29. В последний раз

Время бежало, растягивалось и вовсе останавливалось, а я все никак не могла сделать ни вдоха. В груди жгло и я то и дело размыкала губы, но, казалось, что я находилась в вакууме, в котором просто не имелось кислорода.

Биение сердца оборвалось и каждую клеточку тела начало жечь удушающим страхом. Настолько сильным, что сознание просто не выдерживало.

Встреча с Бергом была подобна соприкосновенью со смертью.

Мысли рвало на части и перед глазами потемнело, но я все так же видела обрывки той фотографии, на которой мой друг был полностью избитым и изувеченным.

— Ливен… — сорвалось с моих губ и я наконец-то сумела сделать первый вдох. Рванный и совершенно не спасительный. Скорее отчаянный.

Я все еще не могла встать с коленей, но, пытаясь сделать хоть какое-то движение, выронила книгу, которую мне в руки вложил Берг, а она, упав на пол, раскрылась и по деревянной поверхности скользнула закладка. Я окинула ее замершим взглядом и, увидев какую-то надпись, подрагивающими руками взяла бумажку в руки. Поняла, что на ней был написан адрес.

Судя по всему, сюда я должна была прийти в течение двенадцати часов. Там мне предстоит расплатиться за то, что обманула Берга.

Руки трясло так, что я даже не могла нормально держать эту закладку, но, кое-как сложив ее, положила бумажку в карман своей кофты. После этого поднялась на ноги и пулей выбежала из библиотеки.

Меня бросало из крайности в крайность и, если всего лишь пару минут назад я не могла сделать ни одного движения, то сейчас, словно заведенная не имела сил остановиться. Бежала по коридорам до полного срыва дыхания и до адской боли в боку.

Зачем? Почему я это делала? Не знаю.

Наверное, опять пыталась найти Берга. В голове стреляло, щелкало и взрывалось, а я еще на что-то надеялась. Так бывает, когда оказываешься в полном тупике и понимаешь, что уже конец, но еще на что-то надеешься и как-то трепыхаешься. Просто, кроме этого больше ничего не остается.

Берга я так и не нашла и через какое-то время услышала про спонсора, который посетил колледж, но уже уехал.

Я не помнила, что делала дальше. Очнулась лишь в тот момент, когда сидела на полу рядом с диваном в одной из комнат отдыха и, держась за голову, делала глубокие вдохи.

Ливен… Черт, нет…

Я достала ту бумажку с адресом и резко поднялась на ноги, собираясь пойти туда, где меня ждал Берг, но сделав несколько шагов, вновь осела на пол.

Нет, нельзя. Где гарантии, что Берг отпустит Ливена, если я приду?

Но что я могла сделать? Дьявол, что?

Скажу хоть кому-нибудь про все это и мне не поверят, так как никаких доказательств у меня не было. А если поверят, Берг убьет Ливена прежде, чем его смогут спасти и я была уверена, что он сумеет сделать так, что его вину будет невозможно доказать. Такие люди, как Берг ошибок не допускают. У них абсолютно все учтено.

Я вновь закрыла лицо ладонями и шумно задышала. В это мгновение чувствовала себя настолько потерянной и бессильной, что это волнами било по мне и сокрушало. Я все еще пыталась что-нибудь придумать, но чем больше копалась в своих мыслях, тем сильнее начинало покалывать глаза от понимания того, что ничего сделать невозможно.

И, стоило мне подумать о Матиасе, как меня с еще большей сильной начинал пожирать удушающий страх.

А что, если Яагер тоже у Берга? Я все так же считала, что Матиас не мог уйти, ничего мне не сказав, и он не просто так исчез в тот же день, что и Ливен.

Вдох и выдох. Так раз за разом. Вновь и вновь.

Все так же сжимая бумажку с адресом, я положила ее в карман куртки и все-таки встала на ноги. Мне стоило поговорить с Джосом. Рассказать ему о том, где, возможно, был его младший брат, ведь Джос до сих пор считал, что Матиас просто пошел к друзьям.

Меня все так же трясло и, пока я шла по коридору, думала о том, правильно ли я вообще поступаю. Не убьет ли Берг Ливена и Матиаса за то, что я расскажу о случившемся Джосу? Он же захочет что-то сделать, чтобы спасти брата, а это может вызвать негативные, страшные последствия.

Я то и дело останавливалась. Замирала и до боли жмурилась. Насколько же сильно голова гудела и раскалывалась от мыслей. Мне не хватало кислорода. Я задыхалась.

Перед глазами плыло и биение сердца обрывалось, поэтому, дойдя до лестницы, я остановилась. Ладонью сжала перила и сделала несколько глубоких вдохов, надеясь, хотя бы частично прийти в себя, но уже в следующий момент, услышала какой-то шум и, подняв взгляд, замерла.

В холле увидела Матиаса.

Он спокойно вошел в дверь и, сбросив с головы капюшон толстовки, надетой под куртку, пошел к лестнице. За ним шло двое охранников. Судя по всему, Яагер, в отличие от меня, лезть через забор не стал. Может, понимал, что его пропажу уже заметили, а, может, ему просто было плевать, но сейчас эти охранники точно вели его к ректору. Правда, судя по лицу Матиаса, я бы не сказала, что его это хоть немного волновало.

А я смотрела на него и чувствовала, как глаза опять начало покалывать, но уже теперь от облегчения. Я раньше и не знала, что чувства могли быть настолько сильными. Буквально на разрыв и, плакать хотелось не только от ада, творившегося в моей жизни, а от того, что все не так плохо. Хотя бы с Матиасом все хорошо.

Сейчас неотрывно смотрела на него. Видела, что многие радовались возвращению Яагера и выкрикивали ему приветствия, но из-за охранников пока что не подходили к Матиасу. А я не выдержала и побежала к нему. Оказавшись, рядом с Яагером, с трудом сдержала себя, чтобы не наброситься и не обнять, но посмотрела на него так, что руки задрожали от желания потянуться к парню.

Вот только, он даже не посмотрел на меня. Просто прошел мимо.

— Матиас… — сорвалось с моих губ глухое и сердце опять заныло. Я в быстром порыве пошла за ним. Почти обогнала: — Мати…

— Отвали, Коен.

Я сразу подумала, что Яагер опять перепутал меня с братом, но по взгляду Матиаса, поняла, что он прекрасно знал, что я Грейс и «отвали» он говорил именно мне.

Ноги подогнулись и я остановилась. Почувствовала себя так, словно по мне ударило огромной глыбой и она, обрушившись, создала во мне трещины, но я быстро качнула головой, пытаясь убрать эти мысли. Вокруг полно студентов и рядом охрана. Логично, что мне сейчас не следовало подходить к Яагеру. Он просто остановил меня.

Я осталась стоять на месте и неотрывно смотрела на отдаляющуюся спину Матиаса, но, не сдержав себя, постаралась как можно более незаметно крутиться неподалеку от кабинета ректора и, когда Матиас вышел в коридор, я немного выждала, а потом последовала за ним. Когда Яагер оказался в безлюдной части коридора, я подбежала к нему.

— Матиас, где ты был? — спросила, обогнав его. — Я переживала. Тут… Такое происходит, — последние слова произнесла очень тихо. Они буквально сорвались с моих губ.

Яагер остановился и опустил на меня взгляд.

— Идем, — сказал он коротко и пошел дальше.

— Куда? — я опять последовала за ним.

— Поговорим.

Мы зашли в один из пустых классов и Яагер прикрыл дверь. Мы остались наедине и я вновь посмотрела на Матиаса. Так странно — лишь одно его присутствие рядом со мной и мне уже стало легче. Словно Яагер был моей уверенностью и моей стойкостью. Рядом с ним все казалось не таким уж и плохим. Преодолимым.

Вот только, уже сейчас Матиас смотрел на меня как-то иначе.

— Знаешь, Грейс, я давно тебя любил, — Яагер расстегнул куртку и положил ладони в карманы джинсов. Говорил спокойно. Даже безразлично. — Ты мне всегда казалась идеальной. Во всем. Но я ошибался.

Сердце больно кольнуло и я разомкнула губы, но ничего сказать не смогла. Слова Яагера просто вышибли меня и то облегчение, которое возникло в груди лишь пару минут назад, уже сейчас растворилось.

— Я понял, что видел в тебе то, чего на самом деле не было. В принципе, ты неплохая, но, как оказалось, не интереснее других. В чем-то даже хуже. Постоянно раздуваешь проблемы и даже видишь их там, где никаких проблем нет.

Несколько бесконечно долгих секунд я молчала. Просто не была в состоянии хоть что-то сказать, а собственные мысли душили. Давно мне не было так больно, как сейчас и эта боль ни с чем не сравнима.

— Я никогда не считала себя хорошей. Красивой, или привлекательной девушкой, — сказала еле слышно и опустила голову. Сейчас не могла смотреть на Яагера. — Я правда обычная. Поэтому и не понимала, как могла понравиться тебе, — голос дрогнул и глаза начало покалывать, но я мысленно начала просить саму себя не плакать. Не сейчас. — Мне… Мне жаль, что разочаровала тебя.

— Я бы не сказал, что ты разочаровала. Просто ты не такая, как я думал.

Глаза начало покалывать еще сильнее и руки дрогнули.

— Ты рвешь отношения со мной? — насколько же тяжело было задавать этот вопрос, хотя, казалось, все и так очевидно.

— Да, — Матиас ответил коротко и слишком быстро, как для человека, у которого могли быть хоть какие-то сомнения. У него их не было.

— Понятно, — прошептала я, на судорожном выдохе. Хотелось взять и в это же мгновение уйти отсюда. Еще лучше провалиться сквозь землю и остаться там навсегда, но все-таки чувства бурлили и обжигали. Я не смогла сдержать следующих слов: — Я понимаю, что перестала тебе нравиться, но ты мог сразу сказать мне об этом, а не просто исчезать. Я волновалась.

— Ты всегда волнуешься, а я устал тебя успокаивать. Я к другим девушкам ходил, Грейс. Решил проверить будет ли с ними хоть немного хуже, чем с тобой. Нет, так же. Для того, чтобы снять напряжение, нормально. Для отношений — нет. Я понял, что они мне вообще не нужны, — я чувствовала на себе взгляд Яагера и, в этот момент его ладонь легла на мои волосы и растрепала их. Будто успокаивала. — Я не хотел делать тебе больно. Ты этого не заслуживаешь, но считаю, что лучше сказать правду. Может, когда-нибудь ты перестанешь надумывать себе лишние проблемы и просто будешь жить.

…просто будешь жить…

Глаза начало покалывать еще сильнее, но на очередном выдохе я кое-как сдержала слезы.

— Я рада, что с тобой все хорошо, — сказала негромко, после чего подняла руку и влепила Матиасу пощечину. Ею все сказала. Больше слов не требовалось. Да и я не была на них способна, поэтому я просто развернулась и вышла из класса.

Перед глазами стало еще сильнее плыть, но я заставляла себя держаться ровно. Лишь закрывшись в одной из кладовок, села на пол рядом с ведрами и в полной темноте заплакала.

Слезы текли по щекам и я зубами сжала собственную ладонь. Таким образом, сдерживала всхлипы и физической болью пыталась перекрыть душевную. Вот только, ничего не получалось.

Я думала, что уже не может быть хуже, но жизнь подставила мне новую подножку. Ею просто сшибла с ног и, рыдая, я думала о том, почему все так?

Нет в моей жизни ничего хорошего. Получается, я этого не заслуживаю.

Я плакала долго. Навзрыд и до полного опустошения. Пока слезы не закончились и всхлипы не стихли, а потом еще неподвижно сидела и смотрела в темноту.

То, что сегодня произошло, просто убило меня и сейчас, казалось, я больше не жила. Но, когда вместе со слезами закончились и силы, я наконец-то опустила руки.

Я не понимала, что сейчас испытывала к Матиасу. Наверное, в первую очередь боль. Он дал мне крылья, а потом просто оторвал их. Многие могли бы сказать, что разрыв отношений это не повод убиваться. Многие пары сходятся, а потом расходятся, но для меня все было совершенно иначе.

Я долго не могла довериться Матиасу. Как раз боялась именно этой боли, а когда все-таки переступила через страх и полностью открылась Яагеру, отдавая ему не только свое тело, но и душу, он обеспечил меня этой болью. С излишком.

Когда я отдавалась Яагеру, понимала, что для меня он тот самый. Единственный и другого уже не будет. Я просто не захочу.

Для Матиаса все было куда проще. Добился, попробовал, понял, что не то и бросил.

Но, наверное, мне даже стоило поблагодарить Яагера.

После встречи с Бергом я еще за что-то цеплялась и на что-то надеялась, ведь благодаря Матиасу поняла, что такое счастливая жизнь и душа разрывалась на части, стоило лишь подумать о том, что я вот-вот ее потеряю.

Но Яагер оборвал это счастье. Уже не было боязни что-либо потерять. У меня теперь больше ничего не имелось.

Как оказалось, Коен мне все это время лгал. Яагер лишь попользовался мной и теперь, оставаясь совершенно одна, я больше ничего не боялась.

Наверное, все это стоило того.

Выходя из кладовой, я сразу еще немного покачивалась, но потом умылась холодной водой и пошла ровно.

Ситуация адская, но на душе спокойно. Спасибо, Матиас, я больше не переживаю.

У меня было еще много времени впереди, но мне не стоило терять его впустую. Не когда Ливен в опасности.

Я нашла пустую комнату и закрыла дверь. Села на диванчик и на телефон записала голосовое сообщение. На это потребовалось много времени, но я постаралась все сделать правильно. После этого перерыла всю телефонную книгу и набрала номер девчонке, с которой училась в школе.

— Да, — она ответила мне довольно быстро.

— Привет, Оли. Это Грейс. Ты же меня помнишь? Мы вместе учились.

— Конечно помню и твой номер у меня записан. Но, черт, в новостях писали, что ты в больнице. С тобой все хорошо?

— Да. Слушай, мне неловко у тебя просить, но можешь, пожалуйста, помочь мне? Ты же помнишь Ливена? Мы с Коеном с ним дружили.

— Помню. Что-то случилось?

— Он сейчас учится в мужском колледже, но пару дней назад Ливен исчез. Его ищут. Я сейчас скину тебе голосовое сообщение и номер секретаря. Пожалуйста, позвони ему сегодня вечером и спроси нашли ли Ливена. Если нашли — удали голосовое. Если Ливена все так же не будет — отправь голосовое моему брату. Его номер я тоже тебе скину. Поможешь мне?

— Конечно. — Оли ответила без капли промедления. — Ты же меня раньше постоянно выручала, но что там с Ливеном? Почему он пропал?

— Не знаю, но надеюсь, что он сегодня вернется. И, Оли, пожалуйста, не слушай голосовое. И если Ливена не найдут, не отправляй его никому, кроме Коена. А если найдут — удали, — повторила. — Это очень важно.

— Можешь не переживать, Грейс. Я не сую нос в чужие секреты. Надеюсь, с тобой все в порядке? У тебя голос немного странный.

Я хорошо знала Оли. Она была тихой, но принципиальной и хорошей девчонкой. Несмотря на то, что нас и подругами нельзя было назвать, я знала, что она не подведет.

Мы с ней еще немного поговорили, после чего я набрала уже другой номер.

На этот раз Коена.

— Грейс, ты почему не отвечала? Как ты? Нормально добралась до колледжа?

— Извини, я не заметила, что ты звонил. Я в порядке. — В груди снова заболело, и я замолчала, не закончив. Конечно, это ложь. Я вообще не в порядке.

— Ты нашла Матиаса?

— Да, он тут, — я откинулась на спинку дивана и посмотрела на потолок. — Я хотела тебе кое-что сказать.

— Что именно? — Коен насторожился.

— То, что ты придурок, — сказала, закрыв глаза. — Я правда очень зла за то, что ты сделал, а потом еще и врал.

— Грейс, я…

— Пожалуйста, дай мне договорить, — тихо прошептала. — Я зла на тебя, но и я сама в жизни тоже натворила много всего. А у каждого действия есть последствия. Нужно держать за них ответственность. Я знаю, что ты неплохой человек и верю, что мы многое можем исправить. Ты же понимаешь к чему я веду?

— Н… Нет.

— Ты должен признаться в том, что именно ты сбил ту девушку. Сказать это хотя бы родителям Матиаса.

Повисла тишина. Я слышала только дыхание Коена в динамике телефона, но потом он заговорил:

— Грейс, но этим уже ничего не исправить. Уже столько времени прошло…

— Я чувствую, что ты боишься, Коен. Не нужно. Ты не в безысходности. В твоем случае все можно исправить и это хорошо.

Брат ничего не ответил. Возможно, просто не знал, что сказать, а я, еще сильнее сжав телефон, прошептала:

— Ладно. Мне нужно бежать. Позже еще созвонимся, но я надеюсь, что ты подумаешь над моими словами.

Разговор с братом был закончен и я, открыв глаза, опять посмотрела на потолок. Мне столько всего хотелось сделать, но из-за ограничений во времени я выбирала лишь то, что сейчас по-настоящему важно и, поднявшись на ноги, пошла искать Джоса.

Я долго не могла его найти, но, в итоге, один из студентов сказал мне, что Джос на улице. Он сидел на каменном выступе под навесом и смотрел на мелкие хлопья снега, сейчас падающие на землю.

— Уходи, Грейс, — он не смотрел на меня, но почему-то понял, что это именно я подошла.

Я не сделала, как он сказал. Вместо этого села рядом с Джосом и некоторое время мы молчали. Даже не смотрели друг на друга и холодный воздух отдавался сильной тяжестью.

— Извини, — мой тихий голос унесло ветром, но я почему-то не сомневалась в том, что Джос меня услышал. — Ты хороший человек и то время, когда мы встречались, для меня было счастливым.

Джос посмотрел на меня и оскалился.

— Зачем ты говоришь мне это? Хочешь еще насыпать соли?

— Нет, — я отрицательно качнула головой. — Просто хочу, чтобы ты знал, что я считаю тебя хорошим.

— Тогда почему переспала с моим братом? — глаза Джоса стали черными.

Я не успела ничего ответить. Он взял меня за руку и притянул к себе, после чего своими губами прикоснулся к моим. Буквально набросился на них поцелуем, но словно отдернув себя, тут же отстранился и, отвернувшись от меня, сделал несколько глубоких вдохов.

Казалось, что ему было плевать на то, что мы находились во дворе мужского колледжа, а я тут же оглянулась. К счастью, никого поблизости не было. Нас не видели.

— Джос…

— Проваливай, Грейс.

Я посмотрела на парня, но в итоге все же поднялась с каменного выступа.

— Спасибо тебе за все, — сказала ему, после чего развернулась и направилась в сторону здания.

Настало время уходить, но перед этим я зашла в столовую и взяла чашку чая. Возможно, последнюю в моей жизни и, наверное, это был самый вкусный чай, который я когда-либо пила.

Около входа в столовую сегодня не было дежурных и я вынесла чашку с собой. Наказание за это меня как-то мало волновало.

Когда я проходила мимо главной лестницы, посмотрела вниз и увидела Матиаса. Он стоял с медсестрой и она касалась его руки, но Яагер ее убрал и на девушку посмотрел с безразличием. Судя по всему, к тем, с кем он был раньше, Матиас больше не прикасался. Уже потерял к ним интерес.

Теперь и я была одной из таких девушек. Лишь его прошлым.

Как и Яагер стал моим прошлым.

И сейчас, не сбавляя шага я окинула Матиаса взглядом. Посмотрела на него в последний раз и мысленно попрощалась. В своем сознании вообще многое ему сказала, но вслух не произнесла ни слова.

Отвернулась от Яагера и пошла дальше.

Выйдя на улицу, я допила чай и поставила чашку на заснеженную землю. После этого достала мятую бумажку с адресом и в сети нашла место, к которому мне следовало идти.

Теперь я ничего не боялась и руки, которые я недавно опустила, теперь поднимала вновь.