ГЛАВА 19. … и укусит за бочок
— Кто убил Карину Игнашеву? — в который раз задал свой вопрос следователь Надзора.
— Не знаю.
Усталый ответ тоже не в первый раз прозвучал в стенах все того же сруба, хоть на этот раз актеры были совсем другие. Макс получил великолепный шанс почувствовать себя на месте обвиняемого, но готов был этот сомнительный подарочек Судьбы передать кому угодно. Вся его сущность рвалась прочь из деревянной избушки, но вовсе не из-за желания получить свободу, а ради…
— Кто такая Арина Вига?
— Мой ассистент. Личные данные есть в ее файле. Документы можно запросить в отделе по работе с персоналом.
— Почему вы наняли человека в «Север»?
— А разве у нас не действует закон о равенстве возможностей?
Его вопрос сочился сарказмом, кому как не ему знать, что в некоторых случаях ни о каком «равенстве» не может даже речи идти. Но это же Надзор, верно? Они и должны в первую очередь следить за обеспечением прав и безопасности людей. Поэтому тут придраться им к чему.
— Почему она единственный человек в «Севере»?
«А человек ли?» — мелькнула в голове Макса, но вслух он, конечно же, сказал нечто совсем другое:
— После очередной кадровой проверки мы обнаружили вопиющее нарушение закона о равенстве возможностей и изменили политику найма. Постепенно выправим положение.
Слова складывались в предложения легко и их даже враньем в полном смысле нельзя было назвать. Врать Надзору вообще чревато, в Службу берут Двуликих с обостренной чуйкой на ложь, но и правда может быть многогранной. Все сказанное имело место быть, ни одним словом он не покривил против истины, но и успешно скрыл настоящее положение дел. Пока успешно. Если следак додумается задать свои вопросы чуть иначе…
«Нужно держать себя в руках. Если они меня тут запрут, ей ничем не смогу помочь».
— Хорошо, допустим, — кивнул допрашивающий. — Почему она содержалась в срубе?
Опасный момент.
— Для ее же безопасности.
И тут почти правда. Он ведь хотел ее защитить, так? Изолировал, пытаясь предотвратить распространение информации, но чего-то явно не учел. Кого-то. В своих Бетах он не сомневался. Они и труп Игнашевой под стазисом укрыли, воспользовавшись одним из артефактов Конрада и об Арине молчали, тут он уверен. Проболтался кто-то другой. Возможно тот, кто виноват в смерти самой Карины. Мысль кольнула, что-то такое в ней было, важное, срочное, но додумать ее не дали.
— Арина Вига имеет отношение к смерти Карины Игнашевой?
Вопрос в лоб, от которого трудно увильнуть.
— Обстоятельства смерти Игнашевой еще не установлены, поэтому подтвердить или опровергнуть не могу.
Следак маневр оценил, хмыкнул под нос и покосился с уважением. Конечно, нужными сведеньями Владимир Анатольевич его снабдил, но этого мало для предъявления каких-либо обвинений. Хорошо хоть тело Игнашевой удалось найти точно по подсказке, так что хоть от этого ушлому Дэю не отвертеться.
— Почему вы не доложили о смерти важной пленницы? Почему утаили от Старейшин информацию об Игнашевой и о… Вига?
— Игнашева была под моей ответственностью и защитой, какой я Альфа если не смогу сам разобраться?
— Типа хотели сгладить свою вину предъявив сразу и убийцу?
— Что в этом удивительного?
Ничего удивительного в этом не было, и офицер Надзора вполне мог принять такой мотив, если бы не знал дополнительных деталей.
— И вы совсем не поэтому схватили и заперли человечку? Не потому, что она убила Игнашеву?
Насмешка звучала в каждом слове, сквозила в ироничной ухмылке и чуть склоненной голове. Следак уперся руками в колени, наклоняясь чуть ближе к Максу. Они сидели друг напротив друга — Дэй на постели, а сам офицер на единственном стуле, но никакие приемчики психологического давления на анимага не действовали, да и не рассчитывал на это следователь.
— Почему вы ее защищаете? Что в ней такого? — вкрадчиво спросил он.
— Она слабая, ее нужно было укрыть, пока идет расследование. Если кто-то убил одного человека в Ясной, то могли устранить и ее.
Вообще никакой лжи, чистая правда, к которой он пришел не сразу, но теперь она его ужасала. Следователь отчетливо уловил всплеск страха и задумался. Анимаг среагировал не на его вопрос, а на собственный ответ, что может указывать на реальную опасности. Человечке, действительно что-то угрожало. Однако, это не означало, что она невиновна. Слишком много улик «доброжелатель» предоставил против Вига и Дэя. Друида подцепить не получится, но эти двое…
В том, что «клиент созрел» офицер Надзора убедился по следующему вопросу:
— Вы так и не ответили, она у вас? — в голосе Макса невольно проскользнуло отчаянье и опытный следак не мог не заметить этого.
«Этим я его и сломаю».
— Хотите узнать, где она? — участливо спросил он.
— Да.
Макс понимал, что его загоняют в ловушку, но не мог иначе. Все внутри сжималось в огненную пружину стоило только подумать, что с Аришей могло произойти что-то плохое. Пусть уж лучше Надзор, чем… Кто? Кто еще желал ей зла?
— Подпишите признание, — не меняя тона предложил следак.
— Признание? — задрал бровь анимаг. — В чем?
— Вам виднее, — пожал плечами офицер.
Когда с центральной площади его под белы рученьки отконвоировали в сруб, первым порывом было порвать всех присутствующих на мелкие лоскутки. Остановило только то, что никаких следов борьбы не наблюдалось, значит девушке, скорее всего, вреда не причинили. В таком случае враждовать с Надзором не стоило, наоборот, нужно сделать вид, что «сотрудничает добровольно» да так, чтобы у них не было повода его задержать. Не учел он только того, что старший следственной группы именно на этом нетерпении его и поймает.
Красиво сработано. Забросил наживку, отвлек вопросами, на которые и сам знал ответ, подманил, заставил расслабиться, а потом подсек точно в нужный момент. Готов ли он собственноручно подставиться ради Арины?
— Давайте ручку и бумагу, опишу все как было.
Спустя полчаса офицер читал отчет, периодически усмехаясь, а местами и цыкая языком. Нравился ему чертяка, ничего тут не поделаешь! Ловко крутил фактами, чувствовалось, что не первый раз сталкивается со Службой или похожей конторой.
«И с каких пор мы все стали такими бюрократами? Цивилизация, мать ее…». Мысль была не новая, работа на Надзор давно уже убила в нем последние иллюзии и глупую веру в честь, достоинство и прочий хлам, забытый волками за ненужностью. Зачем рвать глотки зубами, если подковерные игрища приносят больше выгоды, чем ритуальные поединки? Не знаешь, что хуже — звериная дикость или лощенная хитрость. Хотя нет, если хитрость граничит с подлостью, то даже вопроса не возникает — лучше зубами порвать, чем нож в спину воткнуть. Видимо что-то в нем все же осталось от былого, дикого волка, раз по завершению занимательного чтива он сказал именно это:
— Ладно, господин Дэй, описание событий приму, так уж и быть. Конечно, мы все проверим, но, если все так, как здесь указано, отделаетесь малой кровью.
— Спасибо, — Макс был на самом деле благодарен, понимая, что, если бы офицер захотел, его бы промурыжили в срубе несколько суток, даже без предъявления официального обвинений. — Что с Вига?
Улыбка сползла с лица следака, он мотнул головой и вкрадчиво произнес:
— Господин Дэй… Макс, послушайте доброго совета, забудьте о ней.
— Не могу…
Офицер покачал головой:
— Зря. К сожалению, даже я не знаю, где она. Ее забрала другая группа.
Первым порывом было броситься, расфигачить морду в мундире кулаками за то, что он обманом попытался вытянуть признание, но Макс сдержался. Ему нужно была свобода. Он и не ожидал, что ему тут же вернут Арину, охота явно велась и за ней. Значит «улыбаемся и машем».
— Понятно, — с трудом успокоив волка, кивнул Дэй. — Я могу идти.
Следак смерил его долгим взглядом напоследок, тяжело вздохнул, но все же разрешил:
— Свободны.
Свободным ему уже не быть никогда, да и не нужна эта свобода, если она будет… пустой. Мысль мелькнула и пропала, уступив место более важным вещам.
Выйдя из сруба Макс тут же обернулся волком, в облике зверя было проще понять, разобраться в запахах, что еще витали в воздухе. Обежав поляну раз десять, волк понял, что след не взять. Даже чудный аромат самой Арины было невозможно толком выделить, что-то такое знакомое еще чувствовалось в дуновении ветерка, но уже недостаточное, чтобы однозначно опознать. Возле сруба успели побывать все кому не лень. Обрывки запахов смешались до неузнаваемости, путая следы до такой степени, что он не мог даже с уверенностью сказать откуда пришли те, кто забрал Арину и куда ушли.
Да и как вообще попали в Крепость?
Впрочем, последнее было более или менее ясно — с Надзором. Беты доложили, что помимо офицеров в форме была и команда в одежде без опознавательных знаков. Спец бригада? Частники? Макс поднял записи с камер, но и они оказались затерты — отсутствовали как раз те тридцать минут, за которые все и случилось. В принципе, обычная практика. Надзор всегда подчищал за собой, такова уж специфика работы, но волку это жизнь усложняло.
Конрад на звонки не отвечал и было у Дэя нехорошее предчувствие, что все по той же причине. Кому-то все это было нужно позарез. Кто-то не постеснялся задействовать множество рычагов влияния, чтобы и друида убрать, и Ясную перетряхнуть, и на него поводок надеть. Дело пахло скверно, тем, с чем ему в одиночку не справиться. Оставался один единственный выход, который Максу не нравился, но альтернативы были намного хуже, ведь они допускали причинение вреда его Арине…
Вечерняя дорога в Москву стала еще тем кошмаром. На въезде в город стояли километровые пробки, правда, выезды были еще хуже. Постоянно загорающиеся стоп-сигналы ползущих впереди машин бесили неимоверно. Казалось, что они издевательски подмигивают, насмехаясь над его беспомощностью. Великий анимаг, гроза и ужас Одаренных стоит, как и все прочие смертные, теряя драгоценное время. Макс догадывался, что Арину в Москве не найти, но и не попробовать этот путь он не мог, а вдруг? Поэтому и стоял послушно в жутких пробках, терпеливо выискивая малейшие просветы в бесконечном потоке машин, прорываясь с шоссе в центр, увязая в еще худшем болоте, маневрируя и тренируясь в трехэтажных матерных конструкциях. К офису «Севера» он подъехал уже далеко после закрытия, но отец был предупрежден, поэтому все еще ждал в своем кабинете на последнем этаже.
Старший Дэй встретил сына в своей обычной манере — недовольным кивком, хотя, на этот раз у него были причины.
— Ты просчитался, — констатировал Людвиг вместо приветствия.
— Знаю.
Макс не собирался оправдываться, юлить или искать смягчающие обстоятельства. Он был Альфой, сыном Альфы и просто не имел права на слабость, да и Людвиг не стал бы слушать недостойный лепет. Если сам Макс показался Арине викингом по недоразумению одевшим деловой костюм, то взглянув на его отца она и вовсе решила бы, что перед ней Тор собственной персоной. Или Фенрир[3] лишь на мгновение обретший человеческую плоть. В его облике не было ни одной мягкой черты, одни острые углы и прямые линии. В совокупности с тяжелым взглядом и мощным разворотом плеч, все детали производили неизгладимое впечатление. Так и хотелось согнуть спину или хотя бы склонить голову.
— Причина? — вопрос был задан холодным, сухим тоном, лишенным интереса, но Макс и не ожидал иного.
— Переоценил свои силы, утратил ясность мышления, поддался эмоциям.
— И…?
Макс сжал зубы, сцепил пальцы в замок. Отец был мастером в препарировании его внутреннего мира. Умел расковырять любую занозу в душе сына, но не ради причинения боли, а только чтобы выдавить весь гной, убрать весь мусор и инфекцию. Жестко, жестоко даже, но Макс понимал его и… принимал.
— Струсил. Самое страшное преступление, что может совершить Альфа, — произнести нужные слова было почти невозможно, они с трудом проталкивались сквозь зубы.
Людвиг кивнул:
— Струсил. Теперь, что будешь делать?
— Мне нужно знать, где она.
Подробности отцу были не нужны, он и так уже был в курсе. Как бы там не было, но главе клана Дэев докладывал и сам Макс, и еще с десяток шпионов разных мастей. Не исключено, что и среди Бет Крепости было несколько агентов Людвига, Макс бы этому точно не удивился.
— У Надзора.
— Уверен? — переспросил Макс, хоть и понимал, что зря.
— Своими глазами видел все три приказа. На тебя, на нее и на Конрада.
Ради этих слов стоило продираться сквозь пробки. Ему была нужна эта уверенность.
— Куда они ее увезли?
Людвиг хмыкнул:
— Куда подальше. У Архарова есть свои тайны.
«Архаров. Все-таки политика». Подозрения оправдались, значит он верно поступил. Отец все равно будет действовать только и только на благо клана, ему остается лишь включить в этот перечень и Арину.
— Зачем ему это?
— А сам не понимаешь?
Младший Дэй особо в политику не лез, справедливо считая, что и одного Людвига Двуликим хватит за глаза, но это не означало, что он не понимал расклад сил.
— Под тебя копает.
— Пытается подвести под опалу, — кивнул Людвиг. — Лапы коротки, но кровь попортит.
— Справишься? — еще один вопрос из вежливости, Макс и так знал на него ответ.
— Естественно, — пожал плечами старший Дэй, а потом предвосхищая просьбу сына: — но тебе помочь не могу. Пока. Затаись на время, не высовывайся, не давай лишнего повода. Девочку вряд ли тронут, слишком удобная наживка, тем более что все подано под соусом ее безопасности. Если с ее головы хоть волосок упадет, Архаров знатно подставится. Я ему намекну.
Твердые нотки в голосе отца успокаивали, разум говорил, что именно эта поддержка сыграет решающую роль в спасении Арину, но зверю этого было мало, он рвался к своей паре.
— Я не могу сидеть сложа руки.
Людвиг смерил сына взглядом, оценил тот факт, что Макс держал эмоции в узде, не позволяя нервозности проявиться в жестах и тоне. Мальчик попал в переплет и причины, действительно, уже не столь важны. Карты сданы, осталось правильно разыграть партию.
— Формально Конрад Совету не подчиняется, — подсказал старший Дэй.
Сын с отцом переглянулись, несколько секунд, и младший прикрыл веки, показывая, что послание принято.