Глава 18

2005 год.

— Серьезно? — медбрат закатил глаза. — Знаешь, я надеялся, что у тебя хватит совести, хотя бы мне не врать.

— Я не вру! — девушка была задета обвинением. — Я — Маргарет Энн Уолш, живу в Огдене, Юта. Мои родители Олдрин и Мэри-Эппл Уолши. Я…

— Маленькая врушка, — повторил Стив. — Деточка, если хочешь присвоить чужую личность, для начала хотя бы будь в курсе новостей. Ты, конечно, лежала здесь в отключке и не знаешь…

— Чего не знаю?

— Марго Уолш умерла две недели назад.

Глаза девушки округлились.

— Это же по всем каналам показывали! К Уолшам влез грабитель, пока девушка была дома одна. Уж не знаю, наркоман там был или маньяк какой. Но девочка не выжила. Вся страна на ушах стояла, этого больного ублюдка до сих пор не нашли…

— Но, как же… — девушка выглядела потерянной. — Если ты видел выпуски, ты же должен узнать меня! Посмотри, черт возьми, в интернете!

— А ты упорная, я смотрю, — парень поднялся с кровати, выкидывая одноразовую посуду в урну. — Ты не обижайся, куколка. Но та девушка…. То есть, ты себя в зеркало-то видела?

Марго потянула слабые кисти к лицу. Нет, наверняка для новостей команда Олдрина выбрала самую лучшую фотографию, где она была накрашена, ухожена. И наверняка, как следует, обработана в фотошопе. Прикоснувшись к лицу, девушка почувствовала что-то странное. Пальцы скользнули к волосам.

Девушка поднялась с кровати, скинув с себя одеяло, и подскочила к зеркалу на стене. Ее волосы… Их почти не осталось. Кто-то обкорнал их так, что остались только короткие рваные пряди, выжженные до бледно желтого состояния. Ее волосы! Их больше нет. Только безжизненная мочалка… Белое лицо с впавшими щеками, синяки под глазами, слишком темные брови на фоне ее общей блеклости. На долю секунды Марго показалось, что эта и не она вовсе. Сломанная кукла из старого подвала, с лица которой стерли заводскую краску. Может, она правда сошла с ума?

В дверь постучали. Мужчина в белом халате попросил Стива выйти, впуская в ее палату человека в деловом костюме.

— Майкл! — даже этого упертого засранца Марго была счастлива видеть. Ведь его присутствие здесь доказывает, что она не сумасшедшая. Майкл Сольц — помощник Олдрина, менеджер его пиар-компаний. Был бы он бабой, наверняка бы Уолш давно променял Мэпс на этого въедливого ублюдка, который тянул его избирательные компании на собственном горбу. Девушка, взволнованная появлением мужчины, бросилась ему в объятия.

Брюнет брезгливо отстранился, закрывая за собой дверь в палату.

— Боже, как же я рада тебя видеть!

— Сядь. Нам надо поговорить, — Майкл разместил на столе свой дипломат, раскрывая его.

— Какой там сядь! Мне нужна нормальная одежда, чтобы выбраться из этого места. Забери меня. Мэпс, наверное, уже с ума сходит.

— Я пришел не для того, чтобы тебя забрать.

— Но… как?

— Домой ты не вернешься. Клиника оплачена на два года вперед. После — мы посмотрим, как с тобой поступить дальше.

— Майкл, что ты такое говоришь?

— Я говорю, что твои выходки закончились. То, что ты сделала… миссис М чуть с ума не сошла…

— Я ничего не делала!

— Они вернулись домой, найдя свою дочь в ванной с перерезанными венами! — закричал Майкл, заставляя девушку заткнуться. — Это стало последней каплей. Для этой семьи ты умерла. Не пытайся кому-то рассказать свою точку зрения на эту историю. Хотя, в прочем, плевать. Чем больше ты будешь убеждать врачей, что являешься погибшей дочерью уважаемого человека, тем дольше тебя здесь продержат. Знаешь, сейчас есть замечательные успокоительные лекарства, которые и здоровых людей сведут с ума…

— Вы не можете так со мной поступить…

— Можем. Уже все решено. Будешь себя хорошо вести, через два года выйдешь отсюда. Мистер Уолш оказался достаточно щедр, чтобы предложить тебе содержание. Тебе подготовят документы, ты получишь сорок тысяч, если подпишешь договор о неразглашении. И никогда больше не появишься в жизни этой семьи.

— Так нельзя.

— Нельзя было доводить Олдрина до этого решения, — поморщившись, продолжил Майкл. — В любом случае, выбор у тебя небольшой. Хочешь увидеть деньги — будь хорошей девочкой. Иначе каждый следующий год в этом учреждении будет оплачен из оставленной тебе суммы. А как только обеспечение закончится, отправишься в бесплатную клинику, где условия будут уже совсем иными. Мы поняли друг друга?

— Мэпс знает? — у Марго оставался последний вопрос.

— Она ничего не хочет слышать о тебе, — Мужчина устало потер глаза, напоминая себе зайти к главному врачу, чтобы тот отдал видеозапись их с Марго разговора. Не хватало еще оставлять доказательства для СМИ, если девушка решит что-то выкинуть.

Он вышел из палаты, впуская в нее чернокожего медбрата.

— Куколка, это кто такой был? — спросил Стив, заходя к своей очнувшейся девочке. — Этот прилизанный ублюдок уже неделю каждый день в отделении дежурит. Предлагал почку продать?

— Если бы… Это Майкл.

— Майкл? Так ты его знаешь? Это не тот, которым ты все время бредила, пока изображала из себя спящую красавицу?

— Скорее всего…

— Любовь всей жизни?

— Не смешно… — девушка стояла, опершись руками на стол, словно готовясь к броску.

Уолши ее кинули. Мэпс от нее отказались. Дейв забрал ее деньги и, наверняка, гуляет в свое удовольствие на свободе. Пока она заперта в клинике, где будет медленно сходить с ума следующие два года.

— Стив, — стиснув зубы до скрипа, Марго повернулась к парню. — Мне нужна помощь. Я могу доказать, что я — Маргарет Уолш. И если так — ты поможешь мне отсюда выбраться?

***

2005 год. Огден, Юта.

Стив до сих пор не верил, что согласился на все это. Перелет в Солт-Лейк-Сити занял почти пять часов, еще час ушел на автобус до Огдена. В конце концов, если все окажется правдой…

Черт.

Девчонка не походила на обычную сумасшедшую. Да и прежде чем согласиться на эту авантюру, он тщательно проверил каждое слово, которое ему надиктовала Куколка. В ее рассказе было слишком много совпадений с Марго Уолш. Школа, имена одноклассников, описание кабинетов, поданных работ на поступление в художественный колледж. Все, что Стив сумел найти в интернете про Маргарет Энн Уолш, только подтверждало слова тощей блондинки из психиатрической лечебницы.

Понятное дело, что услышь этот бред врачи — ей бы вкололи неслабую дозу успокоительных, отправляя проспаться еще пару суток. И это превращало в параноика не только Куколку, но и самого Стива. А все происходящее — в оживший триллер.

Он не мог остановиться на полпути, уже поверив во все, что сказала девушка. В конце концов, он терял только свой единственный выходной и триста баксов на билеты. А в случае его безучастия — Куколка потеряла бы намного больше.

Поэтому он стоял сейчас у раскидистого дуба, местоположение которого ему подробно описала Марго. Она действительно должна была прожить всю жизнь в этом городе, чтобы точно знать, какие инициалы вырезаны на старой коре. Как зовут кассира из БестБая с сорок седьмой улицы, который берет себе вечерние смены по четвергам и субботам. Разрывая землю пластиковой детской лопаткой, потому что ничего иного Стив не нашел по дороге сюда, парень чувствовал себя странно.

С одной стороны, ему очень хотелось, чтобы вся история оказалась плодом больного воображения девицы. Да, в этом случае он будет полным идиотом, что вообще решил ей поверить. Но это в любом случае лучше чем, если окажется, что история Марго правда.

Ковыряние в земле чертовой лопаткой заняло почти сорок минут, пока кусок пластика не сломался, уткнувшись во что-то твердое. «Какой-то долбанный «Побег из Шоушенка», — подумал про себя Стив, извлекая металлическую коробку из под чая из влажной почвы. Ладони моментально вспотели. Еще не открывая крышки, он знал, что найдет там.

Марго не врала ему. Ни в чем.

Внутри будут стянутые резинкой купюры. Разного номинала, общей суммой на десять тысяч долларов. Фальшивые права на имя Оливии Стоун и несколько фотографий девушки с ее другом.

Стянув немного заевшую крышку, Стив посмотрел внутрь. Его интересовали фотографии. На каждой — Маргарет. На одной с черными волосами, на другой — с уложенными каштановыми локонами и в роскошном платье, накрашенная стилистами как элитная проститутка. Еще на одной — девушка была чуть младше, стояла в белом платье, похожая на ожившую куклу.

Доставая из кармана фото Марго из больницы, Стив выглядывал общее сходство. Да, макияж менял девушку, но если не обращать внимания… Это его Куколка. Чуть подкрасить, вернуть здоровый румянец и несколько килограммов веса — и вот она, Маргарет Энн Уолш.

Девочка дала ему адреса еще четырех своих тайников. Настоящий параноик. Хотя, учитывая, что с ней случилось — это не паранойя, а трезвая оценка ситуации. Тот момент, когда гений граничит с безумством.

— Мне плевать на деньги, я хочу, чтобы ты мне поверил, — упрашивала его Марго поехать в дорогу. — В моих заначках тридцать тысяч шестьсот двадцать долларов. Забирай все. Но, пожалуйста, вернись — и скажи, что ты мне веришь. Привезешь спрятанные документы — и я назову тебе еще несколько адресов, где есть деньги. Не захочешь помогать мне выбраться отсюда — не надо. Я справлюсь. Просто привези мне чертовы документы.

Так она сказала.

И эту девочку родители вышвырнули из дома, вместо того, чтобы помочь?

Ублюдки.

Выкинув пустую коробку обратно в яму, он убрал содержимое во внутренний карман куртки. Поймав такси, мужчина назвал водителю адрес.

Он не собирался ехать и искать очередную заначку Марго. У него чесались кулаки от желания взглянуть в глаза двум моральным уродам, которые так поступили с дочерью. Куколка не просила этого. Но она надежно заперта в Нью-Йорке. И все равно не узнает о его небольшом визите к чете Уолшей.

***

После недолгих раздумий, Оливия поняла, что Итан поставил ее перед самым простым выбором в ее жизни. Или он. Или Стив.

Она всегда выберет Стива. А Стив всегда выберет ее.

Без вариантов.

Это же так просто.

Да, Оливия в очередной раз выбирает легкий путь. Без конфликта, без проблем, без осложнений. Но, черт возьми, она имеет на это право. Столько лет разгребать тонны дерьма, выстраивать свою жизнь по кирпичикам… Она может позволить себе эту слабость.

Выбрать Стива.

Стив вернул ей Мэпс. Десять лет поддерживал ее, был ее опорой во всех начинаниях. Он подарил ей новую жизнь.

А Итан… Просто сделал ей ребенка.

Что будет, если она скажет Миллеру — да? Он тут же потребует исключить Стива из ее жизни. Как бывшего парня. Миллер же образцовый самец с замашками собственника. А дальше — или ври, или рассказывай, что Стив просто друг.

А потом объясняй, какого хрена она выкручивала Миллеру яйца со своими «отношениями». И еще вопрос — поверит ли он.

Расскажи, откуда такая тесная дружба. Что за кошмары по ночам. Что было с руками. Откуда деньги. «Почему Мэпс», а не «мама». Где отец.

И беременность… Докажи, что это его ребенок…

И целое море вранья. Или делиться с кем-то еще своим ебанутым прошлым…

Да любой нормальный человек отправит ее на хер, не дослушав и половины…

Зачем ей все это? Когда можно выбрать «Стива» и никогда не сталкиваться со всем этим? Вычеркнуть Миллера раз и навсегда из своей жизни. Сохранить о нем приятные воспоминания. И сохранить все то, что она выстраивала годами.

Он хочет большего…

«Большего» — значит больше проблем.

В понедельник она пришла в офис только во второй половине дня. Провела работу со своим отделом, упорно занимая себя до конца рабочего дня. А затем поспешила к лифтам.

Найти в себе силы пойти к Итану объявить свое решение она не смогла. Так что Оливия просто достала телефон, чтобы позвонить Стиву.

— Я хочу напиться!

— Ты беременна, тебе нельзя, — напомнил ей парень, судя по звукам на заднем фоне, он уже находился в клубе.

— Я знаю. Поэтому я буду смотреть, как это делаешь ты.

— А что за повод?

— Меня первый раз не выворачивало наизнанку половину утра, — Оливия старалась говорить с улыбкой, но сама не верила в эту фальшь.

Убирая телефон в сумку, она снова пыталась убедить себя, что все делает правильно.

Стив примет ее любой. Всегда.

А Итан… он все поймет.

***

Стив стоял у бара, заказывая себе еще два коктейля. С минуты на минуту приедет Оливия. По телефону она звучала нервной, но к этому ее состоянию, вероятно, пора привыкать. Беременность превращала ее из хладнокровной расчетливой фурии в параноидную невротичку. Заглатывая сразу оба коктейля, парень заказал себе еще.

Стив чертовски вымотался за прошедшую неделю. Завидев подругу, которая только-только вошла в клуб, он схватил свои коктейли и направился в ее сторону.

— Оли-Долли! — крикнул он, стараясь перекричать музыку.

— Иди к черту! — ответила Оливия, уводя друга в сторону вип-зоны. Он бы и сам предложил пойти туда. Там тише, есть возможность пообщаться. — Почему две? Мне же нельзя, — уточнила Куколка, глядя на напитки в его руках.

— А это оба мне. Один за тебя, — Стив поднял коктейль, прикоснулся стопкой к кончику ее носа и быстро осушил бокал. — И один для меня. Скоро Майк появится, я хочу успеть надраться, пока он не начал меня опять пилить.

— Ты еще скажи, что тебе успеть потрахаться надо, пока он не пришел.

— Не сегодня, куколка, — Стив отдал пустые стопки официанту, увлекая девушку в танец.

— И этот человек мне говорит попытаться строить отношения, — выдохнула Оливия.

Виновен. С Майком было все сложно. Причем уже давно. Скандалы, вечное изнасилование мозга. Стив не гордился этим, но в последнее время найти кого-то на стороне стало настоящей отдушиной. Возможно, куколка и права. Он не должен лезть к ней с советами по поводу налаживания личной жизни, когда сам не способен справится со своими проблемами. Глядя на Лив, Стив с грустью думал. Они оба дефективные. Каждый по-своему. Он гробит любые отношения, она даже не способна их начать.

— Кстати, об отношениях. Ты сегодня с «хвостом»?

Оливия проследила направление его взгляда. Итан Миллер появился в клубе, облокотился на перила у входа, оставаясь стоять выше гостей, высматривая кого-то. И Стив прекрасно понимал, кого именно. Молодец, конечно, упорный мужик. С одной стороны, Оливия зря не давала ему шанса, а с другой — Стив ее понимал.

Этот кусок тестостерона, который забывает пользоваться презервативами, заметил их и двинулся в их сторону. И шестое чувство подсказывало, что ничем хорошим это все не кончится. Хорошо, что Куколка сейчас с ним. Не в его правилах быть третьим-лишним, но если получится помочь этим двоим…

Мысль закончить не получилось. Кто вселился в Стоун в следующую секунду — не известно, вероятно, ее беременный мозг, совершив очередную гормональную революцию, подсказал «гениальную» идею.

— Стив, ты меня, конечно, извини, — крикнула девушка ему в ухо. — Но этот кретин по-другому не понимает…

Прижавшись к Стиву, девушка запустила свой язык в его рот. Да с такой крепкой хваткой, что ему не получилось отстраниться. Зато Оливию от Стива оттянул Миллер. Свирепый, как бык, перед которым красной тряпкой помахали.

Кулак брюнета влетел в челюсть парня настолько резко, что Стив не успел отреагировать. Или это количество выпивки притупило его рефлексы. Или шок после того, как в его рту побывал женский язык. Стив не знал.

— Ты, блять, сделала не правильный выбор, — крикнул Миллер в сторону Оливии. Мужчина схватил Стива за грудки. — А ты ни хера больше не подойдешь к моей женщине!

— Итан! — Оливия попыталась вмешаться, но ее опередили.

Стив уже собирался вмазать засранцу под дых, когда вмешался третий игрок. Рослый парень с зализанными назад светлыми волосами похлопал Миллера по плечу, привлекая к себе внимание.

— Какого хрена твоя баба лезет к моему парню? — задавая вопрос, блондин развернул Итана к себе лицом.

— Парню? — Судя по вытянувшейся роже, Миллер был огорошен новостью.

— Майк! — да… Стив и не думал, что будет так рад сегодня видеть своего партнера. А вечер-то выливается в нечто занимательное.

— Стиви, — Майк подошел, наклоняя голову Стива к свету, чтобы проверить место удара.

— Твой парень? — еще раз уточнил Итан, глядя на парочку. А затем он перевел свое внимание на Оливию. Это заставило Стива напрячься. Отдергивая голову из заботливых ладоней Майка, парень наблюдал за их разговором, готовый в любой момент вступиться. Еще бы Майки не пытался его постоянно отвлечь.

— Стив — твой друг-гей? Который нас свел?

Лив стояла, не находя слов.

— Какого… Какого хера ты все это устроила?! — Итан перешел на крик, оказываясь рядом с Оливией. — Ты совсем ебанутая, Стоун?!

Девушка зажмурилась от того, как Итан навис над ней.

— И для чего?! Я понять не могу. Эта какая-то блядская игра для тебя? Довольна?! Захотелось, чтобы я вокруг тебя собачкой вился? Или ты просто хладнокровная сука, которая не способна вести себя нормально? Какой-то сопляк разбил твое сердечко, порезала себе вены с большого горя и с тех пор никак не переступишь через себя? Нужно, блядь, творить херню, привлекая внимание, и не подпускать никого в свою жизнь?!

Стив сорвался с места, оттаскивая Итана от Оливии. Он чувствовал себя медведем, обрушиваясь на мужчину. Удар за ударом. К потасовке уже спешила охрана клуба, Майк старался расцепить мужчин, вклиниваясь между ними.

— Ты ни хера не понимаешь, ублюдок! — выплюнул Стив, тыкая пальцем в Миллера, пока Майк отталкивал его от новой склоки.

— Стив, — окликнула Оливия, чтобы отвлечь парня.

— Ладно, эта идиотка не соображает ни хрена, у нее от гормонов мозги вообще окончательно съехали…

— Стив! — крикнула Стоун.

— А у тебя какое оправдание? Тоже беременность? Какого хрена ты вообще раскрываешь пасть по поводу вещей, о которых ни хера не знаешь?!

— Стив!

— Теперь мне хотя бы понятно, почему она тебе ничего не хотела говорить, ублюдок…

Итан замер на месте. Осознание услышанного отпечаталось в его взгляде, словно слова выжгли на нем клеймом.

— Ты беременна? — Миллер повернулся к Стоун, которая стояла бледная, как снег.

— Я… я сваливаю отсюда, — махнув на все руками, Оливия направилась к выходу.

Стив хотел пойти за ней, но Майк придержал его, не пуская.

— Пусть сами разбираются, — шепнул он своему парню. — Она взрослая девочка, и пусть расхлебывает… Ты и так слишком многое для нее делаешь…