Глава 41. Марина

Сегодня суббота. Я везу Тимура на тестирование в новую школу, которую построили в ЖК, где мы с Владом когда-то купили квартиру.

Тимур волнуется.

— Мам, я же смогу выполнить все задания? Скажи, мам, смогу?

— Сможешь, — киваю уверенно. Глажу его по коротко остриженным волосам, а он крепко сжимает мою руку.

Автобус останавливается на остановке жилкомплекса, и мы с Тимой выходим.

Школу я вижу сразу – ее невозможно не заметить. Она выделяется на фоне многоэтажек ярким цветом.

Мы с сыном стоим, крепко держась за руки, на залитой почти осенним, но все еще жарким солнцем улице.

Сегодня можно приходить без школьной формы. Тимур в любимой футболке и джинсах, я в платье с ромашками. Просто лето заканчивается, и хочется еще немного побыть красивой. А еще очень хочется увидеть Влада, который уже два дня прячется от нас с Тимуром. Его игра в прятки мне совершенно не нравится. Как отшептали после того визита родителей.

Ни одного сообщения, ни единого звонка.

Нет, обманываю. Пара сообщений была – о том, все ли у нас нормально и есть ли у нас деньги на продукты. Ни люблю, ни скучаю, ни единого смайлика. Впрочем, чему удивляться – это же Каверин. Он, как и его отец, не любит растекаться мыслью по древу. Все по факту.

Мы с сыном притормаживаем у большого и яркого здания школы. Замираем. Так мы когда-то стояли перед проливом Босфор, рассматривая чаек и огромные корабли. Только сейчас мы рассматриваем другой корабль – тот, на котором Тимур поплывет в ближайшие десять лет. И как будто не было тех чаек, сырого воздуха и морских пейзажей Стамбула. Вместо этого вокруг выжженая солнцем трава, пыльные улицы южного российского города и всплывающие в мобильном телефоне сообщения о беспилотной опасности.

Это абсурд, но здесь я чувствую себя увереннее, чем в Стамбуле.

— Все получится, — уверяю Тимура и веду его к порогу школы.

Учительница встречает детей на пороге. Она примерно моего возраста. Улыбчивая, приятная в общении. Представляется родителям – ее зовут Евгения Игоревна.

— Уважаемые родители, я заберу ваших детей на полтора часа. Их надо будет встретить в одиннадцать тридцать, здесь же, — оповещает нас она.

Тима растерянно оборачивается ко мне.

— Мам…

— Иди, сынок. Я буду ждать тебя здесь.

Я ободряюще улыбаюсь. С тревогой наблюдаю за тем, как Тимур робко вливается в толпу будущих одноклассников. Миг, другой, - и мой сын месте с другими детьми исчезает за дверью школы.

Сердце сжимается от волнения. Он же там будет совсем один! Меня не будет рядом, чтобы помочь.

Я растерянно оглядываюсь по сторонам. За небольшим сквером возвышается многоэтажка, в которую мне вход запрещен.

Вздыхаю. Медленно иду по дорожке. Смотрю украдкой на дом, который мог стать нашим с Владом и Тимуром.

Мне грустно от того, что Влад не пришел отвести Тиму на тестирование. Неужели так сложно было пройти пару десятков метров от подъезда?

«А что, если он и на первое сентября не придет на линейку?» —стучится непрошенное опасение. Я гоню его прочь. Невозможно заставить человека быть хорошим отцом. Просто надо смириться и дать Каверину свободу выбора.

Вздохнув, отправляюсь в школу иностранных языков для взрослых. Лида сегодня на месте, завала к себе.

Толкаю стеклянную дверь, и меня встречает тот самый ярко-зеленый диванчик для посетителей.

— О, Мариш, вот и ты! — радуется Лида. Она по-прежнему выглядит, как бизнес-леди: в стильных брюках и блузке с коротким рукавом. Она все такая же кудряшка – непослушные локоны собраны зажимом.

А я сегодня в платье с ромашками.

— Какое платье! — восхищенно рассматривает ромашки на черном фоне моя подруга. Улыбается. — Ты в нем такая милая! М-м-м…

Я улыбаюсь. Мне приятен ее комплимент.

Потом мы сидим на зеленом диванчике для посетителей, пьем кофе и обсуждаем мою личную жизнь. За годы моего отсутствия ничего не поменялось – у Лиды так и нет мужа, поэтому она рада разложить по полочкам моего бывшего.

Я напряженно верчу пластиковый стаканчик с кофе в руках.

— Я вот все думаю, может он никак не может решиться разойтись с той барышней, что открыла нам дверь? — выдаю предположение. — Суббота, они запросто могут проводить время вместе. Заниматься неспешно любовью, готовить завтрак, снова заниматься любовью…

Чувствую, как от предположений на глаза наворачиваются слезы. Если это так, то никакое платье с ромашками мне не поможет.

Лида озадаченно потирает переносицу.

— Марин, сколько можно себя мучить? Давай просто сходим к нему домой, и все выясним? — предлагает мне вариант решения проблемы. — Нет, я понимаю – будет неприятно. Может, даже больно. Но так ты и себя освободишь, наконец от страданий, и он скорее решение примет. А так получается что? Суббота, выходной день, а он живет в трех метрах от школы и даже не пришел! Неправильно это.

Я понуро рассматриваю кофе в стакане. Потом смотрю на время. Тимура забирать через сорок минут. Идти до нашего с Владом бывшего подъезда – пять минут.

— А что? Мысль дельная, — принимаю решение. — У меня свободно целых сорок минут, так что давай сходим к нему в гости.

Лида мне подмигивает.

— Посмотрите в глаза друг другу и сразу все встанет на свои места. Если у него другая, ему придется сделать выбор. Ни ей, ни тебе больше не будет пудрить мозги.

— Тогда идем?

— Идем.

Мы отправляем бумажные стаканчики в урну. Я забираю свою сумку, и мы выходим из школы иностранных языков.

Стремительно идем по выложенным новой плиткой дорожкам в сторону уже знакомой многоэтажки. Я хочу поговорить с Лидой, но почему-то от волнения горло сковал неприятный спазм, поэтому я молчу. Страшно ли мне? Еще как. Но я больше не хочу недомолвок. Пусть его Ромашка снова выйдет открыть дверь, позовет его, и расставим все точки над «И». Нельзя обнадеживать меня тем, что мы с Тимой его семья, и одновременно пудрить мозги другой женщине.

Вот и нужный подъезд. Мы с Лидой останавливаемся перед дверью подъезда. У меня замирает сердце и мелко дрожат руки. Я оборачиваюсь к Лиде, ищу поддержку.

Она морщит нос, и сама набирает номер квартиры на домофоне.

Слышен характерный щелчок. Слышен смех, мужские и женские голоса.

— Это доставка? Поднимайтесь на лифте, — слышится мужской голос. — Пятый этаж, квартира 191!

Мы с Лидой переглядываемся.

— У него там вечеринка, что ли? — Я горько усмехаюсь. — А я-то думала, почему он не захотел со мной сегодня Тиму отвести? Голову сломала, если честно!

Мне хочется убежать, но подъездная дверь открывается, приглашая войти.

— Идем, раз нам открыли. Надо разрубить этот узел, — Лида толкает меня в бок и первой юркает в подъезд.

Чувствуя себя жутко неловко, я иду за ней следом. Не люблю я навязываться. Буду сейчас выглядеть, как бывшая жена истеричка, которая пришла требовать запоздалое внимание к сыну.

— Может, лучше уйти?

— Не дури, Марина. Посмотришь ему в глаза, разочаруешься, а потом уйдем, — подруга заталкивает меня в лифт и нажимает на нужный этаж.

Лифт медленно двигается наверх.

Меня потряхивает. Сердце колотится так, будто решило выпрыгнуть из груди.

— Скажешь, что было скучно сорок минут у школы стоять, вот ты и решила его проведать, — напутствует меня Лида.

Я нервно сглатываю. Как же стремно – напрашиваться в гости к отцу своего ребенка, которого решила вернуть и который внезапно дал заднюю.