Глава 21

Джинсы, толстовка — в этот раз на мне, чтобы не провоцировать кое-кого на очередное раздевание. Одного раза достаточно. В регулярную привычку это действо превращать не хотелось бы.

Зашнуровала кроссовки, на цыпочках подошла к Дане и склонилась над ним, прислушиваясь к дыханию.

Аккуратно стянула с него обувь и носки. Прикрыла ноги в джинсах одеялом, которое он практически сразу сбросил.

Ясно, жарко.

Взяла с тумбочки карточку и телефон, неслышно покинула номер. Скорее всего, у меня не так уж много времени для разговора с Игорем, так как вполне возможно, что Даня скоро проснется для первой за сегодняшнюю ночь встречи с унитазом.

На лифте спустилась вниз, трусливой мышью прошмыгнула к выходу и застыла на широком крыльце, не заметив там Игоря.

Всё? Разговор можно считать удавшимся, если один из собеседников не явился?

Вдохнула ночную прохладу, мысленно порадовалась тому, что из-за позднего часа вокруг почти не было людей. Все, либо на вечеринках, либо спят в своих номерах после дня, насыщенного экскурсиями и купанием в море.

Еще раз посмотрев по сторонам, пришла к выводу, что ждать мне больше нечего. Не получилось, не срослось.

Но стоило сделать шаг на ступеньку выше, как из-за поворота появился черный джип, остановился у крыльца. Одна из дверей открылась и из машины шагнул Игорь. Обойдя её, открыл для меня пассажирскую дверь, жестом приглашая сесть.

Манеры. Конечно же. Куда без них? Без них только раздевать чужую девушку в темной комнате.

Внутренне сопротивлялась, но всё же подошла к двери, правда, садиться в машину не спешила.

— Куда мы поедем? — спросила относительно сдержанно.

— Без определенной цели. Нам нужно поговорить наедине. Или тебе нужны зрители?

Его деловой тон несколько насторожил, но вместе с тем, хотелось верить, что в этот раз мы действительно поговорим как взрослые люди, просто потому что нам обоим нужен этот разговор. Ходить вокруг да около и делать вид, что мы не знакомы и не выдели друг друга голыми уже становилось невыносимым.

Для нас обоих.

Поэтому, нужно разобраться со все этим дерьмом один раз и, желательно, с долгим эффектом.

— Хорошо, — коротко кивнула. — Только недалеко и ненадолго.

— Садись, — нетерпеливо выдохнул он и, дождавшись, когда я займу место, закрыл дверцу, обошел джип и устроился за рулем.

Двигатель взревел, машина сорвалась с парковки и понесла нас по ночному городу в неизвестном мне направлении.

Поворот за поворотом мы уходили всё дальше. Поворот за поворотом все заготовленные ранее фразы выветривались из головы, когда в наглухо закрытой машине стало слишком много Игоря. Машина, скорее всего, арендованная, но это не мешало ей полностью пропитаться его терпким запахом, который просачивался во все уголки моего сознания, вытесняя, казалось, ту малую часть стойкости и непоколебимости в его присутствии.

— Куда мы едем? — все же, осмелилась спросить.

Ответом мне послужила абсолютная тишина. Даже магнитола была выключена.

Повернулась и наткнулась на мужской профиль, уверенно следящий за дорогой. Сильные руки излишне крепко сжимали руль. Вспученные вены, прячущиеся под закатанными рукавами серой льняной рубашки, и заостренные костяшки длинных пальцев выдавали его напряжение.

— Игорь, — позвала я, решив, что он просто меня не расслышал, утопая в потоке собственных мыслей.

— Приехали, — отрезал он коротко.

Джип свернул с асфальтированной дороги и несколько метров проехался по трескучему под колесами каменистому берегу.

Ночь, луна, отражающаяся в море, и только мы вдвоем на пустынном пляже. С таким набором приезжают потрахаться, а не серьезно поговорить.

— Я… — открыла было рот, чтобы начать разговор, но собеседник решил сорваться с места, выпрыгнуть из машины и оставить меня в ней одну.

Класс… Теперь, чтобы с ним поговорить, его еще догнать нужно?

Ну, ничего. Мы не гордые, а еще мы помоложе, так что догнать его не составит труда. Тем более, ушёл он не так уж и далеко. Просто оперся задом об морду джипа и уставился на водную гладь.

Драма из индийского фильма.

Открыла дверцу и спрыгнула с подножки высокого джипа. Нерешительно подошла к Игорю, но оставила между нами расстояние, чтобы он не смог дотянуться или я смогла бежать со всех ног, как только почувствую что-то неладное.

Зная Игоря, нельзя исключать оба варианта.

— Игорь, — обняла себя за плечи, пнула камень, лежащий и ног и подняла взгляд, чтобы снова наткнуться на серьёзный мужской профиль.

— Хорошая погода, — прикрыл он глаза и вдохнул полной грудью морской ветер. — Искупаемся?

— Ты серьёзно? — вскинула брови. — Я поехала с тобой для того, чтобы поговорить, а не для того, чтобы ты продолжал свои игры.

— Игры? — едкая усмешка скривила его губы. — Ты так это называешь? — наконец, соизволил посмотреть мне в глаза.

— А что это, по-твоему? Как ещё можно охарактеризовать то, чем ты занимаешься? Хотя, знаешь… — с усилием проглотила шершавый ком, застрявший в горле. — Мне плевать, как ты это называешь. Я хочу, чтобы ты это прекратил. Хватит, Игорь.

— Хватит? — снова эта улыбочка и тихий смешок, не сулящие для меня ничего хорошего. — Думаешь, топнула ножкой, нахмурила бровки, и я послушно подожму хвост? Оставь это своему щенку.

Внутри что-то ощетинилось, озлобилось и заняло боевую стойку.

— Ещё хоть одно слово о Дане в подобном ключе и я тебя ударю, — процедила сквозь стиснутые зубы.

— Ну, так бей, — оттолкнулся он от джипа и стал на меня наступать, провоцируя. — Ударь. Ну, же!

Голубые глаза широко распахнуты. Он кипит изнутри от ярости и ждёт того же от меня.

Отступаю. Телесный контакт, пусть даже ради удара, может привести нас к непредсказуемым последствиям.

Пустынный пляж. Вокруг нет ни одного препятствия или хоть какого-то укрытия. Только джип, к которому я плавно свернула по дуге, уходя от Игоря. Если надо будет, я бегать вокруг него могу начать и хрен он меня догонит.

— Игорь, перестань вести себя как идиот.

— Идиот? Я идиот?! — повысил он тон и жесткие пальцы до боли впились в руку. С силой дернул меня на себя и вжал в дверцу джипа. Обхватил ладонью подбородок, заставляя смотреть в колючие осколки льда его глаз. — А не по твоей ли милости я веду себя как идиот?

— По моей?! — ударила его по руке, удерживающей меня. Бесполезно. — Это я устроила весь этот фарс с инвестированием? Это я в тайне от своей беременной жены дрочу в душе на левую тёлку?

— Всё, что я делаю и буду делать, только для тебя и ради тебя, Диана, — чеканил каждое слово, выплевывая мне их в лицо.

— Твою мать! — горько усмехнулась и, всё-таки, отняла его руку от своего лица. — Ты женат, Игорь. Женат! Ты не можешь забить на беременную жену и рвать пупок ради другой. Не можешь! Блять… — всхлипнула рвано. — Нельзя быть таким уродом, Игорь.

— Ты думаешь, я не понимаю всей хуйни, которую творю? Думаешь, не понимаю, что веду себя как мудак?

— Именно, — отрезала я.

— Маленькая сучка! — длинные пальцы снова сдавили подбородок. Всем телом Игорь вжал меня в джип. Горячим дыханием обдало лицо, губы задели жесткую щетину, пока он подбирался к моему уху, чтобы прошипеть следующие слова подобно змею. — Сначала ты уехала за лучшей жизнью, как заявила твоя чокнутая мамаша. Затем от тебя не было ни одного сигнала почти три года, а потом ты появилась, как хрен с горы, на той гребаной парковке, чтобы донести её пакеты до машины. Прыгнула на мотоцикл и снова исчезла. Просто. Как ветер, блять. Но здесь, — постучал указательным пальцем по виску. — Здесь ты осталась. Снова въелась намертво и пустила корни. Свои сучьи корни, чтобы я поехал крышей. Чтобы искал тебя и дрочил в душе, — твердые пальцы скользнули ниже и сдавили горло. — Почему ты тогда уехала? Почему не пришла ко мне?

— Я пришла! — с силой толкнула его в грудь и жадно глотнула воздух, когда стальная хватка исчезла с горла. — Я пришла к тебе, когда меня из дома выгнала родная мать, когда поняла, что, кроме как к тебе, мне пойти некуда. Я пришла, Игорь. Но я не думала, что для того, чтобы меня встретить, ты наймешь швейцара с сиськами больше моей башки.

— Что? Что ты несешь?! — темные брови сошлись над переносицей.

— Что видела, то и несу. Я пришла к тебе поздно вечером, позвонила в звонок, а дверь мне открыла какая-то тёлка в латексе. И уж прости, но зная со слов Вилки, как часто и чем ты занимаешься в свой квартире, выводы сделать было несложно. Поэтому я уехала.

— Вилка, — горькая усмешка исказила его лицо. Рванул руки вверх и запустил их в свои волосы, с силой сжав кулаки. — Доченька, сука, — облизал губы и всё с той же невеселой улыбкой покачал головой. — И ты так легко поверила в то, что я трахал какую-то телку в латексе у себя в квартире? Позвал тебя к себе и трахался с кем-то?

— А что я должна была подумать? Что у нас было кроме секса? Любовь? Не смеши, Игорь. Ты приезжал и забирал меня, когда хотел потрахаться, а потом возвращал домой, когда натрахался. Всё. Все наши отношения, — смотрела на него широко распахнутыми газами. — Или, хочешь сказать, что это была такая любовь? Давай, скажи, что ты меня любишь. Прямо сейчас. Скажи, что любишь меня и я наплюю на все свои принципы, чтобы мы свалили счастливые в закат. Говори. Ну, же! — толкнула его в плечо. — Давай!

Крепкое тело до боли врезалось в меня и снова вдавило в машину. Холодный взгляд впился в лицо.

— Я… — выронил он, скользнув губами по моим губам. Шумное дыхание смешалось с моим. Волосы на затылке оказались сжаты в кулак, горло снова в стальном капкане его пальцев. — Я… — повторил Игорь, словно в бреду. — … Диана…

Отчаянный шепот у самого рта.

Игнорируя боль, отвернулась, избегая поцелуя.

— Диана — я. А ты — лживый мудак, который одним хуем хочет попасть сразу в две дырки, — проговорила сквозь слёзы. — Ненавижу. Как же я тебя ненавижу, — задыхалась эмоциями. Подняла руку и вяло ударила его по ребрам. Раз. Другой. Третий. Сильнее, — Ненавижу! — сорвалась на крик, продолжая бить его уже обеими руками, пока он обнимал меня и притягивал к себе. — Ненавижу!

— Тише, маленькая. Тише, — почти убаюкивал меня неожиданно нежный шепот и мягкие поцелуи в макушку. — Мы что-нибудь придумаем.

Мои руки безвольными плетями повисли вдоль тела. Слёзы неконтролируемо текли по щекам и впитывались его рубашкой.

В тяжелом молчании Игорь покачивал меня, словно вводя в транс. Словно уложил в колыбельную и всеми силами усыплял бдительность, пока его пальцы скользили вдоль позвоночника, запутывались в волосах и до боли сжимали мне плечи.

— Отвези меня в гостиницу, — выдавила едва слышно. — Я хочу к нему.

На удивление легко высвободилась из его объятий. Обтерла щеки тыльными сторонами ладоней, обошла джип и заняла место, на котором сюда и приехала.

Глухой удар по машине заставил её мягко качнуться. Затем ещё один. Ещё и ещё.

Пока Игорь избивал машину и рычал подобно раненному зверю. Я проливала горькие слёзы, не в силах остановить их поток.

Всё не так. Место, время, мы…

Этот разговор не должен был быть таким. Не должен был закончиться так.

Этот разговор должен был стать нашим решением, но создал лишь больше проблем и внес лишь еще больше неясности в нашу и без того непростую ситуацию.

Покачивание машины закончилось. Дикий рёв резко затих. Через несколько долгих секунд дверь с водительской стороны распахнулась.

Игорь сел в машину, хлопнул дверцей. Тяжело дыша, дрожащей рукой со сбитыми в кровь костяшками завел двигатель.

— Пристегнись, — бросил, не глядя на меня.

Послушно сделала, как было велено. Уронила руки на свои колени, сцепила пальцы в замок и весь путь до гостиницы не сводила с них взгляд.

В тяжелом гнетущем молчании доехали до гостиницы.

Джип остановился близ крыльца, но двигатель так и продолжил рычать.

Робко подняла взгляд и посмотрела в сторону Игоря. Он смотрел прямо перед собой. Подобно статуи застыл и не выдавал никаких эмоций. Только суровый профиль с плотно сжатой линией губ красноречиво говорил о том, что при всем внешнем спокойствии, где-то глубоко внутри он всё ещё на том берегу превращает джип в консервную банку.

От него веет арктическим холодом за километр. Даже пальцы рук, которыми я неторопливо расстегивала ремень безопасности, замерзли.

Отпустила ремень, позволив ему вернуться на своё место. Снова взглянула на Игоря, безнадежно формулирую в голове хоть что-то.

При всей той драме, что разворачивается между нами в тайне от всех, нас, всё равно, нужно сохранять, если не добрые, то хотя бы деловые отношения. И очень хочется верить в то, что наши встречи, впредь, будут гораздо более редкими и иметь наименьшую продолжительность.

— Иди, — выдохнул он едва слышно, даже не повернувшись ко мне.

Брови непроизвольно съехались над переносицей, но я благоразумно промолчала. Очередного обоюдного приступа ярости, смешанной с похотью, я просто не выдержу.

Открыла дверь джипа, выпрыгнула на асфальтированную площадку близ крыльца и едва успела захлопнуть дверцу за секунду до того, как машина сорвалась с места, рыча зверски злым мотором.

С некоторой тревогой проследила за тем габаритные огни померкли вдали и скрылись за поворотом.

И куда он в таком состоянии? А если кого-то убьёт — на такой-то скорости? А если сам убьётся?…

Стоп! Это не твое дело, Ди. Не накручивай себя. Не вороши то, что пытаешься старательно разгладить и разложить по полочкам.

Игорь — взрослый мужчина и вполне способен отвечать за свои поступки и их последствия.

О, боже…

О чем я, вообще?!

Никто из нас ни на что не способен. Да мы даже поговорить нормально не смогли. Как два слепых котенка потерлись носами, пошипели друг другу в морды, не поняв и не услышав друг друга, и разбежались по разным углам.

Запустив руки в карманы толстовки, вошла в гостиницу. Утопая в мыслях, в которых, в основном материла себя на чем свет стоит, не сразу заметила Серёгу, стоящего около кулера и нажимающего на нем кнопки.

Как они с Даней умудрились так нажраться?

Подошла к другу и аккуратно приобняла его за талию, чтобы не напугать и не вызвать неадекватную реакцию. Мало ли что ему может почудиться в крайней степени опьянения.

— Эй, Серёж, — позвала его тихо.

Темно-русая голова слегка дернулась. Вялое тело покачнулось и повернулось ко мне вполоборота.

— О! — расплылся парень в довольной улыбке, глядя на меня одним глазом. Второй, очевидно, уже спал. — Богиня моя.

— А ты чего тут делаешь? — спросила и аккуратно закинула его руку себе на плечо.

— Да лифт… заебал, — вздохнул он обреченно. — Я его тынь-тынь, а он… — махнул рукой в сторону кулера. — … не едет.

— Очень грустно, — поддержала его и неторопливо, придерживая за талию, повела подальше от кулера, но поближе к настоящему лифту. Завела в вовремя подъехавшую кабинку, нажал кнопку нашего этажа и уперлась ладонью в стену, когда Сережа слишком резко обмяк на моем плече. — Эй, Серёж! Не спи. Маленько осталось.

— Ди, — промурлыкал он едва различимо и с силой прижал к себе, обхватив руками за плечи. — Классная ты девчонка.

— Спасибо, — ответила сдавлено и вскинула подбородок для того, чтобы иметь возможность дышать в этих медвежьих объятиях. — Задушишь.

— Бля, мне бы такую, — продолжал он монолог. — Вот ты думаешь, что я весь такой ёбарь-террорист со своим этим чемоданчиком?

— Я о тебе вообще не думаю, Серёж, — фыркнула устало.

— А я хочу, чтобы у меня всё было как у Дана. Я его люблю, — неожиданное признание немного выбило меня из колеи. — Как друга, брата… Не как пидор… Хотя… Не! Фу, бля!

Поморщился и неуклюже покачнулся.

Прикусила внутреннюю сторону щеки, чтобы не улыбнуться. Тут откровение, как никак.

— Но я ему так завидую, — вздохнул Серёжа горько. — Не завидую, конечно, тому, как он рвет жопу ради нашего дела. Но завидую тому, что у него есть ты… Хотя, нет. Не так. Не ты… Или ты? — снова покачнулся и взмахнул рукой, затем мягко и неспециально ударив меня по спине. — Да. Ты… Он же с тобой такой… счастливый. Он так очковал, когда покупал вам квартиру… Боялся, что не согласишься с ним жить. Потом еще эта кухня… Я заебался её собирать, — сокрушался Сережа, снова вызвав на моем лице улыбку. — Лучше бы он кольцо купил, как хотел…

Отпрянула от его плеча и заглянула в затуманенные алкогольными парами глаза.

— Кольцо? — спросила, не веря в услышанное.

— Ну, да. А чё? — попытался он сфокусировать на мне взгляд. Между сведенными бровями пролегла глубокая морщинка. — И так же всё ясно.

Всё ясно…

Твою мать!