Глава 24. Бой не по правилам

– Он кто?! – пискнула я и, обернувшись, с ужасом посмотрела на своего супруга, который продолжал сверлить меня взглядом. – Это шутка такая? – спросила едва слышно и повернулась к Хранителю.

– Нет, Джина. Это правда. Твоя бабушка давно говорила, что времена слишком быстро меняются. И быть фреей в настоящем мире – это подписать себе смертный приговор. Именно поэтому мы связали тебя со Скартелли.

– Связали? – шум толпы, трепещущей в предвкушении предстоящего боя усиливался, как и мой страх.

– Да. Мы долго думали с Энесс, что нам делать. Как сохранить знания и… тебя. И решение пришло совсем неожиданно. Пять лет назад в одном из прибрежных городков под названием Алеан произошла битва. Были разрушены стены между темной и светлой сторонами, и Эмеральд чуть не поглотила тьма. А спас наш мир – Верлиан, – Хамунд кивнул в сторону моего супруга, и я снова оглянулась.

– Спас?

– Да. Верлиан Скартелли был сильнейшим магом во всем Эмеральде, – просветил меня Хамунд, и в его голосе угадывались нотки лёгкого благоговения. – В нем уживались сразу две магии. Темная и светлая. Ты только представь, он умел обращаться в черного ворона.

– Но это невозможно.

– Пошевеливайтесь! – устрашающе рявкнул эльф-охранник, и к моим ногам был брошен длинный тяжелый меч.

Я с ужасом смотрела на блестящий длинный клинок, который был способен пронзить насквозь человеческое тело, и не могла поверить своим ушам…

Верлиан Скартелли. Не Дарк.

Хамунд стремительно приложил ладонь к моему лбу, выполняя возложенную на него задачу, а я закрыла глаза и глубоко вздохнула.

Вспоминала странную татуировку на шее Верлиана. Ворон – символ темной магии, заключённый в солнце – светлую магию. И теперь понимала ее значение.

– Возможно. Особенно если твоя мать – полубожество, а отец – самый чокнутый и сильный темный маг в Эмеральде, который проводил над сыном ритуалы, увеличивая его магическую мощь, – пояснил тихо Хранитель. – Ты думаешь просто так принцесса эльфов захотела его себе в мужья?

У меня пропал дар речи. Множество вопросов проносилось в голове, но я открывала рот и тут же закрывала, ожидая, пока Хамунд продолжит свой рассказ. Я вспоминала обнаженное тело Верлиана, украшенное множеством мелких шрамов. Мой мозг находил подтверждение каждому слову Хранителя.

Местами незаметно поглядывала на своего супруга, к которому через двор уже спешил Эльтазар. Вероятно, рыжику не терпелось рассказать о моей оплошности хозяину.

Говорящий кот. Боги, как я раньше не догадалась, что создать такую зверушку не под силу никому! Почти никому… Кроме Скартелли.

– Он заново выстроил границу темного и светлого мира, Джина. Сделал то, что не смог бы сделать никто в Эмеральде. С этим не справились бы даже сотни светлых и темных магов, – Хамунд грустно улыбнулся и добавил: – Но Верлиан заплатил слишком высокую цену за этот подвиг. Его силы выгорели дотла.

Я до боли закусила губу чувствуя, как в груди поселяются непонятная тяжесть и сожаление. Каково это, быть сильнейшим в мире и вдруг стать обычным человеком? Зато теперь мне стало понятно, зачем ему действительно нужна карта.

– Верлиан хочет вернуть свои силы, – сообщила негромко.

– Я знаю. Это и стало вашей связующей нитью. Мой старший сын, Ристар, тоже принимал участие в этой битве пять лет назад и видел все своими глазами. Он и поведал мне о подвигах Верлиана и об утрате его магических сил. Скартелли стал обычным человеком, и лучшего кандидата на роль твоего мужа мы с Энесс просто не могли желать.

– Значит магический портал выбросил меня к нему не просто так? – все вокруг казалось мне нереальным в этот момент. – Вы сразу направили меня к нему?

Хамунд согласно кивнул, я тихо хмыкнула.

– Ты должна была остаться с ним, а не вернуться назад на церемонию. Но я не успел закрыть портал вовремя, потому что ворвались люди Лейдольфа.

– Вы закончили?! – рявкнул охранник и Хранитель, согласно кивнув, отступил на шаг.

– В девушке нет магии, – сообщил громко он.

Эльф кивнул и подал знак своему товарищу, который тут же поспешил в сторону Анариэль. Она стояла недалеко от Верлиана и осматривала свой длинный меч.

– Хамунд, – тихо окликнула я. – Так что нам надо сделать?

– Источник, – сквозь зубы процедил он, поглядывая на охранника. – Ты больше не можешь оставаться обычным человеком. Это опасно. Вы связаны с Верлианом и будете равны. У вас будут одинаковые знания и магия.

Я громко закашлялась и принялась бить себя ладошкой по груди, медленно подбираясь ближе к Хранителю.

– У меня будет магия? – сквозь кашель спросила я.

– У вас двоих. Доберитесь до источника. Верлиан вытащит тебя отсюда.

Громкий звук барабанов и воодушевленный крики толпы оглушили и привлекли мое внимание к Анариэль.

Эльфийка, одетая в такой же наряд, но зелёного цвета, вышла к костру и положила руку на рукоять своего меча.

– Бери меч, – крикнула громко она. – Пора начинать.

Хамунд сложил руки за спиной и, нацепив на лицо маску безразличия, не спеша отошел в сторону. Мои глаза переместились на меч, лежащий на земле. На миг я поддалась дикому страху и отступила назад.

Я не хотела сражаться за Верлиана Дарка. Он был мне не нужен. Циник, бабник, грубиян, соблазнитель и двоеженец. Его бы я с лёгкостью оставила этой эльфийской принцессе.

Но мне был необходим Скартелли.

Сильнейший маг, который пожертвовал своими силами, чтобы спасти Эмеральд.

Жаль, что это был один и тот же мужчина.

Я подняла глаза и посмотрела на Верлиана. Он был разъярен и взволнован. Черты красивого лица заострились, а пальцы с силой впились в подлокотники высокого кресла.

– Трусиха!

– Позор!

– Убей ее, Анариэль!

Насмешливые и злобные возгласы толпы становились все громче. Верлиан отрицательно кивнул головой, словно отдавал молчаливый приказ не брать в руки меч…

И я… Разозлилась.

Так значит у него все же есть план? А слова Эльтазара – это их очередная издевка? Урок для глупой Юджинии де Виль?

Женская обида вспыхнула во мне с новой силой. Обманщик и предатель. Соблазнил меня и поспешил насладится эльфийкой, уже отлично зная, что мы отсюда уберемся?

– Бери меч! – снова закричала Анариэль, расхаживая возле костра.

Я бросила на Верлиана полный ненависти взгляд и двинулась к своему оружию. Считает меня глупой? Что ж… Я использую свою глупость во благо.

Пора бы напомнить ему, что он тоже не подарок.

Я преподам ему урок. Сделаю то, что он не смог сделать за много лет.

Ведь нет сильнее оружия, чем собственные пороки и недостатки.

У меня – глупость. У Анариэль – гордость. А у Верлиана… Этот мужчина весь состоял из пороков и недостатков.

И я заставлю его проявить ко мне уважение.

Я протянула руку к мечу, но схватила его не за рукоять, а за лезвие. Пыталась поднять с земли, но от тяжести оно резко скользнуло вниз. Ладонь пронзила острая боль. Я громко закричала и отпрыгнула в сторону.

Взрыв эльфийского хохота последовал незамедлительно, так же как поток ругательств и насмешек из-за моей неопытности.

– За рукоять бери!

– Она даже не знает, как держать меч!

– Позор!

– Убей ее, Анариэль!

Боковым зрением я видела, как Верлиан приподнялся из кресла, но почти сразу сел назад.

– О, Боги… Я ранена! Ранена! – заверещала истерично, демонстрируя всем свою окровавленную рассеченную ладонь.

Слезы выступили на глаза, и я прислонилась к деревянной бочке, используя ее как опору.

Плакала и смотрела на эльфийку, лицо которой превратилось в каменную маску.

– Наверное, придётся перенести бой, – всхлипывала я, используя все свое актерское мастерство.

Мне казалось, что даже на таком расстоянии я услышала, как заскрипели от злости зубы Анариэль. Вероятно, она думала о том, сколько еще ночей ей придется делить Верлиана со мной, если мы перенесем сражение.

– Давай же, эльфийская идиотка, прояви свою гордыню, – прошептала едва слышно.

– Хранителя к ней! – с ледяным презрением закричала Анариэль. – Пять минут и мы продолжим.

Она двинулась к Верлиану, а я перевела взгляд на Хамунда, уже спешившего ко мне.

– Джина, Боги, что ты творишь? – возмутился он, закрывая своей ладонью мою рану. – Ты должна принять поражение. Анариэль все равно попытается тебя убить, но Верлиан не позволит. Стена, что находится за ним, это портал. И он уже открыт.

– Черта с два я приму от нее поражение, – прошипела негромко ощущая, как тепло от магии обволакивает мою рану. – Верлиан действительно ее муж по эльфийским законам?

– Да.

– Тогда мне нужна ваша помощь. Мне необходимо, чтобы вы переместили сюда один из нужных мне предметов.

– Джина, не смей… Не вздумай! Если ты убьешь принцессу – ты развяжешь войну!

– Значит, она может меня убить, а я нет? Что за странные забавы? – фыркнула недовольно. – Я не убью ее, но и не собираюсь быть второй женой. И вам придется принять мое решение, Хамунд, нравится оно вам или нет. Не переживайте, никто не узнает, что вы мне помогли.

Морщинистая рука Хранителя, закрывающая мою поврежденную ладонь, задрожала от волнения.

– Ты знаешь нужное заклинание?

Я утвердительно кивнула и улыбнулась. Нагнулась ближе к нему и тихо прошептала нужные слова на неизвестном мне языке, которые сами вылетали из рта. Это было невероятно странным ощущением… В тот миг я казалась себе всесильной.

– Как только доберусь в центр двора, – договорила тихо. – Хорошо?

Хамунд склонил голову в молчаливом согласии и отошёл от меня на несколько шагов.

Я набрала побольше воздуха в легкие, поднялась на ноги и двинулась к мечу.

Дорогу мне перегородил недовольный рыжий кот.

– Не смей! – шикнул Эльтазар и сверкнул своими огромными зелёными глазами. – Верлиан сказал, что если ты возьмёшь в руки меч – он тебя накажет.

– Передай ему, что страшнее наказания, чем брак с ним, быть уже не может, – процедила сквозь зубы и исподлобья взглянула на своего супруга.

И снова увидела, как Анариэль бегло коснулась его губ и, подхватив свой меч, двинулась в середину двора.

Я подняла с земли свое оружие и крепко сжала рукоять.

– Ох, и глупа-а-ая, – простонал Эльтазар и, взмахнув своим пушистым хвостом, помчался назад.

– Глупая потому, что сразу всего не поняла, – прошептала себе под нос.

Мне была приятна мысль, что я могу не зависеть от Верлиана всю жизнь. Доберусь до источника, получу такую же мощную магию, как была у него, и пусть катится к чертям. Каждый из нас будет жить своей жизнью.

Мне будут не страшны промыслы темных, потому что я буду сильнее их, а он вернет желанные силы. Жить с этим обманщиком под одной крышей как муж и жена, я не собиралась.

Я медленно двинулась в центр двора, не отводя взгляда с Анариэль. Она приняла воинственную позу и начала кружить со своим оружием возле яркого костра, поджидая меня. От страха и от тяжести меча мои руки дрожали, и это не укрылось от толпы. Шутки сыпались одна за другой. Как и пошлые реплики.

– Спи, принцесса, темной ночью… – я начала тихо напевать любимую детскую песню.

Старалась отвлечься от громкого шума и унять внутреннюю дрожь. Очень надеялась на то, что Хамунд не подведёт, и мой план удастся.

Я понимала, что собираюсь поступить подло и нечестно. Блеф чистой воды.

Но разве этот бой является честным? Это самое настоящее умышленное убийство, завуалированное под сражение. Биться на мечах с тем, кто ни разу в жизни не держал оружие – несправедливо.

Эльфийка не просто хотела моей смерти. Она хотела утвердить свой статус в глазах своего народа.

И я предоставлю ей такой шанс.

Мы с Анариэль ходили вокруг огромного костра и сквозь языки пламени буравили друг друга взглядами, полными ненависти.

Я продолжала нашептывать слова песни, оттягивая время, чтобы позволить Хранителю исполнить задуманное.

– Знаешь, почему мы зажигаем костер во время сражения? – ухмыльнулась эльфийка. – Так наши предки могут наблюдать за нашими победами.

Я не стала говорить ей, что сегодня, к сожалению, ее предки лишатся этого зрелища. Мне хотелось, чтобы она ощущала свое обманчивое превосходство. Уступала ей умышленно, чтобы не выдать себя.

Боковым зрением я видела мощную фигуру Верлиана, кружившую неподалеку. Вероятно, предоставленный трон Скартелли не устроил. Или все-таки переживает, что его глупую фрею убьют?

Понимая, что первой в бой я не ринусь, Анариэль помчалась в мою сторону с воинственным кличем.

А я сделала то, что умела лучше всего…

Бросилась бежать.

Кружила вокруг костра, пока весь двор тонул в эльфийском хохоте.

– Трусиха!

– Позор!

– Сражайся!

– Она убегает!

В этот момент мне было наплевать, что кричат вокруг. Я понимала, что не смогу отразить ни единого удара этой озлобленной эльфийки. Ни единого, черт возьми! Стоит мне подпустить ее к себе ближе – и она проткнет меня мечом, как праздничного гуся.

– Вот видишь, Верлиан, какая между нами разница?! – закричала Анариэль и расхохоталась, остановившись. – И ты выбрал эту трусиху в жены?! Ее?!

Я остановилась напротив эльфийки тяжело дыша, и искоса взглянула на одну из деревянных бочек, стоящих у стены в десяти метрах от меня. Сердце мое забилось сильнее, когда я разглядела там нужную мне вещь.

Значит, Хамунд не подвёл.

– Прекратите это, – жесткий приказ Верлиана прозвучал прямо за моей спиной. – Юджиния. Ты не можешь сражаться.

– Сражаюсь, как умею, – парировала я. – Не устраивает – просто закрой глаза и не смотри.

– Проклятая чертовка, – прошипел он и обратился к эльфийке: – Анариэль, бой окончен. Джина проиграла.

– Разве я проиграла? – заявила гордо, чем вызвала очередной взрыв хохота. – Моя голова еще на плечах.

Верлиан громко выругался, не стесняясь в самых «изысканных» выражениях.

– Ну уж нет, милый супруг, – подхватила Анариэль и оскалилась – Я всегда довожу дело до конца. И мне не нравится эта рыжая кудрявая прическа.

Она наступала на меня, а я медленно пятилась назад. Стараясь подобраться ближе к драгоценной бочке, возле которой меня ждал мой маленький секрет.

Собравшись с силами, я швырнула свой тяжелый меч прямо в эльфийку и развернувшись, побежала изо всех сил. Где-то на заднем фоне услышала испуганный вопль Верлиана, утонувший в овациях толпы, и ощутила, как что-то едва коснулось моего плеча…

Уже находясь в метре от нужной мне бочки, я упала на колени и проскользила оставшееся расстояние по земле. Мне казалось, что моя нежная кожа стерлась до кости, но, превозмогая боль, я протянула руку и… ухватилась за небольшую сумку из светло-коричневой кожи.

Походную сумку Верлиана.

Прижав ее к своей груди, как самую большую ценность, я перекатилась по земле ощутив, как острый меч разрезал воздух над моей головой.

Адреналин и страх придавали мне сил, заставляя двигаться так быстро и ловко, словно во мне сидели все демоны Эмеральда.

Я вставала на ноги, бежала и снова падала на землю, чтобы избежать смертельного удара. Двигалась обратно в сторону костра, копалась в сумке и мысленно молилась, чтобы мне не помешал Верлиан, который все время находился рядом.

– Ну, дрянь! – орала Анариэль, предпринимая очередную попытку до меня добраться.

Первый камень, запущенный из толпы, пролетел над моей головой. Вероятно, эльфы решили помочь своей принцессе одержать победу.

И это они называют честным боем?!

Второй – угодил в цель и сбил меня с ног.

Я упала на землю, но быстро перевернулась на спину.

Мы с Анариэль столкнулись взглядами.

Ее огромный меч замер в воздухе. Прямо надо мной.

А темно-фиолетовые глаза эльфийки устремились к направленному на нее револьверу, который я держала в руке.

– Как думаешь, кто будет быстрее? – спросила сквозь рваное дыхание и улыбнулась.

Вокруг наступила гробовая тишина. Казалось, что двор опустел. А толпа замерших от удивления эльфов – это простая иллюзия.

– Ты нарушаешь правила, – на раскрасневшемся лице Анариэль появилась злобная усмешка, но в глазах промелькнул страх.

– Ты тоже играешь не по правилам. Мы квиты.

Мы тяжело дышали и смотрели друг другу в глаза. Вели зрительную войну.

Мертвую тишину двора нарушил заливистый хохот Эльтазара. Ему единственному было сейчас смешно. Его кошачий хохот набирал обороты с каждой секундой, и в конце концов я услышала его басистое «ты мне проспорил ящик эхинарии, Верлиан».

Вероятно, пушистик решил раскрыть свои таланты и окончательно поразить эльфов. Не делая резких движений, я принялась аккуратно отползать назад, держа Анариэль на прицеле. Она так и осталась стоять на месте с занесенным для удара мечом.

Эльфийка не хотела умирать. Это отчетливо читалось в ее потухшем и испуганном взгляде. Но и принять поражение перед своим народом не могла.

Я покрепче обхватила сумку Верлиана свободной рукой и поднялась на ноги. Стоило мне двинуться к костру, как ноги Анариэль пришли в движение.

– Стой на месте, – процедила сквозь зубы, целясь ей в голову.

Эльфийка восприняла мою угрозу и остановилась.

– Юджиния, – осторожно произнес Верлиан, подбираясь ко мне сбоку. – Опусти оружие.

– Заткнись и не мешай, – отрезала недовольно.

Хохот Эльтазара опять разорвал эту гнетущую тишину, и я едва сдержала улыбку. Хоть кто-то сейчас был на моей стороне.

– В этой сумке лежит динамит, – объявила во всеуслышание. – Много динамита. Он очень похож на свечу, и я бы хотела немного «украсить» этими свечами этот чудесный двор с такими «доброжелательными» зрителями. Это будет поистине красивое зрелище. Эльфийская деревня вмиг превратится в руины.

Верлиан замолчал. Вероятно, он уже понял, что я просто блефую. Или же знал, что того количества динамита, что лежит в сумке, не хватит, чтобы уничтожить селение эльфов.

Да я и сама, по правде говоря, не знала, сколько там «чудо-свечей», и на что они способны.

– Тогда и ты умрёшь, – губы Анариэль скривились в ироничной усмешке.

– А какая мне разница от чего умирать? Твой меч или взрыв… Даже если я сейчас сбегу – ты не оставишь меня в покое. Итог ведь все равно будет один и тот же. Тебе нужна моя смерть, – заключила я и, вопросительно изогнув бровь, добавила: – А вот ты готова пожертвовать своей жизнью и своим народом ради мужчины?

По толпе прошелся взволнованный шепот…

Анариэль плотно сжала челюсти, и лицо ее превратилось в холодную каменную маску. Я поставила ее перед сложным выбором. И дело было даже не в Верлиане.

Эльфийская принцесса должна была наступить на свою гордость и принять поражение, чтобы спасти свой народ. Либо, как правительница она упадет в глазах эльфов,.

Чем дольше Анариэль тянула с ответом, тем с большим презрением смотрели на нее окружающие.

Казалось, прошла вечность до того момента, как эльфийка вонзила острие меча в землю и громко объявила:

– Я принимаю свое поражение. Ты победила.

– Тогда ты должна прилюдно отказаться от Верлиана Скартелли, – внутри меня все кричало от радости и гордости, и я с трудом сохраняла безучастный вид. – У него будет только одна жена – это я.

Я искоса взглянула на Верлиана. Он улыбался и водил ладонью по лицу. Зарывался пальцами в свою темную шевелюру и петлял взад-вперед. Всем видом показывал, что все происходящее не укладывается в его голове.

– Я отказываюсь от Верлиана Скартелли и выбираю жизнь своего народа! – прокричала во все горло Анариэль, стараясь, чтобы ее услышали все.

– Зови Хранителя, пусть откроет нам портал, – я решила добить эльфийку своими требованиями.

Мне не хотелось подставлять Хамунда. Ведь если мы сбежим через портал, который он уже открыл, Анариэль может наказать его или уличить в заговоре.

Хватило легкого кивка головы и Хамунд поспешил к нам. Только когда он открыл портал – я опустила револьвер и отошла от костра.

– Было приятно с тобой сражаться, Анариэль, – я послала ей победную улыбку и двинулась к Хранителю. – Ты действительно достойная правительница.

– Убирайтесь с моей земли, – заявила она гордо и подняла повыше подбородок.

– С удовольствием.

Мы подошли к порталу, но я не смотрела на Верлиана. Злость за его обман и предательство до сих пор бурлила внутри.

– Где мы окажемся? – поинтересовался Верлиан.

– Эль-Хортланд, – прошептал Хранитель. – Доберитесь до источника…

– Спасибо вам, Хамунд, – мне хотелось обнять старика на прощание, но я не могла.

Ведь в таком случае Анариэль поймет, что мы знакомы.

– И прошу, не убейте друг друга, – хмуро потребовал Хранитель.

– Не могу обещать, – заявил насмешливо Верлиан и, прихватив Эльтазара, исчез в ярком магическом сиянии портала.

Я мысленно пожелала себе огромного терпения и, обреченно вздохнув, последовала за ними.