Глава 40

Жанна вздрагивает от моего вопроса, вскидывает на меня взгляд, слезы катятся по ее щекам.

– Оставила? – хрипло спрашивает. – Это он тебе сказал?

– Это то, что я помню, Жанна. Люба заболела, и вскоре ты собрала свои вещи и исчезла.

– Боже, – она закрывает лицо руками и начинает рыдать в голос.

Сергей прижимает ее к себе и успокаивает. Я чувствую себя неуютно, словно я подглядываю за ними сквозь замочную скважину. Сердце наполняется таким сочувствием, ее слезы кажутся настоящими.

– Я никогда… Никогда бы не оставила Любу или тебя, – всхлипывает женщина. – Как ты вообще могла подумать? Агата… Ты же знаешь меня.

Да, мне так казалось. Я думала, что Жанна никогда так не поступит, и что в итоге? Куда привела меня вера?

– Что тогда произошло? – спокойно спрашиваю, хотя сама далека от этого чувства.

– Костя… – она закрывает лицо руками, словно ей стыдно вспоминать.

Если честно, то я боюсь узнать правду о брате. Мой мир и так разрушился безвозвратно, не знаю, смогу ли пережить еще один удар.

Жанне требуется время, чтобы прийти в себя. Она извиняется и идет в уборную, оставляя меня наедине со своим мужчиной. Я делаю глоток кофе и смотрю на море, оно такое спокойное.

– Не дави на Жанну, – слышу голос мужчины, поворачиваюсь.

Он серьезно смотрит на меня. Все в его позе кричит о том, что он не даст свою женщину в обиду.

– Я даже не отвечала, – говорю я.

– Ты не знаешь, через что ей пришлось пройти, – не сдается он.

– А она не знает, через что пришлось пройти мне и ее ребенку.

– Я не позволю ее обижать даже тебе. Я ясно выражаюсь? – он переходит к тактике запугивания.

Но меня таким не пронять, раньше бы я сразу сдулась и забилась в угол. Но сейчас? Сейчас у меня появилась уверенность. Руслан поделился ею со мной. Он нашел мою силу и вытянул на поверхность.

– Я могу встать и уйти, оставить тебя с несчастной Жанной, и больше вы о нас не услышите. Она должна мне объяснения, и это не ваше дело. Я ясно выражаюсь? – смело смотрю в его глаза.

– Все, что касается Жанны, напрямую касается и меня.

– Тогда приготовьтесь терпеть ее слезы и дальше.

В этот момент возвращается Жанна и смотрит то на меня, то на Сергея. Она чувствует напряжение за столом.

– Все нормально? – спрашивает она.

– Супер, – отвечаю я.

– Все отлично, любимая, – говорит Сергей и целует ее в щеку.

Жанна улыбается, а потом залпом выпивает стакан воды.

– Я начну с самого начала, Агата, тебе может это не понравиться и шокировать. Но я хочу рассказать свою историю, – говорит она серьезно.

– Я готова слушать.

Жанна делает глубокий вдох и начинает свой рассказ.

– Мне было двадцать, когда я встретила Костю. Я только переехала из деревни от пьющих родителей, и тут он. Такой красивый, такой офигенный. Я влюбилась по уши, как иначе? Он же такой обходительный, такой галантный. Все так быстро закрутилось. Мы начали встречаться, все было как в раю. Я замечала, что он выпивает, но думала, это стресс на работе, знаешь? Ну, мы всегда найдем оправдания для людей, которых любим, – она печально улыбается и стискивает руку Сергея, словно он ей дает дополнительную поддержку.

– Потом мы начали жить вместе. Вы потеряли родителей, я переехала в квартиру. Ну, ты сама помнишь эти моменты. Мы с тобой подружились… А потом… Потом я начала замечать, что поведение Кости становится другим. Он стал более раздражительным, агрессивным и взрывным. Я снова искала оправдания. Он злился. Мог толкнуть меня сильно или выкрутить руку. Я ходила с синяками и с ужасом ждала, когда он вернется домой.

Я хмурюсь, потому что я не замечала этого!

А потом я закрываю глаза и вспоминаю те дни. Я была маленькой потерянной девочкой, которая боготворила старшего брата, у меня же больше никого не было! Но я помню его крики и слезы Жанны… Боже.

– Он каждый раз клялся, что изменится, а потом становилось только хуже. Я начала замечать, что он начал что-то принимать. Хотела уйти, но я боялась тебя оставить с ним, – слезы катятся по ее щекам. – Боялась, что он перейдет на тебя. Да и некуда было идти, не говоря о том, чтобы тебя забрать. А потом узнала, что беременна. Он клялся, что бросит все, исправится. И я поверила. Опять. Я сейчас вспоминаю все это и не могу поверить, что была такой дурой. Как ты поняла, он не изменился.

Она снова замолкает. Этот рассказ дается ей тяжело. Женщина снова оголяет свою душу, самые постыдные секреты и тайны.

– Мне казалось, он изменился, но он просто лучше скрывался. А я, окрыленная новостью о том, что стану мамой, ничего не замечала. Потом родила, и снова начался ад. А потом та новость о диабете. У меня случился нервный срыв. Я была в таком шоке от диагноза и проблем с сердцем у малышки. Я винила во всем Костю. Это он виноват, я знаю! Я кричала на него, била по лицу, он терпел, но недолго, – она улыбается краешком губ. – Я помню, что в один момент кричу, а в другой – мне не хватает воздуха. Он начал душить меня и бить головой о пол. Это было страшно. Я думала, он убьет меня. Тогда он первый раз так сильно избил меня, сказал, никогда не попадаться на глаза и не связываться с тобой и Любой. Я понимаю, что звучит слабо, ну избил, жива же. Но… Он что-то сломал во мне. Каждый раз, как я думала вернуться, внутри наступала такая неконтролируемая паника. Я вспоминала всю ту боль, секунды агонии, когда думала, что он меня убьет, когда хотела, чтобы он меня убил… Мне понадобилось время, чтобы прийти в себя. А когда это случилось, то было уже поздно. Ты не хотела со мной общаться. Я не знала, как подступиться к тебе, чтобы Костя не узнал. Тогда я встретила Сергея и поняла, что может быть все по-другому между мужчиной и женщиной. Но я никогда не собиралась отказываться от вас. И вот наконец-то мои молитвы услышаны, ты позвонила мне сама.

Мне не хватало воздуха. Внутри все горело, словно от ожога. Я не хотела верить Жанне, так легко было сделать ее злодейкой… Но я верила! Каждому слову, и приходила все больший ужас. Это слишком. Я не в силах вынести столько ударов. Как… КАК такое могло происходить у меня под носом? Почему я ничего не замечала? Почему монстры умеют так хорошо прятаться? Мне нужно на воздух… Мне нужно побыть одной.

Я встаю со стула, едва не опрокидывая его, чувствую, как сковывает грудную клетку.

– Мне… Мне надо подумать. Я позвоню завтра, – говорю и выбегаю на улицу.

Слышу, как Жанна зовет меня, но я бегу вперед, не останавливаясь. Бегу так быстро, как только могу. Останавливаюсь, только когда легкие начинают гореть огнем. Падаю на песок и рыдаю в голос. Я оплакиваю брата. Живого, но уже мертвого для меня. Я никогда его не прощу за то, что он сделал. Как он мог? Это ненормально. И я знаю, точно знаю, что он не изменится. Он всегда останется таким. В моем мозгу, словно пазлы, всплывают воспоминания. Костя же всегда таким был! Я помню, как родители ругались с ним. Как мама умоляла его остановиться, как отец пытался поговорить по-мужски. Ничего не помогало. А когда они умерли… Он постоянно говорил, что если я не буду лучше стараться, не буду его любить, то он тоже умрет и я останусь одна. Я была маленьким ребенком, а он говорил такие ужасные вещи. И я любила! Несмотря ни на что! Я была в ужасе от мысли, что его не станет. Он заставил меня любить его!

Господи…

Я сама не поняла, в какой момент позвонила Русу и в истерике начала бессвязно все рассказывать. Помню лишь, как он успокоил меня своим уверенным голосом и велел идти домой. Что я и сделала. Все спали, я разделась и накрылась одеялом с головой. Думала, что не засну, но провалилась в тяжелый сон без сновидений.

Проснулась рывком от мелодии своего мобильного. Время было пять утра.

– Да, – хрипло ответила, не глядя на экран.

– Выходи, – произнес любимый голос.

Я быстро надела штаны и выбежала на улицу. Сердце сбилось с ритма, когда я у калитки увидела уже знакомый автомобиль.

Рус приехал ко мне, когда я больше всего в нем нуждалась!

Разве можно любить еще сильнее?