Глава 16

– Может, останетесь? – у выхода к нам подбежала Женя. – Только познакомились, и уже уходите. Надеине успеете побыть. – Нет, – коротко бросил Игнат. Я растерялась, да и Женька, как я вижу, тоже. Игнат ответил без вежливых объяснений, без оправданий, а ясно и резко. – Ну… успеем еще поближе познакомиться, – пробормотала Женя. – Слав, можно тебя на минуту? – Я сейчас, – мягко высвободилась из объятий Игната. – Жду у машины. Обернулась, коротко кивнула, и подошла к Жене. – Ты бросаешь меня в незнакомой компании! Здесь телки такие стремные, – сморщила она нос. – Не стыдно тебе? – Телки стремные, да? Зато мужики – нет. Предложи сделать им массаж, вдруг кто согласится. – Эй, Славик, я же по дружбе. Ты чего, ревнуешь, да? – хихикнула подруга. – Вспомни, как я постоянно тебя разминала. Плохо, разве? Нет. Массаж Женя делает отличный, этого у нее не отнять. Вообще, в балетном были свои врачи и массажисты, но очередь была огромной. И Женька часто меня выручала, руки у нее волшебные. Но… неприятно все это. – Ты не должна предлагать делать моему мужчине массаж! – Ревнуешь, – кивнула она. – Дурочка. Ты же как сестра мне, и с Игнатом я просто хочу подружиться. Чтобы тебя не потерять. Дружить и с тобой, и с ним, если у вас все серьезно. Разволновалась на этой почве, вот и предложила массаж, увидев, как у него плечи сводит. Или… стой-ка, ты что, подумала, что я к нему подкатываю? – Нет, – солгала я. – Ты так подумала! – обвиняюще ткнула Женя пальцем мне в живот. – Обалдела? Я что, сука что ли, совсем? Слава, блин, я в шоке от тебя. Ведешь себя в последнее время так, будто я враг тебе, а не лучшая подруга. Женя шмыгнула носом, и я почувствовала себя настоящей стервой. Она ведь всегда так. Любит быть в центре внимания, как практически все артисты. Это я – аномалия, внимание мне нужно только на сцене, а Женьке подавай всеобщую любовь и дружбу. – Притащила меня в незнакомую компанию, – всхлипнула подруга, – оскорбила, еще и бросаешь. Отлично, Слава. Браво. Включила приму? Не нужны друзья больше? – Жень, ну что ты? Я… я сама растерялась. Прости, пожалуйста. Правда. У Игната дела по работе, потому мы и уезжаем, одну он меня здесь не оставит. И я не думала, что ты к нему пристаешь. Я просто немного приревновала. Глупая я. Не сердишься? Жееень, – я притянула ее за плечи к себе, – ну всё, давай жить дружно, а? – Уф! Не могу на тебя долго сердиться! – буркнула подруга. – И запомни: я просто хочу поладить с Игнатом. А то знаю я мужиков. Поселил тебя у себя, постепенно отдалит от всех подруг, еще и запретит общаться. Будешь носки ему штопать. Я просто не хочу тебя лишаться, так что не смей больше гадости про меня думать! – Вы подружитесь, обещаю. Он замечательный, – я поцеловала Женю в щеку, и отстранилась. – Ну я пойду, ладно? Извини, что бросаю. Могу такси тебе вызвать. Надо? – Нет, я с ребятами посижу. Иди уже, – махнула Женя рукой, все еще выглядя обиженной. Я послала ей воздушный поцелуй, и пошла к машине, в которую Игнат не сел, а ждал рядом с ней. Чувствую себя сволочью. Женька, да, давно не девственница, и никогда не скрывала, как получает от мужчин желаемое. Именно она лучшего партнера в балетном отхватила, поддержку он идеально делал. А все потому что давала ему. Мне же достался олух, стеснявшийся меня поднимать, и однажды перещемивший в поддержке позвонки, прямо перед выпускным концертом, кстати. И про роли Женя говорила, что не постесняется, и если надо будет, то хоть со всеми сразу будет спать. На задних лапках ходить будет, но прославится. Но она хоть прямо говорит, а ведь почти все именно так и думают, как Женя, только говорить стесняются. Знаю я про недавний скандал, связанный с одним знаменитым театром. Балерин вывозили в отель на «субботник», и заставляли обслуживать богачей. И отказ означал увольнение. Но Женька… нет, я просто ревнивая дура. Одно дело – балет, а другое – Игнат. Сейчас я вижу все в настоящем свете. Не приставала она к Игнату. – Судя по всему, вы снова подруги, – прокомментировал Игнат недовольно, и открыл для меня дверь автомобиля. – Я же сказал, чтобы ты с ней не общалась. – Игнат, – вздохнула я, но он захлопнул дверь. Я дождалась, пока он сядет в машину, и выдала: – прости за этот вечер. – Не извиняйся. Просто сделай так, как я сказал, и не общайся с этой идиоткой, – процедил Игнат. Я вспыхнула. Оскорбилась. И… Женя права была, говоря про мужские планы отвадить всех подруг? Это у всех них такое желание – чтобы принадлежала только одному?! – Не общаться только потому, что Женька растерялась в незнакомой компании? Игнат, я прекрасно понимаю, что вела она себя глупо и невоспитанно. Но она была среди незнакомцев. Одна. Мы-то все, кроме Игоря, были парами. Вот Женя и наговорила всякого. Она просто хотела всем понравиться. Знаешь, всегда так было. Бывало, сидели в компании, и разговор не клеился, и Женя начинала всякую ерунду нести. Не любит молчание, стремится заполнить его. – Это все прекрасно. Но ты больше с ней не общаешься. Игнат, говоря это, даже не взглянул на меня. – Ты не можешь мне запрещать! Я с детства с ней. С детства, Игнат! Нас многое связывает, Женя не раз меня выручала, защищала, помогала. И только из-за истории про то, что балерины спят за роли, ты вздумал мне запрещать общаться с лучшей подругой? – кипятилась я. – Я запрещаю, потому что твоя Женя – прошмандовка, – припечатал Игнат резко. – Шлюха подзаборная. Проститутка, если мягче выразиться. Слышала поговорку: «Скажи мне, кто твой друг, и я скажу – кто ты!»? – Намекаешь, что я шлюха? А ничего, что я с тобой девственности лишилась? – Я не намекаю, а говорю прямо. Она – шалава, и о тебе будут также думать. Вдобавок, научит тебя какой-нибудь дряни, втянет в проблемы. Вопрос решен, Слава. Все. – Нет, не всё! Не всё, Игнат! – я сжала кулаки, стремясь сдержать злость и не ссориться. – Ты же обещал мне, что не станешь контролировать. Я предлагала пойти на уступки, но ты сам сказал, что этого не нужно. Или ты забыл? – Слава… – Она хорошая, правда. И не шлюха она! – Шлюха. Я мог попросить твою Женю залезть под стол, и отсосать мне. И она бы тебя не постеснялась, исполнила бы, – Игнат на секунду повернул ко мне голову, и усмехнулся. – Тебе не понравится то, что я сейчас скажу, но до встречи с тобой я с такими Женями и трахался. Отлично изучил таких. – Ты ошибаешься. Она… да, она не совсем сдержанная в этом плане, но с тобой бы не стала, – буркнула я. – Так что, Игнат? Будешь нарушать свое слово, и ставить мне запреты? – Делай как знаешь, – процедил он. – Спасибо, – съязвила я в ответ. Мало того что я себе напридумывала про Женю гадостей, так еще и Игнат туда же. А ведь я всё помню. Помню, как нам выдали пачки – не простые, а на деньги спонсора. У меня была восхитительная, розовая. И за час до выхода на сцену, нам тогда было по двенадцать лет, я нашла свою пачку всю измазанную чернилами. К педагогам было страшно идти, я понимала – получу. Артист должен следить за костюмами, нас этому с первого дня учили. И именно Женя нашла меня в слезах. Ох, как я рыдала. У меня была роль амура, приближенного к Спящей красавице, практически сольная на мой детский взгляд, тогда как остальные дети должны были просто танцевать на сцене. И Женя тогда утерла мои слезы, а затем отдала свою пачку. Забрала мою, обклеила её влажными салфетками, и вышла в ней, тогда как я танцевала в её костюме. И именно Женя поймала нашу главную стерву-Соню, натирающую мои пуанты мазью. И это перед конкурсом, на котором я должна была коду Одиллии танцевать. Вышла бы на сцену, и ноги бы сразу запекло невыносимым жаром. Ох и оттаскала Женя её за волосы. Нет, Игнат ошибается. Увидел лишь обертку, не потрудившись даже попытаться понять, что внутри. Еще и сердится на меня. Игнат молчал, пока мы ехали домой. Молчал, пока поднимались в лифте. И когда вошли в квартиру. Я и сама сержусь на него, но… я ведь должна быть мягче. Это мужчины – агрессивные, и не терпят непослушания, но мы ведь мягкие, и умеем сглаживать такие ситуации. Игнат все также в молчании помог мне снять пальто, повесил его, и принялся раздеваться. Я дождалась, пока он расстегнет свое пальто, и обняла его со спины. – Не злись на меня. – Я не злюсь. – Злишься. Того и гляди, зарычишь. Такой грозный, – промурлыкала я. – Ладно, я злюсь. – Прекращай, – я просунула руки под его свитер, накрыла его пресс, и слегка царапнула ноготками. – Прекратил? Помогло? – Помогает, да, – хохотнул Игнат. – Но слабо. – Хмм, что же мне придумать? Могу предложить массаж, ты ведь поймал меня на слове, – напомнила я. – А еще… что же ты сказал? Кажется, что ты меня хочешь, да? Впрочем, я могла напутать. – Нет, ты не напутала, – Игнат схватил меня за запястье, и заставил меня опустить ладонь с его пресса на бедра. – Чувствуешь? Чувствую его эрекцию. – Впечатляет, – тяжело сглотнула я. – Но сначала массаж. Тебе понравится. Тем более, у меня есть идея, как совместить приятное с полезным.