Глава 17

Кристина

Нервно тащу чемодан за собой, поднимаясь по лестнице в дом. Тяжести ноши почти не чувствую. Все мысли заняты шантажом и словами Сабурова.

Это же надо было! Месяц на то, чтобы я призналась родителям и переехала к нему. Вот ведь гад ползучий!

Я заплатила за один месяц свободы пятью годами лишения свободы. Вот ведь паразит! Таракан! Своими бы тапками его прихлопнула.

Теперь я понимаю маму. Каково это – любить и хотеть убить одновременно. У них с папой почти всегда так. Но папуля чаще всего ей уступает. А Дан мне – нет.

Так почему я должна ему сдаваться?

Я не собираюсь быть послушной куколкой в его руках. Меня иначе воспитали. Вся семья с детства баловала, и я привыкла, что мне хоть иногда уступают. Я привыкла к компромиссам. А Сабурову же надо всё и сейчас.

– Кристина? – мама встречает меня в коридоре. – Ты уже вернулась? Маша звонила утром Кариму и сказала, что вы ещё задержитесь.

– Я отбилась от компании, – отвечаю ей, переобуваясь. – Где все?

– Папа в отеле. Матвей поехал к родителям Мии, – вздыхает мама. – Они хотят к ней полететь. И Матвей решил ей подарок передать. Ты же знаешь об их традиции, – ласково улыбается, вспоминая о малышке Мии. Она с детства маму мою очаровала.

Мия – дочь деловых партнёров моих родителей. Приятная, скромная, ласковая девчонка. Младше меня, только вот… школу экстерном закончила и уже за границей в университете учится.

И всё же она глупая, потому что дружит с моим братом. Ну, как сказать – дружит. Он ей как-то помог. Она ему подарок прислала в качестве благодарности на Новый год. Он ей тоже послал в ответ. Потом они переписываться начали, и обмен подарками стал их ритуалом.

И мама не унимается и прочит им скорую свадьбу и любовь. Но… Не думаю. За границей ей точно кто-нибудь мозги вставит. Она и мой брат… кошмар! Она ведь красивая и приятная, а Матвей идиот! И воришка сырков.

– Как думаешь, они будут вместе? – спрашивает мама с придыханием.

– С характером Матвея – не думаю, – вздыхаю я.– Да и Мия для него маленькая. Шестнадцать лет только. Куда уж, – закатываю глаза. – Но не знаю. В её стиле будет замуж выйти за Матвея и нарожать ему кучу детей. Она ведь из таких «идеальных жён», – изображаю кавычки в воздухе. – Умница и красавица.

– А ты когда мне внуков подаришь?

– Никогда, – в голову сразу же стреляют слова Сабурова. – Я не хочу детей! Ни через год, ни через два, ни через три! И даже через пять!

– Что-то случилось? – догадывается мама, а мне жутко отвечать не хочется.

– Ты спать не идёшь?

– Да папу подожду, – идёт она следом за мной. – Покормлю, а потом спать пойдём. Ты с нами поужинаешь?

– Салат буду, – отвечаю ей и иду наверх, в свою комнату. Где запираюсь, опускаюсь на кровать и позволяю себе немного выплеснуть эмоции – покричать в подушку и даже пореветь.

Мне не нравится, когда кто-то мной играет, шантажирует и заставляет. Мне не нравится понимать, что я играю по чужим правилам. Мне не нравится проигрывать.

А Сабуров… бесит меня!

Хочу растереть его наглую моську по стене. Убить. Показать, что я главная.

Но как?

– Мама! – восклицаю от неожиданной идеи и, вытерев глаза, несусь на кухню, где родительница готовит мне салат. – Мама! – хватаю её в объятия.

– Что случилось, малыш?

– Мне нужен план! – заявляю я решительно.

– Какой? – откладывает нож в сторону и внимательно смотрит на меня.

– План, чтобы вывести человека из себя. Да так, чтобы у него пар из ушей шёл, – коварно ей отвечаю, представляя, как Дан корчится от боли.

– Хм-м… Сильно надо?

– Очень!

– Степень вредительства? – вздёргивает бровь.

– Максимальная, – хмыкаю одним уголком губ.

– Степень дозволенности? – поднимает она вторую бровь вверх.

– Околомаксимальная, – присоединяю второй уголок и скалюсь словно дьявол перед пытками.

– Кристина, ты что, с кем-то переспала?! – округляет глаза мама.

– Около того.

– С кем?

– Поможешь придумать? – игнорирую её вопрос, взглянув на свою взрослую копию.

– Да! Садись! Будем думать! – указывает мне на стул. – Мстим твоему избраннику? Он тебя бросил? Использовал и бросил?

– Хуже! – опускаюсь на стул. – Использовал и хочет всю свою жизнь со мной провести.

– Самоубийца, – бросает мама.

– И я того же мнения!

Придумав с мамой несколько вариантов коварного плана, с утра я решаю воплотить самый простой и приятный. Взять на себя все обязанности жены.

Вместе с родительницей готовим «вкуснейший» обед из спаржи, руколы, фасоли и какого-то зерна, которое мы купили несколько лет назад, но так и не попробовали.

Аромат еды обещал мне весёлую и адскую жизнь. Наполнив контейнерочек и красиво все оформив, принарядилась в красивое бельишко и отправилась к дорогому мужу – кормить бедненького работягу.

Вначале меня не пускали. Тогда я, по классике жанра, начала орать, что я жена их шефа, и их всех поувольняют. Смотрели на меня, как на дуру. Собственно, так я себя и чувствовала.

Но примчавшийся на мой зов помощник Сабурова заставил всех напрячься и сжать попки. Я же с гордо поднятой головой шла к любимому и мысленно благодарила этого мужчину. Ведь собралась уже сдаться.

– Богдан, – радостно восклицаю и лечу в объятия своего пленника.

– Что ты задумала? – догадывается он, но возможности обнять меня не упускает. Да ещё и пощупать, куда руки дотянутся.

– Ничего, любимый, – продолжаю петь свою песню ласковой и заботливой жены. – Я тебе обед принесла, любовь моя, – достаю из сумки контейнерочек и раскрываю его, впустив в кабинет это зловоние. – Вот, сама готовила! – широкую улыбку демонстрирую, сдерживая тошноту.

– Значит так… – поджимает он губы, улыбаясь сдержанно. – Ужин тоже принесёшь?

– Он будет ждать тебя дома, – веду себя, как дура. Но он же хотел жену – пусть получает.

– Со мной отобедаешь? – берёт вилку и хочет меня этой белибердой накормить.

Но нет! Меня моим же оружием не поразить.

– Нет, Дан. Я не буду. Я пока готовила, нахваталась, – скалюсь и стараюсь не засмеяться. К запаху уже привыкать начинаю.

– Останешься со мной?

– Да! – заявляю и даже сажусь на один из стульев для посетителей. – Не хочу, чтобы ты обеденное время проводил в компании своей секретарши! Уволь её, кстати.

– Кого?

– Секретаршу!

– У меня нет секретарши, – оповещает, наверное, идеальный муж, если бы не бесил меня. – Только помощник.

– Тогда уволь… – открываю рот, но понимаю, что это уже абсурд. Ничьего увольнения я не хочу. Я, может, и избалованная принцесса, которая в деньгах не нуждается, но знаю, как некоторым сложно их добыть. – Ладно. Никого не увольняй! Но узнаю, что изменяешь, оливье из твоих яиц тебе на обед приготовлю.

– Хорошо.

– А ещё я, как твоя жена, требую карту на своё имя и доступ к твоим счетам, – перехожу к самому приятному.

– Точно! – цокает и, подойдя к своему столу, берёт оттуда карту. – Утром сделали, – отвечает, протянув мне пластик. И вернувшись обратно за стол, принимается есть то, что я приготовила.

Непробиваемый лоб!

Меня аж тошнить начинает, а он ест.

Господи! Слишком серьёзный противник.

– Ну, я пойду! – спасаю себя от встречи с белым другом и, схватив карту, лечу на выход.

– А как же обед в твоей компании, чтобы я не провёл его с секретаршей? – доносится мне вслед, но я захлопываю дверь, тут же столкнувшись с тем, кто меня сюда привёл.

– Купи ему что-то от желудка, – прошу его помощника и иду на выход, сочувствуя Сабурову.

Мог ведь не есть, но нет. Доказать мне что-то пытается. Я ведь не заставляла! Мог выкинуть. Или дождаться, пока я уйду, и выкинуть. Но тащить всякую дрянь в свой рот…

Ужас!

Спустившись вниз, уже знаю, что делать. Идея с картой была моей. Я предполагала, что такое может быть, и он даст мне свою личную карту.

С парковки звоню маме и приглашаю её в СПА-салон за мой счёт. Точнее, за счёт Сабурова, но она об этом не знает. В салоне тратим просто баснословные деньги. Проходимся по магазинам и даже покупаем себе с мамой парочку флаконов дорогущих духов. Я себе приобретаю даже золотую подвеску с бриллиантами. Но исключительно из-за цены.

Только вот результат потраченных усилий меня не впечатляет.

«Я думал, ты из мести больше потратишь. Экономная ты что-то, мандаринка», – приходит мне вечером сообщение от дорогого и любимого мужа.

Потратить больше двухсот тысяч мне просто совесть не позволила. Меня уже и на сотке начало коробить и трясти.

– Мам, не вышло. Он всё равно жениться на мне собирается, – бурчу родительнице, которая до сих пор в трансе после салона. (3303c)

– Настырный, – отзывается она. – Я бы рекомендовала ему шанс дать, если бы не желала рядом с твоим именем увидеть фамилию Сабурова. Поэтому надо дальше этого бесить. Отпугнуть, чтобы он нам потом Богдана не спугнул.

– Да, мам! Надо всё сделать, чтобы этот жених отвалился, – поддерживаю её. – Ещё идеи есть?

– Парочка, – отвечает, сама не понимая, в чём собирается мне помогать.