12

После моего заявления Мурат изменился в лице, побледнел и мне это не показалось. Он попросил описать, как выглядел тот «доброжелатель» с «дружеским» советом и я назвала черты лица, которые запомнила. Ничего особенного, если честно, а может дело в том, что в тот момент я была очень сильно напугана.

— Я разберусь, веришь? — сказал он, заглядывая в мои глаза.

Я кивнула в ответ, а затем вымученно улыбнулась и попросила отвезти меня на работу.

— Нет, Кать. Даже не проси. Ты больше не работаешь в банке.

— Но ты не можешь принимать за меня такие решения! Мы с тобой ни о чём еще не договорились, а ты уже качаешь права.

— А что тут договариваться? Ты увольняешься, и мы переезжаем жить ко мне.

— Что значит, переезжаем жить к тебе? Я должна вернуться в ту глухомань? Серьёзно?

— На самом деле, я живу в областном центре, но в ту глухомань, как ты выразилась, да, я тоже приезжаю. У меня там живут родные, как и твои.

Я демонстративно закатила глаза. Надоел этот бессмысленный разговор, который длился целую вечность по ощущениям.

— Шахин, верни мой мобильник. Я хотя бы позвоню на работу и предупрежу, что меня не будет.

Мурат потянулся к заднему карману своих джинсов, достал телефон, передал его мне и вышел из комнаты. Я быстренько разблокировала экран, набрала номер управляющей банка и стала молиться про себя, чтобы мне не выписали по первое число. Слава богу, но управляющая была в хорошем настроении и разрешила сегодня не появляться на работе.

С приподнятым настроением я завершила вызов. Позвала Шахина по имени, но никто не откликнулся. Я побродила по дому, заглянув в каждую комнату, но Мурата нашла лишь на улице на заднем дворе. Спрятавшись от солнца в тени деревьев, я молча наблюдала, как Шахин меряет широкими шагами аллею, разговаривая с кем-то по мобильному.

— У тебя нет столько времени! — грозно рыкнул голос Мурата, и я даже вздрогнула. — Я еще раз повторяю. Максимум три дня, и я должен знать всё: фамилию, на кого работает, где искать!

Мурат завершил разговор и пнул ногой небольшой камень, лежащий на его пути. Злой был, как никогда. И я даже догадывалась почему и чью фамилию хотел знать. Он искал того, кто приходил ко мне. Не знаю почему, но я не верила, что он найдет. Сколько прошло времени? Да уже поздновато для поисков.

Он заметил меня и его чёрные глаза вмиг подобрели.

— Иди ко мне, — ласковым голосом произнёс Шахин и стал направляться ко мне сам.

Он обнял меня за плечи, притянул к своей груди, окутывая своей силой и мощью. В его объятиях вдруг стало спокойно и уютно. Я даже позволила себе немного расслабиться и закрыть глаза, не думая ни о чём конкретно в этот момент.

— Кать, ты же тогда меня обманула, когда я приехал к тебе в столицу и предложил отношения? Ты не спала с мужем после встречи одноклассников? — его голос слегка дрогнул, и я вдруг поняла, что он жутко боится услышать, что тогда я сказала правду.

— С Башаровым у нас давно ничего не было и нет, — честно призналась и тут же услышала облегченный выдох, сорвавшийся с губ Шахина. — Я беременная от тебя, Мурат, но… Руслан всё равно станет отцом. Юридически.

— Да я ему ноги сломаю. Практически.

Я оторвала голову от мужской груди и заглянула в чёрные глаза, горящие в этот момент настоящим огнём.

— Не трогай его, пожалуйста.

— Боишься за мужа?

— За тебя боюсь.

На моё признание Мурат широко улыбнулся и неожиданно поцеловал в губы. Нежно, трепетно, едва касаясь.

Еще какое-то время мы постояли на улице, а затем я уговорила Шахина отвезти меня домой, чтобы забрать вещи. Я не хотела встречаться с Русланом, а потому специально выбрала время, когда его точно не должно быть дома.

Как бы я не пыталась сопротивляться, какие бы не возводила ледяные стены, Мурат был прав в том, что выбора у меня нет. Здесь только два варианта: либо жить в столице и терпеть бывшего пока мы не разведемся и не разменяем нашу двухкомнатную квартиру, либо довериться отцу ребенка, как я и хотела в самом начале, пока не появились некие проблемы. Мой выбор был очевиден и явно не в пользу бывшего мужа.

Внедорожник Шахина тормознул возле моего подъезда. Я потянулась к дверце и в спешке выбежала на улицу. Мурат последовал за мной.

Я обернулась, сканируя Шахина разгневанным взглядом.

— А ты куда собрался?

— С тобой пойду.

— Это не очень хорошая идея. Подожди меня в машине, пожалуйста.

— Кать, — Шахин забрал из моих рук ключи и приложил один из них к домофону, — с сегодняшнего дня ты не одна. Я понимаю, что тебе трудно смириться, что ты привыкла быть сильной, независимой, но со мной так не получится. Ты беременная и сейчас я тебе просто необходим.

— Беременность — это не болезнь. Не стоит трястись надо мной как над инвалидом.

Шахин скривился после этой фразы. Открыл дверь подъезда и рукой показал на вход, приглашая зайти первой.

— Я не трясусь над тобой, Авдеева. Просто не знаю, что может выкинуть тот упырь, — произнёс шепотом на ухо.

Я побледнела. Руслан! А я и думать забыла, что он ничего не знает о Мурате. Конечно же, много лет назад, еще до замужества, я упоминала Шахина, но звучало это из разряда воспоминаний про школьные годы. Сейчас я даже не представляла, чем всё может обернуться, когда двое мужчин предстанут друг перед другом лицом к лицу.

Мой страх материализовался. Я только открыла входную дверь квартиры и переступила через порог, как из кухни донёсся голос Руслана и немного позже его мамы.

— Мам, ну это, правда, лишнее. Зачем ты прицепила эти цветочки на салат? — возмущался Руслан.

— Чтобы было всё красиво, — отвечала Ольга Николаевна.

— Это в девяностых сверху оливье и селедки под шубой лепили цветочки, вырезанные из огурца. Мы же не в девяностых, мам?

Мурат крепче сжал мою руку:

— Кажется, у вас тут гости?

— Кажется, у Руслана день рождения и я совсем о нём забыла, — ответила я.

Я повернулась лицом к Мурату и, взяв его за руку, умоляюще заглянула в чёрные глаза.

— Пообещай, что не тронешь его.

Мурат отвёл взгляд. Шумно вздохнул.

— Шахин, пообещай, иначе я никуда с тобой не пойду.

— Кать, чего ты боишься? — спросил он, но я не успела ответить, как из кухни послышался голос свекрови, а в скором времени она появилась в коридоре.

— Катю… — начала радостно говорить и тут же закончила, увидев меня с Муратом.

Какое-то мгновение Ольга Николаевна стояла на месте, не шевелясь. Её взгляд был совсем стеклянным, потерянным.

— Здравствуйте, — промолвила я немного холоднее, чем могла сказать. — Это Мурат, знакомьтесь.

Шахин просто кивнул и принялся молча снимать обувь, а я в спешке стащила босоножки и подошла к свекрови. Взяла её за руку, вымученно улыбнулась.

— Ольга Николаевна, вы очень хорошая, правда. Вы мне как вторая мама. Но… Сами понимаете.

— Катюша, это твоя новая любовь? — тихо сказала Ольга Николаевна, а потому Шахин заметно напрягся и стал прислушиваться к разговору.

Я посмотрела на Мурата, затем приложила свою руку к округлившемуся животу и перевела взгляд на свекровь.

— Нет. Самая первая. Та, что настоящая, — ответила без толики сомнений. — Ольга Николаевна, Мурат — отец моего малыша. Не Руслан! Надеюсь, вы меня поймёте когда-нибудь.

— Кать, я знаю. Это моя вина.

— Что вы хотите сказать?

— Руслан бесплоден, только не знает про это. Мы с ним никогда не говорили на эту тему.

Я пришла в шок, мягко говоря. Внутри всё замерло, а затем резко перевернулось. Моё дыхание сбилось, сердце болезненно сжалось в груди, а перед глазами появились реалистичные картинки из прошлого. Я столько лет потратила на… Что?

— Кать…

Ольга Николаевна попыталась взять меня за руку, но я отпрянула. Я вдруг стала злой. Так и чувствовала, как ногти впиваются в ладони, когда сжимала пальцы в кулаки.

А затем в коридор вышел Руслан.

— Мам, там Катя пришла? — спросил он, но увидев картину маслом, вдруг остолбенел.

Я смотрела на них и хотела плакать. Все эти годы меня подло обманывали со всех сторон! Муж, свекровь, а потом подключилась лучшая подруга. Был ли кто-то еще из предателей в моём окружении? А вот не знаю, но если и был, то удивляться я бы точно не стала.

— Кать, ты хотела вещи какие-то взять, — на моё плечо легла теплая ладонь и я вздрогнула.

Обернулась, посмотрела на Шахина.

— Иди, котёнок. Вещи собери, — ласково произнёс Мурат, будто мы были наедине и нас не прожигали взглядом две пары глаз.

Я только успела сделать несколько шагов в направлении спальни, как дорогу преградил Руслан. Руки на груди скрестил. Весь такой… Противный до рвотного рефлекса.

— В сторону отошёл, — послышалось за моей спиной.

Рус перевёл взгляд на Мурата. Сощурился, а затем выдавил из себя пренебрежительную ухмылку.

— А ты кто такой? Как ты вообще посмел переступить порог моего дома?

Я закатила глаза. Дурак… Какой же Рус придурок.

— Башаров, давай без концертов, — сказала я, пытаясь достучаться до здравого рассудка еще пока законного супруга.

— Руслан, если не хочешь по-хорошему, то объясню, как в прошлый раз. Только на этот раз, пять лет отсидишь ты, — произнёс Шахин, но я ничего не поняла, а потому повернулась к Мурату лицом и повела бровью в недоумении. — Кать, потом всё объясню.

— Это ты, что ли, хахаль моей жены? — дерзко усмехнулся Руслан, а затем совсем слетел с катушек: — вали на хрен из моего дома и оставь в покое мою жену. У нас семья!

Я уже ничего не хотела слушать, как и видеть. Просто схватила Ольгу Николаевну за руку и повела за собой в спальню. Оказавшись в комнате, заперла дверь на замок. Включила ноутбук, запустила музыкальный проигрыватель и сделала музыку погромче.

В письменном столе, в ящиках, отыскала документы: гражданский и заграничный паспорта, свидетельство о браке, документы на квартиру и дачу. Затем подошла к шкафу и стала собирать в дорожную сумку вещи на первое время.

Ольга Николаевна подошла ко мне со спины. За руку резко схватила, заставляя обернуться.

— Кать, а если они сейчас там убивают друг друга?

— И что? Вы хотите, чтобы я пошла их разнимать?

— Да нет. Может полицию вызвать?

— Ольга Николаевна, обойдёмся без полиции. Они взрослые мужики, думаю, просто поговорят и всё.

— Вы правда разводитесь с Русланом?

— Да. Это действительно конец, если вы это хотели спросить.

— Мне очень жаль, что так получилось. Мой сын настоящий дебил, раз потерял тебя. Он же так сильно любил тебя, но чёрт дёрнул связаться с этой Риткой!

— А это уже неважно. Знаете, я даже благодарна вашему сыну, — сказала я и, наткнувшись на непонимающий взгляд, добавила: — хорошо, что Руслан связался с Риткой и ушёл из дома. Для меня это стало поводом начать новую жизнь.

— Ты забеременела. Я понимаю, это огромное счастье, но как дальше думаешь жить?

— Я пока об этом не думала. Ничего не загадываю. Сейчас моя главная задача — выносить и родить, об остальном я подумаю после.

Ольга Николаевна понимающе кивнула, а потом замолчала и просидел так, молча, всё время, пока я собирала свои вещи.

Когда я открыла в спальню дверь, то в квартире царила подозрительная тишина. Медленным шагом я вышла в коридор. Шахин стоял напротив входной двери, уткнувшись в свой мобильный телефон.

— Где Руслан? — спросила я у Шахина.

— В кухне.

Я намеревалась зайти в кухню, но Шахин остановил меня, схватив за руку чуть выше локтя.

— Кать, не ходи туда.

— Почему?

— Я был немного резким.

— Ты его избил? — прошипела я. — Я же просила тебя, Мурат.

— Нет, — качнул головой, — поздравил с днём рождения, считай так.

Я смерила Мурата ледяным взглядом сверху вниз и всё-таки прошла на кухню. От увиденной картины мне стало не по себе. Сделав глубокий вдох, на ватных ногах я подошла к Русу, сидящему на полу, и опустилась перед ним на корточки.

— Господи, Руслан… — вскрикнула я, когда он поднял на меня взгляд.

Лицо было разбитым, из носа текла кровь, а под глазами красовались кровоподтёки.

Я резко вскочила на ноги. Отыскала в шкафчике аптечку и стала искать средства первой помощи. В кухне скрипнула дверь, а затем за моей спиной послышался низкий голос, напоминающий грозный рык в этот момент.

— Кать, ты к нему больше не подойдёшь и дважды я не повторяю.

От испуга я чуть не уронила аптечку. Медленно повернулась лицом к Мурату и встретилась с ним взглядом.

— Я же просила тебя не трогать его.

— Иначе он не хотел понимать. Пришлось пояснить, что своё я не отдаю.

* * *

Шахин

— Котёнок, ну не дуйся на меня.

— Я не дуюсь, — сказала через зубы и демонстративно отвернулась к окну.

Крепче сжал руль, бросил взгляд на Авдееву, вздохнул. Злилась Катерина и очень сильно, а я ничего поделать не мог. Она же беременная и нервничать ей точно нельзя. Поэтому сосредоточился на дороге и до конца поездки ни разу не попытался завести диалог.

Приехали в таунхаус ближе к вечеру. Припарковал тачку напротив дома, заглушил мотор и вышел на улицу. Открыл дверцу со стороны пассажира, протянул руку вперёд.

— Прошу.

— Я сама, — Катя мазнула по мне холодным взглядом и переступила через высокий порожек внедорожника.

Решил промолчать, не заостряя внимания на этом моменте. Достал из багажника сумку с вещами и двинулся вслед за Авдеевой.

Оказавшись внутри дома, Катя остановилась на первом этаже посреди коридора и огляделась по сторонам.

— Если твоё предложение еще в силе, то я готова его принять.

— О каком предложении ты говоришь?

— Ну… Я бы могла жить здесь взамен на отношения с тобой, — заявила Авдеева, заставляя меня проглотить смешок.

— Ах, Катя, это предложение утратило свою актуальность.

— Почему? — обернулась, посмотрела на меня своими большими голубыми глазищами, и я ощутил, как в груди сжимается сердце.

— Я уже говорил. Ты будешь там, где я.

— В качестве кого?

— Любимой женщины.

Катя закатила глаза и мне это не понравилось. То есть, ей не подходит, да?

— Я пойду в спальню, — сказала она и стала молча подниматься по лестнице на второй этаж.

Я смотрел ей вслед и молчал. В голове было много вопросов, но озвучивать их вслух я не спешил. Судя по всему, что я видел, Катя находилась в постоянном состоянии стресса, поэтому лучшим было её не трогать.

Она закрылась в комнате и даже не спустилась на ужин. Волновался, вдруг голодная или плохо стало. Не выдержал. Подошёл к двери, занёс руку, чтобы постучать, но в последний момент передумал. Нажал на дверную ручку вниз, дверь открылась. Авдеева не заперлась на замок и это хорошо.

Катя лежала на кровати, повернувшись ко мне спиной. Я не видел её лица, но почему-то был уверен, что она не спала. Поэтому подошёл и сел на кровать.

— Я стол накрыл. Идём ужинать.

— Не хочу.

— Кать, — рукой коснулся плеча и Авдеева вздрогнула, а мне вдруг захотелось её обнять, прижать к своей груди крепко-крепко, чтобы не смогла вырваться. — Лёгкий ужин. Совсем немного. Ну давай.

— Шахин, оставь меня одну. Я не хочу есть, сказала же.

Сухой тон отозвался тупой болью в моей груди. Она ничего ко мне не чувствовала и от осознания этого факта я едва не слетал с катушек.

— Почему ты такая холодная? Я тебя совсем не впечатляю?

Авдеева перевернулась на другой бок и теперь смотрела на меня сверху вниз. Её нечитаемый взгляд коснулся моего лица, спустился ниже и задержался на правой руке.

— Дело не в этом, Мурат. Слишком много событий за один день. Я просто устала, пойми меня правильно.

— То есть, есть надежда, что ты когда-то полюбишь меня?

— Знаешь, я буду с тобой откровенной. Я больше не верю в любовь. Розовые очки разбились стёклами внутрь уже давно. Так что извини.

— Когда-то ты говорила другое.

— Тогда мне было семнадцать, Мурат. Сейчас тридцать два.

— Но я же не изменился. Люблю тебя с первого класса и до сих пор. Считай, всю жизнь.

— Ты любишь не меня, а образ, который сам себе создал. Поверь, реальная Катя и та, что сидит в твоей голове, — разные женщины.

— Посмотрим. Лучше идём ужинать.

Катя нехотя поднялась с постели, и мы вместе спустились по лестнице на первый этаж. Устроились за столом на кухне. Катя молча ковыряла вилкой овощной салат, а мне и самому кусок не лез в горло. Толком не поужинав, убрал продукты в холодильник, а грязную посуду сунул в посудомоечную машину.

— Я в душ и спать, — подошёл к Авдеевой и, не спросив разрешения, поцеловал её в лоб, — спокойной ночи, котёнок.

— Мурат, подожди, — прилетело мне в спину.

— Да?

— Какие у нас планы на завтра? Я бы хотела поехать на работу.

— Поедешь, но сначала заедем в лабораторию.

— То есть, ты не блефовал? Мы правда будем делать тест на отцовство?

— Будем, а затем в суд подадим иск, чтобы меня признали отцом.

Катя согласно кивнула, и я не стал продолжать разговор. Молча вышел из кухни и взял курс в стороны лестницы. Оказавшись на втором этаже, закрылся в душе и еще какое-то время постоял под упругими струями тёплой воды. Тело расслабилось, мышцы перестали ныть, а потому мне жутко захотелось спать.

Обмотав вокруг бедер банное полотенце, вышел из душа. Подошёл к спальне, потянул на себя дверь и, когда оказался внутри, сперва не смог поверить глазам. Но это были не галлюцинации и Катерина действительно лежала на моей постели, свернувшись калачиком. Плавные изгибы её тела отозвались в моём теле сексуальным желанием. Всё-таки у меня давно не было секса, а здесь ещё любимая женщина в соблазнительной футболке, едва прикрывающей ягодицы.

— Что-то случилось? — встревоженно спросил я, подходя к кровати.

— За окном гроза. Я испугалась.

— Ты до сих пор боишься грозу? Поэтому пришла ко мне?

— Боюсь. Еще и гром гремит. Мне страшно спать одной.

Я усмехнулся, услышав чистосердечное признание. Не ожидал, что Авдеева так и не переросла свои детские страхи.

— Не прогонишь?

— Нет, — качнул головой и, не задумываясь, скинул на пол полотенце.

Катя округлила глаза, не ожидав такого поворота, а затем, когда я попытался лечь рядом, девушка резко отпрянула в сторону.

— Ты же не собираешься спать без одежды? Может, хотя бы трусы наденешь?

— Я всегда сплю голым. Привыкай, котёнок.

* * *

Стоило Мурату лечь рядом, как моё тело напряглось. Нервы натянулись, как гитарная струна и я сама не ожидала, что внезапно захочу его прикосновений.

Он прижался ко мне со спины, кожа к коже. Сначала его рука робко коснулась моей ноги и, когда я никак не отреагировала, рука стала спускаться ниже. Горячее дыхание колыхнуло волосы на затылке, но я продолжила лежать смирно, боясь шевелиться.

— Кать, — выдохнул мне куда-то в шею, — я не знаю, как вести себя рядом с тобой. Ты же беременная, а мне так сносит крышу… Боюсь не сдержаться.

Я перевернулась на другой бок и теперь смотрела на Шахина, глаза в глаза. Внутри возникло странное ощущение — захотелось коснуться его лица, потрогать скулы, небольшую горбинку на носу, очертить широкие брови. Он здорово изменился за все эти годы, да и я давно не девочка и, возможно, в какой-то параллельной реальности у нас с Муратом уже бы подрастала баскетбольная команда из наших сыновей, но сейчас я смотрела на Шахина и понимала, что совсем не знаю этого мужчину. Он хорош собой внешне, физически подтянут и меня безумно тянет к нему в сексуальном плане, но на этом всё. А отношения строятся не только на сексе, и я это хорошо усвоила еще в браке с Русланом.

— Давно хотела у тебя спросить, почему ты не женился?

— Не хотел.

— Из-за работы?

— Из-за неё тоже.

— Странно… — вздохнув, я отвела взгляд в сторону, но Мурат сжал мой подбородок двумя пальцами, заставляя смотреть на него.

— Ничего странного, если учитывать, что единственная любимая женщина вышла замуж за другого.

— Вышла, да. Но знаешь? Если бы сейчас вернуть всё назад, то я бы ни за что не связалась с Башаровым.

Мурат понимающе кивнул и еще какое-то время мы просто лежали, разглядывая друг друга. А затем Мурат медленно приблизился лицом к моему лицу. Я не оттолкнула его, и он коснулся губами щеки. Я вздрогнула, прикрыла глаза, а телом прижалась к его горячему телу. Поцелуй обрушился на мои губы со всей страстью. Горячий язык скользнул внутрь и принялся выводить восьмёрки.

Я сдалась…

Руки положила на мужские плечи и немного позже зарылась пятерней на затылке. Мурат выдал сдавленный вдох, отстранился, прижимаясь лбом к моему лбу.

— Пока я еще держу себя под контролем, уходи в свою комнату, Кать, — выдал Мурат вперемешку с хриплым и рваным дыханием.

— Если ты боишься причинить мне боль, то зря.

— Ты уверена, что секс не навредит ребенку?

— Уверена. Я тоже тебя хочу… И если ты сейчас не продолжишь начатое, то я очень расстроюсь.

Повторять дважды не пришлось. Мурат уложил меня на спину, а сам устроился немного сбоку, опираясь на свою руку, согнутую в локте.

Его жаркие губы блуждали на моей щеке, скользили ниже и смыкались на мочке уха, втягивая её в рот. Руки забирались под футболку, бережно касались кожи чуть выше живота и ползли вверх, к груди.

Ощутив внизу живота томительное желание, я издала еле слышный вздох и интуитивно развела бёдры в стороны. А он снял с меня футболку, стащив через голову, и первое время просто смотрел, сосредотачивая свой взгляд на слегка набухшей груди и перемещая его на округлившейся живот. Я обхватила его за шею обеими руками и притянула к себе. Мы снова слились в поцелуе, выдыхая друг другу в рот хриплые стоны.

Касания его рук были ласковыми, трепетными и волнующими до каждой живой клеточки внутри. Я даже и подумать не могла, что Шахин умеет быть таким нежным и чутким. И мне всё это нравилось и подходило, как нельзя кстати. А потому я отключила мозг и растворилась на волнах страсти.

Заснули в обнимку, будто делали это миллион раз. Я лежала у него под боком, устроив голову на груди и закинув ногу на бедро, а он гладил мою обнаженную спину рукой и шептал на ушко, что теперь будет рядом и больше никому меня не отдаст.

Утро ворвалось в спальню через распахнутое окно. Я так крепко спала, что за ночь ни разу не проснулась! Меня не пугали гром и молния, да мне даже в туалет не захотелось. Удивительно. А еще первыми моими мыслями, когда проснулась, было осознание того факта, что я впервые в жизни просыпаюсь в одной постели с Муратом. И если честно, мне жутко понравилось делить с ним одну постель, дышать одним и тем же воздухом, обнимать друг друга… Возможно, всему виной гормоны, ну не зря же я стала такой эмоциональной. То заведусь с полоборота, то расплачусь на ровном месте.

* * *

Позавтракав, мы поехали в частную лабораторию. Там нам оформили бланки заказов и развели по разным кабинетам. Я очень волновалась, начитавшись в интернете про процедуру, но милая девушка в медицинском костюме белого цвета, убедила меня в том, что неинвазивный метод является очень точным и не несет никакого риска для матери и будущего малыша. Как оказалось, у меня просто взяли венозную кровь, как брали при скрининге первого триместра.

Встретились с Муратом в коридоре. Увидев меня, он разволновался, сказав, что я выгляжу подозрительно бледной, а потому по пути на работу мы заехали в «Макдональдс» и купили мне огромный бургер.

— Я пойду, — сказала я, когда машина Шахина остановилась недалеко от банка.

— Иди, подожду тебя здесь.

Я свела брови на переносице.

— Ты готов просидеть целый день? У тебя нет других дел, что ли?

— Ты — самое важное, остальное подождёт, если будет нужно.

Я ничего не ответила, сочтя заявление Шахина несерьезным. Но вечером, когда вышла из банка после окончания трудового дня, была шокирована. Черный внедорожник стоял на том же месте и мне это не казалось.

Еще через лобовое стекло я заметила, что Шахин заснул. Так мило устроился на сиденье, откинувшись на спинку. Во сне черты его лица расслабились и сейчас Шахин выглядел немного моложе своего возраста. Я могла бы любоваться хоть целую вечность, но так захотелось побыстрее к нему, что я вскоре дернула на себя дверцу и залезла внутрь машины, переступив через высокий порожек.

Он проснулся сразу же, стоило мне хлопнуть дверью. Резко оживился, занимая более напряженную позу, потёр сонные глаза и с нежностью посмотрел на меня.

— Ты правда сидел целый день в машине? — спросила я, улыбаясь.

— Мог бы соврать и сказать, да, но нет, Катюш. Были дела. Приехал всего лишь час назад.

Всего лишь час назад? Да меня Руслан в жизни столько нигде и никогда не ждал!

— Как прошёл день? Порешала вопросы?

— Да. Мне согласились подписать заявление по соглашению сторон, так что… Я уже свободная, как птица.

— Не жалеешь? — спросил он и потянулся к ключу зажигания.

— А ты оставил мне выбор?

Мурат взял меня за руку и поднёс к своим губам, чтобы поцеловать.

— Кать, я тебя ни за что не отпущу. Ты и ребенок — самое дорогое, что у меня есть, а потому ради вас я готов на всё. И, возможно, мы будем жить в столице, как ты и хотела, но для начала мне нужно завершить все дела и распрощаться с прошлым.