Глава 22. Дар

Если бы не Триана, я бы выбил Линару зубы и ни о чём бы не пожалел. Пусть даже опять Сартр проел бы мне всю плешь о недопустимости применения силы для решения некоторых деликатных вопросов. Ради удовольствия посмотреть, как Линар, этот лощёный хлыст, станет давиться собственной кровью, я бы многим пожертвовал.

Но… чёртова человечка что-то вбила в свою чёртову человечью голову и вдруг взъелась на меня так, что пришлось уйти.

Даже самый хитрый дьявол не всегда поймёт, что на уме у женщин, тёмные они или человеческие. Так и с Трианой. Она в упор не видела ни того, что Линар прятался за неё, как за живой щит, ни того, что он вешал ей лапшу на уши, настраивая против меня.

Ну и пусть пропадут пропадом – оба.

И что меня понесло к ней с этими апельсинами? Повелся на ее страстные стоны и напрочь забыл, что это вызвано вовсе не тем, как она ко мне относится, а чертовой пыльцой чертового треножника.

Так нет, мне хотелось порадовать свою игрушку. Ну что, порадовал – Линар её порадовал, который припёрся первым, с теми же дурацкими апельсинами. И она его впустила, хотя после вчерашнего ей неплохо было держаться от него подальше.

Повторяю, один дьявол поймёт этих женщин.

Да и я хорош: неплохо бы уяснить наконец: между нами договор, и все на этом. И никакие апельсины по утрам в этом договоре не прописаны.

В общем, я решил, что после всех этих приключений лучшее, что можно сделать, – это отоспаться. И я проспал в тот день до самого вечера. Проснулся оттого, что услышал тихий стук в дверь.

Сердце невольно подпрыгнуло: может, это Триана наконец одумалась и пришла – ну если не извиниться, то хотя бы предложить возобновить наши сеансы. Но это была не она.

На пороге стояла Алиада. Сейчас она была похожа на ангелочка. Белое платье ниже колена, прическа скромницы и кроткий взгляд из-под пушистых ресниц.

Наверное, кого-то это могло обмануть, но не меня. Я точно знаю, что она собой представляет. Впрочем, она ничуть не хуже некоторых других притворщиц.

– Что ты хотела, Алиада? – спросил я.

– Все собираются на фейерверк, – она заговорила виновато и торопливо, – если мы не пойдем туда вместе, все подумают: мы поссорились.

Она смотрела на меня вопросительным взглядом, словно спрашивая у меня: так мы поссорились? На какое-то мгновение мне захотелось втащить ее в комнату, рвануть с плеч белое платье скромницы и сказать: пошли они к черту, эти все. И на весь вечер остаться дома.

Но я тут же словно воочию увидел продолжение этой истории.

Безусловно, пока я буду срывать платье и проворачивать все, что за этим обычно следует, будет неплохо. Я даже на какое-то время смогу забыть, какой неблагодарной дрянью оказалась Триана. Но потом – потом же придется отыгрывать этот номер до конца, выслушивать жалобы Алиады, упреки и уверения в том, что я лучше всех, а мы идеальная пара. Короче, всё опять вернётся на круги своя, а я уже устал от этой игры в любовь, безвкусной, как бумага.

И я покачал головой:

– Прости, детка. У нас ничего не выйдет, не стоит пытаться. Мы не поссорились, мы просто больше не вместе.

Прекрасные голубые глаза Алиады наполнились слезами. Я терпеливо выждал, пока крупные, как бриллианты моей тётушки Лив, капли медленно скатились по нежным щекам и пока выражение несчастной сиротки на лице Алиады не уступило место маске фурии.

– Ты чёрствый самовлюблённый упрямый козёл! Я потратила на тебя три года, а ты даже не хочешь оказать мне услугу и поддержать мою репутацию! Да чтобы тебе вообще ни одна женщина больше не дала!

Её глаза метали молнии, из ноздрей чуть пар не шёл. Пару секунд побуравив меня яростным взглядом, Алиада развернулась и ушла.

Я даже не сразу закрыл за ней дверь. В бешенстве Алиада выглядела куда привлекательней: гнев придал красок её мраморной коже, заставил засиять глаза – да и ярость на её лице была во много раз естественнее, чем обычная маска пай-девочки. Если бы Алиада вела себя так всегда, возможно, я бы и не стал с ней расставаться.

Но уж что решено, то решено.

Алиада отправится на фейерверк с каким-нибудь болваном из своей свиты, Триана – с идиотом Линаром, а я… на глаза попал учебник, и я улыбнулся, протягивая к нему руку. А что, неплохо было бы для разнообразия подготовиться к занятиям. Последнее время до этого никак не доходили руки.

Я углубился в чтение, и все-таки в голову пришла предательская мыслишка: забавно, теперь Триана весело проводит вечера, а я сижу над учебниками, как заучка, словно мы поменялись местами.

Триана в тот вечер ко мне не пришла, а я не успел остыть. На следующий день мне по-прежнему не хотелось её видеть. Однако она, как нарочно, все время попадалась на глаза. Стоит мне выйти из аудитории, как она маячит где-то в конце коридора. Выгляну в окно на скучной паре – и вот она на полигоне молотит по манекену.

И мне ничего не остается, кроме как пялиться на ее гибкое тело и точные движения, изящные, как у креонской танцовщицы, будто она и вправду не посылает смертоносные заклинания, а танцует что-то жутко сексуальное.

Не один я это заметил. Все ее одногруппники стояли и пялились. Хоть бы слюни подобрали, уроды.

Девчонка и в самом деле была хороша. Стоило на один миг потерять контроль, как кое-что в паху начало жизнерадостно приподнимать голову. Сразу вспомнилось, что вообще-то завтра у нас боевая практика. И хоть последний сеанс с Трианой подпитал меня так, что все показатели просто зашкаливали, – всё же запасы не бесконечны. Так что было бы неплохо повести себя как мужик и самому зайти к Триане за тем, за что я ей заплатил, и немало.

Так я и сделал.

Вечером, как только стемнело, я отправился в ее общежитие. Скажу честно, шел по тенистой аллее и уже заранее представлял все, что с ней сделаю. Сегодня я точно не буду нежен, пусть даже не рассчитывает.

– Да, в Колизее, – услышал я голос где-то за кустами.

– И что сегодня?

– Минут через десять собираемся там, уж мы этим уродам устроим.

Я остановился как вкопанный. Один из голосов я узнал. Дионис. Мой главный соперник по магической борьбе. Какого черта он со своими прихвостнями делает на нашей территории, да еще и в Колизее?

Пару мгновений я боролся с собой. Одна часть подталкивала немедленно идти в Колизей, выяснить, что происходит, и выставить Диониса отсюда к чертям. Вторая – плюнуть на всё и отправиться к малышке Триане. В конце концов, я не нанимался охранять покой академии.

Но после коротких размышлений я всё же выбрал первое. Триана подождёт, я не настолько потерял из-за нее голову. Если эти сволочи что-то замышляют, мне надо знать что.

Я свернул на узкую тропинку и направился к Колизею. Шел осторожно, таясь. Ночная тьма стала моим союзником, я пробрался туда незамеченным. Но стоило мне войти под каменные своды, как я скорее почувствовал, чем увидел. Их здесь много. Человек семь или восемь, а может быть, и десяток.

– А вот и ты, – радостно провозгласил голос Диониса из темноты. – Я не сомневался, что ты принял наше приглашение. Сила есть, ума не надо, – он издевательски усмехнулся, – да только мы кое-что знаем про твою силу, и думаю, она тебе сейчас не поможет.

Они явно не собирались ограничиваться словами. В следующее мгновенье прилетел удар-заклинание. Я увернулся, но не очень удачно, зацепило плечо. Обожгло резко и почти сразу же отпустило. Осталась лишь ноющая, саднящая боль.

Ерунда! Что-то они слабенько. Такое чувство, что просто разминаются, а не всерьез стараются навредить.

Я ударил в ответ – куда сильнее, пусть знают, уроды, что шутить я не намерен! И молнией метнулся за массивный камень. Это была плохая идея – напасть на меня в Колизее, который я ещё мальчишкой-первокурсником излазил вдоль и поперёк. Даже в темноте я ориентировался здесь прекрасно!

Ну что ж. Я в относительной безопасности. А что там у них? Я прислушался, напряжённо вглядываясь в темноту: не раздастся ли оттуда тихий стон – свидетельство того, что мой удар достиг цели. Но нет, кажется, промахнулся. Зато до меня долетели отблески нескольких заклинаний. Мелкие искры засияли в темноте, освещая пространство. Все мимо. Ничего удивительного. Заклинаний, способных поражать сквозь камень, еще не изобрели.

Мой ответный удар – сильный, четкий и – на этот раз – достигший цели. Короткий вскрик и тихая ругань кого-то из противников – лучшее тому доказательство. Так-то! Знай наших!

И снова в воздухе засияли мелкие искры – отблески их заклинаний.

Это был очень странный бой. Мой удар – их ответ. Их удар – мой ответ. Попеременно, размеренно – как будто они и не собирались мне навредить!

А что тогда собирались сделать?

И снова я отвечаю ударом на удар. И снова – раздраженная ругань. Они решили сыграть в поддавки? Или…

Ответ пришёл сам собой и быстро.

Я почувствовал, как по телу разливается предательская слабость. Немудрено. Я-то силы не экономил, молотил гадов по полной. А сами собой они у меня не восстанавливаются, и до спасительных ласк Трианы сейчас далеко.

Вот оно что! Это не игра в поддавки. Это тактика.

Они знают. Одному черту известно откуда, но они точно знают. Их план прост и гениален. Они затащили меня сюда, чтобы вымотать и напасть всерьёз уже тогда, когда я стану беспомощнее котёнка. Хотят ли они меня убить? Вот уж вряд ли. А вот хорошенько потрепать, чтобы ко дню состязаний я был все еще на попечении целителей, – это запросто!

Ну уж нет, перебьются!

Я тоже сменил тактику. Больше не растрачивал силы. Только прятался и ждал. Идеально! Они не рискнут приблизиться, не будучи уверенными в том, что я обессилел. А такой уверенности я им не дам. Пусть кто-нибудь сунется, тогда и посмотрим, много ли сил у меня осталось. Да, я не в лучшей форме. Но на то, чтобы прицельным ударом уложить пару-тройку из них, моей энергии уж как-нибудь хватит. Давайте, ребята, повеселимся!

Довольно скоро они заметили, что я больше не реагирую на их уколы.

– Эй, ты что там, умер? – раздался не слишком уверенный голос Диониса. Наверняка я сломал кое-какие их планы, и теперь мой враг был несколько растерян.

Я молчал. Подсказок они не дождутся. Здесь, в укрытии, я смогу просидеть хоть до самого утра. А вот у них не так много времени. Выбираться отсюда утром для них – так себе приключение. Слишком много вопросов возникнет, если их увидят в нашем городке.

– Ну и сиди там как крыса! – раздраженно выплюнул Дионис. – Не надейся, тебя это не спасет!

Нет, он точно не растерян! Он уверен в себе и в успехе своего предприятия. А это значит, что я чего-то не учел. Что это может быть? Я судорожно соображал. Нельзя недооценивать врага – это самая большая ошибка. Что не так?

А в следующее мгновение я понял. И лоб тут же покрыла холодная испарина. Плечо! Оно до сих пор саднило и болело. В пылу сражения я этого совсем не заметил. Так и есть. Заклинание, которым меня шарахнули с самого начала, – непростое, с сюрпризом. В него было «завернуто» другое. Филигранная работа. Это другое – вытягивает магическую силу. Медленно, но неотвратимо. А это значит, что через каких-то полчаса-час они меня покинут.

И команда Диониса сможет меня покалечить спокойно, никуда не торопясь, и с легкостью покинут студгородок до рассвета. И даже если я заявлю о них – мое слово против их. И явно будет несколько десятков свидетелей, которые подтвердят, что милые ребятки спали в своих кроватках до самого рассвета.

Я проиграл. Признавать это чертовски паршиво. Но я проиграл.

– Что притих? – не унимался Дионис. – Покажи нам, на что ты способен! Где твои огненные шарики?

Ну да… Кто откажет себе в удовольствии поглумиться над поверженным противником. Уж точно не он!

– А ты подойди поближе. И я покажу! Или трусишь – один?

Чтобы урыть эту пародию на мужчину, сил у меня еще хватит. Пока хватит.

– Нет, спасибо! Я, пожалуй, еще немного подожду.

И он прав. По-своему, по-подленькому прав. Ладно. Сидеть и ждать, пока они нападут, – не по мне. Я встречу их лицом к лицу. И пусть меня хорошенько потреплют, но пока я еще могу организовать им пару ссадин!

Я вышел из-за камня. Глаза уже успели привыкнуть к темноте. Я видел их – настороженных, почти испуганных. Почти всех я знал: встречались на соревнованиях. Подлые души – в открытую им меня не победить, вот они и решили так, исподтишка. Ничего, пусть я проиграл, но напоследок вы у меня попляшете. Я сосредоточился, сложил пальцы для заклинания и…

Удар был таким мощным, что на секунду в Колизее стало светло как днем. Диониса снесло и повалило на каменный пол, а еще, кажется, зацепило кого-то рядом. Но мне было некогда их рассматривать. Я ошалевал от того, что происходило со мной. Тело наливалось силой. Мощной, дикой, готовой крушить на своем пути все. Откуда? Как? Размышлять было некогда. Я снова сложил заклинание. Ударил. Я целился под ноги. Убивать придурков не входило в мои планы.

– Ну что, продолжим? Или уберетесь по-хорошему?

Все таращились на Диониса, который только сейчас стал со стоном подниматься. Поверженный лидер – и этого было достаточно, чтобы вся шайка передумала нападать. Хотя их много. Даже с моими теперешними силами такой толпой они могли бы со мной справиться. Но, видно, не хотели. Им обещали легкую победу – а тут такое!

Нет уж, нельзя давать им опомниться. Вы просили огненный шарик? Получите!

Дикий, пылающий первобытной силой шар из чистейшей лавы поднялся над моей головой. Потрескивающий, гудящий силой стихии, переливающийся оранжевым пламенем, в темноте Колизея он смотрелся очень эффектно.

И мои противники явно струсили.

– Чертов Линар! Уходим! – буркнул Дионис, не сводя глаз с шара и осторожно отступая назад.

Они бросились врассыпную, все сразу, как тараканы от кухарки. Кто-то даже заорал от испуга, втягивая голову в шею, словно думал, что вот-вот огромный огненный шар впилится ему в спину.

Я стоял, вытянув руку, легонько покручивая заклинание в воздухе, а сам уже думал совсем о другом. Линар? Эта обмолвка могла означать только одно: это Линар сказал им, что я не смогу восполнить свои силы, а значит, стану лёгкой добычей.

Вывод ясен: Линар откуда-то знает, что за отношения у меня с Трианой.

Откуда? Она сказала ему? Не верю, даже человечка не настолько глупа, чтобы выдать такое. Она должна понимать, что это сделает её лакомой добычей в глазах любого тёмного.

А вот если он догадался сам… О, в таком случае неудивительно, что он увивается за ней. Ничего он в неё не влюблён, ему просто нужны магические силы.

Ладно, с ним я разберусь позже. А пока надо проверить кое-что другое…

Убедившись, что мои неудачливые соперники ушли, я выбрался из Колизея и направился к Триане. То, что сейчас произошло, – больше похоже на чудо. Но думается мне, что у этого чуда есть объяснение.