48

Алекс

Элина не отвечает уже пару часов, и это меня чертовски беспокоит.

Внутри морозит от нехорошего предчувствия, ведь именно сейчас она должна была поговорить со своей семьей. Рассказать про наши отношения.

Тишина от нее давит на мозг… Я то и дело проверяю телефон, надеясь увидеть хотя бы короткое «все нормально».

Хочется сорваться, прыгнуть в машину и долететь до ее дома за считанные минуты! Но я сдерживаюсь…

Понимаю, что своим появлением могу сделать только хуже.

Как отреагировал брат? Жестил?

Поддержала ее мама? Что она вообще думает?

Я не тревожник, но меня накрывает страх, что Элина просто захочет спрятаться от всех этих проблем. Закрыться в себе и вычеркнуть меня из жизни. Вернуть себе спокойствие.

С другой стороны, я знаю, что моя Синеглазка на самом деле очень сильная! В ней есть тот самый внутренний стержень.

Ещё знаю, что я ей не безразличен…

Чувствую от нее такую отдачу, такие искренние эмоции, каких не видел ни у одной из тех девиц, что вились вокруг меня. От тех, кто из кожи вон лез, чтобы просто привлечь внимание.

Они видели во мне наследника империи, ходячий кошелек с известной фамилией… А Элине важен я сам.

Я гипнотизирую телефон так, как никогда в жизни. Скролю диалоги, и взгляд натыкается на переписку с моей будущей невесткой, Агнией.

Она писала мне и просила дать контакт Элины. Любому другому человеку я бы ни за что не выдал данные моей Синеглазки, но я знаю Агнию, знаю, что у нее добрые намерения.

Нюшка чувствует себя одинокой после того, как ее сестра уехала в Санкт–Петербург, а Элина интуитивно показалась ей хорошим человеком.

Что ж, должен признать, что моя невестка разбирается в людях! Поэтому, когда она попросила мессенджер Элины, я его дал.

Решаю узнать, списывались ли они. Не знаю зачем, просто на интуиции или чтобы убить время.

«Невестка, привет. Ты написала Элине?»

Ответ прилетает не быстро. Но все–таки она отвечает:

«Я ей звонила».

«И как? Договорились о встрече?»

Сейчас она пошлет меня или скажет, что это их личное дело.

Но Агния внезапно пишет:

«Послушай, тут такое дело... Я не могу сказать тебе всего, но у вас с Элиной отношения?»

«Да, – отвечаю не задумываясь, – а что?»

Внутри сжимается. Вдруг Элина что–то рассказала ей про реакцию своей семьи? Все–таки они девушки, между собой им легче.

«Ты должен проявить к ней внимание. Поговорить с ней».

«О чем?»

«Я не могу сказать, но не оставляй ее одну сейчас. Будь рядом».

«Да черт возьми! Подробности, Агния!»

Она твердит:

«Я не могу сказать. Позвони ей, напиши, договорись о встрече. Разговори ее сам».

Вот это да…

Я немного знаю сестренок Строгановых. Если бы на ее месте была Марианна, такое можно было ожидать. Она общительная, эмоциональная. Более сердобольная, что ли.

Агния ироничная, она больше в себе. И если она дает мне такие советы, значит, дело действительно очень важное!

Мое беспокойство за Элину вырастает в разы. Нам нужно встретиться, и как можно скорее.

«Принцесса?..», – пишу я ещё раз с вопросительным знаком.

Через несколько минут вдогонку: «У тебя все хорошо?».

На этот раз Элина читает сообщение. Минуту колебаний, и мне приходит ответ: «Алекс, давай поговорим завтра, пожалуйста».

«Как дома? На тебя не нападают?» – тут же отправляю я.

«Я не дома», – она удивляет меня своим ответом.

«А где ты???» – ставлю целых три вопросительных знака и уже натягиваю штаны, чтобы сорваться и ехать за ней.

«Я у Агнии. Алекс, пожалуйста, давай все завтра! Сейчас уже поздно, семья спит!»

Этот ответ немного успокаивает. Я понимаю, что это, скорее всего, лишь предлог, хоть Элина и склонна к вежливости, но принимаю это условие.

По крайней мере, она мне отвечает и не закрывается. .

«Хорошо, принцесса, как ты скажешь», – пишу.

Элина больше ничего не отвечает, и я тоже больше не пишу. Обдумываю слова Агнии. Я должен поговорить с ней, разговорить. Это значит, что есть какая–то информация, которая мне пока неизвестна.

Вряд ли это просто заскоки ее брата, в этом нет ничего нового. Если бы мама ругалась или, не дай Бог, что–то с ней случилось от такой новости, Элина бы мне написала.

В конце концов, это не было бы такой секретной информацией, которую даже Агния не может сказать.

Я понимаю, что действительно должен поговорить со своей Синеглазкой, и желательно в таком месте, где нам никто не помешает. Где у нее не будет шанса от меня сбежать.

В голову приходит мысль…

Ранним утром я уже на ногах. Завтрак наспех, просто чтобы закинуть что–то в желудок, и сообщение Агнии: «Вы уже встали?».

Невестка отвечает быстро, но она явно недовольна: «Да. Послушай, Алекс, не впутывай меня».

«Ты можешь лишь сказать, когда вы будете выходить из дома?» – не сдаюсь.

«Щербинский!» – так и слышу в этом сообщении строгий голос брюнетки.

«Пожалуйста», – прошу.

«Ну хорошо, – сдается Агния, – только не попадайся на глаза моему папе».

Да уж, Строганов не зря имел прозвище в узких кругах – Строгий.

Он неплохой мужик, но если увидит меня где–нибудь под своим забором, может и прописать отцовского леща.

Но выбора у меня нет. Я все решил.

На учебе в ближайшие дни ничего важного, поэтому остается только разгрести с работой.

Мы собирались в ближайшие дня три выходить на дневные смены. Элина в том числе.

Так что остается договориться с Лилией. Набираю номер.