11. "Брэд! Не соглашайся! Я так однажды женился!"

Кэш только-только закончила фотографировать номер. Она не профессиональный фотограф, но тут поняла насколько может быть утомительной эта работа. Не меньше трех часов у нее ушло на съемку этого, с позволения сказать заведения, отель Сэма по сравнению с ним оказался в сто раз интереснее. Хотя, как оказалось супруги построили его, как альтернативу этому «злачному месту», но их предприимчивость оказалась скучной и неинтересной. Все стандартно и нет никакой изюминки. Номер Сэма с оленьими рогами и шкурой вместо покрывала показался Кэш эталоном дизайнерской мысли. Вдобавок ко всему хозяйка ресторана оказалась на редкость въедливой особой. Ни одна первоначальная фотография сделанная Кэш не показалась ей достаточно привлекательной, а все потому, что Кэш не охватывала всю обстановку будь то интерьер номера, мансарды, помещения ресторана или кухни. Кэш сдалась, в итоге она сделала фотографии ровно так, как просила ее эта женщина, просто устав объяснять ей, что она делает художественные фотографии, цель которых вызвать интерес, а не обзорные, которые так любят выставлять курортные отели на своих сайтах.

Как объяснить, что нет ничего интересного в стандартных номерах с кроватями, покрытыми белой эмалированной краской, что расставлены по обеим сторонам комнаты, с пошловатыми розовыми покрывалами отдающими на снимках дешевым синтетическим блеском и тумбочками из прессованных опилок возле них? Как сказать, да так чтобы не обидеть?

Кэш на своей шкуре прочувствовала, что значит выражение «клиент всегда прав».

«Прав так прав, пусть потом не удивляется, что к ее заведению интерес колеблется в районе ноля», — подумала Кэш, укладывая оборудование в сумку.

Она бы отказалась от съемки и вернула деньги, но стало безумно жаль потраченного времени. Три часа пробыть здесь и вернуться ни с чем? Нет, как бы не так! Пусть не великие деньги эти семьдесят баксов, особенно с учетом испорченного настроения, но лучше она купит что-нибудь вкусное для собак, чем вернется ни с чем.

Девушка раскладывала по кармашкам объективы и ощущала дикий голод, а также подкатывающее раздражение от того, что в очередной раз в этом ресторане с ней случится одна и та же история: запахи с кухни шли презаманчивые, но стоило ей заказать что-либо, как это вкусно пахнущая еда превращалась в яд.

Она могла бы списать все это на акклиматизацию, но тогда бы ей вся пища казалась гадостью, а такого к счастью не было.

— Это тебе. Меня Хлоей зовут.

В номер вошла девушка с тарелкой в руках и поставила ее перед ней на столик, затем показала ей на свой бейджик, как если бы Кэш вдруг плохо говорила по-английски и не поняла сказанного.

— Нет, спасибо. Я до дома доеду.

Сырный сэндвич может и выглядел привлекательно: белый хлеб поджаренный на сливочном масле с тонким кусочком ветчины посередине, три вида, отличающегося друг от друга разными оттенками желтого и темно-оранжевого сыра, хрустящая корона из пармезана, посыпанный сверху мелкой крошкой зелени из петрушки и мяты, но его привлекательность вовсе не означала его съедобность.

— Бери, этот вкусный, — проговорила Хлоя, замерев перед столом, но подумав отошла чуть дальше.

— Нет, спасибо. Что-то не подружилась я с вашей кухней, — Кэш решительно покачала головой, она уже и не надеется, что когда-нибудь ей повезет, уж лучше она потерпит до дома и приготовит тоже самое или перекусит каким-нибудь энергетическим батончиком, купленным на заправке.

Хлоя подошла к столу и с решительным видом пододвинула к ней тарелку.

— Ты не подружилась с Ханой, а Марта очень даже хорошо готовит. Пока Хана несет твой заказ до столика по пути ей попадается стойка с приправами, и она добавляет несколько ингредиентов на свой вкус.

Чего-то подобного Кэш и ожидала, только не могла объяснить причину такого поведения и отношения к себе. Горничная вновь придвинула к ней тарелку, еще ближе.

— Ешь. Марта обижается, что ты возвращаешь еду и предпочитаешь столоваться у Сэма, у которого из блюд только и есть, что сухарики, чипсы, орешки, да твой салат с кофе.

Кэш поколебавшись отломила край от сырной корочки. Сырную корону испортить можно, но сложно, с этой же было все в порядке, не кисло, не горько, не удушающе пряно.

— Кто такая эта Хана? Может она кроме приправ и плевала мне в тарелку? — Кэш содрогнулась от омерзения, только что приняв решение, что на порог этого места больше не ступит никогда в жизни. — И с чего вдруг, ты решила позаботиться обо мне?

Девушка отошла к окну и пожала плечами, глядя на улицу.

— Три часа ты тут торчишь и терпишь придирки Энн, жалко тебя и вниз не спустишься, не поешь. Марта уже стала думать, что ты высокомерная и капризная, а она старается с удвоенной силой. Девчонки официантки смеются, но не признаются, что дело в Хане. Что насчет плевков, не стала бы она это делать — этого бы точно никто не поддержал, сказали бы Энн и ее уволили. Одно дело перебор с приправами, а другое дело — вот это, получается, что она всегда подобное может сделать и им в том числе, вообще любому, кто ей не понравится.

Кэш тем не менее особой разницы не ощутила: в обоих случаях это называется гадостить клиенту. Можно утешать себя, что дело только в приправах и успокоиться, поверив клятвенными заверениями девушки, но, если говорить честно — слабенькое это утешение и Кэш не из тех, что будет верить в подобное разделение симпатий.

— Что насчет Энн, чтобы получилось также красиво, как на фотографиях отелей сети Хилтон Плаза, нужно, чтобы и внутри было также как в Хилтон Плаза. Это, — Кэш обвела глазами номер, — не Хилтон и не Метрополь.

Кэш отставила от себя тарелку, ощутив, что у нее на сегодня, как отрезало: есть ей больше не хочется, и «тошниловками» правильно люди делают, что такие места называют.

— Я-то это понимаю, но ресторан их гордость и все им кажется в нем прекрасным.

— А кто такая Хана и когда я успела перебежать ей дорогу? Хотя, есть у меня предчувствие, — проговорила Кэш, вспомнив подробности того дня, когда она впервые появилась тут.

Фразе «ищите женщину», смело можно противопоставить фразу «все дело в мужчине».

Хлоя улыбнулась и повернувшись к ней кивнула, выпустив дым в сторону.

— Что могут не поделить две женщины? Конечно же мужика.

Она проследила за тем, как Кэш повертела тарелку по столу, но так больше и не притронувшись к бутерброду, вновь достала фотоаппарат, как бы не было жаль местную повариху и какие бы шедевры она не готовила. Есть у них она больше не будет и пить скорее всего тоже.

— Речь видимо идет о Дэне, ведь в первый мой визит сюда у него в тарелке было все в порядке. Они встречались, встречаются или она бы очень сильно хотела этого?

Кэш сделала несколько кадров, перед этим показав взглядом на фотоаппарат, как бы спрашивая разрешения у девушки, и та лишь пожала плечами. Невысокая, с яркими прядями в коротких темных волосах, несколькими сережками и тоннелями в ухе, татуировкой на всю руку, часть которой пряталась под стандартной свело-голубой формой горничной с молочно-белым фартуком. Девушка выглядела очень необычно и колоритно.

— Последнее. Хана очень сильно хочет этого, бегает за ним так по-глупому, а он внимание на нее не обращает. Услышала, что он был с тобой в баре, потом вы пришли сюда, вот она и начала пакостить, в чем ты сама уже успела убедиться, тут мало что можно поделать.

Поделать можно и даже немало, вот только Кэш стоит задуматься, а стоит ли такое поведение незнакомой ей девушки ее увольнения? Хочет ли она этого?

— И что же, все знают о ее чувствах и только Дэн один не в курсе? Как так получается?

Кэш сфотографировала девушку, стоящую у окна с дымящейся сигаретой, перед этим Хлоя прошла к двери и закрыла ее, повесив на ее ручку табличку «не беспокоить».

— Дэн в курсе и уже давно дал ей понять, что ничего не получится. Да только ей не докажешь, упертая она, решила, что как детстве — хочу и все, только не понимает, что с людьми этот фокус не проходит.

Кэш просмотрела отснятые кадры и повесила фотоаппарат на шею.

— Ты же знаешь так много, потому что ты …

Она поколебалась, подбирая слово, но Хлоя ответила за нее.

— Я его сестра, двоюродная. Наверняка, он не рассказывал обо мне.

Кэш кивнула, протянув ей руку, и та пожала ее. Дэн ей не рассказывал о сестре, но тут нет ничего удивительного, не так часто они видятся в последнее время. Дэн не звонит или не дозванивается, а Кэш эту привычку у себя вытравила, выкорчевала с корнем, поэтому пусть звонит сам.

— Он рассказывал о тете, о сестре еще не успел. Кэшеди, приятно познакомиться. Ну и почему ты решила рассказать все это мне, из любви к брату или еще из-за чего?

— Еще из-за чего? — девушка улыбнулась, передразнив ее. — Познакомиться с тобой решила. Ты у нас кажется надолго, так что есть смысл подружиться. Приезжают на лето девчонки, на время каникул, на рыбные фермы устраиваются или сюда в ресторан, обычно за парнями едут, но потом они исчезают, а некоторые и месяца тут не живут. Только привыкнешь к человеку, а его уже и след простыл.

Вот так Кэш и познакомилась с Хлоей. Причины, по которым та вдруг решила завязать с ней знакомство сначала не показались Кэшеди вызывающими доверие, но было что-то такое в девушке, что располагало к себе. Кэш выпила с ней кофе в ее рабочий перерыв и еще поболтала о Хане и о Дэне и вообще обо всем, что творится в городе. Она оказалась веселой, немного циничной, немного резковатой девчонкой.

— Ну, а Хана? Ты ведь о ней так много знаешь, не потому что Дэн тебе так много рассказал?

— Он не рассказывает ничего, не волнуйся. Он у нас порядочный.

Хлоя оправила передник, сотрудникам ресторана не разрешалось обедать во внутреннем помещении, поэтому они переместились на продуваемую ветром мансарду. Девушка курила, говорила с томительной хрипотцой и являлась обладательницей чудесного чувства юмора немного черного, немного пошлого.

— Я не волнуюсь и даже не переживаю.

Очень порядочный, милый, романтичный и такой симпатяга. Кэш усмехнулась, с легкой задумчивостью. Милый, но не такой уж и порядочный, как выяснилось. Но волноваться Кэш и в самом деле не из-за чего, тут на рассказ вряд ли наберется, не говоря уже о порядочной сплетне.

— Мы с ней раньше дружили, прям не разлей вода были. Потом я уехала учиться, а она уже в третий город подает документы и все никак не может поступить, но на мой взгляд не особо хочет, все ее стало устраивать.

Она закурила еще одну сигарету, вытряхнув ее из полупустой пачки.

— На меня взяла и обиделась, общаться мы с ней перестали, она стала слухи распускать, называть гордячкой и зазнайкой только лишь потому, что я учусь в Питерсберге, а сейчас я вернулась и того хуже стало.

— Странно, вроде с сестрами брата дружить надо, чтобы быть поближе и мелькать почаще, ну уж никак не воевать.

Хлоя пожала плечами в ответ на это.

— Так оно и было, но до тех пор, пока я не уехала в Питерсберг. Дружить видимо со мной без надобности стало, мы ведь уже взрослые и теперь не приехать к нему, не порубиться в приставку и не сгонять вместе на пляж.

Кэш смотрела на девушку, что рассказывала ей о своей жизни, очень ладная у нее получалась история. Но вот только Дэну не тридцать и не тридцать пять, несмотря на то что по внешнему виду ему можно дать столько, взяв максимальную планку. Хлоя скорее всего знает о том, что он оборотень, поэтому рассказывает вот эту историю. Не было никакого совместного детства, скорее всего тот однажды вернулся домой, а девчонка, как это часто бывает, влюбилась в брата или скорее всего в дядю своей подруги.

— Долго смотрела я на ее фокусы, по-моему, прекращать это надо, а девчонки остальные молчат, считают это забавным или ссориться не хотят.

Скорее всего ссориться не хотят. Кто им Кэш? Никто. Завтра она не ровен час уедет, а вот Хана останется.

— С чего ты вдруг решила вернуться, неужели большой город не впечатлил тебя?

Кэш рассматривала девушку. Всё в её истории хорошо, но что-то не так. Хлоя не обернулась к ней, смотрела все также вперед, предпочитая не смотреть в глаза.

— Разве Питерсберг можно назвать большим? Хотя, в сравнении с этим городом — да, конечно, — девушка тяжело вздохнула, стряхнув пепел в подвесную клумбу с цветами, — вернулась, потому что мама болеет, тяжело ей стало, вот я и перевелась на время на заочное.

Нет возможности проверить оборотень она или нет, у Кэш не настолько острый нюх, если только в дом попробовать ее пригласить или в следующий раз Снапа взять с собой, посмотреть, как он на нее отреагирует. Кормить мясом с кровью давно не показательно — очень многие сейчас любят заказывать в ресторанах стейки со степенью прожарки от seared[1] до medium rare[2], когда из мяса если не сочится кровь, то сырые волокна в нем еще ощущаются.

— Спасибо, приятно было познакомиться, — она пожала девушке руку на прощание, — заезжай в гости, если вдруг окажешься в моей стороне.

— Обязательно.

Кэш остановила машину, вынося пакеты на улицу. Всю дорогу домой она только и думала о том, что опять умудрилась ввязаться в очередную мыльную оперу: сначала Эмили и Стивен, теперь вот это. Вот как быть в таких случаях? Как поступить: забить и забыть? Или просто забить, решив, что не ее это проблемы?

Что-то ей не нравится в этой истории с Ханой. И еще список этот, с пари, который ей показал Сэм.

Кэш не знала, как теперь ей реагировать на Дэна, имя которого она нашла в колонке с проставленной суммой — не поскупился, но и не шиканул, поставил восемьдесят баксов. Напротив его имени стояло несколько цифр, но уже другим цветом ручки — это означало, что кто-то ставит на его кандидатуру.

Это не удивило Кэш, она уже поняла, что это местное развлечение и народ таким образом веселится, но осадок неприятный все же остался.

Поэтому слова Хлои о его порядочности вызвали на тот момент у Кэш легкую усмешку.

Кэш еще раз вспомнила, как Дэн вел себя, когда к ним в тот вечер подошел пьянчужка и «предупредил» ее из благородных порывов. Дэн был раздосадован и пытался избавиться от его компании.

Восемьдесят баксов — не слишком ли маленькая сумма? Он на одних только цветах тратится больше, один такой букет стоит в районе пятидесяти-семидесяти, а она таких получила уже три. Все с пионами, менялись лишь обертки и оттенки цветов.

— Привет, ребята. Чёрт! — Кэш опустила руку, тут же ощутив пальцами влажные носы. — Тише, вы меня уроните. Тинки!

Коричнево-белый хаски по кличке Тинки отскочил в сторону, этот пройдоха самый молодой в стае и все бы ему игры, верит, что даже в случае грозного окрика ему совсем ничего не будет. Кэш перехватила пакет с покупками покрепче, прижав его к своей груди.

— Я опять забыла!

Кэш замерла на месте, прикрыв глаза. Она опять забыла заехать к Оливии Денвер за побелкой. Столько времени прошло с того дня, а она так и не купила краску, ни на дюйм не продвинулась в решении этой проблемы. Антенну заказала, техники должны заявиться со дня на день.

Надо возвращаться в город, но только ради краски жечь бензин в полной темноте? Завтра! Она обязательно купит ее завтра!

Она все две недели с того дня бегает вдоль лесной дороги, что ведет к ее дому от автострады. Очень удобно и ровно, и беспокоиться не за что, ведь в ее стороне больше никто не живет, дорогу отсыпали специально для Берти. Это ей рассказал глава городской управы, когда она попросила показать и сделать ей копию карты с отмеченными по ней границами.

С Лексом, с мистером Пэйном, она больше не встречалась и вроде можно было забыть о том инциденте, но упрямство Кэш и досада за собственную глупость, свидетелем которой он явился, давали о себе знать. Скоро зима наступит, она планирует заняться тренировками в езде на санях в собачьей упряжке и лес, конечно же, не самое лучшее для этого место, но вот озеро в самый раз, так что границу какую-то провести очень хотелось, чтобы в следующий раз по весне или летом не заплутать и не попасться в расставленные ловушки.

На улице послышался собачий лай, громкий и заливистый, затем раздался гудок машины, один и еще один, куда более продолжительный. Кэш выскочила на улицу, успев набросить куртку на плечи. С каждым днем становилось все холоднее, а ведь еще только конец ноября, даже не декабрь. Хаски перестали прятаться в сарае, а все чаще стали пропадать на улице и очень сильно радовались первому снегу, носясь среди крупных хлопьев снега и пытаясь поймать их ртами с ярко-розовым, красными языками.

К дому подъехал фургон, на котором красовалась эмблема спутниковой тарелки. Она уже убрала машину, освободив для них проезд, осталось убрать собак, чтобы они не мешали.

— Хозяйка! Принимай гостей! Антенну заказывали?!

— Заказывала. Подождите, сейчас я уведу собак.

Практически весь день ушел на то, чтобы установить антенну и провести к дому телефонную линию. Она имеет ввиду световой день, который медленно, но верно подошел к концу, снимать местные пляжи и красоты было уже считай невозможно. Ей нужно придумать что-то с софтбоксами, купить помощнее или нарыть в интернете график рассветов и подстраиваться под него, чтобы снимать и фотографировать при естественном освещении. Ее блоги и странички пестрели фотками и видео с хаски, но Кэш очень хотелось выбраться куда-нибудь подальше. Еще неделю назад, она надеялась, что сможет поймать северные волны, но как объяснил ей Дэн, сезон уже давно прошел и ей куда проще было получить переохлаждение и сведенные мышцы с последующим утоплением, чем настоящее удовольствие от заплыва.

— Надо менять электропроводку, она старая и ветхая. Для нормальной работы интернета и телефонной линии мы провели свою, но этого недостаточно. Не ровен час, при каком-нибудь скачке напряжения произойдет короткое замыкание и тогда все, беды не миновать. К тому же, вы уже не будете так много платить за электричество, старые и изношенные сети потребляют очень много, а платить за это приходится вам.

Кэш кивнула, прикинув во сколько ей обойдется эта замена, присвистнула, да и тихо махнула рукой. Чего она ожидала? Дом — это не квартира, за ним постоянно уход нужен. Начать нужно с электричества, с электропроводки, заменить ее везде и не только в доме, но и в пристройках, в псарне в том числе, там ведь свет включается и гаснет автоматически.

— Хорошо. Я вас поняла, спасибо огромное за совет. Попытаюсь заменить ее до начала зимы.

— Если что обращайся. Меня кстати Чарли зовут.

Кэш улыбнулась парню, что в мгновение ока перешел на «ты» и воинственно потряс перед ней поясом с инструментами, озорно блеснув в ее сторону карими глазами. Даже не подумал застегнуть куртку словно за эти часы не нагляделась она на них.

— Кэшеди, — она пожала протянутую ей руку. — Я буду иметь это ввиду.

— Обращайся, с удовольствием помогу тебе в этом нелегком деле.

Кэш кивнула, сдерживая смех.

— Да, разумеется.

Чарли медлил, уже собираясь уходить, но видимо набрался решимости и поинтересовался:

— Может, мы увидимся на выходных в местном баре и пропустим стаканчик пива?

Кэш не смогла сдержаться, улыбнулась.

— Может быть. Я обязательно загляну к Сэму в эту пятницу.

Установка антенны и прокладка телефонной линии превратились в импровизированное шоу, вряд ли этот дом когда-либо видел такое большое количество накачанных и симпатичных парней разом, что наплевали на прохладную погоду, щеголяя перед ней в футболках, чуть ли ни рвущихся на груди и плечах.

Кэш получила убийственную дозу внимания, шуток, комплиментов и созерцания прекрасного.

Этот вечер пришелся по душе Сэму, как и выходные на прошлой неделе. Все было, как в старые добрые времена: все места заняты, пиво льется рекой, звучит музыка, в воздухе разлит слабый запах дыма от разведенного камина, народ веселится, танцует, флиртует, среди посетителей полно новых лиц, а не только завсегдатаев, чьи лица уже успели набить оскомину и приесться. Хорошая была мысль договориться с девчонкой, вредной и хитрой стервозой, но сладить с ней, как оказалось можно. Быстро она просекла его выгоду и себя в накладе не оставила.

Сэм в очередной раз покачал головой, стоило ему только вспомнить о том разговоре.

Чутье подсказывало ему — эта девушка золотая жила. «Вчера» она сделала ему выручку на продажах закуски с фасолью, сегодня собрала полный бар и договорилась о ином оплате игры за бильярдным столом, отказавшись оплачивать часовую аренду.

— Десять процентов от того, что мы выиграем за этот вечер, — Кэш держалась за кий и не желала его отпускать.

— А если ничего не выиграете?

Сэм не хотел отпускать деревяшку кия, девушка улыбнулась, хитро блеснув глазами.

— То десять процентов с них. Мы ведь на мелочь не играем. Сэм, ну не скупись, не будь сквалыгой. Давай новые правила, почасовую аренду оставь на будни.

— Сквалыгой? Кто это?

Девушка отмахнулась.

— Не важно. Ты в накладе не останешься, ну, а так сколько ты заработаешь на них за вечер? Баксов двадцать? Ты ведь работаешь до трех. Давай посчитаем пять баксов за час и того за шесть часов — тридцать. При условии, что кто-то будет играть до последнего.

— В этот вечер очень много.

Девчонка рассмеялась и ослабила хват, так что он отступил на пару шагов назад — сильная зараза!

— Тогда я пошла! Я ведь сегодня уже появилась, не было уговора сколько я должна тут торчать!

Он сдался. Девчонки проигрывали только по мелочи, но практически всегда хотели отыграться и выигрывали суммы побольше, Сэм умел считать и судя по выигрышу он уже заработал столько, сколько делал за весь вечер с двух столов сразу, а ведь еще и одиннадцати нет.

— Привет!

Брэд прошел в бар, усаживаясь на одном из двух свободных стульев. В помещении было душно, шумно, даже оглушающе громко и так много народу, что яблоку негде было упасть, практически все столики заняты, давненько он не видел такого ажиотажа. Не обманули местные сплетники, бар вновь приобрел популярность у местной молодежи.

— Я что-то пропустил и сегодня какой-то праздник?

— Нет, никакого праздника.

Сэм поставил перед ним стакан с пивом и кивнул в сторону бильярдных столов, возле которых собралась основная масса парней, окружив двух веселящихся девушек. Хлоя и Кэш вооруженные киями, разыгрывали на двоих партию в пул. К ним то и дело, что подходили новые ребята желающие перекинуться парой слов с симпатичными девушками, обратить на себя внимание и в тоже время полюбоваться соблазнительными видами, открывающимися при каждом ударе в вырезах свободных блузок.

— Она все-таки пришла?

— Да, удалось договориться. Вторую неделю уже захаживает, — довольно крякнул Сэм, а его касса показательно звякнула, съев очередную зеленую бумажку.

— Что потребовала?

— Бесплатный интернет.

Брэд усмехнулся, он был в баре на позапрошлых выходных и слышал, как кто-то из посетителей, Вики Айронс кажется, шутила или предупреждала Сэма о том, что весь этот интерес и ажиотаж в баре только лишь потому, что многие ребята надеются встретиться и познакомиться с новенькой жительницей города.

— Когда же они поймут, что она и думать не хочет, чтобы появляться здесь, то они соберутся в Питерсберг, а следом за ними уедут и девчонки, что сохнут по ним. Вот так-то, лучше бы тебе извиниться перед местной звездой.

— Предложи ей то, от чего она не сможет отказаться, — посоветовал ему тогда Брэд.

Звезда. Это правда. Она привлекала к себе внимание, отличаясь от местных девушек, чем злила последних. Минди и та настаивала на встречах в ресторане, отказываясь идти в бар, в котором уже вторую неделю веселилась Кэш, а ведь она любила это место, в котором не требовалось только сидеть, поглощать еду да слушать унылую, по ее словам, музыку.

— Скорее бы она уже начала с кем-нибудь встречаться, нет, с кем-нибудь другим, — услышал он как-то разговор «подружки» по телефону, прежде чем она быстро повесила трубку и улыбнулась ему, как бы она ни старалась — ее симпатии к оборотню не были для Лекса такой уж и тайной.

Не поймешь, что ей двигало: обида, что когда-то оборотень проигнорировал ее или все-таки искренняя симпатия, тем не менее Минди была с Брэдом, так и не найдя в себе силы простить Дэна за какую-то давнюю обиду.

Поэтому сегодня он пришел сюда без нее, желая увидеть происходящее в баре собственными глазами. Все было ровно так, как описывали люди.

— Да. Все недоразумения забыты, — проговорил Сэм в ответ на его вопрос, — спасибо за совет.

Брэд поднялся, подхватив стакан с пивом, и направился к столам только недавно перетянутым новым сукном. Сэм только усмехнулся, проследив за ним взглядом, Брэд лучший игрок на весь город и мало кто соглашается с ним играть, в основном это приезжие, либо безнадежно упертые и самоуверенные.

Кэш оперлась о кий, потеребив край ворота легкой блузы. Ей было жарко и весело, и дело вовсе не в том стакане пива, что она еще и допить-то толком не успела, а в температуре воздуха в помещении. В баре из-за огромного количества народу душно, вдобавок недалеко топится камин и свежий воздух от открывающихся дверей сюда просто не добирается.

Кажется, что все мужчины разом решили козырнуть своим чувством юмора и «перетравить» все смешные, по их мнению, анекдоты.

Хорошее настроение и нежелание обидеть кого-либо сыграло с Кэш злую шутку: многим мужчинам хотелось блеснуть чувством юмора, повеселить симпатичных девушек и окружающих, но бывали совсем уж безнадежные случаи, когда смешно не было ни разу, но шутнику все же доставалась поощрительная улыбка.

Слава Богу, никто не пытался блеснуть похабными историями, этого она бы точно не выдержала и сбежала домой, или еще куда-нибудь.

Всегда было жалко того шутника, что смотрел на нее или на них с Хлоей просящим взглядом, понимая, что его каламбур не удался. Кэш улыбалась. Не знала она, что больше смешило ее: сам вид взрослого мужчины, глядевшего жалобными глазами или неудачная попытка быть замеченным, таким вот «популярным» образом. Взрослые мужики в самом-то деле, разве обязательно только смешить и веселить?!

Что на них нашло сегодня?

— Сыграем?

Уже вторую неделю поток желающих сыграть в «восьмерку» не ослабевает и не останавливает людей то, что каждый второй проигрывается в пух и прах. Пробуют мужчины, совсем редко женщины, но и те и другие сначала выиграв несколько баксов, расходятся не на шутку, поднимают ставки и в итоге уходят с последней двадцаткой «на пиво».

Настроение еще было на высоте, не желало пропадать и хоть как-нибудь портиться. Кэш, улыбаясь, взглянула на нового охотника за удачей, за легкими деньгами.

Брэдфорд Пэйн.

«Идиот лесоруб, — подумала Кэш и отрицательно покачала головой на его предложение, — пусть зовет кого-нибудь другого, еще вспомнит что она ему спасибо должна сказать за медвежий капкан.»

— Нет, я устала. Берите кий, сыграйте с кем-нибудь еще, а я отдохну немного.

Кэш положила было деревяшку на стол, как следующая фраза заставила ее остановиться и взглянуть на мужчину, что поставил стакан с пивом на краешек стола, присев с ним рядом.

— Боитесь проиграться, встретив того, кто может составить вам реальную конкуренцию?

К ней быстро приблизилась Хлоя, приобняв и также быстро зашептав:

— Не смей соглашаться, он еще никому не проигрывал, в снукер особенно, все деньги потеряем. Он один стоит двух, даже если возьмет в пару какого-нибудь неудачника.

Кэш не успела ни возразить, ни успокоить девушку, как к ним подошел Дэн и Хлоя едва ли не отпрыгнула от нее.

— Это правда. Он очень хорошо играет, — поспешил вставить свой комментарий только что подошедший Дэн, от него пахнуло свежестью улицы, а на куртке блестели капли растаявших снежинок, — Привет.

— Привет-привет, — Кэш обратила на него внимание мимолетом, обращаясь к краснеющей-бледнеющей Хлое, — Прям очень хорошо играет?

— Очень, — подтвердила она.

Хмуриться и размышлять над тем, что же именно она сейчас увидела и следствием чего это стало времени не было. Надо было что-то отвечать на брошенный ей «вызов».

Кэш колебалась, еще раз взглянув в сторону Брэда, который даже не скрывал того, что его забавляет что-то, а потом бросила взгляд на Дэна. С ним она не виделась очень долго, все эти две недели, на звонки и сообщения предпочитала не отвечать. Как бы она поступила на его месте, если бы с ней вели себя так? Она бы послала этого человека.

«Ага, послала! Ты Криса вспомни!» — услужливо подсказала то ли память, то ли совесть, то ли вредность.

Кэш никого вспоминать не хотела, та глава жизни давно перевернута, и она сделала кое-какие выводы для себя.

«Лесоруб» приподнял бровь в ожидании, что было с его губами, непонятно, это мешала понять мочалка светлой бороды и усов, короче всей той растительности, что была у него на лице.

Это самая дешевая из всех провокаций, в которую ее пытались втянуть. Какая-то сволочь приглушила радио, чтобы слышать все происходящее в этом уголке бара, каждое слово в этом диалоге. Кажется, он на это и рассчитывал.

— Хлоя, перестань нашептывать и отговаривать мисс Кинет, может это тот самый случай, когда я проиграюсь в пух и прах. Дэн…

Даниэлю достался не то скептический, не то смеющийся взгляд. Александр Брэдфорд Пэйн усмехнулся, не за деньги этот парень переживает.

«Это всего лишь игра и всего лишь деньги», — подумала Кэш и потянулась к карману, выуживая оттуда тугой сверток банкнот, она отсчитала и протянула Хлое ее половину выигрыша.

— Возьми свою половину. Раз он очень хороший игрок и желает проиграться в пух и прах, я готова предоставить ему эту возможность.

— Ты уверена? Это ведь очень неплохие деньги.

Кэш была уверена, наверное, ей очень повезло в этой жизни, ведь она не нуждалась в деньгах так остро, чтобы переживать из-за нескольких сотен долларов, выигранных случайным образом.

— Да, это всего лишь деньги, а мистер Пэйн так убедителен в своем обаянии.

Брэд смотрел на девушку, что вдруг оказалась так падка на эффект «слабо?». Не замечал он за ней этого раньше.

— Вы прям искуситель, знаете на какие точки надавить, — заметила Кэш весьма серьезно и положила на сукно туго скрученный валик купюр, — вот моя сумма, весь мой выигрыш за сегодняшний вечер, что-то около трехсот баксов, но если мы все-таки будем играть, то скажу вам сразу: меня не интересуют деньги.

Кэш оглядела своего предполагаемого соперника, нехорошо улыбнувшись про себя.

Она задумала кое-что: или он согласится с ее условиями, или она пойдет танцевать с кем-нибудь и это не обязательно будет Дэн. Этого парня ей еще предстоит проучить и лучше бы Алекс, то есть Брэд, согласился на это, ведь таким образом она убьет двух зайцев сразу.

— Но со всеми остальными, вы играли именно на них.

Брэд крутанул шар, который задвигался к середине стола яростно крутясь вокруг собственной оси.

Что она задумала? Почему решила играть с ним на интерес?

Плотность людей вокруг их стола увеличилась. Мужчина и женщина в центре словно и не заметили этого, как будто бы давно привыкнув к такому пристальному вниманию к собственным персонам.

— Да, но сейчас-то я предупредила, что устала. Это вы настаиваете на моей компании, соглашайтесь на мои условия или я пошла.

Она потерла мелком кончик кия, взглянув на Брэда в ожидании.

— Неужели боитесь проиграться? — добавила она через мгновение, не без удовольствия воспользовавшись его же фразой, не убирая с лица милой улыбкой. — Если передумали, то не страшно.

Народ довольно зашумел, ведь перед ними разворачивалось маленькое, но шоу. Будет что рассказать тем, кого не было и обсудить между собой, а сейчас понаблюдать, запоминая и впитывая каждую деталь, каждую мелочь, чтобы затем поразмыслить об увиденном и найти какой-нибудь скрытый смысл.

Был лишь один посетитель среди этой толпы, которого не радовало предстоящее представление, он стоял к Кэш ближе всего.

— Хорошо, что же вас интересует? — мужчина кивнул, соглашаясь, он ведь сам втянул ее в это.

Кэш подобно ему села на край бильярдного стола, повернувшись к собравшимся вокруг посетителям. У нее очень хорошее настроение и чувствует она себя легко и непринужденно, как если бы сделала приличный глоток хорошего южного вина.

— Чего может потребовать девушка от мужчины? — начала она издалека, понимая, что ступает на скользкую дорожку флирта и кокетства, потому что именно так будет выглядеть то, что она потребует от него в качестве выигрыша. Определенно, так и будет.

Народ вокруг засмеялся, заволновался, посыпались реплики, предупреждения, предположения.

— Брэд! Не соглашайся! Я так однажды женился!

Кэш рассмеялась, бар грохнул от хохота в ответ на это, но в конце концов успокоившийся народ продолжил строить догадки.

— Пожизненное содержание?

— Его дом?

Брэд наблюдал за ней, отмечая, что ему все еще нравится то, что он видит перед собой, все прекрасно в этой обманщице и лгунье.

— Народ, успокойтесь! Все куда проще, чем вам кажется. Я же сказала деньги меня не интересуют, а это все относится к деньгам так или иначе.

— Тогда прогулки при Луне?

— Серенады под окном?

Взявшись за верхушку кия, она приподняла его и качнула им в его сторону, улыбка сошла с ее лица.

— Ваша борода. Выиграю я, сбреете ее тотчас же. Там наверху, в номере, я видела электрическую бритву, кажется в одном из ящиков прикроватной тумбочки.

Народ замолчал, все ждали, что ответит Брэд, ведь для лесоруба и рыбака — борода, это предмет гордости, а в последнее время, еще и модный стиль, деталь образа, чего они только не делают, чтобы держать ее в идеальном и ухоженном состоянии.

Что до Кэш, то это часть мужского облика, всегда казалась ей лишней.

— Договорились. Только мы играем за снукерным столом.

Кэш, чуть поколебавшись, кивнула, за весь этот вечер, она лишь несколько раз сыграла в снукер. Посетители в баре, все сплошь и рядом оказались патриотами, предпочитая американский стол.

Брэд кивнул, но, взяв кий и тут же протянув его в ее сторону стола, подвинул к ней рулончик с банкнотами. Не сможет он играть с ней на деньги, когда цена его проигрыша так невелика.

— Я думаю будет справедливо, если и я потребую взамен желание.

Народ зашумел, словно обезумев. Теперь эта партия точно превратится в шоу, легенду во языцех. Девушка кивнула, но на ее глаза на краткий миг набежала тень паники. Брэд усмехнулся.

На этот раз народ предположений не делал, ожидая, что поставит на интерес он. Это наверняка должно быть что-то интересное, иначе он бы и предлагать не стал.

— Ужин, у меня дома.

Кто-то из женщин тихо ахнул, хлопнула входная дверь. Лекс и бровью не повел.

— А говорили, что в Крейге слабонервных нет.

Кэш на мгновение призадумалась, покачав головой из стороны в сторону. Она не ожидала такого поворота событий, все же предполагалось, что Пэйн ограничится деньгами, но так даже лучше. Жаль немного Минди, это будет стоить ей испорченного настроения, Пэйна нисколечко не жалко, а что насчет Дэна, то Кэш на него еще посмотрит.

— Какое странное однако желание, но хорошо.

Дэн подошел к ней, завладев ее вниманием на мгновение. Ему не хотелось, чтобы она играла с ним, он знал, что Пэйн искушенный игрок и скорее всего она проиграет. Если бы это касалось только денег, он бы не переживал так, но Пейн так же, как и она выбрал интерес, и он не был таким безобидным, как ее. Так он это ощущал, на миг стало как-то не по себе, словно этих двоих связывало что-то невидимое и незримое.

Девушка смотрела на него, подняв к нему лицо.

— Зачем ты соглашаешься на это? Он нравится тебе?

Дэн нравился ей, но как-то быстро с него слетел ореол романтичности, даже несмотря на присылаемые ей красочные букеты. Кэш пожала губами, а следом и плечами.

— Это просто игра и условия на кону пустячные.

— Ты так уверена в себе?

Кэш не смутило огромное количество глаз, что сейчас наблюдало за ними, они может и не слышали их, но все видели. Кэш и Дэн стояли так близко к друг другу, что это легко можно было назвать преступной близостью.

— Да. А тебе так нужны деньги?

— В смысле?

— Я знаю о пари, и чтобы ты мне не сказал сейчас, это не будет выглядеть достаточно правдоподобно.

— О чем ты говоришь?

Дэн очень мягко развернул ее к себе за плечи, стоило ей отвернуться, требовательно взглянув ей в лицо и встретившись глазами, ему было плевать, что там подумают люди и как воспримут этот жест.

Что насчет бессмертного…

— Я же сказала, что «не правдоподобно», — едва слышно повторилась она, — ничего не выполнимого на кону не стоит, как и предосудительного. Не волнуйся.

Кэш отвернулась от Дэна, вновь представ перед зрителями, словно ничего и не произошло сейчас, будто бы не она только что смотрела на мужчину проникновенным и открытым взглядом, не улыбалась ему и вообще нет в ее поведении ничего особенного.

— Эй! Так нечестно. Мы не сможем убедиться в том, что она выполнила желание в случае если она проиграет!

Кэш не ответила ничего на это, не ей посвящался этот вопрос, она проводила взглядом Дэна, который прошел к барной стойке, резко выговаривая что-то Сэму. Вероятнее всего, он хотел получить разъяснения от хозяина заведения: заглядывала ли она в книгу ставок? Будет очень любопытно увидеть его лицо, если Сэм все-таки сознается ему в этом, ведь это прямое нарушение правил ставок и пари. Любой посетитель узнав об этом может потребовать возврата денег, которых скорее всего на данный момент в кассе нет.

Кэш отвернулась, отказавшись от наблюдения за той частью заведения, за Дэном в том числе, позже она узнает все у Сэма. Старик может быть и сквалыга, но не совсем потерян для общества. Кэш заметила взгляд Брэда, он наблюдал за ней.

«Что и с ним они друзья? Досадно, наверное, что ту же ситуацию, что и с Крисом уже не провернешь. Это ведь показательно, как там… скажи мне кто твой друг и я тебе скажу, кто ты?»

Все это пронеслось у нее в мыслях в мгновение ока, Кэш плотоядно подмигнула ему, хотя на самом деле хотелось вытянуть руку и показать ему отогнутый средний палец.

— Пит, если ты хочешь сыграть и проиграться, я с удовольствием сыграю с тобой партию другую.

Тот самый Пит, в вечной ковбойской шляпе и покрасневшим от выпитого пива лицом, только скуксился в ответ на это предложение.

— Извини, Брэд, я на мели.

Кто-то из толпы не без смеха заметил:

— Не беспокойся Пит, мы это услышим. Ты ведь знаешь, как истерит Минди Баркер, Брэду мало не покажется, мисс Кинет в том числе.

Брэд не обратил на этот выпад внимание, но Кэш смешливо хмыкнула.

— Если бы вы предупредили меня о чьих-то истериках заранее, то я бы поостереглась участвовать в партии.

Лекс проигнорировал это насмешливое замечание.

— Монетка или раскат[3]?

Он не стал отвечать или хоть как-то комментировать брошенную фразу, это не касалось никого, только его и Минди, как на его вкус: все между ними честно, она получает свое — внимание, побрякушки, а он свое — ни к чему не обязывающий секс и отсутствие головной боли в виде выяснения отношений.

Кэш подняла деньги со стола, убрав их в боковой кармашек темных джинс. На его вопрос она лишь пожала плечами.

— Решайте сами. Можем положиться на случай, а можем на мастерство, мне все равно.

— Вы так самоуверенны или это за вас беспечность говорит?

Он не спешил идти к снукерному столу и выставлять на нем красные и цветные шары на позиции, продолжая оставаться у маленького стола для пула, покручивая в руках белый биток. Девушка, задержав на нем взгляд на мгновение, кивнула:

— Раскат[4], раз уж вы настроились на это.

Кэш подобрав свободный биток с соседнего стола, установила его на линию и встала рядом.

— Готовы?

Кэш склонилась над столом, чуть помедлив, Брэд присоединился к ней. Знакомый аромат коснулся носа, подразнив мужчину и напомнив ему, при каких обстоятельствах он впервые почувствовал его, и где он особенно сладок. Лекс стряхнул наваждение, взглянув на профиль женщины, что смотрела вперед, сфокусировавшись на белом шаре.

— На счет три?

— Три, — Кэш выдохнула, сделав движение рукой.

Удар получился достаточно легким и сильным, его шар врезался и тут же оттолкнулся от дальнего борта, пересек стол и мягко, едва коснувшись ближнего борта, покачнувшись, остановился. Максимум, что могло уместиться в щель между ним и бортом — лезвие столового ножа.

Рисуется.

Кэш выпрямилась и, проследив за движением своего битка, что остановился у ближнего борта на расстоянии четверти локтя, согласно кивнула. Брэд объявил о том, что начинает фрейм.

— Впечатляет. Я вижу, вы искушенный игрок.

Девушка отступила на шаг назад, опираясь на кий. Она пропустила его к столу, наблюдая за тем, как ловко и споро мужчина устанавливает шары на позиции. Кэш взглянула в сторону барной стойки, Дэна уже не было, поискала глазами Хлою, хотела спросить куда исчез ее «брат», но она тоже исчезла.

— Только не говорите, что внезапно осознали свою ошибку и передумали.

Кэш покачала головой. Вокруг стояла относительная тишина, посетители в баре негромко и вполголоса переговаривались о чем-то, но в основном слушали и следили за ними. Никто не занял соседние свободные столы для пула, предпочитая оставаться среди зрителей.

— Не внезапно, осознание приходит к нам спустя время. Я не передумала, не переживайте вы так.

Ему досталась ее милая улыбка, она кивнула на стол, словно говоря: бей уже! Белый шар задел красные, коснувшись их справа и они рассыпались по полотну зеленого сукна, но не задели самые дорогие по номиналу — черный и розовый, оставив их нетронутыми.

— Ваш ход, мисс Кинет. Расскажите хоть что-нибудь о себе. Давно это произошло?

Кэш обошла стол по кругу, прошла мимо него и остановилась у левого борта и, наклонившись, загнала первый красный шар в «розовую» лузу, затем черный. Брэд достал черный из лузы и вновь поставил его на отметку. Коснувшись мелком наклейки, она вновь наклонилась к столу, прежде чем ударить и отправить очередной красный шар в лузу, ответила:

— Года два назад. Неважно, что произошло тогда, дело прошлое и крайне неприятное, но очень поучительное.

Девушка выпрямилась, тут же оценив расположение шаров, и вновь наклонилась, сыграв черный шар.

— Все сплошь одни загадки, чувствую это связано с каким-то преступлением, — пошутил Брэд весьма серьезно.

Эта версия не было придумана им, а была снят «с губ», чего только не говорили в городе, каких только предположений не делали, и все это на один терзающий всех вопрос: что она забыла тут?

Брэд развлекался за ее счет, ведь она не желала рассказывать о себе что-либо, как и он когда-то. О нем благополучно забыли, накинувшись на новую жертву.

Чередование красный-черный продолжалось до тех пор, пока не закончились красные шары. Она обходила его и стол, то с одной то с другой стороны, то и дело приоткрывая ему и присутствующим содержимое своей легкой блузки, не забывая отвечать туманными фразами на его вопросы. Туманными они были для окружающих, а вот для них более-менее понятными.

— Не шутите так, здесь замешаны серьезные люди, политика, большие деньги и толстосумы.

Кэш оценила шутку, пошутив в ответ и, приподняв уголки губ в некоем подобии улыбки. Очередной одноочковый шар влетел в лузу.

— Неужели скрываетесь от кого-то?

Все происходило очень стремительно, Брэд скорее чувствовал себя рефери[5], но никак не игроком, то и дело выставляя на позицию черный шар, серия ударов, сильных и мягких обрушилась на стол, не дав ему даже крошечной возможности поднять кий с пола.

— Да, скрываюсь от поклонников Ронни О’Салливана[6]. Давайте, вы лучше расскажете о себе.

— Что вы хотите знать?

Кэш дернула плечом, не отрывая взгляд от стола.

— Например, где вы научились играть в снукер? Ведь это вы привезли стол в Крейг, мне уже поведали об этом.

Чувство разочарования настигло его, словно он ждал другого вопроса. Какого? Он и сам не знал.

— Я учился в Англии, там эта игра очень популярна, я увлекся ей настолько, что стал даже посещать школу снукера, постоянно мотаясь между городами, затем увлечение переросло в хобби.

— Не думали стать профессиональным игроком, судя по всему вам нравится это дело?

Кэш подняла на него глаза, прицеливаясь к шару.

— Нет, в моих приоритетах был Оксфорд, но никак не Шеффилд[7]. Скорее — это любимое хобби, а где научились так мастерски играть вы? Ваша очередь рассказывать о себе.

— Меня научил мой папа и его друзья.

Он знает, что ее отец был офицером морской пехоты, за все время службы Ирвина Кинета закрепляли за множеством военных баз раскиданных по всему миру, служа государству, тот таскал за собой по миру жену и дочь. Лишь на старости лет у него получилось купить крошечный домишко в Аризоне, но Кэш к тому времени уже была взрослой и с родителями уже не жила. Алекс знал, что она выучилась в Дартмутском колледже, закончив кафедру социологии и антропологии. Дальше информация о ней терялась, но это было понятно. Очень многое о тех, кто стал бессмертными в скором времени исчезало из общего поля зрения. Оседая в хранилищах и архивах древних монастырей.

— А кем был ваш папа и его друзья? Случайно не чемпионами Мастерс?

Ему достался выразительный взгляд, Кэш поняла, чего он добивается: он хотел, чтобы она утолила любопытство людей и отчасти успокоила их.

— Случайно — нет.

Кэш покачала головой, примериваясь и забивай зеленый шар и выводя биток к синему. Она заканчивала игру, это партия для него потеряна навсегда.

— Мой папа путешествовал по миру, по долгу службы таскал нас с мамой за собой с одной военной базы на другую. Иногда, развлечений было совсем уж мало, но я преуспела в некоторых из них. Например, в бильярде.

Кэш улыбнулась, вспоминая те времена, когда ее семьей были военные и их родственники разбросанные по всему миру.

— Вам бы в женской лиге выступать с такими успехами.

Наконец произнес Алекс, впечатленный выверенным и чистым ударом, выведшим биток на идеальную позицию к черному шару.

— Я так не думаю.

Он еще не видел, чтобы так играла женщина. Обычно прекрасную половину человечества подводит тяга к самолюбованию, тревожит их, как они выглядят при том или ином ударе. Кэш это не коснулось, она наклонялась, приседала, нагибалась, ложилась на стол, если это надо, кружила над ним в полусогнутом состоянии, высматривая удачные варианты, совершенно не стесняясь и не обращая внимание на происходящее вокруг, игнорируя восхищенные возгласы, оценивающие реплики и одобрительные и не очень комментарии.

Брэд, что так и не двинулся с места, имел удовольствие лицезреть ее в самых разнообразных ракурсах, в том числе «познакомиться» с дразнящим кружевом нижнего белья и надоедливостью блестящей подвески, что отвлекала от созерцания загоревших полушарий груди.

— Сэм! Посмотри работает ли та бритва! У нас тут Пэйн имидж меняет, если надо я сбегаю в круглосуточный и куплю одноразовые станки Biс!

Прокричал Пит, оглянувшись назад. Тот самый Пит, что сетовал на отсутствие возможности насладиться проигрышем девушки.

— Что ты орешь?! Я рядом стою, — Сэм, которому наорали на ухо, отпихнул его от себя, но все-таки пошел проверять работоспособность «машинки».

Сначала партии прошло что-то около пяти или десяти минут, не больше. Она обыгрывала его в сухую и даже, если она сейчас промахнется, то это ничего не решит или же им придется задержаться у стола на долгие часы, если не на дни и то, это вряд ли принесет ему желанную победу.

Последний черный шар был отправлен в лузу, девушка выпрямилась и ожидающе взглянула на него. Раздались аплодисменты, приветственные выкрики, свист.

— Спасибо за игру.

— Вы не дали мне не единого шанса.

Он катнул ей биток через стол, Кэш поймала его и поставила на линию дома.

— Вот так всегда происходит, — вздохнула Кэш, с притворным чувством грусти, — стоит кому-то проиграться, как начинаются появляться, если не обиды, то претензии.

Лекс не знал то ли смеяться, то ли сердиться на ее слова. Она не хотела играть с ним и считай, не сделала этого. Сожалел ли он об этом? Безусловно.

— Дайте мне двадцать минут, и я выплачу вам ваш интерес. Затем, угощу вас пивом и может быть вы расскажете мне, чем вам так не угодила моя борода.

— Хорошо, я подожду.

Кэш проводила его взглядом и толкнула кием по белому шарику, тот оттолкнулся от дальнего борта, и повторил путь битка Пэйна при жеребьевке, остановившись возле самого борта. Не стоит рисоваться раньше времени, иногда нужно уступить первый удар кому-то другому.

Кто-то включил радио, и музыка вновь заполнила помещение, она принялась собирать шары и укладывать их по местам. Не хочет она ничего объяснять и пить с ним пиво не хочет. Она достала телефон и набрала номер Сиены. Эта белобрысая взяла за моду не отвечать на звонки или ссылаться на плохую связь, присылая голосовые сообщения.

— Можно с тобой поговорить?

Дэн подал ей красный шар, остановившись рядом. Кэш оглядела помещение бара, люди делали вид, что увлечены беседой друг с другом и нет им никакого дела до них.

— Хорошо, только куртку возьму.

* * *

[1]Seared — самая лёгкая степень прожарки. Это настоящий стейк с кровью. Мясо опаливается снаружи, внутри оставаясь прохладным.

[2]Medium rare — средняя прожарка. Мясо при такой прожарке успевает покрыться золотой корочкой снаружи, а внутри приобретает красно-розовый оттенок.

[3]Брэд предлагает варианты для решения кто начнет фрейм (партию) и разобьет пирамиду.

[4]Раскат — жеребьевка в бильярде, противники запускают битки по столу, у кого шар останавливается ближе всего к краю тот разбивает пирамиду или принимает решение об очередности разбивки.

[5]Ведущий-судья, обслуживающий снукерный стол во время игры и определяющий спорные ситуации.

[6]Английский профессиональный игрок в снукер и пул.

[7]Город, в котором проходит чемпионат мира по снукеру.