Глава 12

Ринат

Запретный плод сладок, а стоит его попробовать, как хочется еще и еще. В субботу я совершил опрометчивый поступок, поцеловав Ладу. Как добрался до дома, помню смутно, в голове набатом били мысли только об одном. Естественно, не удержался и позвонил ей, чтобы удостовериться, что страдаю от переизбытка чувств не только я один. И как же было приятно услышать ответные влечение.

А уж сегодня утром свое обещание я исполнил! Оторваться от нежных губ было не просто проблематично, а фактически невозможно. Особенно при осознании, что помощница хватается за твои плечи как в последний раз, как сама тянется следом… Короче, ушел я в кабинет, понимая, что одних поцелуев мне катастрофически мало, а если увезу ее к себе, то боюсь, не выпущу очень долгое время.

Но нужно включать голову, потому что мы на работе. И помнится, я сам запрещал какие-либо любовные связи между подчиненными, и сам же свой запрет нарушил. Сразу в голове возникла фраза: «Начальник я или кто? Мне все можно!»

Собственно, как бы ни тянуло меня к Ладе Альбертовне, что совсем скоро принесла мне чашку ароматного и вкусного чая, но на моих плечах большая ответственность и люди, которым нужно платить зарплату. А деньги сами себя не штампуют, увы.

К назначенному часу, когда к нам должен был прийти бухгалтер, я вдруг вспомнил, что хотел человека проверить. Так что пришлось отправлять Ладу в бухгалтерию за документами, сам я в них мало что понимал, но если при их просмотре человек выпучит глаза и спросит, что это, сразу все станет понятно. Ну и Антоха подстрахует.

И стоило Ладе выйти, как через несколько минут приемная наполнилась голосами, а после в кабинет зашел Антон, ведя за собой совсем молодого паренька. Что он там про внешность говорил? Я даже немного подвис, потому что будущий работник хоть и был в брюках и рубашке, но под светлой тканью отчетливо просматривалась сеть татуировок, что начиналась от пальцев, а заканчивалась в районе шее. Так что черный рисунок я видел даже над воротом.

– Это Глеб, – проговорил Антон после того, как мы пожали друг другу руки, – Глеб Сергеевич, пожалуй, единственный толковый человек для своего возраста.

Похвале парень нисколько не удивился, зато пристально смотрел на меня, словно оценивая.

– Очень приятно, Глеб, – кивнул, – коллектив у нас молодой, очень много девочек, так что у нас в первую очередь работа, а все остальное переноси на послерабочее время. А то подпортишь мне статистику!

– Нет, – клятвенно заверил парень, – мне работать нужно!

И в этот же момент зашла моя помощница. Глаза ее расширились от удивления, а парень, что смотрел на меня, резко развернулся.

– Лада Альбертовна? – не поверил он, а после как самый настоящий непоседливый ребенок подсочил на ноги, – Ладушка Альбертовна!

И крепко обнял мою, между прочим, женщину!

– Редьков! – потрепала его по коротким волосам женщина, – ты тут какими судьбами?

– Я на работу устраиваюсь! – и гордо выпятил грудь. – Я ведь, как вы и говорили, отучился, не прогуливал, закончил с красным дипломом и долго стажировался!

И тут у меня в голове что-то щелкнуло, да это же ученик Лады!

– Ну, Редьков, ну, смотри у меня! – погрозила она ему пальцем. – Только попробуй мне тут девочек подпортить!

– Я никогда, Лада Альбертовна!

Вот теперь он действительно обещал, и даже для пущей убедительности головой закачал.

– Пока верю, садись! – и он сел, а я впервые понял, что передо мной действительно стоит учитель с многолетним стажем. И, судя по увиденной картине, довольно хороший специалист своего дела.

Дальше дело пошло куда интереснее, потому что малец не только хорошо разбирался в своей профессии, но и всячески пытался показать Ладе, что он молодец. Все время на нее посматривал, словно искал одобрение, а увидев, с большим энтузиазмом принимался за работу. Антон только и сидел, раскрыв рот, но не лез.

– Иди, – кивнул, – подписывай все документы, принят!

Такой счастливой улыбки я не видел давно. И как только Глеб скрылся в коридоре, перевел на Ладу взгляд.

– Что скажешь?

– Скажу, что он молодец! – она широко улыбнулась. – Мучились с ним все, особенно учителя по русскому языку, а он ведь математик, цифры – его стихия. Вот и поговорила как-то с ним после очередного срыва моего урока, – я только рот открыл, – выяснила, что никто его не поддерживает, никто не понимает. А я взяла и поддержала, потому что добрый он, хоть и хорохорится. Глебушка сразу за учебу взялся, на предметах моих вел себя тихо и шуметь никому не позволял, подтянул программу. Мы ж с ним вместе сочинения писали по русскому и над химией сидели после уроков, – Лада рассмеялась, а я смотрел на нее и сам улыбался.

– Ты удивительная, – только и смог произнеси, не веря в собственное счастье.

– Я самая обыкновенная, – пожала плечами Лада, – а Глеб, он действительно будет работать, да может, что-нибудь новое придумает.

Я как-то забыл о том, что в кабинете мы далеко не одни, но мой заместитель сделал вид, что ничего не слышал, и что картина за окном его интересует намного больше. Я же как-то по-новому посмотрел на Ладу, словно перевернул кристалл другой гранью, которая засверкала новыми красками.

Необыкновенная женщина, очень интересная. Антон, откашлявшись, пошел в свой кабинет, сказав на прощание, что проконтролирует, где будет работать Глеб, ну и всех предупредит о новом человеке в нашей фирме.

– И я пойду, – сказала Лада. – Документы забираю?

– Да, все забирай, – кивнул, смотря на то, как остаюсь один, хоть Лада дверь и не закрыла до конца, явно каким-то нутром чувствуя, что мне важно на нее смотреть, отвлекаться.

Откинувшись на спинку кресла, я закрываю глаза, чтобы еще раз переварить сегодняшнее утро, и окончательно понимаю, пора шагать дальше. Прям вот делать один и конкретный шаг вперед. И как-то справляться с этой сильной и независимой женщиной, ведь мне очень нужна она вся, целиком и без остатка. Осталось только Ладу в этом убедить, а там, глядишь, и к себе их заберу.

Мечты-мечты, с вами хорошо, но неделя только началась. Тем более впереди у нас совместный праздник, который обязательно пройдет в моей квартире. И как бы между делом уговорю Ладу с Агатой остаться у меня с ночевкой.

План в голове выстроился довольно быстро, и я мысленно потирал ладони, прищурив свои глаза.

До вечера у нас все было в штатном режиме, не считая оживленного коллектива, который успел познакомиться с Глебом. Я лишь гадал, как завтра пройдет день, ведь то, что парень на многих произвел впечатление, понятно сразу.

– Лада Альбертовна, – обратился к помощнице, когда мы закрыли наши кабинеты и вместе вышли в коридор. Как-то перестал я оставаться на работе до вечера. – Нам бы с вами состыковаться и придумать меню на день рождения, потому что праздновать будем у меня!

Лада остановилась, пристально на меня посмотрела и кивнула.

– Хорошо. Можно завтра после работы.

– Отлично! – лучезарно улыбнулся. – Тогда завтра я вас с Агатой приглашаю в гости!

И если бы не вышедшие коллеги, которые, как и мы, спешили домой, женщина бы обязательно мне отказала, но вон как задрала подбородок и еще раз кивнула. Вот и славно, а я пока домой поеду, чтобы убраться. А вечером позову Ладу на прогулку, тем более, сегодня просто чудесная погода.

Еще раз смотрю вслед помощнице, когда та уезжает с парковки на автомобиле, а сам двигаюсь в сторону своего автомобиля. Мой мощный внедорожник на фоне Ладиной машинки выглядит как скала и муравей рядом. Помнится, когда-то в прошлом мы сидели с некогда товарищами в нашей с Полиной квартире и рассуждали о будущем. Так вот моя на тот момент супруга утверждала, но никто не сядет в «ведро с гвоздями», потому что женщина достойна ездить только на дорогих автомобилях, ценник на которые многим покажется заоблачным. Вот не дурак ли я? Уже тогда в моей голове должна была завопить сирена и загореться красная кнопка экстренного торможения. Счастье-то, оно далеко не в роскоши. Много же людей живут, имея приличную машину, обыкновенную квартиру, а не дворец с башнями, вертолетной площадкой, гаражом для пяти или десяти машин. Да я даже на эту машину, что есть сейчас, зарабатывал долго и упорно. Мне с неба в руки ничего не падало, а с чего ж еще тогда Полинка решила, что ей все дано?

Тряхнул головой и поехал в сторону дома, по пути заезжая в торговый центр и покупая на праздник хороший алкоголь себе, Антону и Ладе. Уж не знаю, что именно предпочитает женщина, но на выбор взял по бутылке белого и красного вина, да еще и шампанского. Ну а мало ли? Душа неожиданно потребует именно игристого напитка, а он у нас будет тут как тут!

Однако когда алкоголь был сложен в пакет, я вдруг вспомнил о подарке. Все ж жизнь мою помощницу вряд ли чем-то баловала, так почему бы не начать мне? Покрутившись на этаже, дошел до ювелирного отдела, но резко затормозил. Консультанты уже было подскочили на ноги, но смотрят на застывшего меня настороженно. А я вдруг подумал о том, что совершенно не помню, какие именно украшения есть у Лады. Не отложилось в моей памяти такой информации. Даже нахмурился, пытаясь воссоздать в голове образ помощницы, но тщетно.

Покупать то, что у нее уже есть, мне не очень хотелось. Есть какая-то жгучая потребность в том, чтобы мой подарок был на женщине всегда. Я могу купить все что угодно, но точно не буду дарить кольцо. Думаю, неправильно меня поймут. А вот цепочку, серьги или брошку ведь можно?

Отошел от отдела, понимая, что с самого утра рассмотрю Ладу с ног до головы, а уже потом решать буду, какой именно подарок ей лучше всего приобрести. Нет, я могу позвонить и Агате, но она по доброте своей душевной может маме все рассказать. И исключительно из-за радостных эмоций.

Дома аккуратно сложил бутылки и, недолго думая, достал телефон.

– Лада, – проговорил сразу, как только женщина подняла трубку, – а можно, я тебя украду?

– Надолго? – мне кажется, она улыбается, потому что голос звучит тепло и нежно.

– Хотя бы на часок! – взмолился, потому что сил никаких нет.

– На часок можно, – я сразу же предупредил, что бегу к ней. И ведь действительно побежал самой короткой дорогой между домами. Про машину и не вспомнил.

Когда, запыхавшись, остановился у нужной двери и постучал, то никак не ожидал, что дверь моментально откроется, а я в таком непрезентабельном виде окажусь нос к носу с женщиной, что сводит меня с ума.

– Ты бежал? – удивилась Лада, смотря на меня с большим удивлением.

– Я же сказал, что бегу к тебе, – усмехнулся и прищурился, – а где Агата?

Девочка бы вышла меня встречать. Уж кто-кто, а этот чудо-ребенок не упустит возможность мне улыбнуться.

– К подружке на день рождения пошла, – пожала плечами Лада, – через час я ее забрать должна.

Мне хватило секунды, чтобы принять для себя решение.

– Часа нам хватит, – уверенно перешагиваю через порог и вижу, как краснеет женщина, отступая. – Лада-а-а?

Женщина поджимает губы, а глаза блестят! И ведь не говорит ничего, а мне все сразу понятно! Ботинки буквально срываю с ног, попутно сбрасывая прямо в коридоре пальто. Лада чувствует себя неловко и скованно. Судорожно вздохнула, прикусив губу, она смотрела на меня во все глаза, пока медленно надвигался на неё.

Только когда мы встали друг напротив друга, ласково провёл пальцами по нежной коже щеки, коснулся подушечками носа и подбородка.

Смотрел в самые удивительные и живые глаза, в которых читалось столько, что дыхание перехватывало! Я тонул в этом омуте, тонул в страхе, граничащем с отчаянием, тонул в желании, которое разгоралось в женщине с удивительной быстротой.

– Мы можем не торопиться, – хриплю, наклоняясь к губам, – будет так, как скажешь ты.

И я буду сдерживать себя столько, сколько потребуется, но Лада сама тянется ко мне навстречу, неловко касается губами моих губ. И это явный сигнал к действию!

– За дочкой успеем! – повторяю еще раз, чтобы выгнать из головы помощницы назойливые мухи страха!

Подхватываю на руку и несу в комнату, чтобы аккуратно положить желанную женщину на кровать и нависнуть над ней, наблюдая, как трепещут ресницы, как румянец становится все ярче от волнения, как вздумается грудь под трикотажной футболкой. Эту деталь гардероба снимаю крайне медленно и аккуратно, смакуя то, что вижу. Каждый участок кожи открывается для меня как самое долгожданное видение. А там, под одеждой, простое белье с кружевом по краю. Кажется, красивее и не видел никогда. Руки сами тянутся к телу Лады, медленно веду костяшками пальцев вверх от края джинсов до ребер. И замечаю, как вслед бегут мурашки, которые жадно целую, пробираясь выше: к шее, к щекам и приоткрытым губам.

То, что происходит дальше, нельзя назвать страстью, потому что все мои движения крайне осторожны, потому что я отдаю отчет тому, что делаю. Ведь так страшно спугнуть ту, что сейчас целиком и полностью находилась в моих руках.

Все движения были медленными, тягучими. Лада поначалу была очень скованной, пока нега не стала растекаться по телу, пока она не отдалась моему ритму и мне, принимая поражение.

Когда первая дрожь её тела спала, когда дыхание восстановилось, я победно улыбнулся:

– А вот теперь, Лада Альбертовна, держись, – помощница распахнула глаза, которые до этого момента были прикрыты, – потому что я держаться больше не могу.

А дальше сумасшествие, которое остановить я был уже не в силах! Стоны, ласки, губы, которые настойчиво искали мои. И долгожданная разрядка, которая принесла небывалое облегчение!

Лада прижалась лбом к моему плечу, пытаясь отдышаться. Я же лыбился и гладил её ноги, пробираясь все выше и выше, пока не подхватил подбородок и не приподнял лицо женщины.

– Хочу продолжения! – Лада снова вспыхнула. – Но сейчас мы пробираемся в ванную и идем за Агатой. Но имей ввиду, теперь ты на сто процентов моя во всех отношениях!

И руку спустил вниз, туда, где мы совсем недавно соприкасались максимально тесно!

После быстрого душа, коротких сборов мы вышли на улицу, держась за руки так крепко, насколько это вообще было возможно. Лада улыбалась. Кажется, такой улыбки на её губах еще ни разу за время работы не видел. И кто этому поспособствовал? На моей физиономии улыбка была не менее счастливой, на самом деле.

Агата отмечала день рождения подруги из нового класса в пиццерии. Найти шумную компанию девочек труда не составило, но стоило нам подойти, как дочка Лады подскочила со стула и бросилась в нашу сторону, чудом никого не задев.

Девчушка, подбежав, обняла одной рукой меня, а второй Ладу.

– А что за кислый вид? – уточнил, присаживаясь перед ней на корточки.

– Девочки рассказывали, как с папами гуляют, ходят на каток, катаются зимой на горках. А еще нам нужно принести фотографию…

И Агата от нас закрылась, так и не договоров предложение, хотя и все понятно без лишних слов. Хмурюсь, потому что то, что сейчас происходит, мне совершенно не нравится. Словно передо мной и Агатой вырастает огромная стена, которая еще и утолщается. Нужно что-то предпринять, иначе будет поздно.

– Так, – отвожу девочек в сторону, усаживаю за свободный стол, – сейчас решим эту проблему.

– Как? – восклицает Агата, в глазах которой блестят слезы.

– А я на что? – удивляюсь и даже принимаю обиженный вид. – Любишь их тут, души не чаешь, а они с тобой фотографироваться не хотят!

Глаза моих спутниц раскрываются, обе даже синхронно рты открывают, когда я заканчиваю говорить. И если Лада только недавно видела, как я умею, кхм, любить, то для ее дочери это стало полной неожиданностью.

И две пары рук неожиданно сжимают меня в крепких объятьях. И Агата с Ладой просто ревут, когда обнимаю их в ответ!

– Ну вот, – вздыхаю, – теперь у вас красные носы и щеки! Придется ждать, когда ваши милые личики снова будут сиять! Кому что заказать?