Глава 14. Мягкое приземление

Верлиан

Впервые в жизни женщина вызывала во мне такие разные чувства. Еще десять минут назад моим единственным желанием было взять Юджинию прямо в грузовом вагоне. На чертовом деревянном ящике и при старике. Совсем мозг расплавился в тот момент. Не ожидал, что она так отзовется на мой порыв.

Сейчас же – мне хотелось ее убить. Если быть более точным, то утопить. В этом самом болоте, окруженном деревьями и кустарниками, в котором мы благополучно оказались. Потому, что ни одному здравомыслящему мужчине не нужна скулящая упрямая женщина. Пусть даже и красивая.

Джина так самоотверженно визжала в момент нашего прыжка, что я временно оглох на правое ухо. Хотя, наверное, это было к лучшему… Ведь стоило нам оказаться в болоте, она снова принялась пищать.

Уходила под мутную воду с головой, всплывала на поверхность, барахталась и опять орала, как сумасшедшая. В рыжих волосах, покрытых тиной, застряли липкие травинки, которые она приняла за свору лягушек.

Даже когда я подплыл к ней и притянул к себе, она не успокоилась.

– Воняет! Крокодилы! Меня что-то кусает! Я умру!.. Проклятый пьяница! Разведусь! Сукин сын! Убью тебя! Кота оставлю себе!

Несмотря на ее истерику и «неумение плавать», работала она руками и ногами намного быстрее меня.

Я поднял голову вверх и посмотрел на мост, в надежде на то, что своими дикими воплями она не привлекла к нам ненужное внимание. К моему счастью, кроме Эльтазара, который спокойно сидел на широкой балке моста и ожидал нас, больше я никого не увидел. А поезда и вовсе след простыл.

– Мамочка! Пиявка! – запищала снова моя супруга, поднимая возле себя зловонные волны мутно-зеленого цвета, и стряхнула с руки тоненькую веточку от дерева. – У меня что-то в волосах! Оно шевелится!

– Да заткнись же ты! – рявкнул громко, не в силах больше выносить ее истерику. – Или ты хочешь привлечь внимание всех крокодилов в округе?

Крокодилы в этой части Эмеральда не водились. Но здесь обитали другие жители, которые не сильно отличались дружелюбием. И уж точно не болотные.

Нам пришлось оказаться там, куда я старался не соваться уже много лет. Край эльфов.

Эта остроухая раса вызывала положительные эмоции у многих людей, в отличие от альвов, злобных карликов-жуликов, творящих бесчинства по всему Эмеральду. А зря.

Во времена, когда я еще был в статусе мага, я предпочитал иметь дело именно с альвами, а не с эльфами. Так как первые были намного честнее.

Большинство эльфов были высокомерными, хитрыми и лживыми. Остроухие по своей природе обладали редким даром и поэтому считали, что для поддержания их силы в пару им нужен только маг. И им было абсолютно наплевать на чьей он стороне: светлой или темной.

Поэтому, услышав новость о том, что где-то пропал очередной маг, я просто улыбался и поднимал бокал за звон свадебных колоколов в той части Эмеральда.

На Юджинию моя угроза подействовала отлично, поэтому к берегу я плыл только под тихие жалобные всхлипы. Она плакала и шептала мне о всевозможных проклятиях, которые обрушатся на меня за этот мерзкий поступок. Я не спеша плыл за ней и следил за тем, чтобы эта истеричка не наглоталась болотной воды, и ее паника не стала причиной нелепой смерти.

– Лучше бы сказала «спасибо», что я спас твой изнеженный задик.

– Да пошел ты к черту! – услышал я вместо благодарности.

Вот маленькая паршивка! Если бы не карта магического источника, черта с два я бы таскался с ней по всему Эмеральду.

Еще когда мы только сели в поезд, Эльтазар успел шепнуть мне о том, что я все же оказался прав, и карта у Юджинии. Осталось понять, где именно она ее спрятала. В Эль-Хортланде или же на Землях Пустоши, куда так спешит.

Поэтому, мой план с котом-шпионом сработал безупречно.

Что ж… Подождем.

Тем более, после таких приключений милой красотке точно надо будет выговориться.

До берега первой доплыла Юджиния.

И за свою заботу я был вознагражден чудесным зрелищем.

Пока Джина продолжала бормотать себе под нос проклятья и ползла на коленях по склону, я любовался ее шикарной округлой попкой, которая отлично просвечивалась через мокрую ткань платья.

Оказавшись на берегу, Джина упала ничком на влажный мох и заскулила, как раненый зверь. Ее плечи содрогались от громких рыданий, и на мгновение мне даже стало ее жаль…

Я выбрался из зловонного болота и двинулся к ней, чтобы успокоить. Но передумал, когда подобрался ближе.

Юджиния де Виль плакала не от страха. Она ревела от жалости к себе и проклинала меня.

– Хочу домой! – рыдала она. – В горячую ароматную ванну. Хочу богатого обходительного мужа, а не этого грубияна. Хочу, чтобы все маги в мире умерли. За что мне все это?

– А я хочу, чтобы ты прекратила скулить и взяла себя в руки, – рявкнул небрежно и помахал Эльтазару. – Сейчас не время расслабляться. Нам надо найти место для ночлега, чтобы не спать здесь.

– Здесь? Возле болота? На голой земле?

– Именно.

Вой Джины стал ещё громче. Теперь в ее бедах был виноват не только я, но и Боги.

Женские истерики я жуть как не любил. Они скорее злили меня, чем вызывали сострадание. А эта женщина вероятно решила окончательно свести меня с ума. И глядя на завывающую Джину, я в который раз вспомнил, почему обходил стороной изнеженных аристократок. Она, по-видимому, решила переплюнуть всех, потому что рыдала так, будто стоит на эшафоте в ожидании своей смерти.

При мысли о том, что я буду вынужден слушать ее жалобы еще дня два, если нам придется добираться пешком до ближайшего городка, я внутренне содрогнулся. Всё-таки наш развод – это очень замечательная идея.

– Если ты не замолчишь, я заткну твой хорошенький ротик кляпом, Юджиния.

– Ты не сделаешь этого, – она подняла на меня свое зареванное лицо, измазанное грязью, и взглянула как на врага.

– Ты хочешь проверить?

– Не сделаешь.

Я достал один из кинжалов и присел возле нее. Попытался ухватиться за подол мокрой юбки, чтобы отрезать кусок ткани, но Джина испуганно завизжала, ударила меня в плечо каблуком и бросилась удирать.

Она пробежала несколько метров, споткнулась о кочку, проскользила на пожухлой влажной листве и приземлилась головой в болотную грязь.

– Как же я тебя ненавижу, Верлиан Дарк! – в ее голосе прозвучала смесь злости и отчаяния.

– Я заметил это ещё в вагоне, когда ты страстно отвечала на мои поцелуи. От твоей демонстративной ненависти чуть не порвались мои брюки.

– Бесчувственный, – всхлипнула она.

– Абсолютно.

Ситуацию спас Эльтазар. Стоило Юджинии увидеть чинно вышагивающего к нам пушистика, она бросилась к нему.

– Эльтазар! Ты тут! Тут! Умный котик!

Она схватила рыжика, крепко прижала его к себе и поцеловала в макушку. Эльтазару хватило секунды, чтобы унюхать от нее отвратительный запах болота. Он принялся громко орать и вырываться, требуя отпустить его на землю.

И Джине не оставалось ничего другого, как выполнить просьбу рыжика.

– Надо убираться отсюда. Пошли быстрее.

Я протянул ей руку, но она проигнорировала мой жест и прошагала мимо с видом королевы.

– Вот же чумазая гордячка, – прошипел, глядя ей вслед.

Ее свадебные белые туфли стали черными. Каблуки скользили по влажному мху и сгнившим листьям. Она спотыкалась и хваталась за ветки деревьев, но быстро выравнивала спину и держалась с видом королевы. Уж пусть лучше так, чем слушать ее нытье.

По крайней мере теперь «чудесный аромат» зелёного болота, которым мы пропитались, немного собьет ищейку со следа.

– От вас несет так, что мне даже эхинарии не хочется, – наморщил свой кошачий нос Эльтазар. – Чуть не вывернуло на Юджинию.

– Сколько их было? Посчитал?

– Да. Трое. Джири и два его великана. У него из кармана торчала свадебная фата. Вероятно по ней и нашел.

– Чарующий четвертый класс и его манящие запахи немного сбили их?

– Да. И не только они, – жизнерадостно заявил Эльтазар и покрутился у моих ног. – Ты мне должен еще две бутылки эхинарии, Верлиан.

– За то, что ты увидел открытый магический портал на опушке леса? Я же сказал, что куплю.

– Нет. Ещё две к этим.

– За что это интересно?

– Я нагадил на ботинок Джири.

Я рассмеялся, понимая, что у меня действительно не будет друга лучше, чем этот заносчивый кот.

– С меня десять бутылок эхинарии, пушистик.

– Благодарю, – промурлыкал галантно Эльтазар. – Это и есть легендарные эльфийские края?

– Да. И надеюсь, что мы выберемся отсюда до того, как найдем на свою голову проблемы. Точнее, я найду.

Я перевел взгляд на стройную женскую фигурку в грязном платье, что петляла впереди между деревьями. Юджиния не оборачивалась, смело продолжала идти вперед и отошла уже на приличное расстояние.

– Джина! – крикнул громко.

Она сделала ещё несколько шагов и оступилась. Вероятно, каблучок модной туфельки подвёл. Женские руки жадно пытались ухватиться за тонкие ветки дерева, но безуспешно. И Юджиния, как тряпичная кукла, безвольно приземлилась на колени, выпятив назад свою соблазнительную попку.

– Готовься услышать обо мне много «хорошего», Эльтазар, – шепнул тихо рыжику.

– Довел-таки?

– Ещё пока нет.

Джина медленно встала с колен и все же соизволила повернуться ко мне.

– Что?! – дикая ярость в ее голосе заставила меня улыбнуться.

– Ты идёшь не в ту сторону, – я указал пальцем на противоположную часть леса. – Нам туда.