Земли Геля. Клан Гериус

Стая чёрных драконов кружила над полуразрушенным замком. С земли невозможно было разглядеть, что на спине самого огромного из них сидит женщина, укутанная в тёплую меховую шубу. Она направляла полёт, и по тоске, застывшей на её лице, можно было догадаться: она в ужасе от мысли, что именно она виновата в запустении, царящем в некогда прекрасной цитадели. Драконы опустились в центре заросшей лужайки. Прямо перед ними высился замок. Крыша уцелела лишь над правым крылом; центральная часть и левое крыло были почти полностью разрушены, повсюду виднелись следы пожара – обугленные камни и почерневшие балки. – Я дома. Сестра, я вернулась, – беззвучно шептали её губы, а глаза наполнялись слезами. Она смахнула их и обернулась к генералам, которые стояли позади, не решаясь нарушить её молчание. Дараю била дрожь, но она собралась с силами и улыбнулась Дерику и Шодаи: – Мы дома. Простите, я не ожидала, что всё будет в таком плачевном состоянии. В прошлый раз, когда мы здесь были, мне казалось, замок сохранился лучше. – Ничего, дайте нам пару дней, барышня, и мы всё восстановим, – Шодаи двинулся мимо Дараи, направляя своих людей и стараясь оценить масштаб разрушений. Дерик огляделся. Да, замок был в ужасном состоянии. В прошлый раз он не смог оценить всей проблемы, но сейчас, глядя на останки строения, мог только качать головой. Было очевидно: проще построить новый замок, чем восстановить этот. Стояли лишь стены; в левом крыле обрушились перекрытия, не было крыши; центральный корпус устоял, но кровля грозила рухнуть в любой момент. – Ничего, родная, Шодаи прав. Мы справимся. Дарая улыбнулась: – Мне нужно увидеть сестру. Дерик опешил: – Ну что ж, если ты хочешь познакомить меня с новыми родственниками сразу, то… хорошо. – Боишься? – Боюсь только одного – что ты меня разлюбишь и бросишь. Всё остальное я переживу, – он притянул её к себе и показал на солдат, которые уже разжигали костры и таскали из замка обломки досок на растопку. – Видишь, мы уже начали чинить наш дом. – Наш? – Она облокотилась спиной о его широкую грудь и подняла голову, заглядывая в шоколадные глаза. – Интересно, почему у твоего дракона глаза зелёные, а у тебя – чистый шоколад? – Наверное, потому что девушки любят зелёный цвет, – целуя её в висок, промурлыкал дракон. – И да, он наш. Здесь мы и будем строить наше королевство. – Хорошо сказал – «наше королевство». Но для этого придётся вытащить сестру из подземных туннелей, вернуть её на свет божий. – Отлично, но давай пока отведаем вкусного мяса, я очень голоден, – он ещё сильнее прижал её к себе и даже заурчал от удовольствия. Дарая смеялась, глядя на него как на нашкодившего кота, а тот мурлыкал, прижимая её, и пытался поцеловать. К вечеру Дарая нашла в себе силы решиться на встречу с сестрой, силы взглянуть своим страхам в глаза. – Я тоже хочу познакомиться с новыми родственниками, так что не спеши, – её остановил Дерик, перехватив у ворот. – Да, и мне стоит взглянуть на местные достопримечательности, узнать про ваши подземные туннели, – с другой стороны возник Шодаи, скрестив руки на груди. Двое высоких, сильных мужчин стояли рядом с ней. Они были одеты в простые чёрные льняные рубашки, перетянутые ремнями, и даже без мечей, так любимых всеми драконами в человеческом облике. Дарая оглядела себя: простой чёрный костюм из юбки-брюк, лёгкая куртка и облегающая майка, без украшений. Она размышляла, примет ли её сестра, разрешит ли снова войти в её жизнь. Сейчас ей так нужны были их сила духа и решимость, и она кивнула. – Хорошо. Идя по петляющей лесной тропе, Дарая вспоминала детство. Они с сестрой часто сбегали в лес и под защитой братьев играли то в разбойников, то в охотников, всегда выходя из битв победительницами, воображая себя генералами огромных армий, где солдатами были цветы, кусты или козочки. Алаи никогда не брала на себя роль охотницы – она была помощницей или той, на кого охотились, была послушна и, даже падая, получая синяки и ссадины, никогда не плакала. Все игры старших братьев и сестры она воспринимала стоически, хотя, возвращаясь домой, рассказывала обо всём матушке. Многие их проделки вскрывались именно так, и тогда отец гневался, а матушка наказывала, чаще всего лишая сладкого, – особенно Дараю, ведь именно она, как старшая дочь семьи, должна была остановить всех и призвать к порядку. «Какая ты стала сейчас, сестра? Как ты встретишь меня? И как всё будет, особенно теперь, когда я привела в наш дом драконов?» Дерик и Шодаи шли позади, тихо переговариваясь. Они понимали, что нужно оставить её наедине со своими мыслями. Дерик вспоминал её слёзы при первом прилёте сюда, а Шодаи размышлял, как их встретят и что будет после. – Сестра, – голос Дараи прозвучал тихо. Она остановилась, увидев девушку, развешивающую бельё на верёвке между деревьями. Длинное серое платье, едва прикрывающее щиколотки, грубые башмаки, платок на шее и светлые волосы, собранные в тугую косу, которую та время от времени отбрасывала за спину. – Алаи? – крик Дараи разорвал тишину леса, всполошив птиц и заставив сестру обернуться. – Дарая? – Алаи выпустила из рук бельё, её взгляд, полный испуга, сменился изумлением, по щеке сбежала слеза, а потом появилась улыбка. Дарая бросилась вперёд – туда, куда рвалось её сердце. Алаи за эти месяцы возмужала, взгляд её стал другим, но она всё равно была той самой младшей сестрёнкой, которую нужно защищать, спасать, укрывать от тягот этого мира. Две сестры вцепились друг в друга так, что, казалось, их не разорвать; тишину нарушил сдавленный стон черноволосой и тихий всхлип светловолосой. – Не плачь, я вернулась, – Дарая гладила сестру по голове, заглядывая в серые глаза в поисках не осуждения, а надежды на прощение. – Ты вернулась… Я так ждала, так ждала, – Алаи прижалась к сестре, обхватила её за шею и тихо плакала, боясь, что старшая сестра снова исчезнет. – Прости меня, я не хотела оттолкнуть, не хотела. Я сразу пожалела, но было уже поздно, ты исчезла, я не могла тебя найти. – Всё хорошо. Я вернулась, и мы идём домой, – вытирая слёзы Алаи, шептала Дарая. Дерик и Шодаи наблюдали со стороны. Светловолосая девушка в простом холщовом платье обнимала Дараю. Две сестры, одного роста, но такие разные, улыбались друг другу и тихо разговаривали. – Как думаешь, подойти? – спросил Шодаи. Дерик отрицательно покачал головой: – Думаю, рано. Пусть поговорят. – У тебя красивая жена. Но её сестра… ещё краше. И почему они такие разные? У них что, разные матери? Или отцы? Дерик вздрогнул. Что он мог ответить? Он почти ничего не знал о прошлом той, которую любил, никогда не спрашивал о её семье. Возможно, это была ошибка, но бередить старые раны, особенно считая себя косвенно виновным в гибели её родных, он не хотел. – Я не знаю. Дарая обернулась: – Сестра, это… – и замерла. Сказать, что это её муж, генерал армии и убийца их отца, было нельзя. Этим она лишь вызвала бы гнев и отторжение. Но представить Дерика и Шодаи было нужно. – Мой муж и его друг. – Муж? Дракон? Тебя насильно выдали замуж? Сестра, что с тобой сделали? – руки Алаи опустились, а в серых глазах отразилась боль. – Нет, всё получилось само собой. Но они хорошие, даже если драконы, – Дарая развела руками. Что уж тут говорить – фраза сказала всё. – Знаешь, я только сейчас поняла, что нам придётся с этим жить. То, что со мной совершили, совершили не они, а мой клан. То, что я видела в землях Барет, – опять-таки дела рук магов. А драконы оказались более человечными. Как видишь, кристаллы Мурано меня спасли, и опять мне нужно благодарить за это драконов. Алаи выпрямилась: – Я не всё поняла, но надеюсь, ты мне всё объяснишь. Я просто рада, что ты жива, что мы снова вместе. – Вместе? – в этом вопросе прозвучало столько надежды, что Алаи сдалась. – Вместе.