Глава 1

Резкая боль пронзила моё тело, но стонать или кричать не было сил. Веки отяжелели, казалось, на них положили нечто тяжелое, мешавшее открыть глаза. Дернулась, чтобы пощупать лицо, но почувствовала, что руки не сдвинулись ни на йоту. Вся эта ситуация очень не нравилась, и я вновь приложила усилие разомкнут веки, и к моей радость всё получилось. Я лежала на каком—то высоком камне в позе звезды. Конечности были скованны браслетами, не дававшими пошевелить ни руками, ни ногами. Шесть существ в чёрных балахонах стояли в двух метрах от меня и читали непонятную тарабарщину, пока один из них не подошёл и не сделал надрезы на запястьях рук и на сгибе стоп. Снова боль пронзила тело. Не выдержав, я заорала, но мои мучители продолжали читать речитативом, совершенно не обращая внимания на мои мучения. Мои муки с каждой минуты становились сильнее, и я вновь потеряла сознание.

Я парила над своим телом и совершенно не понимала, что происходит. Главный палач подошел ближе и, вынув из-под балахона острый длинный кинжал, приготовился ударить меня прямо в сердце. Бестелесная сущность, которой я стала, затрепыхалась от ужаса, и попыталась выбить орудие убийства из его рук. Но что могла сделать обычная тень перед физически сильным существом?

За дубовой дверью послышались чужие голоса, звуки борьбы и звон металла. Я чувствовала, что спасатели рядом, и они не успевали избавить мое несчастное тело от уничтожения. Нужно было отвлечь убийцу, но как это сделать? Я не могла противостоять убийце, поэтому решилась сбить его своей проекцией. Ведь каждая проекция — это энергетический сгусток вне своего тела. И откуда я это знаю? Подумаю позже. Закрыв глаза, я впечаталась в тело существа, державшего кинжал, и тьма поглотила меня.

Я была в каком-то непонятном мареве, которое ласкало моё тело. Долго бродила в нем, словно неприкаянная и пыталась вспомнить, кто я такая и что вообще происходит.

Неожиданно, непонятная сила потащила меня вниз, и я вновь потерялась во времени. Продолжалось это недолго, услышав мужские голоса, все же решилась открыть глаза и уставилась на двух мужчин, стоявших возле двери. Один из них был темноволосым и стоял спиной ко мне, что-то выговаривая светловолосому красивому мужчине с серыми глазами и прямым носом. Тот, недовольно сжав губы, исподтишка кидал недовольные взгляды на темноволосого, но не прерывал. В какой—то момент наши взгляды встретились и светловолосый, не дослушав второго, отодвинул его в сторону и прошел к кровати.

— Баронесса, как вы себя чувствуете?

«Я баронесса, ничего себе заявочки», — подумала вскользь, но ответила совершенно другое.

— Спасибо, неплохо, но где я сейчас нахожусь.

— Вы в лечебнице Святого Мануэля, что расположено в графстве Ширворд, а я лекарь мистер Джаниэль Фариньер. ответил он и улыбнулся. — Я рад, что вы всё же очнулись. Сейчас осмотрю вас, потом поговорим.

Он протянул ко мне руки и словно отрешился от действительности, при этом медленно водя над моим телом руками, а я офигела от увиденного. Из рук мужчины шел слабый цвет нежно—салатового цвета.

— Что это? —удивилась я, не отрывая взгляда от его рук.

— Вы о чем, баронесса?

— О ваших руках! — ответила я, ошеломленно смотря на голубоглазого мужчину.

— Хм, странно, что вы об этом спрашиваете⁈ Ведь по моим данным, вы обладаете хоть и слабым даром стихийной магии низкого уровня.

— Мистер Фариньер, я ничего не помню, даже своего имени, и это довольно странно. Отчего—то в моей памяти всплывают непонятные сцены из жизни. Они не отчётливые, но все же периодически лезут в голову, но, кажется, что я оказалась в книге.

— Довольно странные у вас мысли, баронесса, —задумчиво произнес темноволосый, который продолжал стоять у моих ног.

— Какие есть, —нахмурилась я.

— Мы с вами знакомы, и встречались на балу невест, даже успели станцевать танец, но ваша реакция подтверждает потерю памяти. Меня зовут Николас Исстарбан.

— Извините, но ваше имя мне ни о чём не говорит, —ответила я.

От его пристального взгляда стало как—то нехорошо. Я пыталась, очень пыталась хотя бы вспомнить свое имя, но от активной мыслительной деятельности у меня вновь разболелась голова.

Лекарь понял, что со мной происходит и бросил недовольный взгляд на темноволосого.

— Лорд Исстарбан, я пытаюсь помочь пострадавшей, а вы всю работу целителя сводите на нет, —ледяным голосом произнес лекарь. — Выйдите и без разрешения не заходите в палату.

— Вы не имеете право приказывать мне! —взвился мужчина.

По сути, его лицо на данный момент представляло морду хищника с ярко горевшими карими глазами, больше похожими на глаза ястреба.

Хм, а кто это «Ястреб»? Непонимание ситуации, потеря памяти отрицательно подействовало на мое настроение, да и мужчины были готовы сцепиться между собой.

— К барьеру, петухи, оставьте даму в покое, —прикрикнула я и это подействовало.

Они переглянулись и вопросительно уставились на меня.

Опять, что—то не так. Решила прикинуться больной овечкой.

— Мне так плохо, а вы раскричались на всю палату, —громко застонала, чтобы в головах мужчин осталась лишь одна мысль —помочь мне несчастной пострадавшей.

— Николас, иди, дай девушке отдохнуть, ей сильно досталось. Если состояние подопечной изменится в лучшую сторону, я тебе сразу сообщу, —спокойно произнес мистер светловолосый.

Этот темноволосый, Тюрбан, Тарбан, а вспомнила — Исстарбан, кивнул и вышел из комнаты. А я с облегчением выдохнула, но видимо зря.

— А сейчас, леди Катрин, поговорим серьезно, —лекарь посмотрел на меня так, словно я была виновата во всех грехах мира. — Еще никто не смог очнуться после употребления зелья забвения, а на вас он не отразился. Это говорит о том, что девушка умерла. Так кто вы?

— Вы сейчас о чем, господин Фариньер?

— О том, что я хорошо был знаком с Катрин, но вы это не она. Девушка бы сейчас лила слезы или молча смотрела в пол.

— Подождите, а кто же я тогда? —в моем голосе было столько удивления, что в глазах лекаря я увидела сомнение. — Да, я ничего не помню, напрочь забыла свое имя и социальный статус, но это еще не значит, что вы можете меня обвинять в присвоении чьего—то имени.

За дверью послышался шум, брань и крики. На какое—то время ругань затихла, затем послышались приглушенные проклятия, и дверь наконец—то распахнулась.

На пороге стояла крупная полноватая женщина в белой рубашке и длинной широкой юбке, мышиного цвета волосы собраны в пучок, а тонкие губы сжаты в недобрую улыбку.

— Деточка моя, Катрин, нам только сейчас сообщили, что тебя хотели убить, —пропела он слащавым голосом, только отчего —то в душу закрался страх и буквально заставил мысли в голове метаться, словно потревоженные пчелы в улье. «Это что со мной творится? Явно я до ужаса боюсь эту неприятную женщину. Как же обидно, что не помню ничего из своей жизни!» —успела подумать, как незнакомка подошла ближе, и я увидела ярость, плещущуюся в её светло —серых, почти бесцветных глазах.

От пронизывающегося взгляда меня передернуло.

— Леди Роланс, вы узнаете в этой девице свою падчерицу? —поинтересовался лекарь.

— Конечно, лорд Фариньер, Катрин я узнаю в любом обличии, —усмехнулась она.

— Тогда, как понять тот момент, что мы вынесли её без сознания из ритуального зала черного храма. Как мне известно, для подготовки изъятия магии, существо держат под специальным зельем не менее пяти дней, а вы даже не сообщили о пропаже падчерицы. И как это понимать? —задал вопрос Николас, который вошел вслед за женщиной.

Глаза неизвестной дамы забегали, но, как ни странно, она весьма быстро взяла себя в руки.

— В последнее время я чувствовала себя очень плохо и все время находилась в своей комнате. Это может подтвердить лорд Эплес.

— Проверим, —спокойно заявил темноволосый, не отрывая взгляда от занервничавшей женщины.

— Я могу забрать с собой Катрин?

— Ближе к вечеру, ответил ей лекарь.