37.2

Туман медленно сгущался, наполняя воздух загадочной тишиной. Жаркий день уступил место прохладному вечеру, и нагретая солнцем земля начала парить, окутывая реку и её берега невесомой шалью. Белёсая дымка мягко обволакивала холм, на вершине которого раскинулся старый дуб. Туман стелился по земле, пробираясь под одежду, и сначала стало зябко, а с наступлением темноты — по-настоящему холодно. Кайра легла спиной к спине Десара, чтобы его согреть, и долго смотрела в пустоту, прислушиваясь к его дыханию и окружающему миру.

Луну занавешивал полупрозрачный полог из белой дымки, а потом и вовсе скрыл от глаз. По лесу кралась стылая темень, и костёр уже не в состоянии был её разогнать.

Ночные растения подсвечивали туман изнутри, воскрешая в душе какой-то глубинный, мистический страх перед природой. Где-то далеко протяжно завыли блейзы. И без того продрогшая Кайра покрылась мурашками.

Заклинание летучего паралича свербело на кончиках пальцев, готовое быть брошенным в любого напавшего хищника. Однако нападения всё не случалось и не случалось, и ожидание выматывало похлеще самого боя, тем более что особым терпением самая неуживчивая из Болларов никогда не обладала. Десар повернулся во сне, сгрёб её в охапку вместе с ворочающейся в груди тревогой и засопел прямо в ухо.

Накатила сонливость, но Кайра ни за что не поддалась бы ей во время караула, поэтому просто невидящим взглядом смотрела на клубящийся у подножия холмика туман и думала о семье.

Когда Десар проснулся, было уже около полуночи.

Кайра приподнялась на локте и сказала:

— Ты был прав. Ночью надо идти, а днём спать, иначе получается какой-то кошмар. То ужасно жарко, то ужасно холодно, ещё и туман этот… Видимость, как у дракона в заднице!

Десар посмотрел на её сердитое лицо и улыбнулся. Он тоже продрог во сне, но то, насколько тесно Кайра прижалась к нему в поисках тепла, обнадёживало. А надежда способна согреть куда лучше костра.

Поднявшись на ноги, напарники молча собрали лагерь, завернув пожитки в ковёр. Оказалось, что днём Десар сплёл толстую косу из травы, и теперь повесил на неё скрутку из их скарба, заменив таким образом сгоревший подол. Сплетённый полог взял в руки, но его отобрала Кайра, завернулась в него и стала похожа на нахохлившуюся недовольную птицу.

— Нобларина Хижина, — с улыбкой прокомментировал Десар, получив в ответ гневное фырканье.

От ходьбы тело разогрелось, и спустя час капитан уже не чувствовал себя таким закоченевшим. Они шли вдоль реки и этот ориентир не позволял сбиться с пути даже в тумане. К утру заморосил противный дождь, увенчав и без того крайне неприятный переход.

Не сговариваясь, к теме отношений Кайра с Десаром не возвращались, оба понимали, что в таком настроении только поссорятся, и оба не хотели такого исхода, поэтому молча шли, утирая с лица мелкие капли дождя и надеясь на ясный день.

Надежда не оправдалась. Дождь зарядил ещё сильнее, а редкий хвойный лес едва ли мог предложить хоть какую-то защиту — игольчатая подстилка промокла насквозь, и во всей округе не было ни одного сухого места.

Десар видел, что Кайра ярится и готова взорваться, но при этом отчаянно сдерживается. Он попробовал разжечь костёр под густой кроной старой сосны, где капало чуть меньше, чем в других местах, но ливень тут же залил огонь — словно нарочно прицелился. Напарники приладили к стволу смастерённый Десаром травяной полог, вычистили намокшую еловую подстилку до практически сухой земли. Кайра спряталась от дождя под навесом, сидя на двух половинках кирасы и местами влажном ковре. Десар обустроил очаг из крупных камней, магией зажёг костёр и сел рядом.

— Ну и плевать… — сказала вдруг Кайра, глядя на занимающийся огонь, дыма от которого было куда больше, чем тепла.

— Что?

— Я устала злиться, вот что. Если мы замёрзнем, я нас вылечу. От дождя не сдохнем. Зато через пару дней грибы пойдут… — она посмотрела на Десара и неожиданно улыбнулась: — Обожрёмся...

Он улыбнулся в ответ. Внезапно ливень перестал иметь такое уж большое значение.

— А если на нас блейзы нападут, то обожрёмся блейзов? — насмешливо спросил он.

— И сделаем подстилки из шкурок.

— Они блохастые и вонючие, — хмыкнул Десар, с нежностью наблюдая за переменой настроения Кайры.

— Вымочим! Блох выдрессируем, ты сам предлагал. Поселим их на Мелче, им вольготно будет. А в коре сосен есть дубильные вещества, так что выварим и обработаем шкурку… Жира бы ещё какого-нибудь. Я читала, как выделывать шкуры, между прочим, — Кайра поднялась на ноги и призывно посмотрела на своего капитана: — Чего сидишь? У тебя дворец не построен, а у меня изысканные яства не готовы к утренней трапезе. Берись за дело, благородный ноблард, а то будешь спать в луже.

Десар поднялся следом и принялся за работу. Благо строительного материала вокруг — завались. Он срезал несколько молодых сосенок и кроны пустил на подстилку и шалаш, а из стволов сделал новые копья и колья. Результат порадовал — получилось подобие хижины с пухлыми колючими боками. Десар подкинул в неё пару разогретых камней, и там довольно быстро стало тепло.

Кайра сходила за водой, собрала несколько десятков подхвойников и насадила их на палочки, а также приволокла к лагерю засохшую сосну, которая горела куда лучше влажной свежей древесины.

Далеко от лагеря не отходили — опасались, что костёр примется за шалаш. Десар набрал целую кипу мягких молодых еловых веточек, отряхнул от влаги и подсушил над костром, затем соорудил подстилку.

— А ковёр высушить магией не можешь? — спросила Кайра.

— Только спалить…

— Или взорвать, — с усмешкой отозвалась она, помешивая воду с найденными травами в металлической кружке. Уже по опыту знала, что они не горчат и придают напитку не очень яркий, зато приятный привкус. Горячего отвара хотелось обоим, и они ждали, когда вода в кружке закипит, чтобы им насладиться.

К моменту, когда убежище от дождя и еда были окончательно готовы, ливень взял и кончился.

Кайра подняла голову к светлеющему небу и звонко рассмеялась:

— Нет, ты видел? Никогда не думала, что дождь может быть таким паскудником.

Словно обидевшись, тот тут же брызнул ей в лицо последними каплями, после чего Кайра фыркнула, зашла за стену дворца, разделась, отжала волосы с одеждой и натянула тунику обратно, а брюки подвесила у входа.

— Хочешь мою рубашку? — предложил Десар, развесив её на воткнутых в землю рогатинах рядом с костром, чтобы поскорее высохла.

— Нет, хочу есть и спать. Опционально могу даже спать за едой или есть в полусне.

— Что, грибами не обожралась? — с улыбкой поддел Десар.

— Не успела, ты всё сметал. Ну так что? Охота или сон?

— Так всё равно теперь по очереди спать, так что ложись, а я пока добуду тебе блохастого, вонючего блейза. Всё для моей луны.

— Договорились. А рубашку давай, раз ты такой щедрый. Не перед блейзами же тебе в ней щеголять.

Влажноватая ткань была горячей на ощупь, Кайра быстренько завернулась в неё и вырубила себя заклинанием до того, как успела замёрзнуть снова.

Десар вытащил из хижины остывшие камни и поменял их на горячие из костра. Тот ещё источал тепло, но открытого огня уже не было, значит, можно без опаски оставить Кайру спать. Он навесил несколько защиток — лишь бы хватило хотя бы на пару часов. Понятно, что дерево не будет держать магию, но какой оставался выбор? Завесил вход несколькими ветками, чтобы спрятать их убежище, и отправился за добычей.

Желание луны — закон. Если благородная нобларина хочет блохастую шкуру, то разве благородный ноблард может отказать ей в такой малости?