разговор на другую тему:

— Меня другое беспокоит — как она пробралась на бал?! — и тут же принялся аргументировать свою мысль: — Та девчонка, что танцевала с цыганами, скорей всего принадлежит к низшему сословию. Исходя из этого вопрос: откуда у неё пригласительный билет? Они рассылаются из года в год лишь аристократам и очень богатым и почитаемым гражданам.

— Как и всё остальное — украла у хозяев? — предположил Аден.

— Возможно. Тогда нам нужны все, кому были разосланы приглашения и кто так или иначе не был на балу. Выяснить причины, допросить каждого и желательно увидеть неиспользованный билет.

— Нам нужен список всех, кому были разосланы приглашения.

— Вот ты этим и займись, — тут же отдал распоряжение глава сыщиков.

Друг только тяжело вздохнул, уже предполагая, какой огромный объем работы ему предстоит.

— Нельзя отметать версию, что она аристократка, возможно из обедневших.

— Это ж какая аристократка будет отплясывать ночью на рыночной площади? — возмутился Аден. — А потом еще скакать по крышам.

— Сумасбродная, — рассмеялся герцог. — Не будем исключать ни одной возможности.

План дальнейших действий они наметили и уже собирались расходиться по домам, как неожиданно Давей остановился.

— А где мое приглашение?

— Посмотри в стопке писем, — махнул рукой граф.

Давей перелистал письма на столе, и не найдя нужного, взглянул озадаченно на друга, у того на лице проступило полное изумление. Вдвоём они пересмотрели ещё раз, но письма с приглашением на бал не было, зато обнаружили другое — с оттиском силуэта лисы на сургучной печати.

Друзья переглянулись.

— Вот тебе и разгадка, как она на бал попала, — глаза герцога превратились в две узкие щелочки.

— Не может быть?! — озадачено протянул Аден. — Возможно, приглашение пришло не сюда, а тебе в особняк.

— Аден, всегда приходят три приглашения: сюда, мне в особняк и в загородное поместье.

— Но как она могла сюда пробраться? — всё ещё не хотел верить в произошедшее граф.

— А вот это уже вопрос по теме, — и Давей в ожидании ответа, зло уставился на друга.

— Ты на меня намекаешь? — обиделся Оуэн. — Совсем за идиота держишь?

— Проникнуть в мой кабинет постороннему не возможно, — закипая, прошипел герцог.

— Я не оставлял его ни на минуту, а если и уходил, всегда закрывал дверь. Ты же знаешь мою осторожность, я десять раз перепроверю.

— Ладно, не кипятись, — тон главы Тайной канцелярии немного потеплел. — Но как-то же она пробралась сюда. Как?

— Подожди, приглашение пришло неделю назад, за неделю здесь побывала уйма народу, — пытался оправдаться Аден.

— А ростовщик был ограблен пару дней назад и вот точно такие конвертики были разосланы в то же утро. Вспоминай быстро, кто заходил в тот день.

— Да никого, — обижено вскрикнул граф, но тут же взял себя в руки и стал перечислять события злополучного дня: — Я вернулся с выезда, заполнял бумаги, почти до вечера просидел в кабинете один, потом пообедал… Стоп! Посыльный приходил мальчишка, принёс конверт.

— Вот этот? — и герцог провёл перед носом ошарашенного помощника конвертом с оттиском лисы.

— Наверное, этот, — уныло и медленно прозревая, согласился друг.

Аден Оуэн был добросовестным и ответственным работником, а еще отличался аналитическим складом ума и безумно любил сыскное дело, как и сам Саблер. Вот на почве этой любви мужчины и подружились. Почти сразу же после этого граф Оуэн стал правой рукой главы Тайной канцелярии, о чем ни разу потом не пожалел ни один, ни другой.

— Подожди, — попытался оправдаться Аден, — но я не выходил ни на секунду даже еду ему заказал через дежурного.

— Что ты ему заказал? — не скрывая иронии, спросил Саблер.

— Он худющий такой, одни глазёнки, жалко стало, — проговорил виновато. — Да я выглянул в коридор всего на секунду и крикнул дежурному.

— Глазёнки, говоришь, — герцог подошёл и похлопал, успокаивая, графа по плечу. — Опростоволосился ты, мой друг, признай это.

Тот лишь виновато опустил голову. Неожиданно герцог поднял руку и помахал перед глазами помощника золотыми карманными часами.

Лицо Адена в изумлении вытянулось:

— Откуда у тебя мои часы? — искренне удивился он.

— Мне понадобилось всего лишь пара секунд, чтобы вытащить их у тебя.

— Но как ты это сделал? — с неподдельным восторгом спросил Оуэн у друга, вернув свою ценность в карман.

— Так же как тот мальчишка стащил конверт. Ты порой бываешь слишком доверчив, а доверять можно только самому себе. Запомни это. Ну, раз это твой прокол, то ты и займёшься сорванцом. Чует моя интуиция, паренёк многое может нам поведать о Лисе. Только будь осторожен, не спугни. Я думаю, это был Шкет, и он напрямую выведет нас на рыжую воровку.

* * *

На следующий день проснулась поздно. Вчерашний ударный труд по благоустройству моего рабочего места выбил меня из сил, и я позволила себе проспать практически до обеда. Когда спустилась вниз, моя не знающая усталости Кет давно уже переделала всю дневную работу по дому и сидела в кресле у окна с неизменной вышивкой. Как-то она и меня хотела привлечь к сему полезному занятию, но, увы, я никак не могла усидеть более получаса, а если что-то не получалось, и того меньше.

Мы только закончили обедать, когда в дверь постучали. Остановив порыв Кетти вскочить, отправилась сама открывать двери. К моему несказанному удивлению, на пороге с букетом цветов стоял мой «жених» и сладко улыбался. Первым порывом было закрыть перед его носом дверь, но вовремя вспомнила о своей нелёгкой роли примерной невесты и даже позволила себя поцеловать, пересиливая вдруг подступившую тошноту.

Григ вошёл, вручил цветы и с презрением взглянул на слуг, сидящих за столом. Он не понимал и не приветствовал моего доброго к ним отношения, как к равным себе. Раньше я этого совершенно не замечала, а сейчас мне стало больно за себя, за родных. Ведь если бы мы на самом деле поженились, даже представить страшно, какая участь ждала бы их, зная его отвратительное отношение ко всем, кто ниже рангом. Сам-то он тоже титулов официальных не имел (воровская кличка не в счет), но деньги открыли ему некоторые возможности и его и без того чрезмерное высокомерие, возросло еще больше.

В который раз порадовалась счастливому стечению обстоятельств, открывших мне глаза на истинную сущность моего «возлюбленного». Да, именно счастливому, хотя и поняла это далеко не сразу. Осталось теперь только каким-то образом отменить свадьбу, а это не так легко. Сомневаюсь, что женишок меня так просто отпустит, у него же далеко идущие планы. Но в одном я уверена твердо, что его женой не стану никогда и ни за что!

Принц, меж тем, мне что-то говорил о том, как соскучился, проникновенно смотрел в глаза, а я видела и слышала лишь фальшь этих нежных взглядов и слов. Улыбалась ему в ответ и даже что-то отвечала, но мне хотелось поскорее забрать свои руки из его ладоней, до такой степени мне стал противен этот человек.

Спасение пришло неожиданно в виде громкого стука в дверь. На этот раз открывать бросилась экономка. К нашему всеобщему изумлению на пороге стоял герцог Саблер собственной загадочной персоной, и рядом топтались ещё с десяток его служащих.

Самое невероятное было то, что пожаловал ко мне глава Тайной канцелярии с обыском. Волосы на моей голове зашевелились от накатившего ужаса. Замерла, боясь пошевелиться, словно из ушата ледяной водой окатили. Принц был удивлен не меньше моего, и бросал недоуменные взгляды на главу Тайной канцелярии.

Тот же, совершенно не обращая внимания на наше состояние, вежливо объяснил, что это всего лишь долг службы и меня ни в коем случае ни в чем не подозревают, и данный обыск всего лишь обычная формальность. Я не так наивна, чтобы верить в подобные сказки, но другого выхода, как снова полагаться на удачу, не было. Мило улыбаясь, пригласила обоих мужчин в кабинет деда, в душе надеясь, что дедовы тайники по-прежнему надёжны, и никто из ищеек Тайной канцелярии к ним не доберётся. Так, успокаивая себя этой мыслью, я повела мужчин наверх. Меня колотила мелкая дрожь, все силы уходили только на то, чтобы успокоиться и не выказать своего крайне взволнованного состояния.

Когда они удобно расположились в кабинете, предложила чаю и, пока никто не успел возразить, сама же отправилась его готовить. Выйдя в холл, перевела дыхание. Руки тряслись. «Нет, так дело не пойдёт, нужно успокоиться». Сделала несколько дыхательных упражнений: вдох-выдох, и медленно спустилась вниз.

На кухне встретила перепуганную насмерть Кет, она тоже дрожала, словно осиновый лист, даже зубы постукивали. Шепотом мне пожаловалась, что вездесущие ищейки даже в мешок с мукой свой нос засунули. Как могла попыталась её успокоить, напомнив, что дедовы тайники ещё никому не удалось отыскать, а им уже не один десяток лет. Женщина немного пришла в себя, но пред ясны очи герцога ей лучше было не показываться, потому позволив ей лишь только сервировать поднос для чая, наверх его понесла сама.

Услышав, что в кабинете идет разговор, приложила ухо к двери, стараясь хоть что-то расслышать, но, к моему сожалению, мужчины говорили слишком тихо, и мне не удалось разобрать ни единого слова. «Опять заговоры против меня плетут… Эх, добавить бы им какой вредной травки в чай, чтобы интересы кардинально поменялись в сторону противоположную розыску одной маленькой хорошенькой лисички».

Тихонько постучала в дверь, голоса тут же стихли. Открыл мне герцог, и вновь удивил, взяв у меня из рук тяжелый поднос, собственноручно водрузил его на стол. После чего сел в кресло, прихватив с книжной полки томик стихов Сайрона. Мне же осталось только разлить чай по чашкам. Что я и принялась делать, сконцентрировавшись на том, чтобы сдерживать дрожь в теле, а страх накатывал волнами, пробегая по спине холодком.

Когда подавала чашку герцогу, он вроде как случайно, но мне показалось, что нарочно, прикоснулся к моей ладони и намного дольше задержал свою руку, чем требовалось для принятия напитка. И при этом так пристально смотрел мне в глаза, а я была не в силах их отвести. Меня вновь, то ли молнией стукнуло, то ли окатило, только теперь горячей водой, да так что волна докатилась до щек. Нет, я в жизни не краснею — это чудесное свойство моей кожи. Надеюсь, оно меня не подвело и на сей раз, и никто ничего не заметил. Но я ощутила, как кровь прилила к лицу, мне стало жарко в довольно таки прохладном кабинете.

— Сайрон. Любите стихи? — спросил его светлость, листая томик стихов, как только приступили к чаепитию, чем вывел меня из ступора.

— Нет, это Кетти увлекается, — ответила автоматически и, увидев его недоуменный взгляд, пояснила. — Моя экономка. Стихи и женские романы не по мне.

Лицо Принца перекосило. Как же его бесит мое уважительное отношение к слугам. Герцог же поднял брови в удивлении, а в глазах появилась заинтересованность.

— Я думал, все юные особы вашего возраста увлекаются романтическими историями.

— Что ж, тогда развею ваше убеждение — я совершенно не люблю стихи, а романтические истории вызывают лишь раздражение, — выдала немного резче, чем того хотелось.

— Как? Разве вы не мечтаете о рыцаре в серебряных доспехах на белом коне?

— Зачем ей рыцарь, когда у неё есть я! — нагло заявил Григ, напомнив о своем присутствии.

Мы с герцогом лишь мельком взглянули на него, как на досадное недоразумение, и продолжили разговор.

— Вся эта чушь из романтических книг, о бедных, но безумно красивых и гордых леди, и благородных и смелых лордах, в которых он спасает свою возлюбленную в последнюю минуту от злодеев, вызывает лишь досаду, — от волнения, я совсем перестала контролировать свою речь.

— От чего же? — герцог даже поддался вперёд, с интересом меня рассматривая.

— Лучше бы писаки делом каким полезным занялись, вместо того, чтобы забивать своими бреднями неокрепшие умы. В жизни все не так красочно…

Куда меня понесло, и с чего так разоткровенничалась с главой Тайной канцелярии, я и сама понять не могла. Почему-то в его присутствии во мне просыпаются какие-то неведомые ранее эмоции и чувства, и самое главное из них — дух противоречия. Хочется ему дерзить и перечить, хоть я по природе своей человек мирный. И совершенно наплевать, что в данный момент должна играть роль серой мыши, незаметной и безропотной. Вон как Принц на меня поглядывает, не может понять, что стало с его, до сего времени, такой молчаливой и покладистой невестой. Ну, ничего, пусть поволнуется, мне опостылела эта роль, пора заканчивать с предсвадебным фарсом. А вдруг, поняв, что я не так смиренна и мила, он сам откажется на мне жениться. Оглядываясь назад понимаю, что рядом с Григом я не была собой, моя влюблённость изменила меня до неузнаваемости — стала тихой и скромной, боялась лишний звук издать и заглядывала ему в рот, ловя каждое слово, и веря безоговорочно во все, что он говорил, потеряла свое мнение и саму себя тоже.

Да, любовь сделала из меня полную глупышку, можно не просто верёвки вить, а и кружево выплетать. Как же я та была противна самой себе сегодняшней! На будущее — никакой любви, только холодный ум и трезвый рассудок.

— Вы считаете, что дамские романтические книги вредны? — донеслось до меня сквозь рой моих мыслей.

— Естественно! Вот так начитавшись подобного, юные леди мечтают о неземных чувствах, загадочных рыцарях и неземной любви, а столкнувшись с реальностью, разочаровываются в жизни.

Герцог смотрел на меня с насмешкой, в его взгляде читалось, что он считает меня саму ещё ребёнком, пытающимся выглядеть взрослым, а на самом деле ничегошеньки не знающим о жизни.

— Вы рассуждаете, как… — он потянул паузу, видно не мог подобрать аналог слова «старушка», — леди, разочаровавшаяся в жизни.

Я уж было открыла рот, чтобы достойно ответить, но в разговор неожиданно вновь вмешался Григ.

— Мари просто расстроена событиями сегодняшнего дня, и как все женщины немного преувеличивает. Как только мы поженимся, её разочарование жизнью пройдёт. Будет совсем не до этого, — и таким сальным взглядом «одарил» меня, что стало тошно.

Ничего не ответила на его выходку, даже попыталась выдавить из себя улыбку.

— Значит, вы не любите романы и стихи. Тогда чем же юная леди интересуется? — нарушил затянувшееся молчание герцог, чем спас меня из неловкой ситуации.

— Математика. Четкий и логичный язык цифр. Мне он ближе, без обольщений и обмана.

— Не соглашусь с вами, даже эта наука не обходится без обмана и нелогичности.

В глазах его сиятельства промелькнули озорные искорки. «Да он просто развлекается! Общение со мной для него забава, способ скоротать время», — вдруг сделала не очень приятное для себя открытие. Накатила такая злость. Ладно, пусть повеселится, беседа меня отвлекает от мыслей об обыске и не позволяет страху взять надо мной верх.

Кто я в его глазах? Глупая девчонка, не обладающая ни красотой, ни титулами, но забавна своей непосредственностью.

Обида придала мне силы, и я ринулась отстаивать свою точку зрения, забыв, что имею дело с самым умным, искушенным и коварным собеседником. Мы так увлеклись, что потеряли счет времени. Я перестала волноваться, страх совсем покинул, а герцог, казалось, получал искреннее удовольствие от нашего спора.

О присутствии Принца мы тоже совершенно забыли, да и он, не проявлял к нам абсолютно никакого интереса, и, по-моему, даже вздремнул, мерно покачиваясь в удобном кресле-качалке. А мы же с герцогом потерялись во времени и пространстве. В какой-то момент я неожиданно для себя поняла, что рассматриваю оппонента с явным интересом, и завороженная его голосом вся свечусь в ответ на его улыбку.

Как только пришло понимание происходящего, вновь охватил ужас. Может, правы слухи о нем, и глава тайной канцелярии обладает магией или такова сила его обаяния?! Ведь совсем не красавец, роста среднего, одевается зачастую скромно, не афишируя свое состояние, словом, по виду так сразу и не скажешь, что герцог. Но столько в нём внутренней силы, волевого характера, такая властность что, все от благородных господ до простолюдинов подчиняются ему беспрекословно. В довершение образа — легкая ироничная полуулыбка, не сходящая с лица, и пристальный взгляд, заглядывающий прямо в душу. Есть в нем что-то магнетическое. Не зря же половина женского населения нашего города сходит по нему с ума. «Нет, я никогда не попаду в их число», — твердо решила для себя.

Улыбка так и застыла на моём лице, ещё немного и она рисковала превратиться в испуганную гримасу. Прервал мои размышления настойчивый стук в дверь. Я выдохнула с облегчением. Вошёл помощник герцога, что-то прошептал ему на ухо, я замерла в ожидании приговора.

Его сиятельство обернулся, вежливо мне поклонившись сказал, что его визит подошёл к концу и что-то еще, но далее я уже ничего не слышала, в голове зашумело от испытанного облегчения.

Они ничего не нашли. Ай, да дед! Ай, да молодец! Его тайники всё также неприступны, как и раньше. От этого пришла в полный восторг, да так расслабилась, что прощаясь с герцогом, улыбнулась ему своей самой очаровательной улыбкой. Он на мгновение замер, а моя улыбка медленно трансформировалась в, положенную в таких случаях, вежливую. Его глаза засветились каким-то странным светом, а мое сердце пропустило удар. Неужели я себя выдала, таким детским проявлением радости? Герцог ничего не сказал, легко коснулся губами моей ладони и стремительно вышел за дверь.

А я, кажется, дышать перестала, по телу прокатилась парализующая волна страха. Так долго и уверенно держать себя в руках, играть ненавистные мне роли, и в самый последний момент, выдать себя дурацкой радостью. Меня охватила злость, досада, обида одновременно. «А может он не заметил? Или заметил, но не догадался о причине моего веселья?», — попыталась себя успокоить. — «Нет, этот гад всё видит и всё замечает…».

Не шевелясь, смотрела на закрытую дверь в удушливом оцепенении, а в голове продолжали роиться мысли. Удивительно, что ничего не нашли. Нет, я безумно рада этому факту, только это очень странно. Неужели в Тайной канцелярии нет людей, способных отыскать тайник? Признаться честно, я испытала даже некоторое разочарование. Вот приведи меня в любой дом, и я с легкостью и точность укажу, в каком месте находится сейф или другое какое-нибудь хранилище. А зайдя в комнату, точно поведаю, в какой стене спрятаны драгоценности или деньги. Неужели у меня эта способность уникальна? Тогда почему дед ничего не говорил? Наверное, чтобы не зазналась, а развивала это свое умение дальше. И он тренировал меня. Я с ним обошла столько домов, что даже не упомню точного их числа. И залезая в каждый из них, он спрашивал: «Ну-ка, Лисонька, в какой стороне монетки?». Я зажмуривалась и показывала пальчиком. Поначалу не всегда верно, но с каждым днём я всё точнее угадывала, а потом и вовсе прямо шла туда, куда вело меня внутреннее чутьё. Вскрывать любые замки я научилась мастерски, опять же благодаря деду. Иногда мы вычищали сейфы полностью, иногда просто уходили, а однажды, открыв очередной тайник и увидев покрывшую его внутреннюю поверхность пыль, дед положил несколько золотых. Тогда он заявил мне, что мы — благородные разбойники и не грабим бедных и порядочных, а забираем нечестно нажитое у жадных, злых, и преступных людей.

Когда чьи-то руки легли на плечи, выводя меня из задумчивости, даже подскочила от неожиданности.

— Григ? — вскрикнула, обернувшись.

— Что с тобой? — удивился Принц.

— Ничего, — мысли лихорадочно забегали, выискивая оправдания своей взволнованности. — Просто герцог… такой страшный человек… — еле выдавила из себя.

Пусть лучше думает, что я трусишка, чем заподозрит неладное.

— Да? А мне показалось, вы нашли общий язык, я даже приревновал мою мышку, — и так посмотрел слащаво, при этом ни одной искренней нотки в голосе.

«Мышка» — терпеть не могу, когда он меня так называет. И вообще с детства не жалую этих зверушек. Ежели раньше мне просто это не нравилось, но я не решалась ему сказать, то сейчас меня коробит от этого слова, ведь теперь знаю, какой смысл он вкладывает в него: невзрачная, серая, бесправная. Если бы он любил, то даже такое неприятное для меня прозвище как Мышка произносил бы с совсем другой интонацией и у меня, уверена, это вызывало бы совершенно иные эмоции и чувства.

Григ вдруг меня обнял, руки скользнули по спине вниз.

— Я так соскучился, — и потянулся ко мне губами.

В который раз за сегодня подступила тошнота. «Нет, я бы не смогла жить той жизнью, что Принц уготовил мне! Никогда не смирилась бы с другими женщинами в постели моего мужчины!». У меня на этот счет не было сомнений. А вот Григ сильно ошибся в выборе невесты, случись всё иначе, и узнай я о его кобелиной природе после свадьбы, всё равно не дала бы ему спокойно жить. «Пора прекращать этот балаган», — в голове моментально родилась идея, и хоть она не успела еще оформиться во что-нибудь более-менее определенное, я начала действовать.

Вывернулась из его рук, и пока он удивлённо-обижено на меня смотрел, протянула томным голосом:

— Дорогой, — с придыханием, пусть верит в свою неотразимость, — поехали к тебе.

Его брови взлетели вверх, выражая крайнюю степень недоумения. Ну, да, зачем куда-то ехать, когда мы уже в доме и в паре шагов от спальни? Только я не дала ему трансформировать эту очевидную мысль в слова.

— Я не могу здесь, — положила ручки ему на плечи и плаксиво протянула: — Мне теперь везде мерещатся шпионы герцога! Это ужасно, мне кажется, они засели в каждом углу. Поехали…

Для усиления эффекта провела языком по губам как можно соблазнительней. Женишок, кажись, впал в ступор, а я, не дав ему опомниться, потянула из кабинета по лестнице вниз.

План мой был прост. По моим предположениям Лизетта по-прежнему должна находиться в доме Принца. Моя главная задача — зацепить её за живое, спровоцировать, а остальное она сделает за меня сама. Только бы ничего не помешало!

Но обстоятельства складывались, как нельзя лучше. Долго уговаривать Грига не пришлось, и уже через некоторое время мы входили под ручку в его дом. К моей несказанной радости, которую я как можно тщательней замаскировала, блондинистая подружка моего «жениха» всё так же сидела в кресле в гостиной, чувствуя себя практически хозяйкой.

«Какая прелесть», — я злорадно ухмыльнулась про себя, но внешне была сама любезность.

— Лизетта? — протянула я с «удивлением». — Ты всё ещё здесь? Сдаётся мне, ты слегка загостилась, пора и честь знать.

Как перекосилось её лицо, это надо было видеть! Я чуть не расхохоталась, пришлось быстро отворачиваться к окну и продолжить свою коварно-наступательную операцию, не давая возможности им меня остановить.

— Мы с Григом запланировали на сегодня романтический ужин, плавно перетекающий в ночь… Сама понимаешь, мы долго не виделись, соскучились… Так что твоё присутствие крайне нежелательно.

Принц только рот открывал, но сказать ничего не мог от крайнего изумления, не понимая, что же случилось и отчего его тихая и скромная мышка ведёт себя, как настоящая стерва. «Родной, ты меня ещё не знаешь…».

— Что ты себе позволяешь? — обрела, наконец, дар речи Лизет.

— А что я себе позволяю? — и с вызовом посмотрела на Олстона, но на его лице было стойкое недоумение, потому перевела взгляд на блондинку: — Я веду себя, как будущая жена и хозяйка этого дома. А вот что ты себе позволяешь? И по какому праву здесь находишься и самое главное — в качестве кого?

Лизетта кипела, как чайник, Григ показывал ей какие-то знаки за моей спиной, пытался, видно, успокоить. И только я продолжала веселиться.

— Или ты, дорогой, взял Лиз к нам в услужение? — я подошла к Принцу и, положив руки ему на плечи, сделала невинные глазки. — Не думаю, что из неё выйдет хорошая прислуга, она же ленива.

Переведя взгляд на соперницу, поняла, что я добилась своего. Всё! Я раздраконила её окончательно, секунда и она взорвётся!

Девушка фурией подлетела ко мне, готовая в волосы вцепиться или лицо расцарапать, даже не знаю, что ей пришло в голову. Я сгруппировалась, на защиту женишка особо не рассчитывая. Неизвестно ещё кого из нас он станет защищать. Хотя в его помощи и заступничестве я не нуждалась, и без него справлюсь. Пусть Лизетта и здоровая тётка весом две таких как я, но я ловчее и вертлявей, да и дед в свое время меня обучил самообороне.

Но продемонстрировать свои способности не удалось. Она лишь подскочила и в лицо мне прошипела нечто вроде: «ты ещё пожалеешь» (или что-то типа того, не разобрала точно), и вылетела из дома, словно пробка из бутылки с молодым вином.

— Что это с ней? — деланно удивилась, провожая взглядом взбешённую подружку своего суженого.

— А… — протянул мой кавалер, совершенно не контролируя ситуацию, но все же попытался взять себя в руки. — Мари, ты успокойся, сегодня был тяжелый день…

Бедненький, должно быть, так и не смог найти объяснение моей дерзости и открытого хамства. «Да, милый, сегодня ты открыл много нового в своей невесте. И это только начало».

— Скоро наша свадьба, как я могу быть спокойна? Нужно столько всего сделать. Вот эти шторы сюда совершенно не подходят. Надо их заменить на ярко-синие с крупными красными цветами, — с самым невозмутимым видом перескочила на другую тему, чем еще больше озадачила женишка.

«Ах, мы женщины такие непостоянные, такие противоречивые…», — хихикнула про себя.

Продолжила щебетать словно птичка, куда поставим огромные букеты цветов, как украсим гостиную, и сколько разных вещей ещё нужно приобрести до свадьбы. На праздничном столе обязательно должны быть омары, и самое изысканное и дорогое вино. Григ молчал, оглядывая несчастным взором свои апартаменты, и тот становился всё тоскливее. Видимо, в уме прикинул, во что ему выльются мои капризы.

Я продолжала развлекаться и совесть моя молчала. Поделом ему! Пусть глубоко задумается, может, ему совсем не нужна такая жена и сам разорвёт нашу помолвку, облегчив мне задачу.

Неожиданно он отмер, должно быть, шок прошёл, и обнял меня за талию.

— Мышка, все вопросы потом, я так долго тебя не видел, — и стал подталкивать к спальне.

«Только не это! Неужели мой спектакль не произвёл на него никакого впечатления?». Посмотрев внимательно в глаза мужчины, поняла, что моё представление его впечатлило, но совсем не так, как я предполагала. В глазах была злость и решимость. А это для меня означало только одно — никакого разрыва помолвки не будет. Мужчина не отступится, ведь цель уже так близко. От власти, которую он обретёт после нашей свадьбы, он никогда и ни за что не откажется. А вот за моё перевоспитание возьмётся после свадьбы, и боюсь, это грозит мне серьёзными испытаниями и даже телесными повреждениями. Стало по-настоящему страшно. Я ведь тоже его совсем не знаю. Придумала мужчину и полюбила созданный мною образ. После смерти родных так хотелось любви, заботы и тепла, это-то меня и подвело. «Эх, глупышка, сама загнала себя в ловушку…».

Осталась одна надежда на Лизетту. «Ну же, дорогуша, не подведи меня и мы обе получим то, что желаем: я — свободу, а ты — своего ненаглядного Принца».

Ладно, это все чуток позже, а сейчас надо решать насущную проблему. И вот сейчас я совсем не хочу в спаленку, и ручки на моей талии мне совсем неприятны, и дурно мне становится от одной только мысли о любви с Григом. Не придумав ничего лучшего, внезапно вывернулась из его рук и взвизгнула.

— Платье! — заорала Принцу в самое ухо.

Он поморщился и в раздражении спросил:

— Какое платье?

— Свадебное! — сделала обиженно-огромные глаза, по которым он сам должен был обо всем догадаться.

Но мужчина совершенно не собирался ни о чем догадываться.

— Мари! — начал он и в его голосе слышалось не просто раздражение, а злость.

— Я забыла, — перебила, вновь повысив голос. — Я же сегодня должна была примерить свадебное платье!

После этих слов, не давая ему опомниться, быстро побежала на выход:

— Дорогой, не жди меня сегодня! — послав Григу воздушный поцелуй, выбежала прочь.

«Фу-ух», — выдохнула, когда выскочила из особняка Принца. Можно немного перевести дыхание.

Не дожидаясь, пока жених придет в себя и еще чего доброго увяжется за мной, рванула вдоль по улице. Поймав так удачно мимо проезжавший экипаж, отправилась домой. Кажется, сегодня мышка вырвалась из цепких лапок кота. Свою первую часть плана по расторжению помолвки я осуществила, теперь дело за блондинистой подружкой. «Ну же, Лизетта, не подведи!».