Глава 15

Я пришла к нему через час. Меня не отпускали те эмоции, которыми со мной поделился шпион.

Хотелось стать частью того, что я почувствовала во время немой исповеди. И пусть эти чувства были адресованы не мне.

Пусть.

Мне хотелось искупаться в этом теплом ветре, стать хотя бы на мгновения той, ради которой он дует.

Давно я не позволяла себе подобных шагов. Но кто мне судья?

Мужчина открыл дверь после первого же стука. Впустил не задавая вопросов. Позволил пройти в гостиную и жестом предложил присесть на невысокую черную софу, стоящую боком к широкому окну, из которого проглядывалась ночь во всей ей красоте.

Он разлил принесенное мной вино по кубкам, передал один мне.

Пили в тишине. Лишь ветер иногда бился слепой птицей в окно. Пламя свечей в канделябрах, что стояли на небольшом высоком столике, медленно танцевали, отбрасывая загадочные тени на светлые стены.

Рэвис допил первым. Наполнять кубок второй раз не спешил, крутил его в руках и молчал.

Скажи он сейчас хоть одно слово, то все сломалось бы. Разрушилось на мириады острых осколков, которые впивались в кожу практически безболезненно, но стоило вынуть их, как кровоточащие раны покрывали все тело.

Я отставила свой кубок на пол, тихо выдохнула и повернулась к мужчине, который сидел так близко, но находился так далеко.

Впервые за все время, которое мы были знакомы, на его губах не играла ехидная улыбка, а в глазах не плясали смешинки. Он был до жути серьезен. А мне от этого становилось не по себе.

Шпион поставил кубок на подлокотник софы и, положив мне руку на талию, притянул к себе.

Мы оба знали зачем я пришла. И теперь отступать было уже поздно.

Пусть я уже пожалела о том, что хотела занять чье-то место. Пусть шпик знал об этом. А если не знал, то хотя бы догадывался…

Но было уже слишком поздно.

Этот поцелуй отличался от двух предыдущих.

Первый был спонтанным, спасительным. Тем, что мог защитить нас обоих от вмешательств властей в планы. Отвести их взгляд, притупить бдительность.

Второй же был игривым. Тем, что должен был придать мне сил, а шпику потешить самолюбие. Он был чем-то вроде пробы.

Этот же оказался настоящим. Таким, в котором забываешь где заканчиваешься ты, а где начинается другой. Тот самый человек, с которым ты делишься дыханием. Эмоциями. Собой.

Это был тот поцелуй, который срывает все замки, рвет цепи и оковы. От которого теряешь голову и перестаешь себя контролировать.

И мы перестали.

Переплелись руки, тела. Одежда стала лишней, мешающей. Она отправилась на пол вслед за моим кубком.

В ту ночь я стала для мужчины той, о ком он думал, кого желал, кого любил. Горячий ветер эмоций касался тех мест на коже, где всего мгновение назад были его губы.

Мы забыли кем являемся на самом деле, что связывает нас и почему так произошло.

Но до сих пор никто не сказал ни слова.

А я призналась самой себе в том, что эмпаты полностью подпадают под те стереотипы, которые на них вешают люди.

Подавив стон, я укусила колдуна за плечо, а он лишь небрежно поцеловал меня в ключицу, не прерываясь и на мгновение.

Все закончилось с рассветом. В такой же тишине и обстановке, как и началось.

Я полулежала на низкой темной софе, закутавшись в тонкое покрывало, принесенное шпионом из спальни, и допивала второй кубок аронского вина. Рэвис сидел на полу, положив голову мне на ноги, и вновь крутил в руках опустевший сосуд.

Полупустой кувшин стоял неподалеку, но чародей не спешил к нему тянуться.

Лишь когда солнце полностью появилось из-за горизонта, сын императора Шатхела позволил себе усмешку, которую я не видела, но почувствовала, и слишком безразличным тоном поинтересовался:

— Еще вина?

— Не откажусь, — голос слегка хрипел, голова кружилась. Но я ни о чем не жалела.

Мужчина потянулся за кувшином, повернулся ко мне и, глядя в глаза, наполнил кубок до краев.

А я желала о том, что больше не могу узнать его эмоции, узнать, что он сейчас чувствует, чего хочет.

Но так, наверное, было правильно. Незачем касаться той темы, которая осталась лишь молчаливым воспоминанием для двоих.

Это не было ошибкой. Но и не стало темой для обсуждения и мыслей.

Жизнь продолжалась.

Я дождалась пока Рэвис наполнит свой кубок, ударит его бортиком о мой, и мы сможем так же молча выпить красного аронского вина. Выпить до дна, завершая это воспоминание легким опьянением, которое пройдет спустя несколько минут.

Тихий хлопок вывел из задумчивости. На колени шпиона из воздуха спланировало письмо в белоснежном конверте. И конечно же, печать была ярко-малинового цвета.

И почему королю не спится в это ясное погожее утро?

Колдун разорвал обертку зубами, продолжая держать в левой руке кубок с красным вином, вынул из конверта слегка испорченный лист бумаги и одним ловким движением руки развернул его.

Я могла бы подсмотреть, прочитать то, о чем в такую рань хочет сообщить правитель перевербованному шпиону. Но не стала.

Рэвис несколько раз хмыкнул. Я видела, как он напрягся, как проступили мышцы на обнаженной спине. Но не это меня насторожило, а то, что татуировка, занимавшая сейчас свое положенное место, пришла в движение и захватила в плен предплечье чародея. Словно стремилась к письму, зажатому в правой руке.

— Лиамарт вызывает к себе. Я могу воспользоваться твоим механизмом перехода, Мелис?

— Раньше ты не задавал таких вопросов, — я позволила себе полуулыбку. — Проникал в мою лабораторию тогда, когда тебе этого хотелось.

— Не «хотелось», а «было необходимо».

Я пожала плечами, спустила ноги с софы и, придерживая покрывало у груди, встала, так и не дав своего разрешения.

Хотя, если признаться, необходимости в нем не было. И сейчас я говорю не только о покрывале.

— Он приглашает только тебя?

— Не думаю, что если ты захочешь посетить правителя, то тебя кто-то остановит.

В чем-то он был прав. Но все же хотелось услышать ответ.

Повернувшись к мужчине, я приподняла брови в немом вопросе.

— Король не сказал, что не хочет тебя видеть, ведьмочка, — улыбнулся Рэвис. — Так что можешь собираться. Я буду ждать тебя у твоей лаборатории.

Мне оставалось лишь улыбнуться. Ведь мужчина только что интонационно выделил тот момент, что комната, в которую он врывался без спросу уже столько раз, принадлежит мне.

Из крыла, в котором находились гостевые комнаты, я вышла спустя несколько минут. Еще столько же мне потребовалось для того, чтобы привести себя в порядок, выбрать достойный наряд и спрятать за слоем макияжа тени, что появились под глазами после бессонной ночи.

Рэвис, как и сказал, ждал меня у подножия лестницы, ведущей к лаборатории. В этот раз «великая» честь открыть дверь, защищенную магией, выпала мне. Так же, как и вызвать руну, перенесшую нас в королевский дворец.

Лиамарт расхаживал по своему кабинету, в котором вновь царил бутафорский беспорядок. Он даже не удивился, когда увидел, что шпион прибыл не одни.

Либо же так хорошо спрятал от меня свои эмоции, что я не почувствовала его удивления или раздражения.

Мне ведь до сих пор не было известно, что говорилось в письме, присланном магией в столь раннее утро.

— Хорошо, что вы оба смогли прибыть. Вижу, что сон не посетил и твой дом, Мелисса Аларад.

Что-то странное промелькнуло в голосе правителя. Но поймать эту эмоцию я не успела.

— Мелис, — по привычке поправила я давнего знакомого, которого теперь, наверное, могла назвать другом и соратником.

— Конечно, — улыбнулся Лиамарт. — Присаживайтесь.

Мы заняли ровно те же места, на которых сидели в день принятия важного решения. Было бы намного пафоснее, подпиши мы тогда договор о союзе между королем, ведьмой и шпионом. Но все договоренности были на словах и в личной выгоде каждого.

Особой надежностью тут и не пахло. Но повторюсь, личная выгода играла роль выше возможного договора, подписанного кровью короля, ведьмы и шпиона.

Как и в прошлый раз, перед нами появилось три кубка с пряным медовым напитком, который так любил Лиамарт.

— Давай ближе к делу, — Рэвис не притронулся к предложенной ему медной чаше.

Лиамарт прожег мага крови взглядом, но спорить не стал. Пригубив медовухи, он отставил от себя кубок, поставил локти на стол и сплел пальцы рук так, чтобы на них можно было опереться подбородком.

— С одной из проблем мы практически разобрались. Хотелось отдать вам обоим должное — вы справились. Я так понимаю, жрицы насылали болезни на шатхелцов с помощью ритуала, изобретенного небезызвестным Апани.

Я скривилась от одного только упоминания об имени князя, погубившего по легенде соседа-короля. Хотя, как говорится, в основе каждой легенды лежит правдивая история.

— Да. Сооружение было уничтожено, — сухо проговорил шпион. — Виновные найдены?

Сейчас было в его тоне что-то такое странное, незнакомое. Он будто бы не у правителя в кабинете сидел, а своего подданного допрашивал.

И судя по взгляду Лиамарта такое ощущение появилось не только у меня.

— Найдены и наказаны, — король прикрыл глаза, а я почувствовала еле сдерживаемую ярость, исходящую от кукловода. — Тефри смог вычистить сознание Главной жрицы и внушить ей то, что было необходимо Конклаву.

Сжав зубы, чтобы не выругаться, я слушала дальше, понимая, что женщина на самом деле виновата ни в чем не была. Это все Тефри. Конклав.

— Сейчас она отстранена от своих обязанностей и находится на попечении у королевского лекаря. Надеюсь, что нам удастся восстановить ее сознание и память. Храм временно закрыт. На этом пока можем остановиться. Но есть одно огромное «но», — Лиамарт замолчал, остановился взглядом на мне, потом перевел его на Рэвиса. — Мы устранили причину возможных бунтов, но уже есть последствия, которые тоже нуждаются во вмешательстве. У нас сейчас в городском лазарете порядка сотни заболевших. Официальная версия — магическая горячка. Королевский лекарь сейчас ищет лекарство.

— Я его уже нашла, — проговорила, когда правитель замолчал. Я знала, что ему это известно, но зачем-то продолжила рассказывать. — Рецепт прост до безумия, но нужен особый ингредиент.

Лиамарт уже слышал о том, что для излечения матушки Сары я использовала частичку демонской души, заключенной в стекле. Его подарок.

Вот только в следующий раз открыть эту банку я смогу через восемьдесят четыре дня, когда душа, пойманная в ловушку, восстановится и вновь сможет поделиться со мной своими особыми регенеративными способностями.

И король это знал.

Нужно было ждать, а времени у беженцев из Шатхела просто не было.

— Ингредиента, о котором ты говоришь, у нас нет. Не было необходимости его добывать.

Я охнула, понимая, что это значит.

— Семь флаконов. Я перешлю их тебе сегодня же. Передай Жозефу, пусть отдаст их самым тяжелым. Нам не нужны смерти. Ты знаешь, чем это может закончиться.

— У нас очень мало времени, Мелис.

— Демоны, — кровожадно усмехнулся молчавший до этого мгновения Рэвис. — Насколько я знаю, на севере Доланда находятся горы.

Мы все поняли к чему он клонит. И видимо, это был единственный выход.

Лиамарт лишь коротко кивнул, выдавая то, что именно для этого и вызывал шпиона. Одного.

Король хотел отправить его охотиться на демонов. Отличная работенка для наследного сына императора. То, о чем мечтает любой маг.

Я выдохнула сквозь зубы, стараясь взять себя в руки и убедить в том, что иного выхода у нас попросту нет.

— Когда отправляемся? — улыбка вышла натянутой.

— Ты останешься в столице, — все эмоции схлынули с кукловода. Он казался сейчас вытесанным из камня истуканом и даже мой дар улавливал лишь слабые отголоски его чувств.

— Нет. Я отправлюсь вместе со шпионом, — проговорила я, глядя в глаза Лиамарту. — Так больше шансов вернуться не с пустыми руками. Вернуться.

В кабинете повисла звенящая тишина. Казалось, что первый, кто моргнет или выдохнет, признает тем свое поражение.

Я не останусь в Валереде. Тем людям нужна помощь. И пусть никто не ожидает получить ее от ведьмы, да еще и задаром. Пусть! Я не останусь в стороне. Теперь мы все в одной телеге, которая катится по пологому спуску в Бездонный Обрыв.

— С тобой же бесполезно спорить, — махнул рукой мужчина. — К завтра портал будет готов. В это же время в этом же месте.

Мы ушли через руну, которую открыл нам кукловод. Яркое белое пятно растянулось на полу кабинета и схлопнулось, стоило только оказаться в его границах.

Рэвис выдохнул только тогда, когда мы оказались в моей лаборатории. Прошел по комнате и опустился на единственный свободный стул.

— Ненавижу магию.

— Довольно необычное признание для человека, который так вольно ею пользуется, — хмыкнула я, направляясь к полке, на которой стояло семь пузатых флаконов с ярко-оранжевой жидкостью внутри.

— Это вынужденная мера.

— Твоя вынужденная мера наверняка не один раз спасала жизнь. И может даже не только твою.

— И столько же раз отнимала…

Я не нашла что на это ответить. И не уверена была, что мужчине нужен мой ответ.

Выгрузив флаконы с лекарством на стол, достала из ящика небольшой сундучок и, обернув каждый пузырек в мягкую ткань, уложила на дно. Затем прошла к стойкам с кристаллами, установила на пол сундук и привела в действие руну переноса.

Мигнув белым, она проглотила содержимое и унесла его в королевский дворец.

В дверь постучали:

— Госпожа, вы тут?

Я выпрямилась, повернулась и встретилась взглядом с Сарой, которая с опаской приоткрыла дверь.

— Да. Что ты хотела?

— Не нашла вас в комнатах, забеспокоилась. Хотела узнать, все ли хорошо, — она осеклась, заметив Рэвиса, и вновь побледнела так, будто демона увидела.

— Все хорошо, — мне не хотелось обманывать эту девушку, но и паникующей она мне не нужна была. — У тебя сейчас есть какие-то дела в поместье?

— Да, надо…

— Значит, переноси их, — я улыбнулась. — Через двадцать минут буду ждать тебя у теплицы. А вечером проведем полноценное занятие.

— Как скажите, госпожа, — склонила голову Сара. Она бросила еще один острожный взгляд на Рэвиса и вышла, плотно прикрыв за собой дверь.

Шпион усмехнулся, заложил руки за голову:

— И что это было, госпожа эмпатка? Она меня боится?

Я качнула головой:

— Нет. Она не верит в происходящее и испытывает к тебе огромное чувство уважения.

Мужчина встал, задвинул стул:

— Советовал бы тебе отменить сегодняшние занятия. Лучше бы подготовилась к завтрашнему путешествию. Что-то мне подсказывает, что нас заставят вернуться через сутки. Не уверен я, что мы сможем за столь короткий срок добыть столько демонических душ, сколько нам нужно.

— Не меньше десяти, — выдохнула я, округляя количество жертв. — Нам нужно будет уничтожить не меньше десяти демонов и захватить их души в плен. Справимся, шпион?

— Только если ты сможешь мне помочь, — колдун сейчас был серьезен, а у меня по спине поползли мурашки от его взгляда. — А если не отменишь занятие, то одна ведьмочка опять останется с опустошенным эмоциональным резервом.

Я прикусила язык, чтобы не сказать о том, что мы нашли способ как в таких случаях восполнить утраченное.

Не стоит это вспоминать.

Все что случилось, осталось в прошлом. И если каждый раз дергать эти воспоминания, то они в скором времени превратятся в пыль.

Колдун отправился к себе в комнаты, напоследок напомнив о том, что завтра нам ранним утром надо появиться у короля.

Мы оба знали и понимали, что ввязались в довольно опасное путешествие. Но я делала это ради тех людей, которые сейчас лежали под присмотром королевского лекаря, который, к сожалению, не имел под рукой еще с десяток магов с таким же даром, как и у него. Жозеф был один. И ему нужна была помощь, которую я могла оказать.

Хотела бы я услышать внятный ответ от мага крови на вопрос о том, почему он беспрекословно выполняет просьбы Лиамарта. Пусть он жаждет Конклаву гибели, пусть лелеет надежду вернуться в Шатхел и занять законный трон. Но это не объясняет того почему он молчит, когда может пойти против воли короля и предложить другое решение.

Либо же других выходов из сложившей ситуации Рэвис не видел. Либо же что-то замышлял.

Я выдохнула, проводя руками по лицу.

Кажется, за последние несколько дней я стала слишком мнительной. Подозреваю всех, кто меня окружает.

С такими темпами мне скоро придётся принимать успокоительный отвар по утрам, вместо бодрящего.

Из лаборатории вышла, как и сказала Саре, через двадцать минут. Спустилась в холл и прошла к северной части поместья, где находился выход на задний двор.

Небо покрывали пушистые белоснежные облака, ветер гнал их на запад, словно пастух стадо овец. Не хватало одного небольшого серого облачка, изображающего пастушью собаку, и тогда картина стала бы полной.

Моя ученица топталась возле теплицы, то и дело бросая взгляды в сторону поместья. А заметив меня, широко улыбнулась.

Чувство необъяснимого страха витало над ней, захватывало в кокон, плотной пленкой прилипало к коже.

— Хотела попросить тебя о помощи, — я заговорила первой. — Мне нужно собрать несколько трав для зелий, которые требуются пострадавшим от руки жриц Себиатр. Думаю, что тебе будет полезно узнать о том, что растет в этой теплице, и о свойствах некоторых растений.

— Конечно, Мелис, — Сара моментально перешла на тот тон, который я от нее требовала на занятиях, чем меня порадовала.

Толкнув дверь и сняв с крючка одну из корзин, я обратилась к следующей за мной по пятам девушке:

— Что стряслось? Чего ты боишься?

Дверь закрылась за спиной служанки, отрезая ей путь к бегству. Она подняла на меня глаза и вздрогнула. А затем зажмурилась и выпалила:

— Наследный принц. Он пугает меня одним своим существованием. Мне страшно находиться с ним в одном помещении. Я чувствую себя так, будто нахожусь в клетке со зверем. С очень красивым, но кровожадным зверем.

Я передала девушке корзинку и жестом показала, чтобы следовала за мной.

— Его зовут Рэвис, Сара. И он такой же беженец, как и ты. Собери вот те ягоды. Да, именно их. Это растение называется лифоза. Ее сок позволяет расширять кровеносные сосуды.

— Беженец? — девушка выполняла мой приказ, но диалог не прервала. Разговор со мной ее успокаивал. — Но почему?

— Так сложились обстоятельства. Он помогает нашему королю разобраться с некоторыми сложностями, которые нависли над Доландом.

— Это связано с той заразой, что распространяет храм Себиатр?

— Да. Теперь вот те фиолетовые листья. Аккуратнее, куст обладает гибкими шипами. Если высушить их и растолочь, то получившийся порошок в соединение с кипящей водой позволяет ввести человека в бессознательное состояние. А при малых дозах обладает обезболивающим эффектом.

— Мелис, — Сара выпрямилась, повесила корзинку на сгиб локтя, — вам ведь для лекарства нужна будет душа демона. Я бы хотела вам помочь в приготовлении, прошлый раз с ним было не так просто совладать.

Усмешка на губах проступила мимо моей воли. Сейчас я гордилась этой девочкой, была довольна своим выбором. Она не боялась показать свой страх и могла его побороть.

Это были именно те качества, которые я ценила в людях.

А еще она была сильна духом, хотя сама этого пока еще не понимала.

Ох, Сара, я бы хотела посмотреть на тебя лет так через сто. Наверняка из тебя вырастет могущественная и хитрая чародейка. Никто не посмеет пресекать твою свободу и говорить тебе слово против.

Да, так и будет, если сейчас я не допущу ошибку.

Она мне верила, а значит, я не могла ее больше обманывать. Даже по мелочам.

— Для начала эти души нужно достать, — я постаралась произнести это как бы невзначай, но видимо, не получилось.

Девушка напрягалась, глаза расширились от удивления:

— Вы израсходовали ту душу, Мелис?

Я качнула головой:

— Нет. Таким душам нужно давать отдых. Они не успевают так быстро восстановиться и поделиться необходимыми свойствами, которые нужны для зелий.

— А это значит…

— Да. Мы завтра вместе с Рэвисом отправляемся на север страны. В горы.

Сара ахнула и прижала ладонь ко рту.

Я знала, о чем она сейчас думала, но ничем успокоить не могла. Не хотела больше лгать.

Все мы знали, что на севере страны находятся горы, с которых часто спускаются демоны. Лиамарт возвел сильнейшую защиту, которая должна сдерживать этих существ и не пропускать к городам и селениям. Но иногда происходят сбои, и одиночные особи находят брешь в защите.

Последний раз такое произошло три года назад. Тогда погибла целая деревня, прежде чем среагировали маги.

А нам нужно пересечь эту защиту. Отправиться в логово демонов, чтобы объявить на них охоту. (3303c)

— Я бы хотела пойти с вами, — через мгновение проговорила Сара. — Но понимаю, что буду только мешать. Потому просто пообещайте мне, Мелис, что вернетесь. Пообещайте!

Ее голос звенел от слез, которые девушка сдерживала из последних сил.

— Обещаю, Сара. Конечно же, обещаю.