Глава 5. · Далеко не ерунда

Практику по некромантии у нас преподавал очень красивый парень. Видно, что среди его предков неоднократно появлялись эльфы, и смешение кровей дало совершенно потрясающий эффект. Огромные зеленые глаза, длинные ресницы, брови вразлет, аккуратный нос, чувственные губы, идеальные скулы. Волосы до лопаток, густые, переливающиеся вишневым оттенком под солнечными лучами. Прекрасная фигура боевого мага, стройная, но не хрупкая, как у эльфов, однако, и не грубо широкоплечая, как у человеческих мужчин.

В общем, от Дамира Ледизо невозможно было отвести взгляд. А уж когда он сказал, что именно с ним мы будем проводить ночи на кладбищах, то слаженное «ах!» моих сокурсниц едва не снесло его с места. Я тоже поддалась всеобщему восхищению. Что ж я, не женщина, что ли?

Дамир работал некромантом в Управлении магии маленького городка Хрусталево на востоке Чистяковского региона. После нашествия лунной нежити, в противостоянии с которой погибли почти все местные маги, решил учиться дальше. Приехав сдавать результаты проведенного эксперимента для магистерской работы, он попал в лапы педагогического совета Университета и внезапно для самого себя стал преподавателем на курсах подготовки помощников некромантов. А Отто до сих пор уверен, что как предсказатель я совсем никакая! Вот подала бы заявку на продолжение учебы для защиты магистерской диссертации, и уже бы сидела за учительским столом, рассказывая всяким идиотам теорию магии. А теперь и я учусь, и обязательств перед Университетом не имею.

К нашему счастью, Дамир был очень неплохим преподавателем и действительно знал свое дело. Правда, от этого немного страдала наша с Отто работа, потому что на практику нас возили за пределы Чистяково, чтобы показать, как выглядит проблемное кладбище. После дороги туда, ночи на ногах, дороги обратно, я, как любовница, во всех смыслах уже ни на что не годилась.

Но вредный полугном все равно меня трепал.

– Да отстань ты от меня! – ныла я.

– Не отстану! Помнишь, как ты наседала на Иргу, когда он возвращался с ночных дежурств? Помнишь? То внимания тебе хотелось, то свежих булочек!

– Я понимаю, если бы он мне мстил, но ты-то за что?

– Ты же хотела понять его лучше? Вот я и создаю тебе условия! Кстати, он приходил, спрашивал, в городе ли ты. Я сказал, что да, приезжала на пару часов, отчитаться перед Наставником и опять уехала. Он просил передать, что у него есть к тебе важный разговор.

– А у меня к нему нет!

– Что ты натворила? – спросил Отто.

– Ничего.

– Да ладно!

– Да ладно.

– Хорошо, судебным преследованием нам это грозит?

– Нет. – Разве что яростью Ирги от того, что я позволяю себе проклятия, но это я точно переживу.

– Ну и хорошо, а между собой сами разбирайтесь, – махнул рукой Отто. – Ола, толку с тебя все равно нет, не приходи ко мне пока. Ты хотела что-то учить с Бефом, вот и займись этим. Заказов я больше брать не буду, хочу сосредоточиться на практикантах. Пусть парни наделают нам побольше заготовок на все случаи жизни, чтобы потом быстрее работалось. А для этого над ними нужен постоянный контроль, а то вдруг что-то испортят. Я им дам довольно сложную работу.

– Отлично, – обрадовалась я.

Анти-собачий артефакт был почти сделан, теперь Отто с другом-химиком проводили практические эксперименты с кнопками. Артефакт мы поделили на части, для двух зарядов. И теперь нужно было сделать так, чтобы пользователь, по желанию, мог активировать одну или обе части одновременно. Для этого мы придумали кнопки, нажатие на которые разрушало стенку между заклинанием и химической смесью. Правда, наш артефакт был, фактически, одноразовым, но эту проблему мы собирались решить потом. Может, какие-то вкладыши в него выпускать, или еще что-то. Патент, конечно, придется разделить между тремя, но, если дело хорошо пойдет, то это не страшно, наоборот, открывает перед нами новые перспективы.

На следующее утро я, после возвращения в город, пошла не спать, как прочие мои сокурсники, а к Бефу в кабинет. Постучалась и, дождавшись приглашения войти, распахнула дверь и громко заявила:

– Я пришла исполнять свой долг любовницы! – и только потом заметила, что Беф в кабинете не один. С ним пили чай еще несколько преподавателей с моего факультета. Самый молодой, магистр Свентицкий, поперхнулся чаем, и теперь пытался откашляться.

– Ешкин Кот, – тихо простонала я. Вот это позорище!

К счастью, Бефу не отказало его чувство юмора:

– Проходи, садись, раздеваться пока не спеши, мы сейчас с коллегами закончим, и тогда уже с тобой разберемся.

Я проскользнула за кресло Наставника и затаилась в уголке, как мышка. Еще не хватало, чтобы меня кто-то узнал!

Преподаватели торопливо допили чай и поспешили откланяться, бросая в мой угол любопытные взгляды, но, из тактичности, не решаясь ничего спросить.

Беф развернулся ко мне, слегка покачиваясь в кресле с крутящейся ножкой.

– Итак, – сказал он, привычно сложив пальцы одной руки подушечками к подушечкам пальцев другой, – теперь-то никто не будет сомневаться, что у меня есть женщина. Как и в том, что моя женщина – особая.

– У вас все должно быть самым лучшим, Наставник! – сказала я.

– Про лучшее – не знаю, – рассмеялся Беф, – но вот то, что эксклюзивное – так это точно. Вылезай из угла, надо поговорить.

Я села напротив преподавателя, чувствуя себя провинившейся первокурсницей.

Беф еще немного покачался на кресле, а потом спросил:

– Ты замеряла, сколько энергии можешь пропустить через себя без вреда?

– Нет, но, думаю, достаточно много. Я же этим каждый день занимаюсь.

– Я читал отчеты целителей после того, что ты сделала с Акимом ня Пинятой. После операции с заменой жизненной энергии ты даже ушла своими ногами.

– Недалеко я бы ушла, если бы не Ирга! – серьезно сказала я.

– Да, это я тоже знаю. Целители в столичном Доме ничего не скрыли, да и кто бы посмел перед сама знаешь кем. Поэтому, собственно, я и не возражал, когда ты заявилась на курсы помощников некроманта, тебе пригодится. Сколько времени ты делала артефакты щита, которые отдала в отдел некромантии?

– Наставник, а есть ли что-то, чего вы не знаете? – спросила я.

– Таких вещей слишком много, но самое важное я предпочитаю знать. Тем более то, что касается защиты от черной магии.

– Артефакты делала два дня, – ответила я. – А что?

– Это помимо основной работы?

– Да, вы же знаете Отто, этого жестокого эксплуататора! – пожаловалась я. – Он мне вообще никак не помогал! И заявил, что мои прихоти нужно выполнять в нерабочее время! А у меня или учеба, или работа, пришлось от нескольких часов сна отказаться, представляете!

– Сочувствую, – сказал Наставник без капли иронии. Он знал, как я люблю поспать и отдохнуть, и над этим никогда не смеялся, за что я его безмерно уважала. – Теперь я хочу провести один эксперимент… Пойдем в лабораторию.

– Если что, я против! – предупредила я, уныло плетясь следом.

– Считай, что я это учел, долго тебя уговаривал, и ты, наконец, согласилась, – сказал Наставник, отпирая дверь специальной лаборатории нашего факультета. Эта лаборатория была овеяна легендами и преданиями, потому что доступ в нее имели только избранные, даже не все преподаватели. Сколько историй ходило о том, что в ней хранится, а оказалось все банально и скучно.

Белые стены из огнеупорного материла, такой же пол и потолок, ни одного окна. На полу – опорные точки для чертежей. В углу – переливается магией самый мощный защитный круг из виденных мной.

Наставник присел на корточки и очень быстро начертил специальным мелом незнакомый мне чертеж.

– Давай сюда свой артефакт щита, – Беф протянул руку.

Я без писка сняла вещицу со своей шеи. Не меня заталкивают в центр чертежа, надо этому радоваться.

– Стань в угол и активируй защитный круг, – велел преподаватель, щелкнув пальцами. Его фигуру тут же укрыло сияние защитного поля. Ого, да это же уровень архимага! Ничего себе. Нет, я, конечно, знала, что мой Наставник далеко не так прост, как хочет казаться, а, познакомившись с местом его второй работы, в этом только убедилась. Но видеть мощь своими глазами – это совсем другое.

Хлопнув ладонью по чертежу, Беф его активировал. Мой артефакт… мгновенно разлетелся на куски.

– Отвратительно, – прокомментировал Наставник, пока я с открытым ртом пялилась на остатки того, над чем работала больше месяца! – И это еще далеко не сильное проклятие!

– Но… но… но…

– Ольгерда, ты забыла все, чему я учил! Накрутила, навертела линий, как макарон на тарелке! И какой результат? Идем обратно.

Я-то думала, что уныло плелась в лабораторию, представляя, как меня будут исследовать? Нет! По-настоящему уныло я плелась обратно. Перед глазами стояла картина того, как мой артефакт чуть ли не в пыль превращается. От далеко не сильного проклятия!

– Но начальник отдела некромантов сказал… – попыталсь я реабилитироваться хотя бы в своих глазах.

– Магистр Вильро, – сказал Беф.

– Что?

– Бывшего начальника твоего мужа зовут магистр Симон Вильро, – пояснил Беф. – Забыла или не знала? Впрочем, можешь не отвечать, наверняка не знала.

– Забыла, – упрямо возразила я. – Так вот, магистр Вильро сказал, что у меня довольно мощные артефакты щита! Вы же не думаете, что он закажет своим любимым сотрудникам какую-то ерунду!

– Ольгерда, твои артефакты далеко не ерунда, но до хорошего качества им еще тоже далеко. Если сомневаешься, можем вернуться в лабораторию.

Я тяжело вздохнула, в мыслях бережно снимая свой бюст с пьедестала «Прекрасный артефактник» и помещая его на подставку «Далеко не ерунда». Подставочка так себе, прямо скажем.

Когда мы зашли в кабинет Бефа, то Наставник тщательно запер дверь и навесил на нее «глушилку».

А потом скатал ковер с пола и выдал мне потрепанную тетрадь с записями.

– Вон мел, вот – опорные точки, через пару часов я хочу здесь видеть достойный чертеж нормальной защиты от черной магии.

Я открыла тетрадь, полистала.

– Наставник! «Забыла, чему учил»! Да я такой сложности плетения в первый раз вижу! Руку даю на отсечение, это даже в стандартную программу магистратуры не входит!

– Забыла, чему я учил, напутав энергетических линий. Я давно за тобой это замечал. Туда-сюда, наискосок, бантиком обвяжем… ваши с Отто артефакты ни с чьими другими не спутаешь! Понакручиваешь, понапридумываешь… Зачем усложнять то, что можно сделать проще? – сказал Беф. – А эти плетения… Да. Защиту от черной магии проходят далеко не все маги. Как и саму магию. И та ерунда, которой страдали зимой все государственные маги, так называемые курсы повышения квалификации, на самом деле ерунда. Хочешь чего-то достичь – не полагайся на государственную систему, она слишком неповоротлива и медлительна. Твой уровень уже позволяет разобрать эти заклинания на составные части и перенести их на чертеж, вот и занимайся этим.

Быль любовницей сильного мага оказалось еще хуже, чем любовницей полугнома! Тот хоть такими извращениями не страдал, не заставлял меня ползать на четвереньках по полу!

Под вечер, когда я уложила голову на недочерченную схему и попросила эту самую голову мне отрезать, Наставник смилостивился и отпустил меня отдыхать.

Ха-ха, отдыхать!

Мне едва хватило времени, чтобы поесть, как нас собрали, усадили в две пассажирские кареты и повезли на очередное кладбище. На этот раз нам предстояла эксгумация тела какого-то гражданина, которого похоронили с любимым артефактом, что было строжайше запрещено! Из-за этого покойнички заволновались, а несколько тайком похороненных на этом кладбище домашних животных даже поднялись и решили навестить своих бывших хозяев. Проверять кладбища и захоронения на предмет соблюдения всех правил упокоения должен был местный некромант, но он просто не успевал все сделать сам.

Василий Егоза, несколько освоившийся в роли преподавателя, чуть ранее сообщил нам, что Чистяковское управление магии сотрудников набирать не будет, и все, окончившие курсы, поедут помощниками магов в небольшие городки. Епифан, видно, надеявшийся, что его, такого прекрасного, возьмут работать именно в Чистяково, несколько приуныл от мысли, что ему придется вернуться в родную провинцию. Хе-хе, а я ему предлагала трудоустройство по блату, жалеет теперь, небось, что вовремя не согласился!

Кстати, после происшествия с артефактами, между нами установился нейтралитет. Епифан даже перестал распускать слухи про мою аморальность и снял с себя все артефакты. Однако той волны, что он поднял, хватило на то, чтобы среди соучеников я пользовалась массовым неуважением. Впрочем, мне на это было глубоко наплевать, и это очень обижало моих одногруппников. Как же, я не обращаю внимания на их порицание, как так можно!

Сейчас я села возле Епифана, хоть он, бедняга и был против. А, когда карета тронулась, молча свернула в рулон свою куртку (естественно, черную, и даже с милым кружевом; ее притащил мне Отто, отобрав у какой-то малолетней двоюродной племянницы, повернутой на историях о злых ведьмах), уложила ее на колени Агану и легла сверху.

– Что… что ты делаешь, Цветка? – так испуганно спросил он, будто я, как минимум примерилась укусить его «самое дорогое для мужчины».

– Я хочу спать, поэтому – ложусь и сплю, – объяснила я. – Не ерзай, пожалуйста!

– Но… Но… но почему на мне?

– Найди другого желающего, и я лягу на него, – пробормотала я, начиная засыпать. Как же приятно иметь дело с таким милым мальчиком! Все мои мужчины такого отношения к себе явно бы не потерпели или обернули бы ситуацию в свою пользу, а этот вон, даже не вмешивается в дискуссию относительно того, что же делал со мной в кабинете магистр Чуйко! Ведь мы не только заперлись, но и «глушилку» на двери повесили, наверное, разврат был слишком громким!

Я даже позавидовала простым интересам моих соучеников. У них есть время следить за мной, ходить подслушивать… Я тоже бы с удовольствием поменяла бы свой «разврат» на такие радости жизни, но кто ж позволит…

Приехали мы непозволительно быстро. Епифан грубо потряс меня за плечи.

– Мы мне ноги отлежала, – пожаловался он. – Теперь мурашки бегают и больно.

– Хватит ныть, – зевнула я. – Таких не берут в некроманты. Ты должен быть, как минимум, терпеливым.

– Можно подумать, ты много некромантов знаешь!

В ответ я только хмыкнула. Да, да, попытка засчитана, так я тебе и сказала, кого я знаю!

Дамир повел нас вглубь кладбища, но я незаметно отстала, свернула в боковую аллейку, нашла себе уютное местечко, завернулась в куртку (гномий подросток был чуть ли не в два раза шире меня, а для некромантской куртки большой размер скорее плюс, а не минус), и заснула. Зомби? Ха! Даже если тут кто-то бродит, то он, скорее, потянется к большой и теплой группе незащищенных людишек, чем ко мне, обвешанной разными артефактами. К тому же, если меня съедят, это будет прекрасный повод не ползать завтра по полу кабинета Бефа и не слушать уничижительные реплики Наставника.

Не успела я погрузиться в сладкий сон, как меня разбудили.

Я открыла глаза и увидела перед собой встревоженное лицо Дамира, освещаемое довольно большим боевым огоньком, плясавшим на его правой ладони. Так как ни один из моих артефактов не подавал знак опасности, я поняла, что нашему преподавателю-перестраховщику пришла в голову светлая идея одновременно и защищать себя и освещать путь.

– Панна Мимут, что вы здесь делаете? – спросил Дамир. Да, опытные преподаватели никогда не задают студентам вопросы, ответы на которые настолько очевидны.

– Изучаю практическую некромантию, – ответила я, приняв вид самой преданной делу студентки.

– Что за глупости вы говорите! – рассердился некромант.

– Что за глупости вы спрашиваете? – не осталась в долгу я. Мне было неудобно, холодно, хотелось спать, есть, а также разобраться, наконец, с заклинаниями, которые мне выдал Беф.

– Я несу за вас ответственность, а вы позволяете себе такое поведение! – Дамир прикрыл боевой огонек второй ладонью и тот погас. Излишки магии некромант не сбросил, а втянул в себя. Хм, интересно. Обычная практика – сбросить с кончиков пальцев остатки нереализованного заклинания. Я с уважением относилась к тем, кто делал не так, как принято, мало ли чему интересному они могут научить.

Поэтому я живенько поднялась с земли, отряхнула юбку и улыбнулась, хотя в темноте это было не очень заметно.

– Если бы с вами что-то случилось, страшно представить, что бы случилось со мной! Конец моей карьере навсегда! – горько сказал Дамир, пока мы шли к остальной группе, которая под предводительством местного некроманта занималась проверкой охранных систем кладбища.

Меня вручили Епифану и, раз уж я в таком поте лица изучала практическую некромантию, что даже прилегла отдохнуть, поручили найти кота-зомби, который где-то тут шляется и уже успел напугать до икоты и импотенции несколько парочек.

– А если с нами что-то случится? – возмущенно спросила я. – Только что вы не дали мне поспать, сообщив, что несете за нас ответственность, и тут отправляете в неизвестность, да еще и за зомби! А если он меня укусит?

Дамир поднял глаза к небу. Я тоже их туда подняла. Бог-покровитель преподавателей из-за облаков не выглянул и пальцем мне не погрозил, и я поняла, что его терпение так же безгранично, как и у опытного учителя.

– Панна Мимут, вы же изучали энергетические линии зомби…

– В теории, – вставила я.

– … Поэтому вы их просто порвете, и кот-зомби станет просто котом.

– Вы издеваетесь надо мной? – полюбопытствовала я. – В принципе, можете не отвечать. И так все понятно. Издеваетесь. Пан Ледизо, магию-основу для зомби нам преподавали в теории. А о том, как рвать энергетические линии не говорили ничего!

Ольгерда Ляха, выпускница факультета теоретической магии, это знала еще тогда, когда сражалась с зомби в Гнедино. Цветка Мимут, выпускница провинциального Лицея, об этом не знала ничего. Даже муж ей бы ничего не рассказывал, с энергетическими линиями нужно работать на практике, а какая практика с таким количеством детей?

– Я все поняла! Вы хотите от меня избавиться, и свалить это на Епифана! – трагическим голосом воскликнула я, заламывая руки. – Благо, свидетелей, что наши отношения далеки от идеальных, предостаточно! За что, за что?

Ой, как же давно я не устраивала таких прекрасных сцен! Соскучилась даже по этому чувству опьяняющего восторга, когда все смотрят только на тебя. Вот это – слава, а не унылое стояние на сцене среди толпы героев!

– На самом деле, пан Ледизо, – заметил местный некромант, – вы забыли, что эти дети – просто курсанты? Задача помощника некроманта – лопаты носить да кофе подавать, когда спать хочется, а не зомби по кладбищам отлавливать.

– Вот именно поэтому у нас и такие проблемы, – яростно выдохнул Дамир. – Вы хоть знаете общее число погибших в результате нападений лунной нежити некромантов? Нас с вами кидали в первые ряды! Это вам хорошо, у вас Чистяково рядом! А у нас, да и по всей стране, в крошечных городках некроманты были единственной боевой силой! Год, год мы прожили почти по инерции, пользуясь остатками заклинаний и защит, и вот все началось сыпаться. Разве вы не понимаете, что дальше будет только хуже? Вы, при том, что до Чистяково всего несколько часов, уже не успеваете за всем уследить, хотя вам в любое время могут прислать подмогу. А то, что творится на периферии… Это не описать! Небесные Силы, да я сам курсы открывал! Сам переучивал боевых магов на некромантов! Пусть они пенсионеры, пусть половину знаний забыли, но они могут сделать хоть что-то! Хоть что-то! А вы говорите – лопаты таскать! Прошло то время, а вы никак не можете этого понять… Курсы помощников некромантов, двадцать человек, курам на смех! Теоретические знания о строении зомби! Не теория сейчас нужна, а практика, как можно больше практики и сразу же! Иначе под конец лета мы все окажемся в такой ж…

Выплеснувший все, что накопилось, Дамир махнул рукой и сел на ближайшую могилу, сгорбился, спрятал лицо в ладони. Мои соученики потрясенно молчали, а я поняла, почему так редко вижу Иргу. Став вольным консультантом, он теперь не связан с бюрократией Управления Магии: пишите запрос, ждите ответа, а потом мы будем оформлять командировку сотруднику, – и все время проводит как раз в провинции, пытаясь везде успеть.

– Вы бы не истерики перед нами устраивали, Дамир, – сказала я резко, – а добивались своего в Управлении Магии или у ректора Университета. Переориентировать особым приказом магов-практиков в некромантов с достаточными силами и уровнем образования – дело максимум полгода. Но вам же проще тут воздух сотрясать и хвастаться своими успехами в обучении пенсионеров. Вы думаете, региональное Управление Магии всевидящее? А то я не знаю, как все отчеты пишутся. «Бла-бла-бла, все нормально»!

– Откуда вам знать? – вскочил Дамир, сверкая глазами.

– Оттуда! У меня муж – некромант, – ответила я. – Как раз из Управления Магии. Надо было не гордого героя из себя весь год строить, а зимой приехать и навести шороху. Тем более, что у вас даже бюджет на поездки существует!

Некромант дышал так яростно, что я даже начала бояться, что у него из ушей дым пойдет.

– Раз вы такая умная, панна Мимут, идите и найдите этого проклятого кота-зомби! – рявкнул он. – Пока я буду этим помощничкам показывать настоящую работу!

– Идем, Епифан, – я дернула за рукав соученика.

– Я возьму половину группы и покажу им, как проверять силовые линии, – опомнился городской некромант.

Все преувеличенно активно зашевелились, стараясь заслонить этим тягостное чувство, оставшееся после слов Дамира.

Когда мы с Епифаном отошли достаточно далеко от группы, я оглянулась и потащила парня за ближайший более-менее приличный по размеру склеп, который укроет меня от любопытных глаз.

– У тебя правда есть муж?

– Да, – я расстегнула блузку, нащупала подходящий артефакт и расстегнула цепочку.

– И то, что пан Ледизо рассказывал – правда?

– Да, – коротко ответила я, разравнивая ладонями площадку для чертежа. – Епифан, помнишь мой урок?

– Да… – соученик попятился.

– Так вот, не забывай. Потому что я сейчас кое-что сделаю, а ты об этом будешь молчать. Будешь?

Аган истово закивал головой.

– Вот и отлично, – я быстро начертила требуемую схему.

Как я и думала, на кладбище нет ни одного зомби. Интересно, где же требуемый кот? Некроманты злопамятны, лучше я принесу Дамиру кошака и, тем самым, немного подлижусь, чем завалюсь спать. Хоть и очень хочется.

– Пойдем, – я направилась в сторону ограды. – Подсадишь меня?

– А ты что собираешься делать?

Все просто как сговорились испытывать мое терпение. Я не добрый Боженька, я хочу спать! Неужели не понятно, зачем можно идти к ограде? Чтобы побиться о нее головой!

Эх, давно я не лазила по заборам! Но, несмотря на то, что мотивирующего на спортивные свершения Ирги уже давно не было рядом, физкультуру я не забросила. Потому что рядом был пинковыдавательный Отто, а мотивирующая сила пинка куда больше силы поцелуя!

Не дождавшись помощи от сокурсника, я сама вскарабкалась на невысокую кирпичную стену и спрыгнула вниз.

– Цветка… Цветка, ты куда? – Епифан вскоре тоже очутился на свободе. На его лице отражалась целая гамма чувств, но, все же парню хватило ума молча дождаться, пока я не закончу чертеж, не найду зомби и не потяну его к себе.

– Зомби, вставший в результате простого магического всплеска, неуправляемо шляется по округе до тех пор, пока не иссякнет поддерживающая его существование энергия. Перехватить управление над таким зомби достаточно просто, но тогда придется вливать в него уже свою силу, – объяснила я Епифану. – А управляемый зомби жрет ее будь здоров. Поэтому – как правило – некроманты поднимают мертвецов не на долго и в небольшом количестве. Ага, вон и кот идет.

Аган смотрел на меня, словно на сошедшее с небес божество. Я прям чувствовала, как мой темный лик приобретает в его глазах сияние. Которое, впрочем, несколько померкло, когда я сказала:

– Так, я кота призвала, я его упокою, а нести его будешь ты!

– Как? – пролепетал Епифан, с ужасом глядя на грязное, отвратительно воняющее нечто.

Я двумя резкими движениями острой гранью артефакта перечеркнула чертеж, а потом затерла его ногой.

– Добро пожаловать в мир некромантии, мальчик!

По дороге назад мои соученики так галдели, что мне не удалось заснуть. Да сколько же можно обсуждать эту ночь? Ночь как ночь, у меня и намного бурнее бывали!

Героем, определенно, стал Епифан, предъявивший нашему нервному преподавателю останки кота. Умный мальчик усвоил преподанный урок с первого раза, поэтому не возражал, когда я свалила славу обнаружения и упокоения зомби на него. Но об его еще более выросшем уважении свидетельствовало то, с какой заботой он снял и свернул свою плащ и предложил мне с удобством располагаться на его коленях. Вот если бы еще остальные заткнулись!

Мне так хотелось спать, что я то и дело проваливалась в поверхностный сон. И в один прекрасный момент я поняла, как переложить заклинание щита от черной магии в схему! Пришлось поднять голову и заставить себя не в коем случае больше не закрывать глаз! А то умная мысль из головы улетучится, вытесненная сладким сном.

В чем разница между заклинанием и чертежом? Заклинание – деяние одноразовое, да и произнести его может не каждый, а вот чертеж, в который влили силу, а потом заключили ее в артефакт, работает долго и вне зависимости от магических способностей носителя. Проблема заключается в том, что далеко не все заклинания можно перевести в чертежи, и далеко не все можно использовать в артефактах.

А самим ли нам с Отто пришла мысль стать Мастерами Артефактов? У Отто никто из семьи этим не занимается, а преемственность для гномов важна. Да и даже, не смотря на нашу дружбу, ему бы и в голову не пришло взять в партнеры человека, да еще и девушку!

Интересно, когда Беф все это придумал? Когда увидел, как я часами изучаю начертательную магию? Когда мы с Отто неожиданно подружились? Когда увидел, как я умею применять знания на практике, пусть и даже ради нарушения Университетских правил?

Открытие меня не расстроило. Всю нашу жизнь на нас кто-то влияет. И не всегда это влияние приводит к таким прекрасным результатам, как в случае с вмешательством Наставника в течение моей жизни.

У меня есть любимая работа, любимый напарник, свой дом и независимость. У меня даже есть две государственные награды, которые я бы ни за что не получила, не обладай необходимыми знаниями!

Да, Беф был боевым магом и специалистом в начертательной магии. Но только я могла переложить редкие заклинания на такой чертеж, который потом сама бы и воплотила в артефакте. Шесть лет скрупулезной работы и бездна терпения – и Наставник получил тех Мастеров, которые нужны государству. Не удивлюсь, если, испытав наш новый артефакт щита, Беф попросит меня изменить схему так, чтобы ею могли пользоваться и остальные артефактники, а не только я.

– Цветка, Цветка, – вырвала меня из раздумий одна из соучениц. – Ты сказала, что у тебя есть муж! А как же любовники?

Прости, настоящая Цветка Мимут! Я вышлю тебе какой-нибудь подарок в качестве извинения за то, что опорочила твой светлый нравственный облик.

– Одно другому не мешает, – ответила я. – Особенно, если муж и любовник в разных городах. А что, опыт хочешь перенять?

Девушка залилась краской и так категорически отказалась, что я поняла – хочет, еще как!

Быстро перекусив в круглосуточном кабачке, я направилась к Наставнику. Несмотря на то, что стояло раннее утро, Беф был уже в кабинете.

– Вы вообще спите когда-нибудь? – спросила я, входя.

Маг поднял голову от бумаг, улыбнулся.

– Конечно. А ты? Судя по всему, тебе срочно нужно поспать!

– Нет, пока я не начерчу схему! А то она из головы вылетит!

– Я рад, что ты нашла решение, – обрадовался Беф. – Вон мел. Кстати, я взял на себя смелость зайти к Отто и взять у него заготовку для артефакта Щита. Может, сразу испытаем?

Конечно, я согласилась.

И да! Все получилось!!! Артефакт выдержал испытание проклятием!

Ольгерда – большая умница и молодец!

– Да, – сказал Беф, когда деактивировал черномагический чертеж. – Определенно, этот артефакт – далеко не ерунда. Вот только ты опять накрутила в нем линий…

Я ловко выхватила у него из рук свой артефакт и повесила на цепочку. А потом спрятала под блузку, подальше от жадных глаз.

– Наставник, вы дали мне только одно заклинание! Хочу еще!

Беф рассмеялся.

– Хорошо, дам то, которое посильнее. Но тебе нужно поспать. И принять душ, кстати. И, Ольгерда… Возвращаясь от Отто, я видел Ирронто. Оказывается, я тебя куда-то заслал по делам?

– А вам, совершенно случайно, не нужна стандартизованная схема щита для артефакта, который мы только что испытывали? – поинтересовалась я невинным тоном. – Я же могу.

– Хорошо, сделай, – милостиво кивнул Наставник. – Значит, я не зря сказал твоему бывшему, но все еще продолжающему волноваться о тебе, мужу, что ты под моей защитой, и все в порядке.

Кошмар какой, вокруг одни шантажисты и наглые вымогатели!

– Схожу сегодня в библиотеку и начну работу, – ответила я и побрела, наконец-то, отдыхать.