Глава 18

Ринат

Я в предвкушении завтрашнего дня! Девочки ко мне переедут окончательно и бесповоротно, а сегодня у меня в квартире убирается клининговая компания, потому что я хочу, чтобы к приезду Агаты и Лады было чисто.

Ну, я еще немного внес кое-какие изменения. Например, в гостевой комнате сделал перестановку. Ну а что, Агате явно нужно больше места и личного пространства, так что я его попытался как-то сделать. Стол или удобное кресло в свою комнату она выберет сама, да и небольшой кабинет оформим потом сообща. Но вот мимо чего я не мог пройти, так это мимо наших фотографий, которые мне напечатали и красиво оформили.

Естественно, самую веселую, яркую и, на мой взгляд, удачную, хотя достойными были все, я разметил в гостиной. Благо целая стена пустовала. Но одной фотографии мне показалось мало. Если первоначально я думал все три композиции разместить в разных комнатах, то разумно подумал о том, что лицезреть мою физиономию Агата не захочет. Вдруг ей какой-то актер нравится, в самом деле, а тут я! Так что все три фотографии были повешены в гостиной и оказались там как влитые.

Потом я совершил набег на продуктовый магазин, припоминая, что нравится Ладе и ее дочке. По итогу продуктов было куплено столько, что они с трудом помещались в холодильнике.

Пройдясь по квартире раз сотый, я все же принял решение, что необходимо выспаться, ну и, конечно, признался себе, что чертовски волнуюсь. Как-то привык к своей однотипной жизни, в которой делаю то, что хочу, прихожу, когда хочу. А теперь нам всем нужно будет выстраивать новые правила, привыкать к ним, учиться жить под одной крышей.

На кровати ворочался долго, уснул поздно, а когда зазвонил телефон, не поверил ушам.

Прищурив глаза, посмотрел на циферблат электронных часов, которые показывали второй час ночи.

– Вообще-то все нормальные люди в это время спят, – бубнил себе под нос, пытаясь дотянуться до орущего телефона. Но как только взглянул мельком на экран, то резко подскочил на ноги.

– Да? – дыхание застряло где-то в горле, потому что звонила Агата.

– Наша машина, она горит! – и такие рыдания душераздирающие, что я мигом хватаюсь за джинсы, не прерывая телефонного разговора. Натягиваю на голое тело джемпер и спешу в коридор.

– Агата! – кричу, слыша частые всхлипы и, кажется, заикания. – Я сейчас приеду!

Но девочка меня если и слышит, то не до конца. Она чуть ли не воет от страха и горя, бубнит о том, что отец их нашел и так отомстил. Причитает, что боится, что ждет меня, и просит прийти как можно скорее.

На то, чтобы доехать до нужного дома, я потратил семь минут, но пламя и несколько пожарных машин, которые подъехали явно только что, вижу издалека. Бросаю автомобиль у соседнего дома и бегу к подъезду, но торможу, потому что вижу Ладу, которая с полным безразличием смотрит на свой автомобиль, который уже наполовину сгорел.

– Лада! – сгребаю ее в охапку, а после накидываю на нее пальто, потому что эта дуреха выскочила в простом халате.

Вот только она никак на мое появление не отреагировала, смотрит отрешенно, даже не моргает. Сам же пытаюсь параллельно дозвониться хоть до кого-то. Поднимаю на уши нашего превосходного юриста, который не может понять, что я ему ору.

Прижимаю к себе женщину, которая даже не плачет, будто все внутри нее заморозилось. И в это время к нам подходят составлять протокол.

– Мы поймали Миронова Леонида Сергеевича, – проговорил мужчина, с сожалением смотря на Ладушку, – он сам признался в содеянном и сейчас находится в патрульной машине.

– Можно, я ему в глаза посмотрю, – холодным тоном спрашивает Лада, – а то у меня дочка дома одна.

– Да-да, – быстро кивает человек в форме и ведет нас к патрульной машине, где действительно сидит Леонид в доску пьяный.

Он улыбается, рассматривая Ладу, даже предпринимает попытку подняться, но терпит крах, заваливаясь обратно на сидение. А женщина между тем подходит к нему все ближе и ближе, а после – никто не успевает среагировать, потому что моя милая и добрая Ладушка несколько раз бьет своего бывшего мужа со всей силы кулаком по лицу.

Бьет неумело, самой, наверное, больно, но вкладывает всю злость, всю боль, всю ненависть. И даже умудряется разбить нос Лене, который таращится на женщину полубезумными глазами.

– Можно ли написать, что он сам упал? Пьяный же…

Полицейский кивает, озадаченно смотря на мою будущую жену, что растирает озябшие ладони и после непродолжительного молчания разворачивается и уходит.

– Оставь дверь открытой, – прошу, нагоняя ее.

Лада вздрагивает, переводит на меня более осмысленный взгляд и кивает.

– Извини, я что-то не соображаю совсем.

– Сейчас наш юрист приедет, мы с ним дальше сами разберемся.

– Спасибо, – Лада переводит взгляд на машину, которую успели потушить. Вся водительская сторона в утиль, весь капот и крыша обгорели, от колес ничего не осталось. Чудом взрыва удалось избежать. – Мы можем переехать сейчас?

– Да, только все вопросы улажу.

– Угу.

Шатающейся походкой женщина идет в сторону подъезда. Плюю на все и бегу за ней, чтобы помочь добраться до лифта, а после и до квартиры. Там на нас налетает зареванная Агата, которая помогает мне разуть мать и отвести ее в ванную.

– Я сейчас вернусь! – прижимаю девочку к себе. – И заберу вас.

Как на фоне всех этих радостных событий позабыл о самом главном? О бывшем муже, который желал найти Ладу и нашел. Только как? Откуда узнал?

Эта мысль мне не дает покоя, пока я спускаюсь вниз, пока встречаю Петровича, что сразу же подключается к делу и подсказывает толкового специалиста, который в подобных вопросах разбирается в разы лучше него. А пока оформляем документы, вызываем эвакуатор, чтобы машину можно было отогнать на следственную экспертизу.

– Да, – качает головой мой работник, – таких нужно давить.

– Чем мы и займемся. Он сейчас не на своей территории, помощи ждать не от кого!

Я настроен не просто давить, а раздавить эту гниду, чтобы больше ни мыслей, ни идей подобного плана у него в голове не было. Чтобы он даже мечтать забыл о моей женщине и дочери. Они мои! И точка!

Когда Леонида увозят в отдел, я быстро поднимаюсь в квартиру Лады, которая сидит в коридоре с дочкой и ждет только меня. По очереди обнимаю их, целую, подхватываю некоторые сумки и веду за собой. Все остальное я и завтра заберу, ключи только у женщины отниму. Нечего ей сюда возвращаться, переживать лишний раз. Итак бледная вся, под глазами круги фиолетового цвета, трясется. А взгляд – он меня действительно пугает.

Ничего! Сейчас одну спать отправлю, вторую в ванную затолкаю, и все будет хорошо. И чай! Я купил тот самый успокоительный чай, его и заварю.

В квартире первым же делом подталкиваю Ладу в сторону ванной, а Агату на кухню. Девочка садится на стульчик, как воробушек на жердочку, ножки под себя поджимает, но уже выглядит приличнее, чем час назад.

– Сейчас тебе очень вкусный чай сделаю, – обещаю, начиная бегать по кухне, а потом плюю на все, подхватываю Агату на руки и крепко обнимаю. Девочка хватает меня за шею и прячет всхлип в районе моей шеи.

– Прости меня, маленькая, – сдавленно произношу, – что в нужный момент не был рядом. Теперь он вас точно больше никогда не тронет, веришь?

– Верю, – бормочет девочка, целую меня в щеку. – Верю, папа.

И все, я сам вытираю скупую мужскую слезу, сажаю Агату обратно, чтобы завершить то, зачем здесь и нахожусь. Достаю из холодильника вкусности и, убедившись, что девочка увлеклась пирожными, пошел проверять ее маму.

Лада не закрыла дверь, чем облегчила мне проникновение в ванную комнату. Не пришлось стучать, настойчиво просить открыть дверь, волноваться. Я просто вошел внутрь, подобрал брошенные на пол вещи, затолкал их в корзину для грязного белья.

В общем-то, я ожидал слезы, а они были, но в минимальном количестве. Истерику, не знаю, что-то такое, с чем справиться не смогу. Однако Лада вела себя спокойно. Кроме осунувшегося лица и печальных глаз ничего больше не было.

– Рука болит? – спросил, обращая внимание на то, как аккуратно женщина намыливает губку.

– Есть немного, – сознается она, морщась, – но я нисколько не жалею.

– Вот и правильно! Ты бы видела себя со стороны! Столько решимости, злости… Я сам испугался! Честно!

– Ой, не ври, – улыбается она, передавая мне мочалку и поворачиваясь спиной. Рука, конечно, припухла. Это я невооруженным глазом вижу, однако о переломе даже говорить не стоит, пальчики двигаются, кисть работает.

Сильный ушиб точно обеспечен, а обо всем остальном узнаем, когда снимок сделаем.

– Агата сильно испугалась, да? – боком поворачивается Лада, чуть наклоняя голову.

– Она ест пирожные и пьет волшебный чай, но я бы все равно сходил и посмотрел, как обстоят дела дальше.

– Тогда я тебя жду!

Киваю и быстро выскакиваю из ванной.

Агата уже в комнате, завернулась в одеяло, как в кокон, прижала к боку вторую подушку и какого-то смешного ежа.

– Спать? – уточняю, потому что кто-то действительно устал сегодня.

– Да, – зевает Агата. – С мамой все хорошо?

– Более чем. Можешь не волноваться, я ее чаем напою и накормлю.

– Угу, – сонно бормочет девочка, – очень вкусный чай.

Быстро она сдалась, я думал, будут хождения по квартире, а она раз – и все. Может, я неправильно заварил чай? Заварки много? Надо было развести большим количеством воды?

Сбегал в кухню, налил полный стакан этого чая, добавил сахара и понес в ванную. Лада даже противиться не стала, выпила все мелкие глотками и… разморило ее!

– Так! – протянул. – Выходим, моя хорошая.

– Иду, – сонно бормочет женщина, но из ванной вылезает. Быстро кутаю ее в полотенце, подталкиваю в сторону коридора, чтобы там подхватить на руки и унести в комнату.

– А Агата? – интересуется Лада.

– Спит! Всю кровать заняла, еще и две подушки себе забрала. Так что ты со мной теперь спишь, – развожу руками, подаю свою чистую футболку и по просьбе женщины приношу один из пакетов из коридора.

И только когда выхожу из комнаты, вдруг отчетливо понимаю, как и сам сильно устал. Только это усталость не физическая, а эмоциональная. Я сильно испугался, когда услышал голос Агаты, а каково им? Ведь я толком-то ничего и не знаю!

Иду на кухню, словно старик, шаркаю ногами по полу, но зависаю в гостиной, где снова долго рассматриваю наши фотографии. Вот тебе и сюрприз, кто кого еще успел удивить.

Наливаю в стакан остатки чая и сажусь за стол, подперев рукой щеку. Передо мной стоит довольно сложный выбор: спать или нет? Естественно, из-за отсутствия Антона мне просто жизненно необходимо появиться на работе, потом доехать до магазина. На завтра у меня назначена встреча с новым поставщиком, отменять ее никак нельзя. До пятницы необходимо разгрести текущие дела. И как все в этой суматохе успеть, ведь еще мне необходимо помочь Ладе. Оставить ее одну равносильно предательству. Да и не вывезет, боюсь, она. Хоть и держится, хоть и не плачет… Да лучше б ревела и орала, в самом деле, а то как будто сломалась внутри вся, как будто что-то оборвалось.

Ну и, конечно, я никак не мог понять, как Леонид вообще нашел женщину! Среди стольких городов и улиц! Выбрал ту, что необходима? Может, проследил? Но ведь у нас не поселок, чтобы можно было вот так просто взять, увидеть нужного человека и проследить за ним до самого дома. Тут что-то совсем другое.

Юрист позвонил через полчаса.

– Я все узнал, обо всем договорился. Лада Альбертовна в этом деле самостоятельно участвовать не будет, но…

– Но… – напрягся я.

– Может, есть еще какой материал, чтобы еще больше утопить это неуравновешенного человека.

– О, – усмехнулся, – этого добра у меня много.

– Тогда встретимся в офисе, – Петрович вздохнул и добавил. – Спать-то мы уже точно не будем.

Ну да, через час, а то и меньше все равно вставать. Убрав все со стола и перемыв чашки, я заглянул в комнату к Агате, которая как морская звезда заняла всю предоставленную в пользование площадь. Лада же спала скромнее, как свернулась на краю, так и посапывала. Даже умилился этой картине, пока вещи для работы тихонечко вытаскивал. Потом подумал и написал женщине записку, потому что толком-то и не знал, где ее мобильник.

На всякий случай написал послание и Агате, чтобы не боялась, сидела дома, потому что до школы я планировал дозвониться сам и отпросить ребенка на пару дней. Ну и чтобы разбирала вещи, потому что эта большая комната теперь ее.

Из дома вышел еще раньше, чем это обычно делал, но вернулся. Надо оставшиеся вещи любой женщины перевезти, не Лада же за пакетами пойдет? Заниматься этим днем я просто не смогу, да и вечером вряд ли. А вот если сейчас нагружу машину, то потом просто все домой принесу.

Взяв куртку Лады, я нашел в кармане и ключи, и отключенный телефон. Оно и к лучшему, никто лишний раз женщину не сможет выдернуть из сладкого сна, пусть отдыхает.

Второй раз я ушел окончательно. На машине добрался до бывшей квартиры Лады, поднявшись на этаж, открыл квартиру и осмотрелся. Девочки отсюда попросту сбегали, так что пакеты с оставшимися вещами были везде.

Разувшись, собрал то, что валялось, заправил кровать, проверил кухню, которая была чистой. Обратил внимание, что и в ванной комнате отсутствовали косметические принадлежности. Только шампунь стоял, жидкое мыло и зубные щетки.

Их трогать не стал, новые купим.

Через десять минут уже спускал пакеты, грузил их в багажник, радуясь его вместительности. Места еще осталось довольно много, переживать было не очень. На черное место вдоль дороги, где парковала машину Лада, даже не смотрел. Было неприятно и противно от того, насколько жалкими бывают мужики. Это ж надо было до такого додуматься! А главное, зачем? В разводе уже давно, женщина неоднократно говорила, что не любит, что не простит. Открыто выражала пренебрежение. Уйди ты в сторону, позволь себе и ей жить нормальной жизнью, а не изводи.

В общем, много я не понимал, и понимать отказывался.

Приехал на работу раньше обычного и не очень жизнерадостно поздоровался с охранниками. Они ко мне уже привыкли, ведь были случаи, когда я мог остаться на рабочем месте до утра. Так что я среди них свой в доску.

Поднявшись на этаж, открыл наше крыло и остановился. В коридорах было пусто и безлюдно, немного даже тихо. Мои гулкие шаги разносились по всей территории, вызывая довольно неприятные чувства. Открыв дверь приемной, где до сих находились разноцветные шары, остановился. Они ведь должны были радовать именинницу, но что получилось, то получилось.

Я рассуждал так: рано или поздно встреча с бывшим мужем Лады состоялась бы. Конечно, очень неприятно, что произошла она сейчас, да еще и при таких обстоятельствах. Но чем раньше, тем лучше.

Расположившись перед компьютером со стаканом кофе, погрузился в работу. Сейчас я должен продержаться, пока мой заместитель и помощница немного вышли из колеи. Но все вернутся на круги своя, и быть может, совсем скоро мне нужно будет искать нового помощника, а Ладу отправлять в декретный. Не могу не думать об этом.

К началу рабочего дня пришел юрист, который рассказал, что ему стало известно. Леонид Сергеевич Миронов неоднократно донимал свою бывшую жену и ребенка, об этом мужчина говорил открыто и не боясь, видимо, алкоголь еще из головы не вышел. Так что упомянул, что бывшей жене угрожал, часто звонил, правда, опять же – когда выпьет и наберется смелости.

Об этом я и сам знал, не знал только, что за ним числится угон автомобилей. Да, кроме машины бывшей жены, он угнал еще парочку штук, для чего именно – не пояснил. Так же за мужчиной числилось несколько задолженностей по кредиту. И самое интересное то, что Леонид находился в розыске. Вот это мы его замечательно поймали! Вот это он влип!

– Просто замечательно! – уровень моего настроения с каждой минутой поднимался все выше и выше, мы даже с юристом чокнулись чашками с кофе, отмечая тот факт, что дело будет выиграно однозначно. Нет, мы бы и так победили, но теперь я точно буду уверен, что Леонид не тронет Ладу с Агатой.

Нашу мирную беседу нарушил Редьков. Вот не могу его называть иначе, только так, как моя помощница. Еще, правда, она его величает Глебушкой, но если я так назову этого здорового парня, то явно будет перебор.

– Здравствуйте, – произнес молодой человек, – мы все сделали.

Мне на стол положили распечатанные бумаги, в которых было расписано, когда и сколько получала Полина. Пока я вникал в суть дела, парень поинтересовался у Петровича, где Лада Альбертовна, а тот возьми, да скажи.

Глеб как-то разом побледнел, даже я разволновался, поднимая на парня глаза, который открывал и закрывал рот.

– Так она из-за мужа переехала?

– Угу, – кивнул для пущей убедительности, – только он ее нашел.

– Вот дурак! – парень схватился за волосы.

– Не то слово, – хмыкнул юрист, – ужасный человек.

– Это я дурак! – Глеб поднял голову. – Я ж с одноклассниками поделился, что теперь с Ладой Альбертовной вместе работаю в вашей фирме! А многие в городе живут!

– А… – понял все сразу. – Можешь дальше не продолжать.

– Но, – я видел, как корит себя бухгалтер.

– А что мы сейчас можем сделать? Только засудить бывшего мужа Лады Альбертовны и позволить ей нормально жить.

Глеб активно закивал и даже свою помощь предложил, если потребуется.

– Ты только сейчас не звони ей, – попросил, – плохо себя чувствует. Потом поговорите обо всем.

Глеб кивнул и вышел. А я теперь понял, откуда ноги растут. И ведь не со зла рассказал о бывшей учительнице, ведь ею парень восхищался и восхищается до сих пор. Просто поделился, потом, возможно, поддержал разговор, рассказал о чем-то личном без задней мысли. А сарафанное радио сделало свое дело.

– Вот выдержка у тебя, Ринат Тимофеевич, – пробормотал Петрович.

– Натренированная годами, – со знанием дела проговорил я. – Давай, я тебя, друг мой, отпущу отдыхать. Но ты в курсе дела держи, особенно когда и что Лада должна будет подписать, чтоб ее лишний раз не трогали. А записи угроз со стороны Миронова я перешлю.

– Договорились! – мужчина поднялся на ноги, но у самой двери остановился. – Хорошая у вас помощница.

– Знаю!

– Вы бы, – замялся мужчина, – присмотрелись к ней.

– А я уже присмотрелся, – смеюсь. – Как распишемся, стол вам накроем, выпьете за здоровье молодых!

– Да без проблем! – рассмеялся Петрович, махнув на прощание рукой.

Итак, жди теперь, Ринат, скорых поздравлений, потому что меньше чем через несколько минут всем станет известно обо мне и моей помощнице.