Глава 38

— Просыпайся, Ритка, гонки проспишь! — позвал меня Каспер по ментальной связи, нагло проигнорировав наше негласное правило: никакого ментального общения во сне!

Я фыркнула, переворачиваясь на другой бок и натягивая одеяло на голову.

— Нет, так никуда не годится, — пробормотал котецкий задумчиво, после чего совершил излюбленный утренний трюк всех усатых и хвостатых, а именно прыгнул на меня, аки слонидла, всеми четырьмя лапами, буквально придавив к матрацу!

И я поняла, что зовёт котецкий не по ментальной связи, а наяву.

Следующая мысль ударила набатом по вискам.

Гонки. Сегодня. А-а-а-а-а!!!

Подскочив с кровати и умудрившись при этом не уронить Каспера, а даже подхватить его на руки, какое-то время я просто металась по комнате, натыкаясь на мебель и бормоча что-то паническое и совершенно невразумительное под укоризненным и немного философским взглядом Кристера с широкого подоконника.

Каспер тоже неодобрительно фырчал на руках, но при этом тёрся об меня круглой пушистой щекой, успокаивал.

Бросив взгляд на фосфоресцирующий циферблат часов — ну ни фига себе, половина четвёртого утра! — я аккуратно приоткрыла дверь и тут же захлопнула её.

В нашей гостиной подготовка к гонкам шла полным ходом!

Как только меня не разбудили переругивания стилистов и визажистов — если честно, о роли большинства адептов в своей команде не имею никакого представления.

Кроме, разве что, Шхеры.

Остроухая — украшение проекта.

Думаю, не стоит пояснять, чьи это слова.

К слову, Шхера тоже была там, в гостиной, — кружила в позе лотоса на своей любимой подушке с закрытыми глазами и, похоже, глубоко спала. Рассмотреть точнее я не успела.

— Ритка, ты давай не это, не дрейфь, — взволнованно позвал Каспер, и мои пальцы сжались ещё сильнее, зарываясь в белую плюшевую шерсть.

— Ты б лучше к ведьмаку своему по-быстрому сгоняла, — зевая, посоветовал из кадки на подоконнике «криминальный элемент». — Вам ведь потом не дадут… Того-этого…

— Хм…

— Кристер дело говорит, — поддакнул Каспер и, изловчившись, вырвался из моих цепких объятий.

Я тут же подскочила к зеркалу.

М-да, видок тот ещё. Ладно, была б вампиром — им такая бледность только к лицу, а круги под глазами простительны. Усилием воли я мгновенно расчесала волосы, которые из вороньего гнезда превратились в гладкий шёлк (все, кроме злополучного локона, естественно), умылась и почистила зубы.

В псионических чарах, бесспорно, есть свои преимущества. Экономия времени — одно из них!

Набросив плащ с капюшоном поверх сорочки, я вскочила на подоконник и тихонько свистнула. Щётка подоспела тут же: тоже нервничала из-за Турнира, переживала. Не все, конечно, меня поймут в том, что для участия в гонках я привлекла любимую, но по террасуотским меркам более чем простую «щётку-1929», а вовсе не «смерч-68» от бессмертного sirocco… Но, во-первых, участвовать в Турнире на метле ректора не хотелось, пусть даже наши, так скажем, особые отношения и не тайна вовсе, а во-вторых, Щётка, Щёточка, Щетуля — она моя, родная. Несмотря на все навороты Смерчика, со Щёткой мне (хоть и парадоксально) спокойней. Да и она, несмотря на выкрутасы, меня любит.

А любовь — важнее даже самых что ни на есть навороченных наворотов.

Именно любовь — главная и неизменная движущая сила во Вселенной.

И пусть в меня кинет камень тот, кто против.

За философскими размышлениями и совсем не философским шмыганьем носом от избытка чувств к Щёточке, которая тоже расчувствовалась и нежно шелестела прутиками, я и не заметила, как приблизилась к островку ректора.

Сердце привычно сжалось, защемило от нежности. Груди стало тесно в кружеве сорочки, внизу живота медленно сжалась огненная пружина.

Последние три дня мы не виделись: я была предоставлена сама себе, а скорее подготовке. Подобный перерыв в первичной передаче Пси-Энергии должен был послужить своего рода встряской накануне гонок, после чего эффективность усвоения должна была повыситься.

Я уже точно знала, что метод действенный.

Встряска удалась на славу.

Мои успехи отметили не только Шхера с Прожектусом, но даже магистр Плутонус, а он точно зря говорить не будет…

Мы с Логаном условились о встрече этим утром. Позже, разумеется. Но вряд ли ведьмак рассердится, что его разбудили. Я заранее предвкушала его пробуждение — уж с моим сегодняшним оно точно ничего общего иметь не будет. Прыгать на спящего Логана и вопить ему в ухо, что всё на свете проспит, я не стану.

Нет уж.

Скользну внутрь ужом, у меня допуск, так что сигнализация не сработает.

Поднимусь на второй этаж, в спальню… Она почти точь-в-точь как спальня ведьмака в доме на Земле… Кровать парящая, движущиеся карты на стенах… Вот только балкон огромный, выходит как раз на облюбованную нами веранду.

— Т-с-с, Фиксик, Фунтик, — прошептала я, наглаживая тёплые магнитные бока. — Тише вы… Сюрприз испортите…

Маназмеи понятливо закивали головами в рогатых шлемах, но шатать меня и тереться о мои бока и бёдра не прекратили. И это, значит, не полноценные магические существа, а всего лишь энергетические сущности? Которым неведома привязанность и тоска по всаднику?! Лучше при мне такого не говорить.

Язык зачарую! У меня это отлично получается, если что.

Прежде чем приступить к сюрпризу, я замешкалась. Не от неуверенности, нет. Просто озарила вспышкой одна шальная мысль. Не оставляя себе времени на размышления, я взмыла на Щётке, и предрассветный чернильный сумрак за мной прорезали неоновые сполохи рассекающих пространство Фунтика и Фиксика.

Чуть покружив над макушками деревьев, я снизилась к прогалине, утопающей в неоновых бутонах, и налету подцепила пальцами самый крупный из них.

Сегодняшний день рано или поздно закончится. Гонки закончатся. А после… После, независимо от результата, произойдёт это самое… Снятие печати. Инициация. А значит, имею все основания войти в дом Логана с цветком в руке…

Я уже готова была войти внутрь, но что-то остановило.

Я сама толком не поняла что.

Точно знала в этот момент только одно: сюрприз не удался.

Логан не спит.

Что ж. Эффектно проступить из воздуха в одной кружевной сорочке с неоновой чашей в руке во время его пробуждения не выйдет, но ничего. Всё равно он меня пока не ждёт, так что сюрприз, конечно, идёт не совсем так, как я планировала, но всё ещё в силе.

Вот только ручка двери отчего-то не послушалась прикосновения моих пальцев. Не открылась.

Чтобы Логан Ралфи запирал двери на ночь?! Такого я что-то не припомню.

Тем более что он сам не раз говорил: «у тебя — полный допуск, Рита».

И смотрел при этом так, что дыхание перехватывало.

Да что происходит, тьма дери?!

Нахмурившись, я обошла дом. И увидела свет в окнах.

В его спальне.

Дверь была приоткрыта, ветер полоскал графитного цвета занавеску.

Теперь для того, чтобы пробраться в спальню к ректору, преград больше не существовало. И всё же я не спешила претворять в жизнь свой план. Потому что, стоя под балконом, отчётливо различила, как из-за открытой двери раздаются голоса.

И один из них был женским.