Глава 27

Под коллекцию редкостей из Иринтала в королевском дворце отвели целое крыло. Надежно защищенное, к слову, магией и стражами в артефактной броне. Мы с братьями ни за что бы сюда не пробрались, так что мое рискованное решение оправдалось на сто процентов. Судя по количеству экспонатов, древности собирали поколения Езеаранских королей. Я увидела чучела тварей в натуральную величину. Хищники из первого и второго круга были собраны и представлены во всей ужасающей красе. Наверное, только озерного монстра не хватало, а так я встречала каждого из этих опаснейших представителей Гиблого леса.

В первом зале галереи присутствовали картины с изображением леса и тех мест, где обитали монстры. В кадках выращивались деревца, создавая дополнительный антураж, свисали с потолка лианы и вилась повитель. В следующем зале была представлена богатейшая флора Иринтала — растения, цветы, полезные корешки и плоды растущих деревьев. За магической преградой буйной порослью вился чащобник, двойной круг защиты ограждал кочан удавочника, распустившего побеги, куда только можно. Под стеклянным колпаком росла небезызвестная лифора и еще множество других редких травок.

— Потрясающе! Сколько же лет собирали эту коллекцию? — я с восторженным видом бродила от экспоната к экспонату, узнавая их и озвучивая точные характеристики. Впрочем, у каждой позиции имелось описание на эльфирском, так что мои познания никого бы не удивили.

— Уже десять поколений наша семья собирает знания об Иринтале, — похвалился наследник. — Могу с уверенностью заявить, что мне известно все о первом и втором круге.

— Правда? А где же озерный монстр? — хмыкнула я. — Что-то не заметила никого похожего, хотя бы отдаленно напоминающего эту беспощадную тварь. Даже горстки белого песка не заметила.

— Какое еще монстр? — удивился Тимунд.

— А вы говорите, что знаете все о втором круге, — хмыкнула я, не собираясь делиться подробностями. Пусть сам выясняет, если такой умный.

В следующем зале находились экспонаты из третьего круга Гиблого леса. Но здесь полноразмерных чучел тварей уже не было. Только части, которые сурам удавалось доставить в цивилизованный мир. Особенно впечатлила клешня хорба — гигантского паука, чья паутина обладала невероятной прочностью. Ее использовали для сшивания шкур тварей и в медицинских целях, но разводили для этого маленьких особей, величиной с ладонь. А у представленного образца только один сегмент лапы дотягивал до моего роста. Жутко представить, каких размеров достигал ее владелец. Увидела я также и голову глирха, замершую в предсмертном оскале. На секунду представив, что это могла быть Гая, я внутренне содрогнулась и поспешила уйти подальше.

В четвертом — самом удаленном и надежно защищенном зале хранились иного вида редкости. Обрывки пожелтевших манускриптов, фрагменты амуниции и оружия, предметы мебели и быта, украшения и изделия великих мастеров, умеющих работать с трофеями из Иринтала.

— Что это? — с удивлением рассматривала непонятные обрывки, пуговицы или монеты, бережно выложенные на бархатных подушечках.

— Наследие эльфов, — подсказал Тимунд, неотрывно ступающий за мной тенью и отслеживающий малейшую реакцию.

Но я и не думала скрывать благоговейного трепета и восторга от коллекции. Правда же, таких редкостей, собранных в одном месте, мне еще не доводилось видеть. На золотых пластинах, страницах пергамента изредка попадались изображения древних. Красивые, надменные, изящные и загадочные. С вытянутыми остроконечными ушками, длиной вдвое большей, чем у самых остроухих эльфиров.

— А что за новую редкую вещь вы хотели показать? — уточнила, с сожалением констатируя, что моего охотничьего костюма нигде не видно.

— Я оставил этот сюрприз напоследок, — загадочно улыбнулся парень и поманил за собой к высокой подставке, накрытой белой шелковой тканью. Я с вожделением уставилась на сокрытую под покрывалом вещь, одновременно раздумывая, в какой момент напасть на принца, чтобы обезвредить и забрать костюм. Но сначала необходимо убедиться, что это он. — Портрет юной эльфийки! — с трепетом произнес наследник, сдергивая покрывало и открывая потрескавшееся от времени изображение тощей девицы.

Наверное, разочарование крупными буквами отпечаталось на моем лице, когда вместо вожделенного костюмчика, увидела кусок холста в золоченой раме. Подумаешь, древняя тана! Худая, как тростинка, и даже без длинных ушей, какими пестрели другие изображения древних.

— Уверен, что здесь изображена эльфийка? — с сомнением уточнила я.

— Портрет чудом сохранился до наших дней, потому что лежал в зачарованном сундуке вместе с другими ценностями. Охотники нашли его в доме высокородного эльфа в заброшенном городе на границе третьего и четвертого уровней. Это изображение лишний раз подтверждает информацию, что среди эльфов часто рождались дети с обычными ушами. Так среди древних Иллар отмечал избранных одаренных. Существует теория, что человеческие маги как раз и произошли от потомков эльфов с таким врожденным дефектом.

— Мда, удивительная редкость, — пробормотала задумчиво.

Весь план насмарку! Где искать охотничий костюм? С чего я решила, будто принц причастен к его исчезновению? Может, кто-то из прихлебателей узнал о несостоявшейся покупке и решил заграбастать дорогую вещь себе? Проклятье! Придется начинать поиски сначала.

— Ваше высочество! — в зал с поклоном вошел лакей. — Во дворец прибыл тан Кентаро с друзьями. Вы распорядились ранее пропускать его в любое время и докладывать вам немедленно. Он и еще четверо молодых людей ожидают в малой гостиной.

— Как не вовремя! — поморщился наследник. — Передайте, что я занят и сегодня никого не принимаю.

— Ваше высочество, — лакей побледнел. — Тан Кентаро настаивал на личной встрече. Он откуда-то узнал, что вы во дворце. Просил передать, что у него важный разговор, не требующий отлагательств, — бросил на меня опасливый взгляд.

— Тана Таурия, прошу прощения. Идемте! — подхватил меня под локоток и потащил за собой. — Я догадываюсь, о чем пойдет разговор. И он не займет много времени. Если желаете, можете присутствовать. Но я бы хотел избавить вас от подробностей. Угодно будет подождать в моих покоях?

— Я бы лучше отправилась на постоялый двор, — высказала свое пожелание, но Тимунд и слушать об этом не захотел.

— Тана Таурия, не лишайте меня возможности побыть с вами еще немного времени. Тибальд! — бросил лакею. — Скажи тану Кентаро, что приму его завтра утром. Сегодня меня ни для кого нет!

Слуга покорно поклонился и оставил нас, чтобы передать незваным гостям ответ. Но и мы не стали задерживаться в королевском музее редкостей. Принц повел меня куда-то, петляя по хитросплетениям дворцовых коридоров. За нами незримо следовала стража. Я слышала шаги позади и чувствовала внимательные взгляды, которыми провожали истуканы, стоящие на вытяжку у каждой двери.

— Где мы? — огляделась, оценивая гостиную, обставленную в золотисто-синих тонах. Неужели к себе притащил?

— Мои покои, — подтвердил опасения наследник. — Здесь нам никто не помешает поговорить.

— О чем? — я мысленно поежилась, представляя, как непросто будет отсюда выбраться.

— Не знаю! О чем угодно. Обо всем. О вас, Таурия! — приблизился вплотную, подхватил мою ладонь и прижался к ней губами. — Разве вы не замечаете, как сильно нравитесь мне? Я больше не могу думать ни о ком, кроме вас. Это наваждение, которому я не в силах противостоять, — обнял меня одной рукой за талию, привлекая к себе, а вторую поместил на затылок, переложив мою ладошку себе на плечо. — Одно ваше слово, и вы сделаете меня самым счастливым в Мирильсинде эльфиром.

— Тан Тимунд! — Мой возглас возмущения парень намеревался заглушить поцелуем. Но лишь мазнул губами по щеке, и тут же с протяжным стоном согнулся пополам от ощутимой встречи моего острого колена с королевским мужским достоинством. — Довольно! Ваше поведение переходит разумные границы. Я не желаю оставаться здесь ни минуты.

Высвободившись из хватки, я ринулась к выходу и уже коснулась ручки, как в дверь забарабанили снаружи.

— Тимунд! Я знаю, что ты там! Открывай, трус паршивый. Имей совесть ответить за свои поступки! — донеслось оттуда знакомым гневным голосом.

Мне только встречи с красноволосым не хватало! Что, если он узнает меня? Тогда на одного полоумного эльфира, вмешивающегося в мою жизнь, станет больше.

Содрогнувшаяся от удара дверь и заискрившие всполохи магии при этом, вынудили отступить. Я огляделась в поисках места, где спрятаться, и опрометью бросилась к другой двери, ведущей во внутренние помещения покоев. Едва я успела скрыться, как позади сильно громыхнуло, послышался треск дерева и удар падающих внутрь массивных створок.

— Тимунд, зарш бы тебя побрал! — взревел совсем близко голос Рингара Кентаро. — Я не шучу! Ты дал слово сестре, что женишься на ней. Но стоило нам уехать из столицы на пару месяцев, как ты нашел себе новую пассию? Где она? Где эта девка? Уже греет твою постель?

Услышав приближающиеся шаги, я похолодела. Оглядевшись, поняла, что попала в спальню Тимунда, в которой спрятаться негде.

В пышном платье под кровать не полезу!

Встречаться с Рингаром я не горела желанием, поэтому метнулась в следующую дверь и оказалась в гардеробной, откуда уже не было выхода.

Но! Именно здесь, на простом манекене висел мой охотничий костюм, без которого я уходить отсюда не собиралась. Содрав с себя надоевшую юбку, скомкала ее и задвинула на нижнюю полку, а сама взлетела по опорам наверх и сложилась в три погибели, втискиваясь в узкое пространство между шкафом и потолком. Еле успела спрятаться, когда в гардеробную ворвался разъяренный Рингар.

— Ага! — обнаружил часть моего платья. — Вот, где прячется эта дрянь! Не понял? А где?.. — послышалась растерянность в голосе. — Здесь никого нет?

— А ты что думал? — с явным облегчением ответил Тимунд. — Доволен? Убедился, что здесь никто не прячется?

— Да, но меня уверяли, что девушка прибыла во дворец, — сдулся боевой настрой у красноволосого.

— Ты сам убедился, что это не так. А теперь прошу покинуть мои покои, тан Кентаро, — в тоне наследника прозвучали стальные нотки. — Ваше поведение недопустимо даже для друга. И я вам официально заявляю, что помолвка с таной Тэмилией не состоится. Мне не нужна супруга, которая будет верить сплетням и контролировать каждый шаг.

— Но Тим? — упавшим голосом возразил Рингар. — Эта новость разобьет Тэмилии сердце. Она любит тебя и столько надежд возлагает на этот брак.

— Скажи лучше, что семья Кентаро связывает с этим союзом большие надежды, — хмыкнул принц. — Тэмилия — красивая девушка, и она встретит еще эльфира, за которого выйдет замуж. Но я уже все решил для себя. Хотел завтра объясниться с тобой и Тэми, но ты поступил по-своему.

— Тимунд, ради нашей былой дружбы, признай, это из-за того, что ты встретил другую? Вся столица гудит, обсуждая непонятно откуда взявшуюся эльфирку, на которую ты запал с первого взгляда.

— Рингар, как брату бывшей невесты, я бы не стал ничего говорить, но, как другу и мужчине, отвечу. Ты бы и сам потерял голову, если б только увидел ее. Мне Зара пришлось услать, чтобы не отвлекал внимание на себя. А тебя я на полет стрелы не подпущу, чтобы не отбил ненароком.

— Серьезно? — удивился Кентаро. — Ты и раньше быстро увлекался смазливыми девицами. Но увлечения проходили, стоило провести с ними пару-тройку ночей. Хочешь, я увезу сестру в родовое поместье, подальше от насмешек и сплетен, а ты утолишь голод и забудешь об этой эльфирке? В конце концов, пока вы с Тэми официально не помолвлены, ты волен встречаться, с кем захочешь. Урона репутации Кентаро не будет. А с сестрой я сам поговорю. Она перебесится и вернется к тебе, как шелковая. Главное, чтобы после свадьбы ты не унижал Тэмилию подобными выходками.

— Рингар, ты не понял, — голоса парней зазвучали тише, они покинули спальню и устроились в гостиной. — Тана Таурия — особенная! Она свежа и изящна, как эльфийская роза. Холодна, словно студеная река, которая манит к себе обещанием прохлады в жаркий день. Но в то же время внутри нее кипит такая сила, которая сравнима с мощью огненной стихии. Рядом с ней меня не отпускает ощущение опасности, отчего мгновенно вскипает кровь. А ее движения плавные и уверенные, как у хищницы, вышедшей на охоту. Сочетание хрупкости и силы сводит с ума, пробуждает инстинкты защитника и самца, когда одновременно хочется уберечь ее от неприятностей и схлестнуться в яростной битве, которая непременно закончится страстными ласками и поцелуями. Если Таурия — простая эльфирка, то я на ее фоне — безродный крестьянин, — завершил восторженную речь наследник.

Надо же, как его пробрало! — хмыкнула мысленно.

Понимая, что другого шанса забрать костюм и сбежать, может и не представиться, я бесшумно спустилась вниз и осторожно прикрыла дверь в гардеробную, оставив маленькую щелку. Безжалостно кромсая ткань ножом, я избавилась от корсета и остальной одежды, которая полагалась к платью. После этого приступила к костюму.

Мой! Я на ощупь узнала, что это тот самый, который сшили для меня в мастерской Веньеса.

Стараясь не шуметь, я натянула брюки и надела рубашку, затянула талию поясом, куда шустро переложила оружие из старого. Его также закрепила на бедрах, чтобы забрать с собой. Не принцу же оставлять? Прическу безжалостно смяла, закрутив волосы в узел и убрав под шапочку. На лицо повязала маску с прорезями для рта и носа. Остатки платья, туфли и чулки свернула в узел и забрала с собой, не оставляя принцу ни клочка. Только на пустой манекен повесила кулон — подарок Тимунда. Мне от него ничего не нужно. Теперь бы еще выбраться из хорошо охраняемого дворца и забыть о столичных приключениях, как о страшном сне.

В спальню наследника вела только одна дверь, из гостиной. Примыкающие к комнате гардеробная и ванная не имели окон. В самой спальне на окнах стояли железные решетки. Единственный возможный путь к бегству пролегал через балкон, выходящий на общую с другими покоями террасу.

Стражника, стоящего на посту в слепой зоне, я сняла метким выстрелом из метательной трубки. Он только дернулся, услышав шорох открываемой створки, как тут же сполз по стеночке. Я забрала иглу, вытащив ее из щели в закрытом шлеме, и усадила воина так, будто бы он присел отдохнуть и заснул на посту.

Балконная дверь в другие покои оказалась открытой. Я проникла внутрь, окидывая внимательным взглядом похожую спальню. К счастью, там никого не оказалось, поэтому я беспрепятственно прошла через обе комнаты и выглянула в коридор. В конце длинного помещения виднелись покои наследника, где молчаливые слуги ставили на место выбитые двери. Вокруг столпилась куча охраны, и даже воины на посту лениво следили за ходом работ. Выбраться через эту часть коридора незамеченной у меня бы не вышло, поэтому я отправилась в противоположную сторону.

В хитросплетениях плохо освещенных лестниц, крытых переходов и залов можно было запросто заблудиться. Я стремилась побыстрее убраться из крыла дворца, где проживала королевская семья. Наверняка, в других помещениях и народу меньше обитает, и охраны не так много. Мое преимущество заключалось в скрытности и внезапности. Костюм помогал сливаться с тенью и прятаться в укромных уголках, когда навстречу попадались редкие обитатели дворца.

Минут через пятнадцать я заметила, как забегали слуги, а в коридоры хлынула стража. Видно, принц выпроводил Рингара и обнаружил, что я пропала вместе с костюмом. Наверное, все входы и выходы уже перекрыли. Я не представляла даже, каким образом выберусь отсюда.

Вжавшись в нишу в стене, пропустила вооруженный отряд, с которым едва не столкнулась нос к носу. Я слышала, как они переговаривались, что начнут обыскивать комнаты и ставить магические метки. Уже подняли с постели королевского мага, который быстро отыщет вора, укравшего из покоев наследника дорогой артефакт. Спасаясь от очередной группы стражей, я скользнула в первую подвернувшуюся на пути открытую дверь. Очутившись внутри, я невольно отметила, что снаружи не доносится ни звука, хотя отряд из пяти стражников громко бряцал доспехами.

Куда я попала? По обе стороны от двери возвышались громоздкие шкафы, тянущиеся до самого потолка. В глубине огромного по ощущениям зала, мерцал свет, но из-за массивной мебели его отсветы не достигали дальних углов. Я осторожно двинулась вперед через искусственно созданный лабиринт, с удивлением понимая, что в шкафах хранятся многочисленные книги, свитки и манускрипты.

Еще одна коллекция редкостей? Охраны что-то маловато, и никого из людей не видно и не слышно.

Проход между стеллажами привел меня к свободному пространству, обустроенному возле камина, в котором полыхал живой огонь. Слева высился письменный стол, над которым темной тенью торчала спинка кресла. Круглый светильник высвечивал над рабочей поверхностью пятно света, делая ночной мрак вокруг еще гуще. Пониже, у огня, возле расстеленной на полу серой шкуры, стояли два приземистых кресла и круглый столик. С правой стороны я заметила очертания кресла-качалки с позабытым на нем меховым покрывалом.

Книги и остальное добро меня мало интересовали. Но я приблизилась к камину, чтобы сжечь остатки платья. Узел со светлыми тряпками мешался в руках и мог легко меня выдать. Шелковая ткань быстро занялась, исчезая в бликах пламени. А вот туфли горели дольше, распространяя по помещению запах горелой кожи. Последним отправила в огонь покрывало, в которое заворачивала тряпки. Огонь принял его жадно, освещая яркой вспышкой окружающее пространство.

Я оторопела, увидев в зеркале над камином, что в кресле-качалке сидит человек. Поначалу я приняла его за объемное покрывало. Может, он задремал или уронил голову вниз, раз я не заметила светлой кожи и отблесков огня в сверкающих глазах? Во всяком случае, я стремительно метнулась к незнакомцу и приставила кинжал к его горлу.

На породистом безусом лице юноши не дрогнул ни единый мускул. Только зрачки немного расширились, когда я склонилась над ним, рассматривая смутно знакомую внешность. Остроконечные ушки не оставляли сомнений, что передо мной эльфир.

— Ты кто? — спросила шепотом.

— Верион Арусанд, а ты?

— Надо же, еще один принц! — хмыкнула я и не думая называть настоящее имя. — А почему ты здесь один? Почему не позвал на помощь или не спрятался? Я ведь сперва не заметил тебя.

— Ты преступник? — вместо ответа спросил Верион.

— Нет! — мотнула головой.

— Пришел убить меня? Ограбить? — на новые вопросы я отрицательно качала головой, не понимая, откуда такая хладнокровность, и к чему парень ведет такой странный разговор. — Вот и я подумал, что убийцы так себя не ведут. Можешь убрать? — кончиком пальца сместил в сторону лезвие кинжала от собственного горла. — Нервирует.

— Уберу, если пообещаешь, что не выдашь меня.

— Это из-за тебя возник переполох во дворце? — уточнил парень. — Что натворил?

— Забрал украденную вещь у Тимунда.

— Расскажешь? Можно без подробностей. Если ты не виноват, помогу выбраться из дворца.

Неплохой размен, если принц не обманывает. Он смотрел открыто и вел себя уверенно, с достоинством, до которого Тимунду еще расти и расти. Я не увидела проблемы в том, чтобы приоткрыть завесу правды.

— Я — охотник, если быть точным — подмастерье. Охотился во втором круге Иринтала весь прошлый сезон, рисковал жизнью и приложил много усилий, чтобы собрать богатые трофеи. Для того, чтобы сдать экзамены на следующий ранг, мне предстоит зайти в третий круг Иринтала. Без соответствующей экипировки там не выжить. Хорошего мастера, способного пошить артефактный костюм, можно найти только в столице. Вот я и прибыл сюда, обратился к специалисту и заплатил за работу шкурами. Мой костюм был практически готов, когда его случайно увидел ваш брат, Тимунд Арусанд. Он потребовал продать вещь за двойную цену, но я отказался. Зачем мне золото, когда я приехал сюда с иной целью? Когда я пришел за заказом, мастер Веньес отдал мне другой костюм. Очень похожий, но не тот! Я шкуры собственноручной выделки с закрытыми глазами узнаю. Такое качество еще поискать в столице!

— Как эта шкура, например? — уточнил Верион, указывая взглядом на покрывало.

Я коснулась пальчиками приятного на ощупь меха, узнавая шкуру того самого зверя, которого мы с Гаей убили на охоте.

— А я думал, ее купил Тимунд. Вместе с костюмом. Этот эргал был таким здоровым, что я уже с жизнью попрощался, когда на него напоролся. С левой стороны шкуры на внутренней части у передних лап имеются латки, которые я ставил, чтобы сшить прорехи. Семь швов по большой бороздке и четыре на малой. Можете проверить.

— Нет нужды, я их видел.

— Теперь я понял, почему вас сразу не заметил. Вы прикрылись шкурой и задержали дыхание, когда почувствовали опасность, — догадалась я. — А не испугались, потому что маг, и в любой момент можете меня схватить? — По губам Вериона скользнула довольная ухмылка. — Зачем же тогда разговаривали со мной? Ах, да! Костюм. Магия бы не причинила ему вреда. Значит, у меня был шанс убить, если бы я пришел с такими намерениями. Разве у вас есть враги?

— Враги есть у всех, — спокойно заметил молодой человек. — А смелости говорить правду хватает не каждому.

— Так, вы поможете?

— Помогу, я же обещал. Только ответь на последний вопрос. Вещи, которые ты сжег, принадлежали девушке. Насколько мне известно, в покоях Тимунда сегодня побывала только одна тана, которой удалось вскружить ему голову. И ни одного постороннего молодого человека, о котором бы я не знал. Я долго не понимал, с чем связано появление таны Таурии в столице. Почему именно сейчас? Ты помог сложить последний кусочек головоломки. Или вернее будет сказать, помогла?

Я столкнулась с внимательным взглядом карих, почти черных глаз принца, которые зловеще поблескивали, отражая пламя, и невольно поежилась. Тимунд — жалкое подобие наследника. Его выставили, как ширму, в тени которой воспитали настоящего монстра. Умного, расчетливого, наделенного талантом и магией, способного железной волей управлять королевством.

— Верно, — не стала отрицать правду. — Это что-то меняет?

— Нет! Я всегда держу слово, — молодой человек качнулся в кресле, вставая с него слитным движением. — Тебе придется снять костюм и переодеться слугой, чтобы беспрепятственно пройти стражу. Идем, проведу короткой дорогой в мои покои. Но ты ведь там уже побывала, да?

Я ничего не ответила, молча признавая, что этот противник оказался мне не по зубам. Повезло, что он на моей стороне. Вернее, принц Верион держал собственную сторону. Он выслушал меня и пожелал помочь. Зачем? На этот вопрос ответа я не знала, а спрашивать поостереглась.

В покои младшего принца мы добрались по потайному ходу, который привел прямиком в спальню. Я замялась в нерешительности, не зная, что дальше делать. Но Верион первым открыл дверь гардеробной, достал из ящика лакейскую ливрею и сунул мне в руки.

— Переодевайся, а я пока расчищу путь.

Не дожидаясь ответа, Верион направился к выходу в коридор. Дважды повторять мне не надо. Юркнула в узкую комнатку, разоблачилась догола и влезла в униформу слуги. Костюм бережно свернула, размышляя, каким образом забрать его с собой.

— Готова? — Верион ворвался внутрь, ничуть не сомневаясь, что я уже одета. — Вещи сложи сюда! — поставил передо мной дорожный кофр, из которого извлек плащ. — Экипаж подадут к западному входу. Накинешь капюшон, чтобы твое лицо не бросалось в глаза. Кстати, Тимунд там рвет и мечет, и не думает успокаиваться. Поэтому уходить будем тайно. Мне придется завязать тебе глаза. Надеюсь, это не проблема?

— Я справлюсь. Вы ведь обещали вывести меня из дворца и отпустить. Насколько я успела понять, вы человек слова. Значит, не о чем беспокоиться.

— Удивительная проницательность и хладнокровность для столь юной таны, — хмыкнул молодой человек.

Я бы сказала, что для своего возраста Верион тоже весьма одарен и опасен, но лучше придержу мнение при себе.

Для начала мы вернулись в библиотеку тем же потайным ходом. В помещении по-прежнему было удивительно тихо и безлюдно, однако неуловимые свидетельства, что здесь побывали люди, присутствовали. Исчезли остатки обуви из камина, ярче горели магические светильники, на столике появились свежие фрукты и вода. Помимо этого, там лежал свернутый рулончиком шелковый шарфик.

— Я завяжу вам глаза, возьму за руку и поведу за собой. Слушайте подсказки. Я буду предупреждать, где наклониться или перешагнуть ступеньку, — предупредил принц прежде, чем приступить к действиям.

Я молча кивнула и жестом показала, что готова. Верион приблизился со спины, подхватив со стола шарфик. Расправил его в руках и накрыл мои глаза, плотно и крепко стягивая повязку на затылке. На доли секунды показалось, что я ощутила чужое дыхание на шее, но нет — ветерок колыхнулся от накинутого на плечи плаща.

В левой руке я сжимала кофр с костюмом, а правую крепко захватил принц и потянул за собой. Сначала мы поплутали по лабиринтам библиотеки, после чего остановились, пока молодой человек открывал дверцу потайного прохода. Слушая команды Вериона, я доверчиво шла за ним, и ни разу даже не споткнулась. Через полчаса плутаний по подземным тоннелям мы оказались на улице.

— Замри! — прошептал Верион, разворачивая меня к себе. — Городская стража. Подыграй! — впился поцелуем в губы, прижимаясь так страстно, что у меня перехватило дыхание.

Мимо прогрохотали сапоги стражников, подбитые металлическими набойками. Только поэтому я не пикнула, позволяя младшему принцу то, в чем отказала его брату. Поначалу губы Вериона лишь крепко прижимались к моим, но затем они будто ожили, мягко пробуя мои на вкус, сминая их и пытаясь проникнуть языком внутрь.

— Довольно! — оттолкнула заигравшегося в шпионы нахала. — Стражники уже ушли. Хотя вам-то чего их бояться? Не понимаю! Нарочно? — стащила надоевщую повязку с глаз и заозиралась по сторонам, пытаясь понять, где оказалась.

— Я не закончил, — ничуть не смутился отповеди Верион и притянул к себе за талию. — Карета уже ждет. Но ты ведь не уйдешь из города без своего охранника?

— Что с Лаэртом? — испугалась за брата.

— Задержан стражей за совращение благородной таны.

— Чего? Какой еще таны? Тэмилии, что ли? Так она сама пробралась в номер и накинулась на брата с ножом, когда тот принимал ванную.

— Ну, это ты так считаешь. А у родителей девушки другое мнение на этот счет. Когда эту парочку поймали в доме Тимунда, тана находилась без сознания и лежала на кровати в одном нижнем белье. Если бы не куча свидетелей столь пикантной картины, парня бы там и порешили. Он заявил, что пальцем к ней не притронулся, и целители подтвердили, что это так. Но сам факт, где и с кем обнаружили эльфирку благородных кровей, поставил крест на репутации девушки.

— И вы молчали? Чего вы хотите?

— Поцелуй меня. Сама. Как если бы крепко любила, — попросил Верион. — И я сделаю так, что вы с братом покинете город на рассвете.

— Отпустите меня? И Лаэрта? И не будете преследовать? — уточнила с сомнением.

— Я — не буду, но не ручаюсь за остальных, — честно ответил принц.

— Не понимаю. Зачем вам мой поцелуй?

— Не понимаешь? Серьезно? Используешь вытяжку из желез глирха, которая вызывает у мужчин желание обладать тобой, и делаешь вид, что не понимаешь, почему их влечет к тебе?

— Но я…

— Я — маг, Таурия. А маги чувствуют, когда влечение вызвано искуственно. Я понимаю, с какой целью ты влюбляла в себя брата. Но со мной номер не пройдет. Моя просьба — это своего рода наказание, чтобы впредь не смела на меня воздействовать. Понятно?

— Э… да, — я гулко сглотнула. — Простите. А вы правда отпустите, если я… если я поцелую вас?

— Разумеется! Я держу слово.

— А как же воздействие? Я прежде не пользовалась этим средством, не знаю, как долго длится эффект.

— С влечением я справлюсь, не переживай. Только ты должна представить, что любишь. Крепко любишь, поняла?

И как это сделать, если я никого еще не любила? Единственный парень, к кому испытывала чувства, погиб. Поэтому сложно сказать, получилось бы у нас или нет. Но, если бы он выжил, я бы дала ему шанс.

Прикрыв глаза, я обвила шею принца руками и потянулась к нему, касаясь его губ и выплескивая ту нежность и боль, которую пережила с потерей Калима. Не знаю, насколько хорошо у меня получалось, ведь опыта в таких делах кот наплакал. Но я старалась быть искренней и шептала Вериону те слова, которые говорила бы Калиму. Что скучаю без него и часто вспоминаю, и сожалею, что у нас так ничего не получилось.

Когда я отстранилась, Верион не пошевелился, чтобы этому помешать. Смотрел только пристально и молчал, а по его лицу изредка проходила судорога, отчего слегка дергалась верхняя губа.

— Простите, я не умею целоваться. И с отношениями у меня не задалось, — подумала, что Вериону не понравилось. Но причина его недовольства оказалась в другом.

— Кто он? Кто тот человек, которого ты представляла вместо меня? — больно вцепившись в предплечье пальцами, потребовал ответа принц.

— Он погиб недавно. Его и десяток эльфирских стражников разорвал в клочья глирх. Останки забрали родственники эльфиров. Сказали, чтобы радовались, что Калима похоронили, как благородного. Не осталось даже места, где я могу его оплакать.

Высвободив руку из захвата, я направилась к карете. Как только села внутрь, она тут же тронулась с места и покатила по улице. Карета какое-то время колесила по городу, пока на небе занимался рассвет, и совершила лишь одну остановку, у храма эльфирского бога Иллара. Незнакомые стражники в закрытых латах выволокли из собора бесчувственного Лаэрта и загрузили в салон. С первыми лучами солнца мы покинули столицу через восточные ворота. Миновав пригород, карета свернула к ближайшему лесочку, где кучер сообщил, что ему приказано высадить нас здесь.