Глава 22. Я никогда не… ч.2
— Я никогда не ходил на кулинарные курсы!
Мы переглянулись и поняли, что эта фраза относилась к одному единственному человеку за этим столом— Рафаэлю Рекардо.
— Чего? Ты и правда их посещал? Не верю! — заразительно засмеялась во весь голос Ульяна, да так громко, что парочка, сидящая за соседним столиком повернулась посмотреть, что у нас случилось.
— Ага. Было такое. Но, чувак, я вообще-то этого не стесняюсь. Ты совсем не застал меня врасплох. Те три месяц оказались очень полезными. И это были не совсем кулинарные курсы, а кондитерская школа, где я взял 10 уроков.
— Серьезно? — я тоже настолько была удивлена, что не смогла держать язык за зубами. Поверить только Рафаэль Рекардо в поварском колпаке готовит пончики. Смех, да и только! — И зачем же ты на них пошел?
— Ну я поспорил с одним парнем, самодовольным поваром из ресторана, где я работал официантом. — поддался он вперед и приблизил свое лицо к моему, стараясь объяснить. — Этот тип был очень недоволен, что я совершенно случайно уронил на одну из посетительниц его творение. Он сказал, что если я такой неловкий, то в следующий раз буду готовить сам, а я ответил, что принимаю его вызов, ведь его тирамису и так был очень паршивый. А я знаю толк в хорошем тирамису, мне ли не знать, ведь до этого я два года жил в Тревизо.
— И что это значит?
— Тревизо — родина тирамису, и там они продаются на каждом углу.
— Ты работал официантом? — не скрывая своего удивления эмоционально спросила я.
— Да, два года. Мои родственники оплачивали мне только половину стоимости обучения, остальную часть я оплачивал в кредит. И по правде сказать, расплатился только пару месяцев назад. — спокойно пояснил он, продолжая прямо смотря на меня.
Хмм… выскочка Рафаэль оказывается, работал официантом. Вычкочка Рафаэль оказывается был в долгах… Хм… Выскочка Рафаэль умеет готовить тирамису. Этим вечером судя по всему меня ждет много открытий.
— И ты специально пошел на курсы из-за какого-то спора?
— Да. Я люблю выигрывать. — заявил Рекардо и очень нахально улыбнувшись вальяжно облокотился на спинку своего стула. — Кстати, итальянские аристократы заказывали десерт тирамису для романтических свиданий. — продолжил он, развернувшись на этот раз к блондинке. — Секретному ингридиенту сыру-крему маскарпоне предписывают возбуждающее действие.
— Как интересно… Может приготовишь мне как нибудь? — Ульяна полуоткрыв рот, неожиданно быстро приблизилась к лицу Рафаэля.
— Может быть. — прошептал он ей в ответ.
Что происходит? Стоп! Да вы еще поцелуйтесь у всех на глазах! Я сжала кулаки, пытаясь никак не реагировать. Я айсберг. Холодный одинокий ничего не чувствующий кусок льда.
— Но это и правда заманчиво. — продолжила Ульяна облизнула губы.
Вдруг, я совершенно неожиданно даже для самой себя, отключив остатки здравого смысла и даже не стараясь скрыть своих действий, демонстративно уронила вилку, и та, со звонким стуком упала на пол.
— Может мы продолжим игру? — недовольно произнес Денис, скрещивая на груди руки.
— Да, да, Рекардо — вперед, признавайся. — поддержал Лукас.
С этого момента все изменилось. Игра перешла в совсем другое русло. Границы были сняты и градус пристойности и откровенности повышался с каждым вопросом. Если бы кто-нибудь сказал мне, что спустя два дня в Сербии я буду сидеть напротив Рафаэля Рекардо и признаваться во всех тайнах моей личной интимной жизни, то да… я бы снова ни за что не поверила. Однако, в течении последующих двадцати минут, я вещала о таких подробностях (как и остальные), о которых в моем трезвом состоянии я бы ни за что не осмелилась говорить рядом с моим красавчиком начальником, однако…
— Я никогда не целовался с человеком своего пола.
Я делала это. Во время игры. Правда или желание. Выпила.
— Я никогда не занималась любовью в общественном месте.
Я делала это. Но не с Кириллом. Выпила.
— Я никогда не фотографировалась в одном белье.
Я делала это. Да просто так. Выпила.
— Я никогда не спала с человеком в день первого поцелуя. — заявила Ульяна.
Я делала это. С Кириллом было все именно так. Выпила.
Сама невинность и праведнность — это оказывается история не про меня, да, Рафаэль?
С каждым своим новым признанием я ловила удивленный взгляд Рекардо. Сначала достаточно мимолетно, слегка рассеянно, но чем больше мы пили и позволяли себя провокационных вопросов, дольше и глубже он разглядывал меня.
Я тоже далеко не ушла. Меня мало интересовали признания Лукаса или Дениса, и уж тем более Ульяна. О нет. Я обращала все свое внимание только на того, кто был напротив, внимательно слушая все подробности, которые он сам о себе рассказывал. А еще с каждым глотком алкоголя я совершенно переставала стесняться на него смотреть. Мне нравилось откровенно пялиться на его красивые руки, на пальцы, на прямой нос, губы, глаза.
— Рафаэль все время у нас был очень романтичный. — вдруг начал выкладывать очередные подробности о Рекардо его друг-серб. — Слушайте, в университете у него могло быть сотни женщин, природа его не обделила, да, он красавчик. Я бы на его месте время не терял, однако он… такой избирательный. И еще тот романтик, вы не поняли это? Ты чересчур романтик, Рекардо, кончай с этим. Будь больше мужиком и меньше романтиком. Девушкам интересны бруталы, а не поэты.
— Ну почему же мне нравятся поэты. — тихо разоткровенничалась я, сминая салфетку возле тарелки.
— И мне тоже. — поддакнула Ульяна, бросая на меня уничтожающий взгляд, типа говоря мне — ты чего это там говоришь? Помалкивай там, не мешай мне кадрить Рафаэля. Он — мой! Я лишь в ответ пожала плечами, совершенно не боясь ее гляделок.
***
На четвертом круге была очередь Дениса, который придумал, что никогда не делал татуировку. Подняли руки Лукас и Ульяна. Оказалось, что у девушки есть одна, и парни громко хором загалдели: «Покажи, покажи».
— Ну у меня на плече, — игриво произнесла Ульяна. — Даже и не знаю, как же ее… Хотя ладно. Рафаэль, расстегни мне немного платье. — приказала она, и вдруг, пододвинулась к парню и убрав свои волосы вперед, предоставила ему возможность дотронутся до молнии на ее платье.
Рафаэль слегка усмехнулся, и не без удовольствия потянул молнию вниз, расстегивая платье все ниже, ниже, опускаясь своими руками, чуть ли не до застежки лифа. А Ульяна гордо спустила платье с правого плеча и показала парням разноцветную бабочку на идеальной сияющей гладкой спине.
— Красиво…! — цокнул языком Рекардо, и пододвинул руку ближе к Ульяне, словно желая провести по этой татуировки пальцем.
— Какая классная! Сиди прямо так, не одевайся. — ободрительно заявил Денис.
— Может платье вообще снять, чувствую за ним скрывается еще что-то более привлекательное, чем эта бабочка. — подмигнул ей развратник Лукас.
Все трое одобрительно закивали ей головой. И… Нет! Рафаэль все-таки провел по ней! Черт возьми, он двумя пальцами погладил эту разноцветную бабочку на плече у Ульяны!!!!
Я прижала руку ко рту, чувствуя, как мое сердце шмякнулось куда-то вниз. Предатель!
От прикосновения Рафаэля Ульяна еще больше изогнула спину, лукаво улыбнулась, изображая из себя более пьяную, чем есть на самом деле, и, наконец попросила моего босса застегнуть платье обратно. Тот медленно повел молнию наверх, дотрагиваясь до ее спины намеренно намного больше, чем того следовало.
Наблюдая за всем этим представлением со стороны мне захотелось кинуть в него своим стаканом, попасть при этом ему прямо в голову и закричать — опомнись! Эй, Рекардо! Что творишь?
Да, хоть он был для меня никем, подумаешь, — начальник отдела, и парень, которому я дважды отказала, но это все равно не меняло дела. Мне жутко не понравилось, как он сладким поедающим взглядом смотрел на спину другой девушки, на ее тату, и на молнию, которую казалось, если б его воля он бы расстегнул полностью, и усадил голую блондинку прямо перед собой.
Я незаметно допила все, что было налито у меня в стопке, ощущая во рту приятное жжение от крепкого напитка, и вдруг, всем своим большим женским существом остро захотела, чтобы он никогда больше не смотрел на Ульяну, не хотел ее никакой частью его симпатичного подтянутого мужского тела, а видел за этим столом только меня, чтобы Я была исключительно единственной, кого он хотел. Я. И точка.
— Рафаэль, пойдем выйдем. На минуту. — недовольно произнес Денис, вставая со своего места.
— А? — слегка растеряно отозвался Рекардо, но сразу же отодвинул свой стул от стола, присоединяясь к коллеге.
— Вы куда? — вопросительно проговорила Ульяна.
— Сейчас придём. Покурим — недовольно прорычал Денис.
Парни удалились из зала.
— Пожалуй, я тоже сейчас приду, уверен, у них нет сигарет, — проследил Лукас за ними взглядом и быстренько вскочив с места, направился тоже к выходу.
— Ох уж эти мужские разговоры. — промычала Ульяна, как только мы остались вдвоем. — Тебе не кажется, что они специально вышли, чтобы мы не слышали? Они явно что-то затевают. Вокруг нас затевается заговор…
— Да?
— Ага. Они же меня не поделили, неужели не заметила? Я ведь хороша, да? — сказала она абсолютно трезвым голосом, бросая себе в рот клубнику со стола.
Мне, вдруг стало в своем пиджаке очень жарко. Я вся закипела, как перегретый чайник. Кажется, настала та минута, когда стоило и мне выйти на сцену. Вечер шел совсем не по моему сценарию, и Ульяна удерживала победу за победой. Сколько там был счет три ноль?
Я была красива одета, не так вычурно и демонстративно соблазнительно, как блондинка, но тоже весьма привлекательно. В этом топе с тонкими бретельками открывалась моя длинная шея, и ключицы, и при желании, если пододвинуться поближе можно было рассмотреть какого цвета у меня лиф. Стоило мне снять пиджак, как Ульяна одарила меня очень недовольным взглядом, и я без лишних слов поняла ее все направленные на меня мысли. Значит, выгляжу хорошо.
Трое парней, приблизившись обратно к столу, курили. Да, они вошли в помещении прямо с сигаретами, ведь сербские законы это позволяли, и уверенно расселись на своих стульях, уничтожая своим дымом весь оставшийся кислород. Лукас, Денис и Рафаэль мгновенно заметили, что на мне стало не доставать одежды, и я прямо физически почувствовала, как по моей обнаженной коже поползли их оценивающие взгляды. Да, так женщины смотрят на новую сумочку от Dior, жадно-плотоядно, борясь с сильным желанием обладать этим немедленно, так и они смотрели на меня, словно я была чем-то выставленным на витрине. Красивой недоступной куколкой.
Улыбнулась, чувствуя, как у меня открывается второе дыхание и гордость от собственного соблазнительного внешнего вида разливается по каждой клеточке тела.
— Ставки повышаются, да Ден? — обратился Рафаэль к Денису, произнеся понятно только им фразу. Это о чем он? Неужели Ульяна была права, и они… делили ее?
— Продолжаем, продолжаем! — потер руки Лукас. — Вероника — твоя очередь.
Посмотрим, Рафаэль, как ты выкрутишься. Я хотела украсть его внимание у блондинки, обратить его на себя, поэтому все еще злясь с нескрываемым раздражением в голосе медленно произнесла свой план мести вслух
— Я никогда не спала со своим боссом… — и посмотрев прямо в глаза Рафаэлю тихо добавила — Франческой.
Секунда непонимания, потом удивления, и Рафаэль закашлявшись уставился на меня в ответ. Интересная информация, правда? Удивлен?
— Так, так, кажется, Рекардо, напьешься ты сегодня. Ты что действительно спал со своим боссом? Выходит, слухи правдивы, и в Италии так плохо с работой? В Сербии конечно не лучше, хотя может просто, я не пробовал этот вариант. Надеюсь, твой босс была женщина? — громко ухахатывался Лукас.
Рафаэль изумленно на меня посмотрел и снова прокашлялся, словно не веря в то, что я только что произнесла.
— Выходит… ты интересовалась моей личной жизнью? — очень серьезно на русском спросил он у меня.
Я улыбаясь пожала плечами и включила свое спящее кокетство на все 100 %.
— А если да? — тихо произнесла я, переведя взгляд с его глаз на его губы.
— А если да, то очень интересно, откуда тебе известны такие подробности. — задумчиво произнес он, и выпил залпом больше, чем положено, а затем снова уставился на меня.
Он что хотел пробурить вход в мой разум, чтобы понять, наконец, что у меня на уме? Боюсь это бесполезно, Рафаэль, я и сама не представляю, что творится в моих мозгах и куда я веду эту нить.
Все еще чувствуя его взор, поправила волосы, выпрямила спину, облизнула губы, и сама пододвинулась к Денису.
— Все понятно на этот раз?
— Ага. Кажется, ты застала его врасплох, и я все понял без перевода. — жарко прошептал парень мне прямо в ухо, и пододвинувшись ко мне еще ближе, чем обычно, дотронулся своими пальцами до моего локтя. Пфу. Я еле выдержала его прикосновение, но и бровью не поняла, что меня всю передернуло от отвращения, а наоборот…
— Хаха, — задорно рассмеялась я, плавно запрокидывая голову, умело разыгрывая спектакль только ради того, чтобы вывести Рекардо на настоящие эмоции по отношению ко мне.
— Раз уж мы, стали обсуждать части тела, то… я никогда не делал пирсинг. — произнес Лукас, прерывая сцену моей наигранной заинтересованности Денисом.
Никто не шелохнулся.
— Ну нет, так нет. Едем дальше. Тогда следующий вопрос, твоя очередь Рекардо.
— Вероника, правда и только правда. Пей. — холодно раздался над столом голос Рафаэля.
Он это мне? Ах, ну да, о чем это я, у меня ведь действительно проколот пупок с 17 лет. Это же тоже называется пирсинг. Что-то я проморгала.
Однако… стоп! Рекардо, тебе-то откуда это известно?
— Я не стесняюсь, я задумалась. — пробормотала я багровея, анализируя, каким образом он просек, что у меня на животе вставлено сердечко. Где, когда? Через одежду уж явно не просвечивает.
— О, — потер руки с любопытством Лукас, — у одной татуировка, у другой пирсинг, и где же у тебя проколота дырочка?
Я, вдруг, впервые за вечер дико смутилась. Мне стали по-настоящему не приятны слова Лукаса, и показывать, как Ульяна, демонстративно трем мужчинам, двое из которых вообще не заслуживали и грамма моего внимания, я больше ничего не собиралась.
— Да, у меня пупок проколот. — сухо пояснила я, делая маленький глоток.
— Покажи, покажи нам. — заклянчил Лукас.
— Покажешь? — вдруг Рафаэль обратился ко мне так, словно мы внезапно остались вдвоем, и слова Лукаса просто были беззвучным воздухом.
— По-твоему, Рафаэль, — намеренно произнесла его имя, — я уже настолько пьяна, чтобы показывать троим мужчинам свой пупок? — ответила ему, поддерживая иллюзию того, что остальные только что испарились, и мы совсем одни.
— Припоминаю, что ты показывала его и не пьяной. — твердо произнес он.
Ах, ну конечно. Корпоратив. Тот танец. Как он мог разглядеть? Однако он не только разглядел, но и запомнил.
— А ты снова его хочешь увидеть? — сама не ожидая от себя усмехаясь выпалила я.
Секунда тишины. Ой, и зачем я это спросила? Но вдруг..
Он серьезно посмотрел мне глаза и произнес одно единственное слово, от которого сердце подскочило до самого потолка, а кровь полилась в три раза быстрее, разогревая мое тело до предела.
— Хочу…