ГЛАВА 27. Точки над i

— Фейри вечные дети. Злые, несдержанные, жестокие. «Хочу» частенько заменяло мораль, логику, да и вообще все правила. Избалованность прикрывалась Игрой, а недостатки выпячивались, превращаясь в гротескную добродетель. Поэтому, «Дивный» в какой-то момент стал синонимом «двинутому».

— Самокритично, — хмыкнул Макс. — А как же справедливость, разве это не ваш любимый фетиш?

— Правдиво, — отрезал фейри, — и справедливостью очень удобно прикрываться, если ты сам определяешь границы этого понятия. Слишком скользкая дорожка, слишком велико искушение схитрить, подогнать справедливость под свои хотелки. Фатальное желание, нарушающее Равновесие, но эту правду мы поняли слишком поздно…

Конрад на пару минут замолчал, вновь переживая прошлое. Кровавое, яркое, полное заблуждений, страстей и врагов. Нет, конечно, в его долгой-долгой жизни были и приятные, светлые моменты, но и их он умудрился некогда испохабить, так что казнить себя было за что.

— Знаешь почему он спросил про Поводыря? — спросил Дивный после паузы.

— Нет, — мотнул головой Макс, — но чую ты мне сейчас сам расскажешь. Исповедуешься?

Прозвучало иронично, но и другое слово и не получалось подобрать, уж больно это походило на попытку то ли оправдаться, то ли покаяться. Так или иначе, но вопросов к не-совсем-друиду скопилось много и пора было получить ответ хотя бы на некоторые из них.

Арест Кристы стал отличным завершением затянувшегося приключения с «Освобождением». Не дававшая покоя загадка с убийством Игнашевой наконец-то решена. Корень зла крылся в страстях ликанских, как обычно, впрочем. Неважно на самом деле кто был носителем разрушительных чувств — Двуликий, Одаренный или человек — итог всегда один. Печальный. Хорошо если только для эмоционального инвалида, но чаще всего и для окружающих.

Ревность, затуманивающая критическое мышление, а порой и всякое мышление вовсе — классика, так что могли бы и раньше догадаться, кто именно стоит за смертью ученой. Впрочем, они почти догадались, когда приоритеты сместились вместе с похищением Арины.

Конрад кивнул вполне серьезно:

— Как на духу. Где Ариша?

— Тут я, — раздалось за спиной, и новоиспеченная Дивная присела рядом со своим волком, прямо напротив Брата-по-Холму.

— Вопрос закрыт? — только и спросил Макс.

Было очень трудно держать себя в руках, не лезть решать все проблемы пары еще до того, как они возникли, но мудрые советы друида, а также его же одергивания, безусловно, помогали. Просто Конрад очень доходчиво объяснил, что степень ветрености любого Дивного вне зависимости от пола обратно пропорциональна его же степени свободы. Проще говоря — чем больше трясешься над фейри, чем больше их ограничиваешь, тем быстрее они исчезнут из твоей жизни.

Душевное равновесие и без того изрядно погрызенное не свойственной Альфе неуверенностью не хотелось расшатывать еще и ссорами, а Макс был уверен, что попробуй он прикрыть свою пару в деле «Освобождения», как обязательно получит неадекватную реакцию. Или адекватную, учитывая, сколько и как ей задолжал Алукард вместе с подручными.

Поэтому он пристально следил за ситуацией, но не вмешивался. Конечно, усидеть на месте, если Арише будет угрожать реальная опасность он не сможет, но «вежливые беседы» с Надзором под категорию опасных ужене подпадали. Большую Круг вынес постановление о неприкосновенности Дивной Арины, а значит с ней разговаривали исключительно тихо, очень деликатно и с полным пониманием последствий любой провокации.

Двинутых таких последствий, в точности, как и отметил Конрад.

Тонкая ладошка накрыла его кисть, чуть сжала, даря тепло и толику уверенности, что ему сейчас, как ни странно, так не хватало.

— Вполне, — кивнула девушка. — Я честно рассказала о задании Алукарда, о его последующих приказах и о том, что к смерти Карины не имею никакого отношения и о повернутой на ревности Кристе. Их, естественно, интересовали и события в лесу…

— Что ты им открыла? — чуть напряженно уточнил Конрад.

— Ничего, что могло бы быть использовано против нас, — хитро подмигнула новоиспеченная фейри, — мол, испугалась за своего Альфу, обратилась к силе, ну а дальше все в тумане.

— Разумно, — одобрил друид, — но ты же понимаешь, что они не отстанут от тебя?

— Да они нас обоих задолбают похлеще дятлов, — фыркнула девушка, придвигаясь ближе к Максу, — но это даже весело.

— Не сомневаюсь, — укоризненно покачал головой фейри, — только не заигрывайся…

— Хорошо, братик, буду милой и послушной девочкой, — спинка прямая, глаза глядят так невинно, что тут же хочется проверить, где и что взорвано.

— Н-да, ладно, — махнул рукой рыжий, — без толку что-либо внушать, пока ты только входишь в силу.

— Это ты сейчас что имел в виду? — задралась бровка вопросительно, с намеком таким, нехорошим.

— Что ты пока, как дитя неразумное…

— О, — закатила глаза Арина, — точно, по сравнению с тобой, стариканом…

— Попрошу! По меркам…

— Так что там с Поводырями? — быстренько перевел тему волк, прежде чем перепалка между родственничками не переросла в нечто более глобальное.

Не то, чтобы он опасался за друга или пару, но вот Ясная могла несколько… пострадать.

Фейри переглянулись, поиграли бровями и подули губы друг на друга, от чего настала уже очередь анимага страдальчески закатывать глаза. Первой не выдержала Арина, прыснула со смеху, теряя всю свою напускную сердитость. Следом откровенно заржал рыжий, еще раз подчеркивая двинутость некоторых.

— Вот уж точно, Дивные и серьезность два несовместимых понятия…

Вместо ответа Арина прижалась к нему сильнее, а потом очень нежно поцеловала в щеку, почти у самого уголка рта:

— Не переживай, ты привыкнешь.

Смешок Конрада чуть было не пустил игру в приручение волка по новому кругу, но Макс умел учиться на своих ошибках.

— Так, хватит приколов. Ты там что-то важное хотел нам рассказать или уже передумал?

Тень тут же набежала на лицо рыжего, от чего к его образу сразу добавилось несколько сотен лет, осевших горькими складками у плотно сжатых губ, да сеточкой морщин вокруг потухших глаз.

— Умеешь ты испоганить настроение, — поморщился фейри.

— Сам начал этот разговор, — пожал плечами Альфа, не собираясь поддаваться на новую уловку.

— Ладно, — тяжело вздохнул Конрад. — Ч то ты знаешь об Ордене Капф?

— Эм… — ответ был многозначительный.

Но обоих удивила Арина, выдавшая некогда заученное:

— Закрытая организация времен до-Мора. Еще их называли Проповедниками, а некоторые и Прогрессорами. Основная цель — изменение, улучшение всего сущего, достижение Абсолюта через совершенствование.

— «Истоки Времен»? — непонятно спросил друид и девушка кивнула. — Хм, я не думал, что сохранились экземпляры… Алукард оказался еще тем запасливым хомяком.

— Ты себе даже не представляешь, — хмыкнула Арина.

— Надо будет внимательно просмотреть списки того, что удалось достать из бункера, может там еще раритеты найдутся… — мечтательно протянул фейри.

— Не отвлекайся, — одернул его ликан.

Рыжий недовольно цыкнул, но вернулся к рассказу:

— Идею Ордена Ариша передала верно — «все что не изменяется, умирает» — так звучал девиз, выведенный на гербе, так мы мыслили. Мы, действительно, верили в то, что можем помочь эволюции, что это наша основная миссия — направлять прогресс, в том числе и биологический, по верному пути…

— Верному в вашем понимании? — хмыкнул Макс.

— Естественно, — кривая ухмылка. — Нас называли по-разному, тут Арина тоже права, но нам больше всего нравилось Поводыри. Мол, мы не создаем ничего такого, а значит и равновесие не нарушаем, просто помогаем выбрать оптимальную дорогу.

— Семантика, — на этот раз не выдержала Дивная.

Конрад только пожал плечами, ничуть не раздосадованный ни самим замечанием, ни тем, что его опять прервали:

— Семантика, словоблудие, риторика, называй как хочешь, сути это все равно не изменит. Мы мнили себя Поводырями всех разумных, эдакими стоящими над и не вмешивающимися без крайней нужды.

— Ок, и какое все это имеет отношение к «Освобождению» и прочим психам во главе с Алукардом? — опять встряла Арина.

— Твой бывший Мастер считал, что именно Поводыри повинны в наступлении Мора, что мы слишком заигрались в богов, вот Судьба вкупе с Равновесием и решили немного подчистить ряды офигевших разумных.

— Судя по всему, ты это мнение не разделяешь?

Оживившийся было фейри опять сник. Хватит ли ему духа рассказывать все? Действительно все? Вряд ли, слишком шокирующем может оказаться это знание. Ни волк, ни юная фейри пока к такому не готовы. Может быть Макс никогда и не будет, а Арина… она все же Дивная, ее понятия о морали уже меняются, вскоре… вскоре она станет совсем, как он когда-то. Предостеречь не получится, остановить тоже, можно только… направить. Да.

Стать Поводырем для нее.

Именно так. А значит правду нужно дозировать, в строгом соответствии с имеющимися слушателями.

— В чем-то разделяю. Мы, действительно, где-то перешли черту, но… Впрочем, без всяких «но» — мы перешли грань, за которой начинается непоправимое. Я же сказал, наше чувство справедливости играет с нами злые шутки, затмевает взор и всякую логику.

— Но разве в Капф были только Дивные? — недоуменно спросила девушка.

Конрад криво усмехнулся:

— Нет, и в этом была часть моего «но». Да, Орден основали фейри и процветал он под прикрытием обоих Дворов, но к нему с удовольствием примыкали и многие из Одаренных. Они же считали нас учителями, вот и стремились перенять любую крупицу знаний.

— В общем облажались коллективно, но под раздачу Судьбы попали фейри? — переспросила Арина.

— Мор никого не щадил, — покачал головой рыжий, — косил всех без разбору.

— Тогда почему именно наша раса была уничтожена?

— Потому, что мы попытались все исправить. В нашем стиле.

— Справедливо?

— Ага, — ответ был односложный, но скрывал такую бездну чувств, что оба, и Арина, и Макс поежились.

— Что вы сделали? — напряжение в воздухе можно было резать ножом.

— Прибегли к Магии Крови.

— О! — только и воскликнула Арина, отшатываясь и Макс был с ней солидарен.

Магия Крови была даже не табу, а… Лучше уж Некромантия, все что угодно, но только не самая непредсказуемая сила на свете. Именно из-за Магии Крови и их экспериментов по созданию новой расы все и началось. Алукард, да и большинство считают, что этой новой расой были анимаги, во имя сохранения остатков мира Орден не раскрыл всех своих карт. Истина же в том, что анимаги были попыткой решения проблемы, одним из способов избежать или хотя бы отсрочить катастрофу, причиной которой стал совсем другой эксперимент.

Совсем другая раса.

Конрад криво усмехнулся, возвращаясь к беседе:

— Приятно оказаться среди ценителей, но только для нас Магия Крови была основой основ. Думаешь на чем строились все Изменения?

— Хм… Но на этот раз вы применили ее… к себе?

— Молодец, — иронично похвалил ее фейри, — в яблочко. Мы решили, что начать нужно с себя и, как обычно, использовали кратчайший путь.

— Ведущий в…

— … жопу, — было странно слышать от друида столь грубые слова, но именно они помогли понять, насколько глубоко все это запало ему в душу. — Глобальную такую. Откат был чудовищный. Мор мы остановили, но какой ценой…

— Н-да, вполне в духе Дивных. Накосячили, героическими усилиями исправили, попутно уничтожив самих себя.

Комментарий Макса если и задел сидящих рядом фейри, то по касательной. Кому как не им знать собственные бзики?

— Саморазрушение во имя справедливости наше все, — пафосно надул щеки Конрад, но шутка не удалась, ибо слишком много правды в ней было.

— Дочь Алукарда была частью Ордена? — напрашивающийся вопрос задал ликан, опередив лишь на долю секунды свою пару.

— Алексия… да, она была Посвященной Ордена.

— Как она умерла? — на этот раз первой успела Арина.

Именно тот вопрос, из-за которого и разгорелась его вражда с Алукардом. Конрад и тогда не собирался на него отвечать, тому, кто, может быть, имел право знать даже такое. Тем более не собирался он раскрывать одну из самых страшных тайн двум… детям. Да, для него они скорее дети. Младшие, сильно младшие сестра и… брат. Он не может разрушить их мир и спокойствие, рассказав еще и эту правду.

— Не важно, — впервые за весь разговор открыто соврал фейри, — главное, что Алукард считал меня виновником.

— Это так? — мягко поинтересовалась Арина.

— Да, — кивнул друид. — Я виновен, как и сама Алексия, как и весь Орден.

Пусть он и не может рассказать всего, но хоть немного приоткрыть завесу он обязан. Ради их же безопасности.

Вопросов о прошлом только прибавилось. Оба, и Арина, и Макс почувствовали недосказанность, но выводы сделали разные. Ликан дозированной информации не удивился, друида он знал давно и понимал, что у того на все есть свои причины, чаще всего более чем весомые. А вот Дивная… Дивная сделал себе мысленную памятку. Сейчас она отступит, не станет настаивать, но позже… Выяснит все, не будь она фейри!

— Это все, что ты хотел рассказать?

После некоторых колебаний и игры в гляделки с Сестрой-по-Холму, друид все же кивнул:

— Да. Мне важно было объяснить, чем руководствовался Алукард.

— Заблуждениями, — с сарказмом выдала Арина. — Впрочем, это было понятно и так. Что же, спасибо за экскурс в историю. Можешь еще на один вопрос ответить?

— Постараюсь, — настороженно промолвил фейри.

— Кто мои родители?

Дивный едва заметно выдохнул с облегчением. Он боялся совсем другого вопроса, этот намного проще.

— Понятия не имею, — пожал плечами он. — У нас общий локус, но ты это уже поняла, значит где-то и наши кровные линии могли пересечься, но совсем не обязательно. Просто я жив, а значит все еще жив мой Холм, поэтому логично, что именно он позвал и тебя. Толика дивной крови, что была в тебе отозвалась и…

— Значит, мои родители могли быть просто людьми?

— Твои родители могли быть кем угодно — это не имеет никакого значения.

— И все же я хотела бы знать.

И это было ожидаемо и даже желанно. Пусть отвлечется на поиски биологических родителей, копаться в более давнем прошлом ей пока рано.

— Хорошо, мы попробуем разузнать. Вместе, — уточнил Конрад.

— И Макс.

— Как хочешь.

— У нас же общий локус? — лукаво прищурилась Арина.

Фейри искристо рассмеялся:

— Общий, ты права, но не настолько. С Максом разбирайся сама.

Да, с ее волком еще предстоит разобраться, тут братец верно подметил. Дивная взглянула лукаво на своего Альфу, а потом весело подмигнула:

— Непременно.

Эпилог

Все перипетии, похищения, расследования и прочие проявления хаоса не могли отменить день рождения Макса. Чтобы там не происходило, а луна исправно появлялась на ночном небе, дни шли своим чередом и час икс был все ближе.

— Леся, они точно успеют?

— В сотый раз, Риша, все и вся будут вовремя! — чуть раздраженно ответила Лунная, закатывая глаза. — Можно подумать, что это не день рождение, а свадьба. Твоя.

Подначка попала, что называется, точно в яблочко. Арина, или как с легкой руки Олеси ее начали величать — Риша, поджала губы и нехорошо так прищурилась. Будь на месте Лунной кто-то другой, пора бы уже было ховаться по дальним углам, притворяясь ветошью, но шаманка только хмыкнула:

— Макс продолжает тормозить?

— Как лыжами по асфальту, — обреченно пробормотала Дивная, разом сдуваясь. — Носится вокруг меня, боится слово поперек сказать, а мне все больше хочется на него нарычать. Совсем в вашем стиле.

— Ну и нарычи, — кивнула волчица, — больше толку будет, чем от всех этих хождений вокруг да около.

— Удушила бы братца…

Именно Конрад стал причиной некоторого охлаждения в отношениях Макса и его пары. Нет, Альфа не передумал, не струсил, не собирался отказываться от своего шанса на счастье, но… Но! Дивная же! С волчицей он был справился легко, там инстинкты играли бы на его стороне. Человечка, скорее всего, просто и легко подчинилась бы страсти, а там и до любви недалеко. Одаренная… тут было бы посложней, но ничего невозможного.

Что делать с фейри, как ее привязать к себе было категорически непонятно. Дивная. Нечто такое, о чем только в легендах и рассказывают. Или в страшилках.

Вот он и полагался на советы друида — не спешить, не неволить, дать все обдумать и принять самостоятельное решение. Внутренний зверь бесился похлеще прежнего, обзывал идиотом и грозился отключить разум, но Макс пока держался. Спасали жаркие ночи, когда ни он, ни она не могли отказать себе в удовольствие прикосновений, поцелуев и… прочего. Но стоило наступить утру, как между ними словно стена вырастала. Ледяная такая, разукрашенная морозными цветочками.

Риша дулась все более явно, от чего ее и без того офеяченный характер портился в геометрической прогрессии, а это, в свою очередь, проявлялось катастрофами локального масштаба. Ну там ограда Крепости вдруг зацвела. Бетонная. Трава местами оживала, превращаясь в силки, в которых запутывались даже самые опытные бойцы. Альфу, что примечательно, травка-муравка облюбовала особо.

— Не поможет, — покачала головой Леся, — он после твоего Цветения вернул себе истинное бессмертие.

— Мозг вынесу.

— Мне казалось это у тебя и так в планах? — иронично задрала бровь Лунная.

Дивная пробующая свои силы в играх это… В общем, это будет пострашнее оживающей травы и вдруг обнаглевших белок, обстреливающих волчьи патруль пустыми шишками. Да, и такое уже бывало. Не раз.

— Ты вообще на чьей стороне?! — возмутилась фейри.

— На твоей, естественно, — миролюбиво успокоила закипающую подругу волчица, — поэтому и талдычу — бери дело в свои руки.

— Так беру, вот и переживаю.

У Ариши, действительно, были планы не только на месть друиду, но и на придание ускорения некоторым волкам. Прийти и открыто сказать «хочу замуж» было бы как-то не по дивному, а менее прямые намеки Альфа понимать отказывался наотрез. Оставалось что? Только выстроить ситуацию в таком ключе, что у потерявшегося в советах ликана не будет иного выбора.

Полностью в соответствии с традициями и жизненным укладом Дивных.

— Успокойся, алтарь уже установили, жертвы почти готовы.

Еще бы они не были готовы! Вся Ясная молилась Луне и Прародительнице, прося дать своему Альфе… мозгов, потому что так больше продолжаться не могло. Конечно, очень круто и лестно быть официальной резиденцией единственной Дивной в мире, но если эта Дивная не в духе… Жители Крепости были готовы поддержать любое начинание, если оно обещало избавить их от последствий перепадов настроения неудовлетворенной фейри.

Морально неудовлетворенной, конечно же.

— Почти?! — взвилась Арина. — Они должны быть стопроцентно готовы!

— Они-то готовы, а ты? — ехидно усмехнулась Леся.

— Думаешь, пора? — немного неуверенно переспросила девушка.

— Пора-пора, мне Андрей только что эсэмэску скинул, что они подъезжают.

— О! Ну тогда я побежала!

Лунная только покачала головой, глядя вслед белому вихрю, в который превратилась подруга. Тяжко будет Максу удержать этот ветер… Хотя… Пока же он все делает верно.

Вокруг алтаря, за ночь выросшего посреди леса стояли полуголые, одинокие волки и одетая во все белое шаманка.

— Ночь наше время.

— Ночь наше время! — послушно повторили готовые к представлению ликаны.

— Луна наша Мать.

— Луна наша Мать!

— Да осветит Она дорогу к Жизни.

— Да осветит!

Идея устроить нечто вроде древнего Гона в качестве прелюдии к празднованию дня рождения Альфы была… смелой. Традиция охоты на любовь была стара как мир, но почти не практиковалась, разве что в удаленных общинах, уступая место более цивилизованным способам сбросить напряжение и найти себе спутника. Под влиянием времени Двуликие все более очеловечивались, что приветствовалось Одаренными, но вызывало какое-то сосущее чувство потери у самих ликанов.

Никто всерьез не собирался ставить Метки первой пойманной волчице, но между тем все участвующие волки жаждали будоражащей кровь погони, сквозь плотную пелену запахов ночного леса, по шлейфу наиболее привлекательного аромата. Да, инстинкты могли потребовать завершить Гон как положено, но все «жертвы» согласились добровольно, зная все возможные последствия.

«Свой» аромат Макс вычислил сразу, несмотря на двуногую форму, приписанную как ограничение. Чтобы не заигрались. Тропинка стелилась под ноги легко, мелкие камушки не мешали, ветки не кололи и даже белки не устроили засаду.

Должно быть спали.

Быстрый бег не мешал мыслям течь плавно, по хорошо знакомому руслу. Знакомому да такой степени, что уже набил оскомину. Не в его характере была подобная нерешительность. Что он за Альфа, если не может истинную пару уговорить на Третью Метку? Хотя, ради справедливости, стоило сказать, что он и не пытался. В этом вся проблема.

Конрад прав, он знает повадки Дивных лучше кого бы то ни было, но сам Макс знает Арину. Каждый ее жест, каждую улыбку, поворот головы и лукавый взгляд. Чтобы там себе не думала фейри, намеки он умеет ловить на лету, особенно если они касаются столь важного. Но, даже если бы он был полным кретином, такоепразднование своего дня рождения уже невозможно проигнорировать.

Дивные любят играть. Чтобы завлечь Дивную, он должен был придумать правильную игру. Подсказки друида, его собственные умозаключения стали основой для безусловно выигрышной стратегии.

Ариша уже попалась, уже клюнула на приманку и разившийся в воздухе аромат лучшее тому подтверждение.

В просвете замаячило белое пятно, и волк издал победный рык.

Добыча близко!

Сердце колотится, пусть это только игра, но до чего же она реальна!

Адреналин окатил с ног до головы, оседая на кончиках пальцев. Грозное дыхание за спиной, всего в шаге! Вместо того, чтобы припустить быстрее, попытаться скрыться, девушка резко развернулась, да так, что ликан едва успел затормозить.

— Попался!

— Я? — удивленно переспросил даже не запыхавшийся волк.

— Ну да! Ты разве забыл? Ночь и наше время, — подмигнула Дивная. — Дикая Охота! И сегодня ты моя добыча!

Ликан счастливо рассмеялся, подхватывая наглую девчонку и кружа ее в безумном танце.

— Добыча, так добыча, — отсмеявшись произнес Макс. — Что будешь со мной делать?

Риша сделала вид, что задумалась:

— Хм, пожалуй, я заберу твое сердце.

Кровожадное заявление, некогда бывшее правдой. Буквальной. Конечно же, его пара имела в виду нечто совершенно другое, но это не делало ситуацию менее опасной.

— Забирай, — кивнул на полном серьезе волк. — Разбей, если захочешь. На тысячу осколков. Оно все равно принадлежит тебе.

Что можно ответить на такое? Как выразить свои чувства, если тебе отдают в дар самое ценное? Если тебя понимают лучше, чем ты сама? Если твои желания предугадывают, еще до того, как они сформировались?

Только три слова:

— Я люблю тебя.

Конец