Глава 25. Слишком много совпадений
— Эм-манафаар! Да что же это такое! Леди Каталея! Да очнитесь же вы!
Лея открыла глаза и увидела над собой испуганное лицо Рут, а за ней Коннора, склонившегося со свечой в руке.
— О, слава тебе, Энанэ, Великая мать! Очнулась наконец!
— Помоги мне встать, — хрипло пробормотала Лея и поднялась, цепляясь за крепкую ладонь Рут.
Осмотрелась, пытаясь понять, где она, а перед глазами всё ещё стояла оскаленная пасть Зверя. Руки были ледяными и мокрыми, и ощущение нереальности всего происходящего наполняло комнату какой-то ватой: звуки приходили издалека и под ногами всё ещё стелился туман, медленно рассеиваясь. Причитания Рут пробивались сквозь эту вату, возвращая Лею в реальность, и отпустив руку зафаринки она медленно опустилась на стул.
Что это было?
Она упала на пол прямо здесь, в комнате. Чаша с зельем так и стояла на столе, и туман над ней почти рассеялся, осталась лишь лёгкая дымка, а вот весь пол был почему-то мокрым, как будто здесь только что разлили ведро воды. Даже не ведро… Мокрым был даже край одеяла на кровати, и шторы, и стены понизу, почти до самого подоконника
Откуда здесь вода?! Не мог же тот поток, который спас её из лап Зверя, быть настоящим, осязаемым?! Как и сам Зверь… Это же просто видение, кошмар…
Но… если вода настоящая, то и острые клыки в пасти Зверя тоже.
И Лея почувствовала, как её начинает трясти от этого понимания.
— Что тут случилось, миледи? — зафаринка принялась ходить по комнате и заглядывать по углам, за шторы и под кровать, словно искала виновника происшествия. — Зачем вы повсюду воды налили! Теперь сырость! Эй, Коннор, неси тряпки, фаар-ханун! А всё ваши опыты, миледи! До добра они не доведут! Оммм, что творится! То мы лезем в библиотеку, как воры, то эта книга, то подвал с чудищами, а теперь вот это ещё! — Рут ткнула пальцем в чашу и добавила: — Всё мокрое, как вы спать тут будете?!
— Уйди, — тихо произнесла Лея, не сводя глаз с тонкой полоски тумана. — Уйди, слышишь?
— А вот не уйду, пока вы не расскажете мне, что всё это значит? — пробормотала Рут озадаченно глядя на то, как смотрит хозяйка на чашу.
Лея встала, подошла к двери и, указав на лестницу пальцем, произнесла негромко и твёрдо, глядя прямо в глаза зафаринке:
— Уйди сейчас же.
И видимо что-то такое было в её голосе, а может во взгляде, что Рут оглянулась на чашу, а потом поправила пояс и вышла, не пробормотав даже очередного зафаринского восклицания. Лея заперла за ней дверь на засов, и только потом рухнула на кровать, уткнувшись лицом в покрывало.
Голова всё ещё кружилась, и во рту остался металлический привкус крови. А горло саднило от безмолвного крика и в груди болело так, словно её стискивали железным корсетом. Лея привыкла к кошмарам, приходящим во сне, но чтобы вот так, наяву…
Эта вода на полу, Зверь и лицо милорда Брегата, и если она не сходит с ума, то, что всё это значит? Но где-то в глубине души, словно тонкая ниточка, прорастала ужасная догадка. Всё это айяаррская магия…
И она только что смогла использовать её. Но как?!
Мирна-заступница! И за меньшее отправляли на костёр!
Лея вскочила и принялась ходить по комнате, сжимая руками виски.
Слишком много совпадений…
С того самого дня, как Рошер появился в Милгиде, с той ночи, когда она впервые коснулась кулона и увидела Зверя…
Слишком много совпадений…
Милорд Брегат, который вовсе не Брегат… Какой человек может прыгнуть в Суру и остаться при этом живым? Человек и не может…
Она дрожащими руками слила зелье в склянку, всё время вспоминая слова милорда Брегата:
«Я расскажу тебе. Но не сейчас. Пока я не могу этого сделать».
Завтра придёт капитан Абалейн. Завтра она узнает в чём дело.
Этой ночью Лея плохо спала, и утром Рут не пришла её будить, как обычно, поэтому, когда она открыла глаза, время уже близилось к полудню. Зафаринка появилась тут же, словно ожидала под дверью её пробуждения, и не стала даже ворчать, как обычно, лишь сказала, что завтрак готов и, что сегодня, пожалуй, Лее стоит прогулять учёбу. А ещё сообщила, что внизу её дожидается капитан Абалейн, но ему стоит, наверное, прийти в другой раз.
— Нет, нет! Я спущусь! — воскликнула Лея, бросаясь умываться. — Скажи, пусть подождёт.
Капитан ходил из угла в угол их крошечной столовой и выглядел так, будто очень спешит, но старается ничем не выдать своё нетерпение. Лея извинилась за столь поздний подъём и пригласила его к столу, но капитан согласился только на чашку чая.
Они обменялись парой фраз о погоде, но затем Лея вытащила письмо и положила его на стол.
— Это из Милгида, от моей матери. Она пишет, что Зверь снова напал. И это совсем рядом с нашим домом! — горячо воскликнула она, глядя в хмурое лицо капитана. — Я не понимаю, это же так далеко от границы! А что будет дальше? Нужно торопиться. Вы должны его поймать!
— Снова напал? — спросил капитан, прищурившись, и усмехнулся. — И это рядом с вашим домом… Не удивительно. Он любит играть в такие игры.
— В какие игры?
— Он любит играть со своими жертвами, миледи Лафорт, и видимо Милгид он выбрал не случайно.
— Вы о чём?! Капитан, прошу вас, объясните! — воскликнула Лея, ощущая в груди холодок плохого предчувствия.
— Простите, миледи Лафорт, но я не могу. Вам не следует всего этого знать.
— Послушайте, капитан, — Лея встала и закрыла дверь, чтобы Рут не слышала их разговор, и произнесла твёрдо. — Он убил милорда Лардо, он добрался до моего дома, и поверьте, я всей душой желаю вам помочь. А ещё, я хочу защитить свою семью, так ради всех Богов, объясните мне, что означают ваши слова?! Если он снова нападёт в Милгиде, и вы знаете, почему, то скажите мне! Может быть, я смогу что-то сделать для своих родных!
— Хорошо, миледи Лафорт, я вам расскажу кое-что, чего не рассказывал в прошлый раз. Но не думаю, что вам это понравится.
— Прошу вас…
И капитан рассказал о том, как по дороге из Шерба в Рокну, в тумане на мосту они встретили Зверя. Как понесли лошади и едва не убили и его, и девушку Кайю, которую он вёз. А потом о лавке скорняка и вышивке Кайи, которую Зверь оставил на двери. В этот раз капитан не был деликатным и не щадил чувств, он описал всё хоть и сухо, но в подробностях.
А когда он закончил, Лея почувствовала, как горло сжалось спазмом ужаса от этих слов, и она едва смогла выдавить из себя:
— То есть, когда вы сказали, что он любит играть со своими жертвами… Вы полагает он… играет и со мной?
Над столом повисло тяжёлое молчание. Капитан посмотрел на Лею внимательно, а потом произнёс жёстко, как отрезал:
— Я не полагаю миледи Лафорт. Я в этом уверен. В этот раз ему нужны именно вы.
— Мирна-заступница! — пробормотала Лея, прижимая ладони к горячей чашке, и пытаясь согреть заледеневшие от страха пальцы. — Но… почему я? Я никогда его не встречала… И Милгид так далеко от границы, почему вы решили, что ему нужна я?
— Зверь питается эмоциями, нашими страхами, нашей любовью и ненавистью. Он убивает ради этого. Он выбирает себе жертву и питается её силой, заставляя страдать и испытывать эти эмоции — страх, боль, ненависть, любовь. А это проще всего сделать через тех, кого любишь, — капитан говорил медленно, вертел в руках чашку, в которой уже давно ничего не было и по голосу было понятно, что эти слова ему даются с трудом. — Он поэтому убил Ройгарда Лардо — из-за меня. Из-за того, что мы были друзьями. И я не могу себе этого простить. Но ему нужна была моя боль и ненависть. Она его питала.
Дарри Абалейн оторвал взгляд от чашки и посмотрел на Лею.
— Я не знаю, почему именно вы… Возможно он встретил вас случайно и ваши эмоции ему показались яркими… И теперь он питается ими находясь рядом. И это, — капитан указал пальцем на письмо, — ваши страхи. Они-то ему и нужны. Для него это лучшее лакомство. Он будет убивать ваших близких, и пить этот страх до тех пор, пока от вас не останется только тень. Пока не выпьет вас досуха.
— Вы хотите сказать… что он где-то поблизости? Вы…
Она вспомнила то, что произошло вчера — видение, Зверь, туман. Вспомнила всё, начиная с первого видения в Милгиде. И снова: мост, туман, Зверь…
Слишком много совпадений…
Этот янтарный блеск в глазах, то, что он прыгнул в реку, её кулон… вчерашнее видение…
— Я не хотел вас напугать, миледи.
— Кто такой милорд Брегат на самом деле, капитан? — хрипло спросила Лея, впиваясь пальцами в ручку чашки.
Капитан молчал и смотрел на неё, и она поняла всё даже без слов.
— Боюсь, миледи Лафорт, вы не готовы услышать правду, — капитан криво усмехнулся.
— Правда в том… что видимо милорд Брегат не тот за кого себя выдаёт. И он не разведчик…. Он не ловит с вами Зверя, ведь так? — спросила Лея твёрдо.
— Милорд Брегат не ловит с нами Зверя, миледи Лафорт, потому что он и есть Зверь, — ответил капитан, не отводя взгляда. — Милорд Брегат — это Дитамар Сколгар, князь Лааре собственной персоной. Он взял имя моего разведчика. Я видел его здесь, в вашем доме. Я был здесь, на той стороне аллеи, за кипарисами, когда он приходил к вам. И я его узнал. Странно, что он явился в своём подлинном обличье.
Ручка чашки тихо хрустнула, Лея разжала пальцы, и кусочки фарфора осыпались на скатерть.
— Вы уверены? — спросила она дрогнувшим голосом.
— Да миледи. Это он. Я не был уверен после вашего первого рассказа, но я следил за вашим домом. И я видел его сам. Я рассказывал вам о том, как он умеет менять лица. Он умеет подавлять волю… Кольцо с топазом, которое он носит на руке, стоит к нему прикоснуться…
Лея слушала то, что говорил капитан и в то же время не слышала.
Слишком много совпадений…
Сердце отказывалось в это верить, но ум уже сложил мозаику. И Лее показалось, что она тонет. Что внутри её заполняет чёрная вода, медленно вытесняя воздух из лёгких, и она ничего не может с этим сделать. В голове сделалось пусто и гулко, и сердце сжалось так сильно, почти до боли.
Она ведь знала…
Где-то внутри она всегда понимала, что всё это странно. Всё это не просто так.
Он может менять лица…
Значит, она видела на мосту не призрак Ройгарда Лардо.
Он может подавлять волю…
Кольцо с топазом. Редкий и дорогой камень. Слишком дорогой для простого разведчика из Скандры. И она прикасалась к этому камню на постоялом дворе…
Он видел свет, идущий от книги, его глаза светятся янтарём…
Он самый страшный убийца Предгорий. Самый страшный кошмар последних семи лет. И она… Она рассказывала ему о том, как мечтает поймать Зверя! Она целовалась с ним. Она… приглашала его в этот дом… Она… она мечтала о нём.
Милостивые Боги!
Он лгал. От первого до последнего слова. Всё ложь, от его имени, там на Суре, до момента в кабинете парифика, когда он увидел свечение идущее от книги.
Милостивые Боги! Почему?! За что ей всё это?!
Ей хотелось разрыдаться, но слёз не было. Вместо слёз была какая-то едкая кислота, от которой жгло всё внутри. А ещё злость. На себя, на него, на весь мир. На свою доверчивую глупость, и эту безоглядную влюблённость. Выходит все её чувства напускные. Колдовство. Айяаррская магия…
Он просто хотел выпить её досуха, как и сказал капитан. Он смеялся над её глупыми рассказами. Он смеялся над её доверчивостью.
«Вы считаете, что должны мне что-то, и поэтому вы мне доверяете. Но это не достаточный повод для доверия».
Ей хотелось найти хоть одно малейшее оправдание его поступкам, но оправданий не было.
— Вы не можете в это поверить, я понимаю.
— Могу, — Лея отодвинула осколки чашки, — я вам верю капитан. Мне следовало бы догадаться раньше, да и Рут предупреждала…
— Я понимаю, это потрясение…
— Ничего, капитан, — ответила она с каким-то равнодушным спокойствием в голосе, — я сильная. И… Я… Я хочу вам помочь. Что мне сделать, чтобы вы его поймали?
Она увидела на лице капитана что-то похожее на восхищение, а сама хотела только одного — убежать, спрятаться, и попробовать заплакать. Ей хотелось бы просто прорыдаться в голос, чтобы хоть как-то вырвать из груди ту железную иглу, которой только что проткнули её сердце. Проткнули так, что каждый вдох, каждое слово, каждый жест причиняют боль.
— Вы хотите мне помочь? — переспросил капитан, будто не веря.
— Да. Я хочу, чтобы вы остановили его раз и навсегда.
Ей следовало догадаться раньше…
Сейчас, когда капитан говорил о Дитамаре Сколгаре, всё становилось на свои места. И после того, как первое потрясение прошло, внутри у Леи всё будто замерло.
— Вы можете мне помочь, миледи Лафорт. Расскажите, где он остановился? Где его можно найти в Рокне?
— Я не знаю, где он живёт, — ответила Лея тихо, и принялась медленно складывать осколки в блюдце, — но он обещал прийти к… нам в гости. Сегодня или завтра, после моих занятий. Вы можете… сделать всё прямо здесь. Или, если нужно, я могу отвести его туда, куда скажете…
Лея старалась не смотреть на капитана, чтобы ненароком не увидеть в его глазах осуждения или сочувствия. Ей не нужно сочувствия… Только не это! Только не сейчас!
Она совершила чудовищную ошибку. Но она всё исправит.
— Вы очень храбрая девушка, миледи Лафорт, — произнёс капитан негромко и его голос прозвучал почти торжественно.
— Что я должна буду сделать? — Лея подняла взгляд и в упор посмотрела на капитана.
— Ничего особенного…
Позже, когда Дарри Абалейн ушёл, она поднялась в свою комнату и села на кровать. В душе было пусто. Всё внутри будто выжгло огнём. Она уткнулась лицом в подушку, пытаясь заплакать, но из горла вырвались лишь болезненные сухие рыдания, от которых стало ещё хуже.
Рут не знает. Коннор не знает… Никто не должен знать.
Они договорились с капитаном, что Лея сыграет свою роль и поможет заманить Зверя прямо в ловушку.
А потом…
Что будет потом стало совершенно неважно.