ГЛАВА 13. Миссия невыполнима

Одержимость. Вот как это называется.

Мог ли он подумать еще несколько недель назад, что так крепко влипнет? При всей своей хваленной резистентности и на фоне выдающегося цинизма?

Макс Дэй одержим девушкой. Женщиной? Малышкой? Нужное слово все не находилось. Ни одно из приходящих на ум не отдавало должного его чувствам. Он думал о ней каждую минуту, каждую гребанную секунду! О нет, не только о сексе, хотя о нем в первую очередь, но и…

Просто быть рядом. Укачивать в своих объятьях, пока она читает очередной отчет, пусть лучше спит, чем хмурит лоб над цифрами. Целовать на ночь. Целовать утром. Днем. Постоянно. Держаться за руки, гуляя по лесу. За руки мать его! Это он, брутальный самец хочет настолько ванильную хрень?!

Он должен был бы быть в ярости от того, как сильно ломало его установки, как корежило картину мира и между тем ярости не было. Было легкое недоумение, эдакое «а что так бывает?». Были идиотские, блаженные улыбки, проявляющиеся на лице в самый неподходящий момент. Был учащенный сердечный ритм, стоило только уловить шлейф ее запаха. Гребанный запах! Даже не дающие покоя подозрения не могли хоть немного перекрыть сияние его одержимости.

Вишневые волосы. Серебристо-серые глаза. Пухлые губы, преступно не целованные. Ну почти. Если не считать кабинета. Да, кабинета. Кухню вообще стоило бы забыть, если бы он не поступил совершенно по-мудачески. Права Ариша, мудак он и есть. Кто, гребанный стыд, дал ему право клеймить ее?! Какого ляда не смог удержать зверя, позволив ему совершить непростительную ошибку. Именно ошибку! Как не крути…

Если все его подозрения не стоят и выеденного яйца, то он поступил как маньяк. Напугал, чуть не изнасиловал, а в довершении без спросу поставил Первую Метку, лишая свою возможную пару выбора. Диктуя свою волю. Хорошо хоть хватило выдержки просто отнести ее в спальню и не завершить начатое. Ведь тогда бы он точно не остановился, довел бы до логического конца — Вторая и Третья обязательно оказались бы на ее прекрасной шейке уже к утру, навечно привязывая их друг к другу.

Беспокоил ли его сам факт зависимости? Хрен там было. Он и сейчас готов щенком скакать у ее ног или преданным псом спать под дверью. Ему Метки уже не нужны.

В этом вся паршивость ситуации.

Ведь есть еще и УКР. УКР, вероятное влияние которого они так и не отмели. Следили за Аришей, но ничего подозрительного не выявили. Ну пахнет хорошо, так и не такие выверты природы бывают, может она как раз идеальный «материал» для «волчьей невесты»? Ну гуляет иногда по ночам, ну подходила к срубу, но никаких активных действий не предпринимала. По телефону ни с кем не общалась кроме офиса, прослушку на ее мобильник давно повесили. В общем — чиста как первый снег.

Вроде бы.

Поэтому идея показать ее Олеси стала просто каким-то долбанным лучиком надежды. Ночью опять бегал по лесу, без цели, лишь бы хоть немного снять напряжение. Днем рычал на всех без разбору, неспособный сосредоточиться на деле. Ноги сами принесли его к коттеджу, стоило завидеть машину Конрада, въезжающую на внутреннюю стоянку Крепости.

К собственному дому крался по кустам, как последний придурок. Зачем, спрашивается? Почему было не войти вместе с друидом и Лунной? Ну да, Конрад велел держаться подальше, мол, так проще будет разговорить девчонку. Ладно, логично. Но какого хрена было подслушивать под окном?!

Руки затряслись, как сильно он захотел оказаться рядом, стоило только услышать ее мелодичный голосок. Грудная клетка заходила ходуном, а внутренности свернулись комом от жгучей потребности ощутить под пальцами ее нежную кожу, вдохнуть сладкий запах, пьянея до головокружения…

Суть разговора не улавливалась, так, обрывки. Вроде что-то про его день рождения, но какая нафиг разница?! Намного важнее было другое. То, с каким страхом он ждал вердикта Лунной. С таким ужасом, что как только понял, что беседа закругляется, поспешил убраться, оттягивая момент истины и еще больше загоняясь в маятник надежда-отчаянье.

Еще пару часов прошло, пока рыжий отвозил Олесю. Часов, за которые он успел пожалеть, что не узнал всего сразу. Может быть, тогда имел бы полное право вернуться в коттедж и… И что? Кто сказал, что его кто-то там ждет?

— Вот ты где, — раздался из-за спины.

Единственный, кто мог к нему подкрасться незаметным — друид. Тихий, стелящийся шаг и способность сливаться с окружающим миром, не тревожа ни травинки, ни листочка.

— Вот я где, — очень спокойно повторил за другом волк.

— Прячешься? — хмыкнул друид, присаживаясь рядом на поваленный ствол дерева.

— Прячусь? От кого?

— Это ты мне скажи, — пожал плечами Конрад. — Разве я сбегаю каждую в лес? А теперь еще и днем. Отлыниваешь от обязанностей?

Рыжий подтрунивал над ним, но чувство юмора не подавало признаков жизни, поэтому реакции были болезненные:

— Не твое дело!

— Мило, — поджал губы друид, — очень мило.

Молчание длилось несколько минут. Конрад делал вид, что полностью поглощен созерцанием бликов, играющих в струях речной воды. Макс не находил себе места, но внешне нервозности выдавали только крепко сцепленные в замок пальцы.

— Что Олеся? — наконец не выдержал ликан.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- А что Олеся?

— Конрад, не издевайся, — устало выдохнул волк. — Мне… мне и без твоих приколов муторно.

— Прости, — только и сказал друид.

— За что?

— За все сразу. И за приколы, и за новости.

— Они… печальные?

— Они неоднозначные.

Конрад мог бы рассказать волку всю правду, но тогда рисковал лишиться… многого. Волчара не заслужил… Подлая мыслишка, гнусная, недостойная его, но слишком цепкая, чтобы просто так затолкать поглубже. Это не та тайна, что он готов был доверить даже такому близкому другу, как Макс. Слишком много всего в ней намешано, по слишком тонкой грани придется пройти. Он не готов. Пока не готов. Полуправда же была… как раз неоднозначной.

— Леся ничего не увидела.

— Совсем?

— Почти, — исправился друид. — Никаких посторонних искусственных запахов и вместе с тем, что-то магической в ней есть.

— Заклинание?

— Возможно, — слукавил Конрад, врать было тяжело, но необходимо. — Или заклинание, или… ее собственная аура.

Нет, окончательно ввести в заблуждение не получилось.

— Ее… Что ты хочешь сказать?! — недоумение быстро сменилось яростным напряжением.

— Не исключено, что она Одаренная, — все же признал рыжий.

— Одаренная?! Этого не может быть, я бы почуял…

Конечно, почуял бы, его же натаскивали вычислять магов минуя любые покровы. Ни одно заклинание не смогло бы его обмануть, никакая уловка не смогла бы обойти его нюх.

— И все же Леся считает, что Арина не человек.

— Не человек…

Откровение обрушилось на него водопадом. Дышать стало невозможно. В груди росло, набухало что-то чудовищное.

— А ты? Что думаешь ты? — он боялся поверить, ибо после такого обмануться будет стократ страшней.

— Что, возможно, наша Лунная права.

Первым порывом было вскочить и немедля ни секунды помчаться к дому. Ворваться, схватить и… Да, именно это. Много раз. Пока все вокруг и Арина в первую очередь не поймут, что она его. Только его.

Но что-то удержало на месте. Спустя несколько секунд он понял, что именно. Необычное напряжение в голосе друида. Какая-то фальшь. Что-то было не так. Сильно не так.

— Возможно? — вычленил он главное из слов Конрада.

— Возможно, — кивнул рыжий. — А возможно, все совсем плохо.

***

Убить нельзя помиловать. Где поставить запятую? Или и не запятую вовсе, а самую что ни на есть точку. Решение, меняющие как минимум две судьбы — ее и Игнашевой. Дилемма, от которой удалось ненадолго отвлечься. Визит Конрада и блондинки оказался очень кстати — во время беседы получалось держать чудовищ разума на расстоянии.

Первая Метка.

Убийство.

Да, если бы не приказ Мастера, она бы сейчас билась в истерики из-за того, что случилось между ними с Максом. Не в истерике отрицания и гнева, но в… Да, она бы уже оборвала его телефон, требуя разговора.

Нужного как воздух выяснения отношений, вот только… Если дышать нечем, то зачем ей воздух? Мерзкое задание уничтожало ее изнутри, выедая все, что она считала своей сутью. Веру в людей. Двуликих, Одаренных, не важно! Все что разумно имеет право на свободу и жизнь. Ликаны лишили Игнашеву свободы, Мастер велит отнять жизнь, так чем же он лучше? Чем она лучше Макса? Кто или что дало им полномочия выносить приговор и приводить его в жизнь? Малый Круг? Статус Мастера? Если, как утверждает Алукард, Совет ликанов действует только в собственных интересах, ни о ком не заботясь, то кто поручиться, что и Старейшие Мастера не подвержены тому же недугу — избирательной слепоте, там, где дело касается столкновения сфер влияния?

Липкая гадливость, вот что она испытывала, думая о поручении Мастера. Более того, эти несколько недель заставили пересмотреть и первоначальное задание. Тоже подленькое, противное ее принципам. Да, ликоев нужно приструнить, но что это за методы такие — влюбить, лишить воли, подчинить, свести с ума? Ладно бы Дэй был сволочью, жестоким монстром, как его описывал Алукард, но близкое знакомство с волком показало, что все далеко не так однозначно.

Макс не милый щеночек, факт, ну так ему и не положено! Он обязан защищать Стаю, в этом его роль и миссия. Ожидать от него дипломатичности и уступчивости глупо. Такое поведение смертельно для Альф, да и не только для них, для всех, кто наделен ответственностью за других. ОН ОТВЕЧАЕТ за Ясную, за живущих здесь женщин и детей, за их безопасности. Разве он может быть мягким, если от его жесткости зависит крепость обороны?

На ее памяти Дэй ни разу не переходил границы необходимого. Да, держал своих подчиненных в ежовых рукавицах, так это не просто нормально, это замечательно! Дисциплина обеспечивала порядок, порядок — мирную жизнь. При этом ничьи права не ущемлялись, каждый был волен уйти, если не желал следовать законам Стаи. Никакой утопии, чистый расчет, максимально прагматичный подход — за это их ненавидеть? За это прятать в душе отравленную иглу, предназначенную тому, кто всю свою жизнь посвятил защите тех, кто слабее?

Ее явно учили не тому, если хотели сделать убийцей. Главное, нельзя было учить ее думать. Нельзя было позволять подвергать сомнению чужие высказывания. Нельзя было учить свободе мышления. Хотя, возможно, получилось это ненамеренно. Скорее даже случайно. Если бы она не была «отверженной», то сама постаралась бы как можно лучше вписаться в Общину, не просто перенимая, а принимая всей душой верования и традиции живущих в ней магов. А так… А так о ней они тоже говорили много нелестного, откровенно лживого даже, так почему нужно верить их словам о других?

Потому что так надо?

Надо. Еще одно мерзкое слово, за которым так часто прячется все тот же личный интерес, маскируется под общее благо. Может и вовсе нет никакого общего блага? И навязанные идеалы лишь шоры, с помощью которых так легко управлять глупыми, наивными людишками? Волчишками? Балаганными фокусниками, полагающими себя волшебниками?

Кому надо? Ей? Вот уж точно, что ей смерть Игнашевой никоем боком не сдалась. Даже если отринуть моральные терзания, в этом нет никакого смысла. Зачем убивать ту, что создала универсальное оружие против злейших врагов? Почему бы не приложить усилия и не отблагодарить ее, спасая от когтей и клыков ликоев? Боятся, что не успеют? Что тем временем она проговориться? О чем? О противоядии, если оно и существует? О формуле, о составе? Как же это… Гадко. Вместо «спасибо» одаривать кинжалом в спину.

«Время на исходе. Игнашева должна умереть»

Каждое слово ощущается горькой пилюлей, то ли призванной излечить от чужого влияния, то ли окончательно отравить мозг сомнениями.

Ведь она существованием своим обязана Мастеру. Раз рассуждает о благодарности, то стоит подумать и о ее долге Алукарду. Он вырастил ее, обучил, дал смысл ее жалкой жизни, посмеет ли она его предать?

Макс, Игнашева или Алукард? Совесть или долг? По большому счету, Карине она ничего не должна. Макс… блохастый наградил ее Меткой и уже за одно это ему стоило бы воздать по заслугам. Алукард… Черт, никакие сомнения в правильности его решений не могли поколебать веру в самого наставника.

Он всегда знает, что делает. У него есть план. Она лишь винтик. Или исполняет свою роль или…

О втором «или» сил думать просто не было. Альтернативы нет. Она или с Общиной, или окончательно становится изгоем. При этом среди волков ей тоже места не найдется, как бы она не надеялась, как бы не мечтала, глядя на безмятежную атмосферу Ясной. Вот такая математика.

Остается одно — выполнять, как бы не корчилась в муках совесть и на какие бы осколки не разбивалось сердце. Безысходность лучший мотиватор.

Из дома Арина вышла сразу после заката. Еще не позднее время, вполне приемлемое для прогулки, если кто спросит. Ужин Игнашевой уже должны были отнести, а значит есть хороший шанс остаться незамеченной.

До боли знакомая тропинка закончилась слишком быстро, уткнувшись в несколько ступенек и деревянную дверь. Вокруг, как и ожидалось, не было никого. Вечернюю тишину нарушал только стрекот сверчков, да едва слышный шелест листвы. Безветренная, ясная погода в противовес темным, злым замыслам. Ирония судьбы, не иначе.

Изученная до дыр схема расплетения возникла перед глазами, стоило только перейти на второй уровень зрения. Управляющие узлы были ровно там, где она их запомнила, что уже радовало. Или нет… Видеть магию можно было и без того, чтобы снимать маскировку, а вот тонкие манипуляции требовали полной фокусировки, а значит и выхода в явь всего ее потенциала, сколь ничтожным он бы не был. Самый рискованный момент плана — как только она сбросит чары, анимаг, теоретически, может уловить всплеск силы и выйти на след. Вот только Макс в это время обычно в общей столовой, обменивается новостями и выслушивает отчеты от прочих волков. Его расписание она тоже хорошо выучила.

Самый подходящий момент, чтобы начать и закончить. Дело. Жизнь. Отогнав вновь поднявшие голову сомнения, девушка сосредоточилась на процессе. Предстояло всплыть с Изнанки, действо недоступное большей части магов, потому что… они слишком сильные. Да-да, вот где пригодилась ее ущербность.

Заклинания плетутся на уровне аур, или на Втором Слое реальности. Проявляются на Первом Слое, то есть там, где находятся физические тела. Одаренные обычно как раз и работают с этими двумя пластами — на Втором плетут, на Первом действуют. Все знают, что есть еще и третий Слой — Изнанка, там, где нет ничего, кроме теней, но никто не работает так глубоко просто потому, что это никому не нужно. Почти никому. Для нормальных магов плетение на Изнанке более затратная манипуляция, чем-то же заклинание на Втором Слое, так как приходится преодолевать сопротивление не одного, а сразу двух барьеров. Зачем такие муки, если достаточно опуститься на Второй Слой?!

Для Арины уход на Изнанку был чем-то столь же естественным, как… например, сон. Требовалось лишь небольшое усилие, желание и вуаля — она уже сливалась с тенями. Мастер был уверен, что все дело было в ее малом резерве — он был легким, незаметным, поэтому Грани пропускали девушку без особых проблем. За неимением другого объяснения Арина принимала сказанное на веру, хоть некоторые сомнения и имелись.

Впрочем, они не мешали ей пользоваться своими способностями, главной из которых, кроме флера, конечно же, была возможность спрятать часть себя среди теней Изнанки, утаивая дар, притворяясь человеком.

Это был не покров, не заклинание, не амулет, поэтому вычислить ее не смог бы и анимаг. Пока она скрывалась среди теней, но как только она всплывет, как аура наполнится искрами силы, по которым любой волк опознает в ней Одаренную. Опасно, очень опасно, но и выхода нет — пока дар спрятан на Изнанке, она может только видеть нити, но не работать с ними.

Возвращение полного дара на секунду опьянило, эффект был сродни шампанскому — мимолетная эйфория, всплеск радости, обусловленный волной эндорфинов. Ощущать себя цельной было… замечательно, но купаться в радости обретения было некогда. В любой момент к срубу мог заявиться кто-то из блохастых.

Первый узел поддался быстро. Второй тоже не доставил головной боли, а вот на третьем пришлось притормозить. Пусть он и находился ровно там, где должно, но был чуть иным, чем ей запомнилось. Дополнительная нить непонятного назначения была вплетена так редко, что почти растворилась на общем фоне. Еще одна сигналка? Скорее всего. Неприятная неожиданность…

«И как к ней подступиться?»

Минуты стремительно утекали, а Арина все медитировала над полурасплетенным заклинанием. Одно неверное движение и сюда точно заявится Конрад. Или Макс. Или оба. Действовать нужно не просто аккуратно, а ювелирно. Ментальный щуп осторожно ткнулся в тонкую нить, тут же отпрянул. Еще одно робкое касание, но никаких лишних колебаний не случилось. Или она опять слишком легкая или что-то тут не так. Осмелев, девушка дернула сильнее, пробуя заблокировать странную нить, еще немного и она бы поддалась, но тут шум вдалеке насторожил, заставляя вынырнуть со Второго Слоя.

Кто-то направлялся в ее сторону. Пусть шаги не были слышны, пусть ни одна ветка не хрустнула, ни один сверчок не цвиркнул невпопад, она просто знала. Судорожное усилие, секунда промедления и дар уже опять на Изнанке, а она отдаляется от сруба. По той же тропинке. Навстречу опасности.

— Ой! Простите, я вас не заметила! — дрожащий голос, искренний испуг.

Перед ней стоял Игнат Окулов, тот самый волк, что огреб от Макса за… а за что собственно?

— Арина, — кивнул ликан и сделал шаг назад, стараясь не то, что не касаться, а даже не дышать в ее сторону.

Запах горького миндаля разлился по округе, маскируя любые другие нотки. Волк поморщился, сладкий аромат теперь ассоциировался с чем-то крайне неприятным. Например, с гневом Альфы.

— Что вы тут делаете? — строго спросил ликан.

— Эм… гуляю перед сном, — выдала заготовленную отмазку Арина, прекрасно понимая, как глупо она звучит. — Свежий воздух помогает уснуть.

— Почему именно… тут? — Игнат чуть было не ляпнул, где именно «тут», но вовремя спохватился.

Девушка, конечно, подозрительная, но могла и просто гулять, кто ее знает? Альфа никого к ней не подпускал, ходил вокруг кругами, как если бы… Н-да, лучше не связываться.

— Ну, сюда я случайно забрела, просто шла по тропинке, — Арина пожала плечами, скрывая нервную дрожь.

Окулов принюхался, уж слишком «громким» был запах.

— Вы меня боитесь? — нахмурился ликан.

— Конечно! — искренне выдала девушка. — Вы меня напугали, выскочив из темноты!

Да, напугал, факт. От человечки пахло миндалем, но ничего, кроме этого. Тот запах, скошенной травы и разлитого по лугу солнца или был заглушен, или и вовсе ему привиделся. Принюхался?

— Проводить вас… домой?

Было видно, что волку очень хочется услышать отрицательный ответ, даже если долг требует иного. Арине тоже не улыбалось идти плечом к плечу рядом с потенциальным врагом, а Игнат точно превратиться в злобную тварь, если только прознает, чем она занималась…

— Нет, спасибо, я сама найду дорогу. Не хочу вас затруднять.

Стоило бы последовать за ней, убедиться, что девчонка нормально добралась до коттеджа Дэя, но… А если сам Альфа там? Опять получать по зубам ни за что? Ну уж нет, Игнату и одного раза хватило. В Ясной с человечкой ничего плохого случиться не могло, пусть идет одна.

— Ну хорошо, доброй ночи тогда.

— Доброй ночи!

Чье облегченье было больше? Трудно сказать, но Арина выдохнула свободней только зайдя в дом.

«Чуть не попалась!»

Провал был близок, как никогда и это заставило на многое посмотреть чуть иначе. Осмыслить приоритеты под другим углом.