Глава 16

Марк

Ну Мелена, ну мышка! Зараза моя нежная! Я мчал к гостинице, наплевав на правила и безопасность: дороги пустые, а ограничения скорости – да плевать на них! Еще минута и вернусь назад нашпиговывать свой любимый топпинг. По заднице. Так, чтобы перестала глупости говорить. Перестала отталкивать меня. Вернулась ко мне наконец! Сколько можно-то?! Я люблю ее! Ни одна женщина (дочь не в счет: она еще далеко не женщина) не значит для меня так много. Мама тоже не в счет – там другое. Мелена – моя душа и сердце, без нее я бесчувственная основа.

Бросил ключ парковщику и в два прыжка преодолел ступени, оказываясь в роскошном холле. У меня до сих пор стоял! Мне срочно нужно выпустить пар: либо убить кого-то, либо потрахаться. Первое – точно отпадает. Второе – тоже пока не светит. Сдохнуть, что ли? И так, чтобы Мелена знала, что это она довела меня, здорового, уравновешенного мужика, по сути.

– Мистер Нортман, доброй ночи.

В коридоре столкнулся с менеджером отеля. Длинноногая блондинка в платье-футляре: сиськи – зачет, жопа – зачет, рот – рабочий. Оценил по старой привычке. Дурной, согласен, нужно избавляться.

– Доброй.

– Мы отправили вам в номер комплимент от отеля…

Я приподнял бровь – и что? Она продолжала пялиться на меня, и улыбка такая – многообещающая.

– Может, вам еще что-то нужно?

А, понятно. Хочет отсосать мне как постоянному клиенту.

– Нет, – рявкнул и обошел ее. – Я женат.

Блядь, нихрена я не женат! А хочу быть. Но если мы с мышкой так и будем говорить на разных языках, то состаримся раньше, чем клятвы произнесем. Я уважаю ее, ценю и считаю самым светлым человеком на свете. Что еще нужно-то?!

Я упал на кровать и посмотрел в потолок. Волком, что ли, на луну повыть? Пряжка ремня оглушительно щелкнула, ширинка поддалась с легким шелестом – мой член оказался на свободе. Блядь, неплохо было бы почувствовать на стволе горячие губы, пухлые и нежные. Волосы серебристые на кулак намотать и долбить, пока не накроет. И кончить на грудь обязательно. Или ноги стройные на плечи закинуть и вколачиваться резко и быстро. Меня понесло, а болт налитой, вообще тугим стал, такой и насквозь пробить может. И все мышка-малышка виновата.

Я покопался в кармане и достал айфон. Через секунду отправил дикпик*  Мелене, с припиской, конечно:

Зараза ты

И следом:

Ну и что мне с этим делать?

Ответ пришел через минуту. С духом собиралась, что ли? Я открыл сообщение и залип на точеные ножки в чулках, голый лобок и музыкальные пальцы, нырнувшие между ног. Пару раз вздрочнул и сразу кончил. Да, у меня тотальный недотрах.

Я люблю тебя

Отправил и принялся ждать. Надеюсь, Мелена не будет тянуть с ответом.

Я люблю тебя, Марк.

Ну, теперь можно и спать ложиться, после душа, естественно – спермой залил все, как прыщавый тинейджер, дорвавшийся до писечки.

Утром мне позвонил Рейдан, и я тут же улетел в Южную Дакоту. Я обещал мышке, что если ее мать жива, то мы ее найдем. Мои ищейки взяли след – нужно проверить. Мелене не сказал, куда сорвался, не хочу обнадеживать, если ложная тревога.

Я многого мог ожидать от ублюдка Гордона Берроуза, но не того, что он разыграл смерть жены, чтобы благополучно отправить ее в психушку. Хотя, что меня удивляет: мою смерть он тоже инсценировал, чтобы упечь в тюрьму.

Пациентку номер 23456С, по моим сведениям, никто не навещал. Она находилась в клинике для душевнобольных Су-Фолс уже почти шесть лет и не откликалась на имя Нора Вест. Оно и понятно. Какая она, мать его, Нора!

Беседа с главврачом ничего не прояснила: он всего год здесь, а его предшественник умер от инфаркта. Деталей, как в принципе здоровую женщину сюда упрятали, я не узнал. Ну понятно, что деньги решили все. Теперь главное – вытащить ее отсюда, и мне даже не понадобиться за это платить – я просто засужу их все нахрен! Но для начала нужно убедиться, что есть еще кого спасать. Возможно, здорового человека больше нет: Джоанну пичкали таблетками – лечили, мать твою! Тут у любого мозги скиснут.

Я вышел во внутренний двор, вполуха слушая инструкции доктора Мейнса. Осторожно, постепенно, не давить – понял я, понял.

– Она ни с кем не разговаривает… Боюсь, что ее уже не вернуть, – он развел руками, но с оговоркой: – Если все действительно так, как вы рассказали, конечно.

– Здесь миссис Берроуз в любом случае не останется, – холодно ответил я.

– Зря вы так: у нас прекрасная…

– Психушка, – моя улыбка стала ледяной. Доктор дернулся, но спорить не стал.

Я осмотрелся. Выглядело все действительно не страшно: ухоженный небольшой парк со скамейками, осенний ковер из желто-красных листьев, пациенты, неспешно прогуливающиеся по территории. Никто не бегал с криками «фекалии» и Рузвельтом себя не называл, вот только в глазах у тех, с кем я столкнулся взглядом, тотальная пустота.

– Здравствуйте, – я опустился на скамейку, где в одиночестве сидела Джоанна Берроуз. Прошло шесть лет, а я сразу узнал ее, хотя она не осталась прежней. Светлые волосы, собранные в хвост, потускнели, а на красивом лице с тонкими чертами прорезались морщинки. Возраст и страдания наложили свой отпечаток. Надеюсь, радость освобождения вдохнет в нее жизнь и вернет яркие краски.

– Джоанна? – я позвал ее по имени – она даже не шелохнулась, просто смотрела вдаль. – Меня зовут Марк Нортман, вы помните меня? – никакой реакции. Ладно. – Я брат Грея, – то же самое. Черт, неужели все потеряно? Джоанну пичкали транквилизаторами, а это бесследно не проходит. – Мелена в порядке, – я накрыл худую ладонь своей, – я ее очень люблю, и у нас родилась дочь.

Одинокая слезинка сорвалась с длинных ресниц, и Джоанна наконец посмотрела на меня.

– Мелена? Моя Мелена?

– Она по вам очень тоскует. Она все время верила, что вы живы.

Джоанна приложила руку к губам и тихо заплакала. Я не пытался успокоить, просто ждал. Это слезы очищения и возвращения в нормальный мир.

– Гордон запер меня здесь, – сбиваясь, начала она, – хотел, чтобы я всю жизнь страдала, пока реально не сойду с ума. Я пыталась рассказать, объяснить, но меня не слушали. Меня насильно кормили лекарствами, пока я не поняла, что все бесполезно и нужно смириться, только так можно сохранить себя. Я стала покорной. Меня перестали привязывать. Я больше не пила таблетки, а прятала в ножку кровати.

– Все закончилось, – я крепко сжал ее ладонь, – вы больше здесь не останетесь, – а потом посмотрел в глаза и твердо сказал: – Его больше нет. Он поплатился за свои грехи.

– Гореть ему в аду! – со свистом выдохнула она, а в глазах тяжелое облегчение. Я предложил Джоанне руку и помог подняться. Пора возвращаться домой.

Я не повез ее в Монтерей, дал пару дней передышки: ей нужно восстановиться и морально, и физически. На Кайманах будет самое то.

– Марк! – удивился отец, когда я примчался в офис под конец рабочего дня. – Я думал ты в Калифорнии.

– Привет пап, – мы обнялись, и он с жадностью спросил: – Мелену с Кити привез?

– Нет, – осторожно ответил, – я привез кое-кого другого.

– Кого?

– Пап, помощь нужна, – я мгновение сомневался. Все же Джоанна жена врага. Из-за нее убили Грея. – Я нашел мать Мелены.

Отец ошеломленно замер.

– И привез ее к тебе. Эта скотина заперла ее в психушке. Ты не против, что она в твоем доме останется? Не хочу оставлять ее одну у меня. Ей нужно заново привыкать к обычной жизни.

– Бог мой… – прошептал отец.

– Я поеду за Меленой. Уверен, она будет счастлива.

Отец кивнул после продолжительного молчания.

– Не волнуйся, я позабочусь о Джоанне.

Я благодарно кивнул в ответ и быстро поднялся. Мне снова в самолет – я скоро жить в воздухе буду! Но ради дочери и практически жены можно и полетать. Пора нам с Меленой узаконить отношения. Судя по снимку ее стройных ножек – мы с ней заочно помирились, вроде бы…

________________________

* Фото полового члена