47

Я вижу из–под ресниц, как он проходит и садится за стол. Поднимаю глаза, что уж теперь. Мужчина протягивает мне большую ладонь.

– Степан Строганов.

Предо мной здоровенный брюнет с добрым взглядом. Агния на него похожа чем–то, но она худенькая.

Отвечаю на рукопожатие.

– Элина…

– Так что там про твоего отца?

– Не знаю, с кем он имел дело…

Я не могу сказать про отца Алекса. К тому же это только слухи.

– А как фамилия папы?

– Немчанов.

У нас довольно редкая фамилия.

– Да ладно! Таксовал, возил посылки... Немец? Я ведь знал его, но не слышал, что он погиб. Это ж надо, мужик–то был хороший…

Я всхлипываю, и на меня накатывает новая порция слез. Строганов ворчит:

– Ну, что ты стоишь, дочь? Дай салфетки.

Агния спохватывается и двигает ко мне подставку. Я беру белый листик бумаги в руки.

– Вам кто–то угрожает сейчас? – уточняет Степан.

– Нет, – мотаю головой, – но брат боится, что если эти люди узнают о нас… Узнают про меня… Будет что–то плохое.

Вижу, как отец и дочь переглядываются. Я понимаю, что мой рассказ выглядит странно. И тут Агния тихо уточняет:

– Это как–нибудь связано с Алексом?

Я могу только закрыть глаза руками.

– Коза, оставь–ка нас переговорить с глазу на глаз, – приказывает Строганов.

– Ну, папа! Это же моя подруга! – Агния возмущена.

– Попререкайся мне! – Строганов ворчит по–доброму. – Меньше знаешь, крепче спишь. Иди, постели пока подружке в соседней с собой комнате.

– Ну, ладно.

Агния уходит, недовольно размахивая руками. Когда ее шаги стихают, Степан смотрит мне прямо в глаза.

– Мой сват, тот ещё... – он заминается. – Господин… И знаешь, я тоже недоволен нашим с ним новым родственным статусом. Как, впрочем, и он… Но делать нечего, Арсений и Нюшка в друг друга влюбились, – вздыхает. – Однако и вешать на него всех псов тоже не стоит, здесь может быть два варианта.

– Каких? – бормочу. – Мог ли он сделать такое?

Мужчина вздыхает:

– С таксистом, да, мог. Были у него на то серьёзные основания? Не факт. Вот это смущает – к чему он ему сдался, обычный парняга, семейный. Отец твой когда узнал всю подноготную, ушел от покровительства Хромого.

– Что? – не понимаю сразу.

– Ну не знаю, как сейчас… Да вполне возможно, что так и продолжается… Но раньше в городе было братство таксистов, и был человек, который набирал людей на особые заказы повышенной цены. Сначала врал, говорил, что просто опасно, просто нужно сделать конфиденциально… Потом, когда узнавали правду, что закон надо нарушать, или оставались с ним ради денег, или уходили. Насколько помню, твой отец собирался уйти.

– Правда?

– Я тогда, как и сейчас, честный бизнес вел. Старался… Но были моменты, не скрою, когда приходилось пользоваться услугами Хромого. С батей твоим я там познакомился, почему вспомнил – глаза такие же были у него, голубые. Его ещё мужики на смех поднимали, говорили, что женские, – он с добром улыбается, – так вот, и вежливый он был, не быдло, на вид умный. Я его хотел к себе позвать, водителем в штат. Не те деньги поначалу, но после мог бы возглавить мой отдел транспортный.

– А папа?

– Он сначала сказал, что надо подумать. Все–таки он на заводе ещё работал, по специальности – жалко было бросать. Образование все же. В общем, взял он время и пропал. Ну, я и решил, что просто не захотел шоферюгой быть, бросать специальность. И думать не мог, что убили! Хотя водил он прекрасно, машину чувствовал, как будто это его второй организм.

– Что же мне делать? – решаюсь спросить.

– Значит, так, – Строганов щурится, – я всю эту информацию пробью. А ты дай–ка мне номер своего брата.

Я испуганно хлопаю ресницами. .

– Не бойся, я просто с ним поговорю, как мужик с мужиком. Может, он мне чего расскажет, что тебе не договорил. Подробности, нюансы. Это поможет. Да и просто познакомлюсь. Он тоже его сын?

Мотаю головой.

– Нет, папа был брату отчимом.

– Ну, все же родня. Маме пока не рассказывай.

– Я и не думала, – вздыхаю, – у нее с сердцем проблемы.

– Тем более, – отрезает Степан. – И напиши своим, что у Агнии пока поживешь.

Я поднимаю на него удивленный взгляд.

– Успокоишься и под присмотром побудешь. У нас дом большой, всем места хватит. Мелкие обожают гостей.

– Спасибо вам, – у меня снова щиплет глаза.

– Ладно, хватит сырость разводить! Мне этого хватает в нашем женском «коллективе»! – он хмыкает. – Иди, второй этаж, налево, там комната Нюшки, она покажет, где лечь. Доброй ночи.

– Спасибо ещё раз, – тихо повторяю я. – Спокойной ночи.

Я в шоке, насколько добрый отец у Агнии! Хотя по самой девушке это можно предположить, ведь именно он ее воспитывал.

Пишу брату, что остановлюсь пока у подруги, прошу не поднимать шум.

Маме тоже шлю голосовое. Рассказываю вкратце, как познакомилась с Агнией, и что она предложила погостить у нее за городом: на работу будет ближе ездить, а она скучает, потому что ее сестра уехала в Петербург.

Мама удивлена, конечно, но не против. Просит только быть деликатнее и, если буду мешать, сразу уехать. И регулярно звонить. Я обещаю.

От Алекса тоже висит сообщение: «Как всё прошло, принцесса?»

На что я могу лишь вздохнуть. Сердце сжимается.

Я не могу поверить, что такая тайна висит между нами! Не хочу винить его в том, что мог сделать его отец…

Но как написать, как ответить? Пока что не знаю.