Глава 15

Бывший военный Родионов, видно до сих пор не отделался от большого желания пострелять. Ну а быть владельцем оружия — святое дело. Держать арсенал запрещено законом, но многие всё-таки имеют тайные запасы у себя в домах и на дачах.

И я их понимаю. Тем более бывшего военного. Как говорит сам Николай Николаевич — военных бывших не бывает.

Видно припрятал что-то старый чертяка.

Я решил не медлить и сразу поехать туда. Мало ли что, может полиция выведает у него место, хотя вряд ли. Если уже не сказал, то и не скажет.

Вечером я завладел новой машиной. Вернее старой. Решил не ходить по этим новомодным джипам и просто ковырнул ножом замок старой копейки. Машина завелась, как только я коснулся проводами. Бак почти полный туда и обратно хватит. Главное теперь, чтоб там, на даче не оказалось охраны или тайного снайпера. Они на меня прямо охотиться решили. Что же, посмотрим, кто на кого будет охотиться.

И на этой жестяной банке, дребезжащей и подрагивающей, я поехал за город в дачный поселок.

Уже смеркалось, когда подъехал.

Потушил фары и оставил машину подальше от дачи Родионова. В сумерках пытался разобрать направление, не слишком хорошо помню, где мы были, и удирал я тогда очень быстро. Так что сейчас найти дом Родионова сложновато. Одно только утешает, дома все разные, а у Николая он совсем простой, надеюсь, найду визуально.

Прошел довольно долго. Наконец, когда уже почти совсем стемнело, увидел полицейские наклейки и полоски на воротах. Да, точно, это тут.

Я остановился, прислушался, посмотрел вокруг. Не думаю, что кто-то будет сидеть в кустах и поджидать, когда я вернусь. Они же понимают, что я не дурак и не вернусь на то место, где меня чуть не поймали. Но, осторожность превыше всего. Я внимательно осматривался и чутко прислушивался.

В соседних домах свет не горит, значит нет никого, кто бдительно охраняет территории. Глухо.

Глянул на дом. Его темные очертания уже почти слились с чернотой неба. Тишина со всех сторон подстегнула к действию и я подошел к воротам. Дернул калитку, она с тихим скрипом открылась, разрывая желтую ленту.

Вошел во двор. Бесшумно, точно вор прошел к дому. Остановился под окном. На двери тоже лента. Вокруг тихо. Никого. Я прошел к углу, выглянул.

Показалась тёмное пятно огорода. Медленно я двинулся по-над стеной. Без конца останавливаясь и прислушиваясь.

Остановился на полпути. Так, а лопату где взять?

Не буду же я руками землю копать. Об этом я и не подумал.

Вернулся к дому. Прощупал взглядом двор. Не хотелось включать фонарик, чтобы не нарваться на какого-то бдительного дачника, который заметит свет и на расстоянии. В сером мраке я прошел по двору к небольшому сараю. Дернул бревенчатую дверь, она оказалась закрыта, но замок настолько хлипкий, что понадобилась всего пара сильных толчков, чтобы скоба вывалилась, и дверь открылась.

Тут уже я включил фонарик и осветил маленький квадрат пола. Весь инвентарь нашелся. Лопата, грабли и цапка.

Взял штыковую.

Вернулся к огороду, пошел в левый угол отсчитал по диагонали пять шагов и начал копать.

Старался тихо, без лишнего шума. Если застукают ещё одна статья и не только мне. Родионову на старости лет не хочется неприятностей со всех сторон. Связался, скажет с Андрюшкой Волковым, за то и поплатился.

Копаю, но что-то пока пусто. Земля одна. Только чернозём разгребаю. Может не там копаю, вылез из ямы, которая уже мне по колено. Снова к углу пошел, встал, посмотрел ровно по диагонали. Вроде верно копаю.

Снова залез. И давай землю ковырять. Уже через минуту лопата наткнулась на преграду. Я притих, осмотрелся. Темнота. И торопливо начал очищать от земли опасную находку.

***

В ресторан я приехала почти на двадцать минут позже. Степан Николаев сидел за дальним столиком, но был не слишком удручен моим отсутствием. Он весело беседовал с кем-то по телефону и часто прикладывая к губам бокал с красным вином.

Он не замечал меня до того самого момента, когда администратор подвела меня к столику. Николаев как будто забыл с кем именно должен здесь встретиться и увидев меня, как мне показалось, даже удивился. Обсмотрел с ног до головы. И решил закончить беседу по телефону.

— А, о, я тебе позже перезвоню, — сказал он в трубку, отключился и положил телефон на стол. Ещё раз окинул меня быстрым удовлетворённым взглядом, затем встал навстречу и потянулся, чтобы поцеловать в щёку, — Лиза, вы очаровательны.

То что увидел, ему явно понравилось, это было видно по довольному выражению лица и слащавой улыбке.

— Спасибо, — я уселась на подставленный стул.

— Я взял на себя смелость и заказал вам то же что и для себя. Не хочется сидеть потом и смотреть друг на друга, разглядывая еду. А так мы будем есть одновременно, — сказал он деловито, показывая какой он знаток ресторанных неудобных моментов.

Навязывает своё. Не люблю таких. Он видно привык указывать другим не только в бизнесе, но и в жизни. Явно привык к подчинению, причём безоговорочному.

— Спасибо. Целиком полагаюсь на ваш вкус. Я не слишком разбираюсь в ресторанной еде, — улыбнулась я и благодарственно кивнула.

Пусть думает, что я в рот ему заглядываю и восхищаюсь его привычками.

— Где же вы питаетесь, если не в ресторанах? — снисходительная усмешка, наигранная, неприятная.

— Где и все люди, в столовой или кафе быстрого питания.

— Но это же вредно для здоровья, — брезгливо поморщился.

— Знаю, но по-другому никак. Я всё время на ногах, интервью, репортажи, не до ресторанов знаете ли.

— Понимаю. Надеюсь вас удивить здешним меню.

— Удивите, пожалуйста, — я улыбнулась, пытаясь начать флиртовать, но кажется, у меня плохо получилось.

— Сегодняшний вечер, обещаю, вы запомните надолго, — как-то по-особому посмотрел на меня Николаев.

Взгляд его не удержался на лице, а скользнул на грудь. Наверное я не зря постаралась, натягивая самый жесткий пуш ап.

— Надеюсь, не расстройством желудка? — пробую кокетливо шутить.

Степан снова посмотрел мне в лицо и в глазах его что-то блеснуло. Какая-то искра. Насмешливая или задорная, а может злая, я не смогла разобрать.

— Нет, конечно. Тут отменные, сочные стейки, а так как я большой поклонник мясных блюд, то стараюсь приходить сюда как можно чаще.

— Интересно. Но вы же не сами приходите? Для хорошего ужина, не помешала бы и хорошая компания.

— Тут вы абсолютно правы, Лиза, — пять прошелся взглядом по моей груди и сразу протянул свой бокал. — Давайте выпьем, за то, чтобы у нас всегда была хорошая компания.

Звонко чокнулись, я пригубила вино и поставила бокал на стол.

— Ну что же вы, это отличное французское вино девяносто пятого года. Попробуйте пару глотков, ощутите его неподражаемый вкус.

Смешно было наблюдать, как он играет в олигарха. Не исключено, если бы у него было ещё немного времени, он точно стал бы в ряды богатейших людей. Только вот не думаю, что это случится. Волков настроен серьёзно, а значит, этому человеку уже скоро придётся несладко.

Принесли еду. Отдаю должное, это действительно было что-то бесподобное. Я не слишком люблю говядину, но этот стейк, который таял во рту, покорил меня в самое сердце. Тут Николаев не соврал, еда действительно была идеальной.

Я наслаждалась. А он наслаждался моей компанией. Или делал вид, что наслаждается.

Во всяком случае, его попытки меня соблазнить были несколько неловкими, что в душе я смеялась, как нелепо он выглядел в роли, которую стремится играть.

Да и потом, нельзя соблазнить девушку, если она уже кем-то соблазнена. А я без конца думаю об одном человеке, об Андрее Волкове. И ничего это не изменит. Не сумеет изменить.

Никакой Николаев с его вальяжной напыщенностью не сможет выбить из моего ума запах кожаной куртки и хищный прищур Волкова. И никакие деньги не заставят меня отвернуться от Андрея. Никогда.

Мы ужинали, разговаривали. Я пыталась брать интервью, но Николаев шутливо переводил темы. Те пара глотков вина, которые он попросил меня выпить, всё-таки сделали своё дело, в конце концов, я расслабилась.

Николаев шутил, я смеялась, иногда думала — где сейчас Волков.

Что делает? Чем занят? Почему не рядом со мной?

— Давайте выпьем за то, чтобы наше случайное знакомство переросло в крепкую дружбу, — проговорил Николаев и протянул мне бокал, а когда наши бокалы легко стукнулись друг об друга, добавил, — а возможно, во что-то ещё.

Мы выпили. Я почувствовала что хмелею. Решила, пора заканчивать ужин, пока я не потеряла бдительность и чего-то лишнего не наговорила.

Демонстративно глянула на часы.

— Ох, уже одиннадцать, как быстро пролетело время, — потянулась за сумочкой, показывая всем своим видом, что мне пора идти.

— Вот что значит хорошая компания, — усмехнулся Николаев.

— Да, тут вы правы, но, к большому сожалению, мне пора идти. Родители будут волноваться, а я не хочу, чтобы они не спали так поздно.

— Вы живёте с родителями? — удивлялся Степан.

— Да, я ведь не замужем, вот и живу пока с родителями.

Тут он замолчал, а потом сказал, положив ладонь на мою лежащую на столе:

— А что если нам сегодня погулять ещё немного? Не каждый день встречаешь человека, с которым хочется говорить и говорить.

О чем он со мной хотел говорить, непонятно, но настроен был решительно.

— Простите, но уже слишком поздно, — проговорила я, высвобождая руку, — мне нужно отойти в женскую комнату.

— Хорошо идите, но поскорее возвращайтесь, — он отпустил и обаятельно улыбнулся.

Я встала. Прошла в дамскую. Постояла какое-то время глядя на себя в зеркало. Пыталась определить — какая цель моего сюда визита.

Чего мне удалось добиться? Почти ничего. Тогда зачем я здесь?

Когда я вернулась за столик, Степан снова протянул мне бокал.

— Давайте выпьем за наше приятное знакомство. Мне лично очень приятно было узнать вас поближе, Лиза.

— Спасибо, мне тоже, — проговорила я и протянула свой бокал.

— Ну что же, тогда раз вы больше ничего не хотите, я вызову вам такси?

— Было бы очень кстати.

Мы вышли из ресторана. Николаев держал меня под руку, как будто я собиралась упасть. И действительно в голове у меня что-то помутилось. Шаг неуверенный, кажется сейчас начну путаться. Неужели вино такое пьянящее?

Подъехала машина. Я села на заднее сидение, а Николаев обошел с другой стороны и сел рядом со мной.

— Э, простите, но нам разве по пути? — сказала я и почувствовала, веки мои начинают тяжелеть.

— Не волнуйтесь, сейчас мы приедем домой, — сказал он, положил руку мне на плечо.

И я просто притулилась к нему, положила голову на его грудь и закрыла глаза.

***

Мать его…

О таком арсенале я и не мечтал. Тут целую армию можно снабдить автоматами и патронами, которые я достал из огородного схрона обычного дачника.

Ни хрена себе, старый вояка запасся. Это он картошку собирался охранять?

Хотя если продать это всё на черном рынке можно и на домик заработать, вот только Родионов вряд ли это бы продавал. Подозреваю — дорого как память. И душу видать греет, на старости повоевать хочется. А вдруг.

Вот такой, милый на вид дедушка, а у самого в огороде куча оружия зарыта. Я усмехнулся. Соседям по огороду лучше с такими дедушками не зарываться, кто знает, что у него в голове перемкнёт. А если действительно перемкнёт? Всякое ведь бывает.

Вспомнил я, как он меня стрелять учил из детского ружья, по банкам и мишеням. Николай, настоящий мужик, что там говорить. Он, для меня в детстве, был авторитетом.

Разжился я на огороде у Родионова тремя калашами, патронами, Макаровым и несколькими коробками патронов к нему.

Погрузил всё в копейку, под заднее сидение автоматы сложил и поехал обратно в город.

Сегодня собирался снять сразу пару квартир, чтобы было куда перемещаться в случае облавы, но из-за того что пришлось выдвигаться на дачу, это дело переносится на завтра.

Сегодня, значит пойду снова к Лизе. Или нельзя?

Черт… и тут я резко вспомнил, что она говорила что-то про ужин. Аж педаль дернулась, чуть не затормозил.

Мать твою…

Ужин со Степаном!

В голове сразу нервно запульсировало, чуйка какая-то неприятная. Еду, бледные фары дорогу освещают, смотрю в темноту и на газ давлю сильнее. Из копейки всё что можно выжимаю.

Не хотелось бы, чтобы гайцы меня сейчас остановили с арсеналом… и Лиза там со Стёпкой.

Черт.

Нужно было запретить ей. Я с этим схроном вообще бдительность потерял. Услышал про оружие и про Лизу сразу забыл. Вот бля. Идиот.

Нужно что-то решать.

Я начал ковыряться в памяти, что она там говорила, но не смог вспомнить деталей. Сказала время или нет? Вспомнил только что — он её пригласил на ужин.

Вот идиот. Как я мог о таком забыть.

Достал телефон. Набираю — абонент временно недоступен.

Черт, черт!

Стёпка кроме Ребая в последнее время никуда не суётся. Мог конечно и сменить место, но если он её пригласил на ужин, точно туда. Любит он то место. Я и сам любил туда захаживать с Сашкой…

Глянул на часы пол-одиннадцатого. Поехал к Ребаю.

Если повезёт, они ещё там должны быть. Стёпка быстро не ужинает. А с Лизой так тем более. Будет ей мозги втирать, какой он богатый и почти знаменитый. Он это любит, показать статус, которого нет. Падла бешеная.

От злости я давлю на газ. Что-то гнало меня скорее вернуться в город. Предчувствие опасности. Страх за Лизу. Воспоминание о ней. Желание вмешаться.

К ресторану подъехал в без десяти. Машину оставил на другой стороне улицы, чтобы стрёмным авто не привлекать к себе внимание парковщика.

Глушить мотор не хотелось, потом снова копаться в проводах по темноте. Но пришлось. Боялся, топлива не хватит в нужный момент. Там и так уже стрелка на лампочке.

Я вышел из машины. Остановился. Смотрю, ко входу в ресторан такси подъехало. Подождал. Вышли люди, сели, уехали.

Тогда я пошел к окнам. Заглянул внутрь и сразу увидел Николаева. Привычкам не изменяет, гад. За любимым столиком в дальнем конце.

Лизы нет.

Смотрю на Степана, на его довольную сытую рожу и ненавижу его. Страшно ненавижу.

Моя бы воля, подошел бы прямо туда и придушил прилюдно. И пусть меня потом судят. Но я так не хочу. Сначала он должен ощутить вкус потери. Так же, как ощутил его я. Помучиться, прежде чем умереть.

Вижу, что-то Степан по сторонам взглядом шариться. Потом смотрю, над бокалом руку протянул… и насторожено глазами зыркает.

Твою мать… Вот сука…

И в этот момент я увидел Лизу.

Сначала не узнал. Реально не узнал. Не подумал что это она, но профиль.

Ни хрена себе!

Обалдел на минуту. В горле что-то встало, ни туда, ни сюда. Дыхнуть не могу. Впился жадным взглядом. Глазам не верю.

Красное платье обтянуло тонкую талию, круглые бедра, высокую грудь. Стройные ноги, потрясные туфли на тонком каблуке. Скольжу по фигуре тупым, не верящим взглядом.

Лиза села, повернулась и я увидел точеный профиль. Почему-то почувствовал, как важна она для меня. Её вид, её лицо, её волосы, губы. Её профиль важен.

Даже не так. Я вдруг понял, что всё это моё. Она — моя. Только моя. И как будто кто-то хочет отнять её у меня.

Не допущу. Не позволю. Удавлю гниду, не задумываясь.

Лиза улыбнулась, что-то сказала Степану и положила сумочку.

Стёпка тоже заулыбался, взял свой бокал и протянул ей, чтобы стукнуться. Лиза взяла свой бокал, и они коснулись друг друга. Выпили…

А я как дурак, стою и смотрю на это. Беспомощно наблюдаю, как эта гнида опаивает мою Лизу. Он сука, видно всех поит своим пойлом. По отработанной схеме.

Я был просто в шоке от того, как просто он это делает, сыпет и всё.

Но сегодня не его день. Я тронул карман, в бок упёрся старина Макаров.

— Ну, нет Степан, сегодня не твой день, — говорю в пустоту.

Звук мотора позади, к ресторану подъехало такси. Лиза, смотрю, засобиралась. Значит, это за ней.

Я побежал к своей машине. Ещё нужно успеть завести.

Краем глаза слежу за входом, и краем смотрю, как провода состыковались. Несколько раз цвыркнуло, но не завелось.

— Мать твою.

Смотрю, вышли. Лиза села в машину. А Степан обошел и сел с другой стороны.

Черт. Нервно дергаю провода, а машина всё не заводится. Ещё и ещё.

Такси вырулило со стоянки ресторана на дорогу.

— Давай, давай, — нервно твержу я.

Судорожно пытаюсь определить — куда он её повезёт? Скорее всего, к себе, а если нет?

Стартер зажужжал, мотор дернулся и я газанул педалью.

Слава богу. Сел. Захлопнул дверь и надавил на газ.

Главное теперь не упустить такси.