Глава 67

В карих, выцветших каких-то, глазах Логана стояли слёзы. Сизые от щетины щёки были запавшими. Я впервые видела всегда полного жизни ведьмака таким бледным. Таким потерянным…

Вот он опустил взгляд, взирая на лежащую у него на руках меня, и по его мужественному лицу прошла судорога. По бледно-сизым щекам потянулись вдруг влажные дорожки.

Я не верила своим глазам!

Эмиссар Ковена, почётный член МОМ, ректор Академии Пси, господин Логан Ралфи… плакал?!

Осознание этого резануло по сердцу с такой силой, что меня вдруг подкинуло куда-то вверх!

И я тут же взвыла в голос от прошившей тело боли!

В следующую секунду я уже снова сидела, сжавшись, во тьме, прижимала к себе Каспера и клацала зубами от страха.

Не могу я вынести эту боль!!

Ну не могу — и всё тут!!!

Пока «выныривала», я пропустила вопрос Логана.

Зато услышала ответ Дракона.

— Высшая Сила ждёт ведьму твою. Но последний шаг за неё сделать не может. А в Четвёртое Измерение ведьма не может перейти, потому как смысла не видит в этом. Точку увидеть не может… Ту самую…

— Поставить точку, ты хочешь сказать? — нахмурил лоб Ралфи.

— Сказал я то, что хотел. Смысла не видит ведьма в переходе. В том месте, где сейчас она, покойно ей.

— Как же… — голос Логана дрогнул. — Как же не видит смысла? Ведь поиски родителей — смысл всей её жизни!

— Не на то ты поставил, Логан. Сам себя обманываешь.

— Как же…

— Так, что каждый из вас свою собственную жизнь живёт. Не те вопросы задаёшь. За себя говори, не за неё.

— Я не понимаю…

— Логан, Логан. Для чего ты инициировал её? Печать для чего снял, отцом поставленную. Для чего сюда перевёз? Ведь знал, что опасно это.

— Если бы я знал, что это её…

Голос ведьмака сорвался.

— Не глупи, — строго сказали ему. — Её это выбор. Ведьмы твоей. Она сейчас здесь, вместе с нами. Слышит нас. Хотела бы — давно бы родилась, переродилась в высшей силе, — сдал меня дракон.

Узнав о том, что я слышу, Логан сжал губы.

— Я… — выдавил он из себя. — Не мог без неё. Просто не мог. И не смогу, Дракон… Ни дня без неё. Ни часа. Ни мгновения.

— И не надо. Одним словом скажи, как называется сила эта. Себе самому признайся.

— Любовь, — выдохнул Логан, и моё сердце остановилось, пропуская удар.

— Ну наконец-то, — проворчал Дракон. — Дошло. Любовь…

— С первого взгляда… — прошептал ошарашенно ведьмак.

— Так и есть. Любовь могущественнее даже высшей магии. Когда это та самая Любовь. Настоящая.

— Анимагический дар жизни потянулся к псионике, а псионика… — ошарашенно выдохнул Логан.

— Разум залюбовался Красотой Жизни и устремился ей навстречу. С того самого момента, как друг друга увидели вы, ни одна сила в мире удержать не смогла бы Печать Крови.

— Это… т-так… в-вот… двухпотоково? — прошептал вдруг Логан.

— Слово-то выбрал какое, — скривился Дракон и тепло улыбнулся. — Истинная любовь всегда взаимна. Не бывает иначе.

После долгой паузы он добавил:

— И только она способна предотвратить катастрофу грядущую.

— Грядёт катастрофа? — как-то отстранённо спросил ведьмак. — Ещё одна? Снова?!

— О, и какая ещё! — подтвердил Дракон и как-то лукаво добавил: — Та же всё.

И тут вдруг поверх картинки с пагодой, Драконом, Логаном и мной с Касперским легла ещё одна.

Злата! Пустые глаза пифии, внезапно прорезавшийся, какой-то замогильный, бас.

— Хаос идёт за тобой, дитя! Он приближается, поглощая всё на своём пути! Лишь взглянув в лицо бездне, ты найдёшь его! Но будет слишком поздно…

Сразу после того пророчества на нас с Каспером напали.

Но… Волшебники древности закрыли Разлом! Неужели и сейчас миру что-то угрожает?!

Вспомнилось жуткое место «Сытый Корень», тост за «Смерть ложной Терре», Горислав, барахтающийся под сетью…

Я ведь даже не узнала о нём. Казалось само собой разумеющимся, что если всемогущий Логан с ним встретился, то Горислав всё, нейтрализован.

А сейчас подумалось… А что, если… нет?!

Я вдруг поняла, что даже обещание Логана отыскать моих родителей обернула в пользу своего нынешнего бездействия. Вот так взяла и сняла с себя ответственность… Просто знаю, что, если он пообещал — всё. Слово своё сдержит.

Но что, если… Если всё гораздо сложнее, чем кажется?

Если во всей этой истории нет случайностей совершенно! С того самого момента нашей встречи…

Тогда я просто не имею права отсиживаться здесь.

Это… это и моя война.

Я с жадностью ринулась вниманием обратно, к пагоде.

Дракон наверняка подскажет, что делать!

Но… вопреки моим надеждам и ожиданиям Дракон молчал.

Говорил Логан.

— Когда я впервые приблизился к ней, я ощутил дыхание смерти. Меня тогда хаос сбил с толку… Возле неё же всё время этот Крестнов вертелся. Я тогда ещё подумал, что это случайно, вроде как чувства у него к ней искренние были, а потом понял, что, помимо прочего, это ведь ещё лучшая из маскировок была. Её врождённый иммунитет к хаосу как губка впитывал остаточные проявления. И потому на Крестнова так сложно было выйти. Не знаю, сам он догадался, или подсказали… Братство Мудрых, что ещё от Василисы пошло, или даже сам хаос — неважно…

Логан спотыкался буквально на каждом слове. Видно было, что говорить ведьмаку тяжело. Очень тяжело. Но по мере рассказа речь выравнивалась, а ореховые искры в глазах сверкали всё ярче и ярче.

— Но это всё не о том… Ещё только немного о Кощее скажу. Я когда узнал, от кого берут начало наши террасуотские маги, многое понял. Он хоть и шифровался, имена менял, сперва привычные, Земные, а потом на наши перешёл, всё равно отследил… Намёки на его присутствие красной нитью прошивают историю нашего мира.

След же первого псионика, ставшего прародителем всех псиоников Террасуота, обрывается около четырёхсот лет назад. Всего-то. Не верю я, что он вот так просто взял и исчез. Все эти миллионы лет жил и здравствовал, а потом — всё? Может, в какой другой мир подался… Всё же Бессмертный… И ген этот, кощеевский, — ген сопричастности к бессмертию — нам, его потомкам, достался. Потому и магический дар Кощея, псионика, — наша стихия. Типа высшие мы, а на деле…

Логан медленно покачал головой.

— Земная магия гармоничнее нашей, — уверенно сказал он. — Она живая, настоящая. Цельная… И с Ритой я впервые себя живым почувствовал… Это самое ощущение смерти, эта уязвимость, быстротечность… Чувствовать всё это, пропускать через себя — это было… странно. Как минимум. Как после стазиса тело с болью оттаивает, так моя душа оттаивала через панику, через тревогу, через этот хренов страх смерти. Всё пытался согласовать… несогласуемое.

— Например? — уточнил Дракон.

— Знаешь, — протянул Логан и зарылся носом мне в волосы. — Она ведь яблоками зелёными пахнет… Таким отбивающим мозги ароматом свежести и спелости одновременно. И я, когда… — ведьмак запнулся. — Когда был с ней, понял… узнал… ощутил… почувствовал… Что Смерть Есть, понимаешь?

— Понимаю, — серьёзно ответил Дракон. — То, что было рождено, умирает. Таков закон мироздания.

— Вот… И ты знаешь, что… Она для меня дороже этой клятой вечности. Для того только, чтобы один раз полной грудью запах этот вдохнуть, не жалко… ни родиться, ни умереть. Ради того, чтобы раз наполнить лёгкие ароматом румяных яблок, не страшно прийти в этот мир. Несправедливый, двойственный, предательский… — проговорил ведьмак мечтательно и при этом как-то уверенно и спокойно. Решительно.

И вот слов любви вроде и не прозвучало.

Тех самых признаний, о которых любая девчонка мечтает.

Даже если она ведьма.

Но мне они и не нужны были.

Потому что глубина и пронзительность в словах Логана была такая, что меня даже здесь, во тьме, трясти начало. Хотя и не должно ж вроде…

Но Логан на этом не остановился.

Он продолжал!

— Она — моя жизнь. Мой мир. Мой смысл всего, вообще всего. Маленький белый териоморф оказался умнее меня, высшего мага и псионика. Каспер свой выбор сразу сделал. И я тоже не вижу смысла больше тянуть… Я дураком был, что смерти боялся. Пока есть мы — смерти нет. А придёт она — не будет нас.

Он не успел продолжить.

Потому что в следующий момент я с хрипом вдохнула воздух.

Рвано, надрывно закашлялась и… задышала! В его руках.

Слабо застонала от боли, снова пронзающей моё тело… Потому что боль снова хлынула!

Но рядом был тот, кто был готов разделить её со мной на двоих.

Даже, если на то пошло, на троих…

И ради того, чтобы узнать это, ощутить, почувствовать, неважно… Это того стоило, в общем.

Жизнь стоила того, чтобы к ней возвращаться.