Глава 19

Дина

Какая возмутительная наглость! Меня до сих пор трясло от страсти, точнее, от злости. Ладно, самой себе лгать не буду — оба чувства одинаково сильно вибрировали внутри: злилась я головой, а сгорало от запретных чувств сердце. Барсов окончательно выбил из-под ног почву. Появился из ниоткуда и зовет в такое же никуда! И настойчиво так! Нужна. Хочу. Подчиняйся моим хотелкам. А мои желания, жизнь, семья совсем не важны. Ни слова о моем сыне. На другого мужчину Максу плевать, но неужели думал, что я смогу от ребенка с легкостью отмахнуться?! Ненормальный.

Я прыгнула в свой «Мини Купер» и отчего-то расхохоталась. Да ни о чем он не думал! Поиграться хотел! Просто встретились и накатило: я — его молодость, первая глубокая влюбленность и гештальт пресловутый. Макс даже действовал порывисто и целеустремленно, как в первый раз. Я ведь по Полонскому сохла первое время и его товарища Макса Барсова не воспринимала, как потенциального ухажера. Хотя он был хорош собой, обаятелен и при деньгах. Больших деньгах, для провинциалки-первокурсницы, который я была, настоящая удача: меня обхаживал такой зачетный парень, жизнь удалась! Но я отказала. И не единожды! Но Макс не отступился: завоевывал меня лихо! Подарки, сюрпризы, внимание. Он не пытался сломить меня и взять нахрапом. Макс просто шел к цели, обескураживая настырностью и честностью. Против такого лома просто не придумали приема. В юности такое упорство уместно, а сейчас мы слишком взрослые и проблемные, чтобы любить одним лишь сердцем и с легкостью идти на поводу страстей.

Я вздохнула и выехала с парковки. Барсов повел себя эгоистично и о приличиях совсем не думал, но сейчас я злилась меньше, чем когда била его в кабинете. Бывают люди, которые доставляли удовольствие одним лишь фактом своего внимания. С Максом было именно так. Приятно знать, что я все еще будоражу его кровь. И он мою, что уж отрицать. Только теперь я уверена, что выстою, смогу побороть искушение. Я уже это сделала. Можно выдохнуть и возвращаться в реальность.

На работе меня ждали с хорошими новостями. Коллектив у нас небольшой, но дружный, продуктивный и мега креативный! Общаемся мы неформально и максимально открыто. Естественно, я поделилась новостями: коммерческое предложение от нефтяной компании — это космос! О таких гонорарах я даже и не мечтала пока. Это принципиально другой уровень.

— Не мечтала и не нужно начинать, — проговорила и в офис поднялась.

Я отказалась не потому, что действительно думала, что Максим заплатить за уступчивость хочет. А потому что соблазнов лучше избегать, чем с ними бороться. И вообще каким-либо образом сближаться с Барсовым (даже профессионально) чревато разоблачением моей тайны. А этого допустить нельзя.

— Что это?! — ошеломленно воскликнула, открыв дверь.

Я женщина обычная и не страдала по экзотике, вот и в цветах предпочтение отдавала розам. Кто-то мою любовь к ним принял слишком буквально. Наш и без того маленький офис был завален алыми розами. Ступить невозможно!

— Цветы, — улыбалась Кристина. Она у нас администратор и заведовала всеми организационными вопросами, но сейчас исключительно руководила.

— Саша, ну куда ты тащишь так, осторожней нужно!

— У меня руки все в царапинах уже!

— Не выдумывай, — отмахнулась она. — Розы в бумаге.

Я ошарашенно следила за их диалогом, но не совсем понимала. Это точно не сон?

— Саня, от кого? — остановила нашего главного креативщика. Такую светлую голову таскать букеты заставляли!

— От кого не знаю. Знаю для кого.

— Для кого? — тупила я.

Он только хмыкнул. Для меня, что ли? А от кого? Нет, ну серьезно. Я задумчиво нахмурилась. Если рассуждать логически, значит, это тот, кто доводы рассудка игнорировал. Это не Женя. Во-первых, он слишком рациональный для таких спонтанных поступков. Во-вторых, муж мое агентство не цветами, а бензином бы облил и спичкой чиркнул. Неужели, Макс? Он любил широкие жесты: девушку удивить, да себя показать.

— Дина, — позвала Крис, — так цветы домой или как?

Я округлила глаза. Какой домой! Меня муж съест и косточек не оставит. И как его винить?! Если бы его женщины одаривали так, то у меня возникло бы ну очень много вопросов!

— Оставьте пока, сейчас решу.

Я пошла в свой закуток, огороженный парой стеллажей от опен-спейса. Макс пёр напролом, абсолютно начхав на последствия. Жизнь мою разрушить хочет. В угоду своим страстям меня погубит.

Я опустилась в кресло и вздохнула. На столе лежал великолепный букет, оформленный с тонким вкусом, а сами розы бесподобны — алый бархат и прозрачные слезы на нем. Пока это роса, но если продолжит в том же духе, то будут настоящие и очень горькие.

Я достала телефон и позвонила Барсову. Не тому порывистому мальчишке, каким он сегодня предстал, а мужчине, в которого должен был превратиться в тридцать шесть лет.

— Снова здравствуй, Дюймовочка, — услышала низкое, чуть хрипловатое и очень нежное.

— Макс, ну зачем? — я не возмущалась его поступку, я боялась последствий и последующих возможных провокаций. Вероятно, Барсов мои отказы воспринимал как кокетство — я обязана убедить его, что это не так, пока его настойчивые ухаживания до моего мужа не дошли.

— Приятно тебе хотел сделать.

— Нет, ты себе приятно делаешь. Эго свое тешишь.

— Дина, это…

— Ты понимаешь, что мою жизнь рушишь? Что я мужу должна сказать? Как объясняться?

— Мы вместе ре…

— Да нет никаких «мы»! — воскликнула, кусая губы. Только бы не заплакать. — Есть я, мой муж и мой сын! Пожалуйста, прошу, умоляю тебя, оставь меня. Не мучь меня, Максим. Пожалуйста… пожалуйста… — я все же всхлипнула.

— Дина, не плачь…

— Не могу, ты убиваешь меня…

Я услышала, как у него нервно кадык дернулся. Как шумно воздух втянул. Как челюстью клацнул. Затяжное мрачное молчание, а после сухое и безэмоциональное:

— Я понял тебя, Дина, — и быстрые гудки выстрелом в висок. Я все-таки разрыдалась.

Почему? Почему так? Всегда так?! Говорят: лучше поздно, чем никогда, но в нашем случае «никогда» уже наступило! И ничего уже не изменить. Ведь мы любили друг друга. Я сына от него родила. С Максом мы могли быть самыми родными, нужными, близкими, а стали чужими. И ничего уже не изменить. Наверное, потому так колет в груди…

— Дина, а что… Ты плачешь? — ахнула Кристина.

— Все нормально, палец уколола, — проговорила, вытирая слезы, и показательно в рот засунула.

— А, понятно… Ну так что с цветами будем делать? — взбодрилась наша зажигалка. — Их реально слишком много.

Что делать? Розы красивые, но здесь не оставить и домой не забрать. Даже всей командой не осилим. Барсову отправлять нет смысла — как флирт воспримет. Так…

— Знаешь, что… — всхлипнула я. Идея у меня появилась. — У нас открытие ресторана на выходных, давайте шоу с лепестками роз устроим.

Заказывать такое чудо реально очень дорого и цветы нужны хорошие, качественные. А у нас сейчас на руках превосходные розы в большом количестве! Пушку арендуем и все, эффектная программа обеспечена. Кате Полонской точно понравится, да еще и по бросовой цене.

— Крис, задание следующее: розы поливаем, охраняем, через два дня общипываем.

— Как курочек, — хихикнула она.

— Ты курочку в живую видела-то?

— Обижаешь! Я под Брянском родилась.

У меня даже настроение поднялось. Я реально любила свою работу, команду и даже клиентов. Хоть где-то у меня взаимная гармония.

— Дина, еще звонили из типографии, говорят счета не оплачены.

— Ок, разберусь.

Я зашла в SAP. Действительно выставленные счета еще не исполнены бухгалтером. Странно, уже два дня прошло. Обычно таких задержек не бывало. Я набрала Галину. Телефон недоступен. Ладно, зайду в СДБО, посмотрю, может там зависли деньги. Я достала из тумбы usb-токен, ввела логин и пароль и охренела. Натурально так. Эпически даже. На расчетном счету «Восток-Запад» был всего триста сорок шесть рублей.

— Не может быть… Это какая-то ошибка… — я бросилась звонить в банк. Это какой-то глюк. Не может быть по-другому. А если… Нет. Черт, тогда трындец! Если не верну деньги, конец всему. Проектам, агентству, мне.

Домой я летела, крепко стискивая руль, молча на дорогу смотрела, на автомате притормаживала и уступала. Не слышала даже, что Матвей рассказывал.

— Мам? Мама! — услышала испуганное и словно очнулась, руль выкрутила, на дорогу возвращаясь. Боже, чуть на тротуар не заехала. Я хотела отвесить себе хорошую пощечину, чтобы в себя прийти, но сын и без того на меня смотрел широкими беспокойными глазами. Если дубасить себя начну — кошмары обеспечу ему.

— Все хорошо? — спросил осторожно.

— Да. — Все ужасно! — Да, сынок. Хорошо. Конечно, хорошо.

Домой доехали живыми, но еще час, пока мужа ждала, места себе найти не могла. Нервно мерила шагами квартиру, на балкон выбежала, телефон проверяла.

— Ну где ты?! — в очередной раз набрала Женю.

— Дверь открываю.

Я бросилась в прихожую и действительно щелкнул замок. Наконец-то!

— Нам нужно поговорить, — сходу налетела на него.

— А поцеловать?

— Женя, нам срочно нужно поговорить! — даже голос повысила. Он прошелся по мне странным изучающим взглядом и ответил прохладно:

— Дай с сыном поздороваться и руки помыть. — Женя скрылся в ванной, а меня трясло от напряжения, разрывало от тревоги и плакать хотелось от бессильной ярости.

— Привет, пап, — крикнул Матвей из столовой.

— Привет, — Женя пошел к нему, а я осталась стоять в коридоре, у двери нашей спальни. — Все только не слопай, — хмыкнул он.

Сегодня на ужин любимое блюдо Матвея: макароны с сосисками, на большее меня не хватило. В холодильнике осьминог дожидался: хотела приготовить кулинарный шедевр, но день настолько паршивый, что вероятность отравить семью стремилась к бесконечности.

— Что за срочность? — Женя вошел за мной в спальню, на ходу пиджак снимая.

— Твоя Галина обокрала меня! — тихо крикнула я. Умею ругаться негромко, у меня опыт.

— Не понял? — нахмурился Женя. — У меня никаких Галин нет.

— Пехова! Бухгалтер! — всплеснула руками я. — Жень, она деньги с расчетного счета вывела, понимаешь? Аванс за услуги. Это пиздец! — не выдержала я.

Он бросил на меня предупреждающий взгляд и дверь наглухо закрыл. Ему не нравилось, когда женщина ругается. Мне, собственно, тоже, но сейчас мне похер. У меня апокалипсис планетарного масштаба!

— Рассказывай.

Я эмоционально объяснила все, что узнала и что в банке сказали.

— Завтра пойду в полицию! Пусть ищут мерзавку!

Пусть ее найдут и накажут, только деньги я вряд ли увижу. У нас же все через одно место. Вон, у соседки еще в Алтуфьево цепочку сорвали прямо средь бела дня. Нашли вора быстро и украденное в ломбарде тоже, только она так и не получила обратно пропажу. Все. Пока шло следствие, потом просто рукой махнула. То же самое будет с моими деньгами, а мне они нужны были еще вчера…

— Не нужно полицию, — задумчиво проговорил Женя и как ни в чем не бывало часы снял, потом за рубашку принялся. Это что, вся реакция?!

— В смысле не нужно полицию?! Она агентство обокрала. Меня!

— Нас, — поправил он. — Мы ведь семья.

— Да… Конечно… — согласилась, но потом волосами тряхнула и на него с недоумением взглянула: — Не понимаю твоего спокойствия?

— Я сам найду ее и все решу.

— Пусть полиция ищет. Это их работа!

— Нельзя в полицию! — отрезал он. — Мы с ней в свое время мутили с субсидированием. В серую проводили платежи…

Я только потрясенно глазами хлопала. Я не ханжа: знала, что всегда есть кто-то, кто взятки дает и тот, кто принимает, про коррупцию и махинации, но никогда не думала, что мой муж замешан в воровстве. А как это еще назвать?! Женя много работал и хорошо, очень хорошо зарабатывал. Мы не в чем не нуждались, жили в огромной квартире, ездили на хороших машинах и могли позволить отдых даже на пресловутых Мальдивах. Вот, значит, откуда денежка текла. Или течет…

— Она меня может сдать. Или ты именно этого хочешь?

— Нет! Конечно, нет!

Я не хотела. Естественно, не хотела! Женя не идеален, но он мой муж. Благодаря его манипуляциям с квотами мой сын жив и здоров. Тогда меня это не смутило. Нечего и сейчас оскорбляться!

— Но как же… — я устала опустилась на кровать. — Мне нужны эти деньги. Они не мои. Что я заказчику скажу? Я не могу ждать, пока эта гадина отыщется. Нужно что-то делать, иначе посадят меня…

— Я дам тебе деньги, — Женя присел и обнял мои колени. — Сколько?

— Это большие деньги: четыре миллиона. Жень, она их должна вернуть, а не ты.

— Ничего, разберусь, — криво усмехнулся и, взяв мои руки, поцеловал поочередно. — Я переведу деньги, а ты вернешь их заказчику.

— Зачем? — не понимала я. — Я доведу рекламную компанию до конца и верну тебе деньги. По частям, конечно, но…

— Дина, ты реально не понимаешь?! — вскочил он. — Ты не справляешься по-крупному! Только в истории попадаешь, а я расхлебываю! Если об этом узнают, то репутация агентства тю-тю. Да и заказчик может подумать, что ты сама кинуть его решила. Я волнуюсь за тебя!

— Это вообще-то твоя знакомая мошенницей оказалась, — с тихой яростью проговорила, поднимаясь. Как и ты сам! Но этого вслух не сказала. — Я ничего порочащего репутацию не сделала.

— Значит, ты дала повод себя облапошить! Ты не руководитель, ты — женщина. Оставь серьезную работу серьезным людям!

— А я, по-твоему, какая? — теперь мы ругались громко.

— Дина, ну хватит бизнес-леди строить! Это тебе не жопой на пилоне крутить, — и яростно глазами сверкнул: — Хотя, не спорю, задница у тебя отличная.

Я только рвано воздух втянула, заглушая желание послать его подальше. Каким же он бывает мудаком! Слов нет как ненавижу его в такие моменты.

— Не нужны мне твои деньги. Сама разберусь. — Я попыталась мимо пройти.

— Я не закончил.

— Я закончила.

Женя жестко схватил меня за предплечье и к себе притянул. Наверное, он тоже сейчас меня ненавидел. Я вздернула подбородок и ждала дальнейших действий. Возможно, ударит меня. Ругались мы порой сильно, но до рукоприкладства не доходило, но все бывает в первый раз. Честно, я и сама не знала, способен ли он поднять на меня руку. Но была уверенна, что это будет последнее, что сделает. Бить себя не позволю! Никому. Ни один мужчина не поднимал на меня руку и ни один не посмеет этого сделать!

Мы так и смотрели друг на друга, сгорая в костре непонимания. Мы были абсолютными противоположностями: мы необъяснимо притягивались и с разрушительной силой отталкивались.

— Любимая, — шепнул и прижал меня к себе очень крепко. Шумно втянул запах волос, закрылся и запутался пальцами в них. — Будь моей послушной девочкой. Мы столько прошли вместе, давай не будем ссориться.

— Я хочу побыть одна, — освободилась от его объятий, порой душивших как руки палача.

Этой ночью я спала у Матвея. Муж терпеть этого не мог, но мы слишком крупно поругались. Я не могла и не хотела находиться с ним в одной постели. Утро тоже выдалось напряженным: никто не забыл.

— Мое предложение в силе, — Женя чмокнул в макушку и, не завтракая, уехал на работу.

Я отвезла сына и тоже поехала в офис. Нужно подумать о ссуде… Господи, я снова буду в долгах. Но выбора у меня ноль без палочки. Если не найду деньги — всех подведу и, вероятно, на меня в суд подадут. Екатерина Полонская прекрасная женщина, а Вадим реально помог за свой косяк, но они деловые люди, а не мои покровители.

Именно с этой мыслью просматривала рабочую почту и наткнулась на письмо с незнакомого адреса. Много всего скопилось.

Мне действительно необходима помощь хорошего рекламного агентства. Уверен, у тебя именно такое. Дина, позволь хотя бы что-то для тебя сделать. Ты мне ничего не будешь должна. Чисто бизнес.

Макс Барсов

Я откинулась в кресле, задумчиво кусая губы. Возможно, пожалею. Вероятно, неправильно это. Очевидно, что опасно для меня по всем фронтам. Но мне нужны деньги! Его предложение позволит решить проблему и выиграть время, дальше разберусь. Поэтому я позвонила ему:

— Максим Игоревич, — это была не ирония: я выстраивала этические границы и соблюдала субординацию. — Спасибо за предложение. Уверена, мы сработаемся.