Глава 22.2

Силерус выбрал для встречи место, которое идеально соответствовало его характеру: дорогое, неприметное и принадлежавшее кому-то другому.

Мы пришли уже после рассвета, когда Артория начинала новый турнирный день. Рилет вела нас через торговый квартал, где лавочники поднимали ставни, мальчишки таскали корзины с хлебом, а первые зазывалы орали коэффициенты на бои так, словно ночью никто никого не резал в закрытых дворах. На перекрёстке двое стражников обсуждали происшествие в служебном секторе. По их версии, группа опасных заключённых попыталась бежать при переводе и напала на конвой.

— Быстро, — сказала Рокси, когда мы прошли мимо.

— Что?

— Версию придумали.

Я мысленно поставила галочку. «Опасные заключённые». Удобно. Ни номера, ни имена, ни происхождение. Если завтра понадобится, окажется, что их было восемь, четырнадцать или вообще никто не погиб. Официальная история уже существовала отдельно от тел.

Силерус ждал в задней комнате конторы, торговавшей шерстью. По крайней мере, вывеска обещала шерсть. Внутри пахло кофе, воском и совсем не овцами.

Он сидел за столом, перебирая игральные кости. Высокий, сухощавый, с поседевшими волосами и лицом человека, который давно перестал удивляться чужим глупостям, потому что научился на них зарабатывать. Рядом у стены стоял незнакомый мужчина в простой куртке бойца — широкоплечий, с перебитым носом и скучающим выражением. Тот самый участник позднего круга, из-за которого вокруг Силеруса ходили слухи.

Я невольно задержала на нём взгляд.

— Нет, — сказал Силерус.

— Что — нет?

— Он не тайный правитель дальней страны, не пропавший наследник богатого рода и не вестник конца света. Просто хорошо дерётся.

Рилет фыркнула.

— Жаль. Ставки были бы выше.

— Они и так достаточно высоки. И именно поэтому ты опять здесь.

Их взгляды встретились. На секунду в комнате появилось то, чего не было в словах: годы, долг, бегство, оплаченный дом, украденные печати. Рилет первой отвела глаза и положила ладони на стол.

— Говори, — сказала Рилет.

Силерус перекатил кости в ладони.

— Сначала цена: одна услуга, когда попрошу.

— Нет. И половину добытого тоже не предлагай. Получишь копию информации после нас.

— Ты за десять лет стала скучнее.

— А ты всё ещё пытаешься продавать один товар дважды.

Силерус улыбнулся краем губ.

— Именно поэтому я богат. Хорошо: услуга не потребует от тебя вернуться под мою власть, убить человека или отдать кого-то Капитулу. А всё, что найдёте по имперской сети, я получу копией после вас.

Рилет прищурилась.

— И я могу отказаться, если сама услуга мне не подходит.

— Можешь. А я смогу напомнить, что ты на неё согласилась.

— Мерзавец.

— А ты умница. Хорошо училась.

Я посмотрела на Рокси. Она едва заметно качнула головой: не вмешиваться. Это был их рынок, их язык и, судя по всему, одна из самых мирных форм общения, на которые они были способны.

— Договорились, — сказала наконец Рилет. — Теперь продавай свою страшную тайну.

Силерус убрал кости в коробочку.

— В Артории работают две сети Лунной империи.

Я напряглась.

— Две?

— Одна старая. Официальная. При посольствах, купцах, Домах, торговых представительствах. Ничего нового. Империя смотрит на соседей с тех пор, как научилась смотреть. Вторая моложе и тише. Деньги идут через другие руки, задачи уже, люди дороже.

— Чья?

— Если бы знал точно, стоило бы дороже.

Рилет раздражённо цокнула языком.

— Не начинай.

— Я не знаю имени. Знаю почерк. Первая сеть платит за сведения, которые нужны государству: численность гарнизонов, договоры, урожай, пошлины. Вторая покупает конкретные вещи. Людей. Способности. Технологии. Иногда обе платят одному посреднику и делают вид, что не замечают друг друга.

— И сейчас? — спросила Рокси.

Силерус сцепил пальцы.

— Сейчас они начали двигаться навстречу.

— С чего ты решил?

Вместо ответа он вытащил из ящика четыре узких листка и разложил перед нами.

Я не могла свободно прочесть записи, но цифры понимала. На каждом листе были даты, суммы, короткие повторяющиеся пометки. Рилет наклонилась ближе.

— Соли Чёрной страны, — сказала она. — Железо. Медицинские смеси… это что, заживляющий порошок?

— И реагенты для диагностики, — ответил Силерус. — За последние три дня закупки выросли почти вдвое. Не для Турнира — официальные поставки идут отдельно. Покупают через мелких торговцев, дробят объёмы.

Он ткнул пальцем во второй лист.

— Ставки. Не на победителей. На тех, кто переносит подавление лучше других. Людей, которые продолжают делать что-то необычное, когда контур должен был выключить всё необычное.

Перед глазами возникли Сейра, закрывающаяся рана; Олвин и его копьё; Брут, вырывающий кольцо из камня.

— Они ищут пассивные дары, — сказала я.

— Они задают о них вопросы, — поправил Силерус. — Не люблю, когда мне продают вывод как факт.

Я посмотрела на него внимательнее.

— Мне тоже.

Рилет закатила глаза.

— Прекрасно. Нашли друг друга, я так считаю!

Третий лист касался курьеров. Смена лошадей, оплата ночных проездов, доплаты людям, которые готовы выехать без предупреждения. Четвёртый — медикаменты и алхимические вещества, причём часть названий Рилет читала дважды, хмурясь.

— Это не для обычной больницы.

— Нет.

— Для чего?

— Не знаю.

— А Капитул? — спросила я.

Силерус поднял взгляд.

— Вот здесь становится интересно.

Он достал ещё один лист, уже без подписей, только с цепочкой сумм и условных знаков.

— Несколько проектов Капитула получали деньги через торговые дома, которых формально не существует. Я проверял их ещё год назад. Тогда решил, что Арториус прячет расходы от собственного двора. Такое бывает. Теперь те же прокладки пересеклись с людьми второй лунной сети.

У меня неприятно похолодели пальцы.

— Нилрем знает, кто платит?

— Судя по тому, как устроены расчёты, нет. Он получает деньги через три-четыре промежуточных руки. Возможно, знает, что деньги иностранные. Возможно, даже этого не знает. Если тебе хочется красивого заговора двух злодеев за одним столом — не ко мне.

Это как раз делало картину хуже и правдоподобнее. Не единый заговор. Не одна голова, которую достаточно отрубить. А две системы, каждая из которых самостоятельно решила, что человек — удобный ресурс, и теперь одна начала инвестировать в другую.

— Что им нужно от Авалории кроме даров? — спросила Рокси.

— Всё, что ломается, — ответил Силерус. — Подавители. Доступ в Капитул. Кто отвечает за поставки. Где меняются курьеры. Какие Дома здесь покупают влияние. Кто из двора Арториуса возьмёт деньги, а кто возьмёт обиду вместо денег. Обычная разведка, только очень деятельная.

— Вторжение? — спросила Рилет.

— Разведка не означает вторжение. Разведка означает, что государство предпочитает знать, куда ударить, если однажды захочет.

Я вспомнила Дамиэна. Его привычку заранее расставлять людей, объяснения, которые появлялись раньше вопросов, двери, которые оказывались открыты именно тогда, когда он хотел, чтобы я вошла.

Нет. Это было воспоминание, не доказательство.

— Почему ты думаешь, что вторая сеть принадлежит именно наследнику? — спросила я.

Силерус посмотрел на меня чуть дольше, чем требовалось.

— Я не сказал, что думаю именно это.

— Сказал слова «моложе», «дороже», «уже». И отделил её от государства. В Лунной империи не так много людей, способных содержать собственную внешнюю сеть и не пользоваться казённой.

Уголок его рта дёрнулся.

— Рилет, она всегда такая?

— К сожалению.

— Тогда да. Моя рабочая версия — кто-то очень близкий к трону. Наследник подходит лучше всего. Но доказательства нет. Только два разных финансовых почерка.

— И агенты здесь давно?

— Некоторые — месяцы. Несколько появились ещё до начала Турнира. Один канал активировали три дня назад. Ещё один сегодня ночью.

Рокси нахмурилась.

— Что изменилось сегодня ночью?

Силерус пожал плечами.

— Пока ничего, что мне сообщили бы бесплатно.

Я посмотрела на Рилет.

— Ты говорила, есть конкретный человек.

— Есть, — ответил Силерус за неё. — Местный писец при дипломатическом секторе. Раньше брал деньги у официальной сети. Две недели назад начал получать вторые платежи. Вчера ночью попросил доступ к старому служебному контуру связи.

— Какому?

— Королевскому. С совой.

Я машинально коснулась через ткань медного жетона.

Силерус это заметил. Ничего не сказал, но взгляд стал внимательнее.

— Контур где? — спросила я.

— В западной части арены, рядом с помещениями иностранных делегаций. Старый. Почти не используется. Для доступа нужен служебный ключ. Писец такого ключа иметь не должен.

— А ты знаешь, у кого он его взял?

— Нет. Поэтому и продаю вам возможность узнать.

Рилет тихо выругалась.

С улицы донёсся колокольный звон — не вечерний, другой, быстрый и повторяющийся. Вслед за ним поднялся шум. Сначала один голос, потом десятки. Люди в передней комнате конторы начали говорить одновременно.

Силерус повернул голову к двери.

— Это не начало боёв.

Рилет уже шла к окну. На улице кто-то бежал к площади, крича что-то, чего я не разобрала. Потом услышала одно слово. Император.

Сердце пропустило удар.

— Что случилось? — спросила я.

Никто не ответил. Рилет распахнула дверь.