Глава 33.

Глава 33.

Виктория.

– Все хорошо, Виктория. Терапия подействовала, гематома прежних размеров. Состояние плода удовлетворительное, – произносит врач, протягивая мне салфетку. – Вытирайте гель и возвращайтесь в палату.

– Ложись, дочка. Давай я помогу тебе, милая, – суетится мама. – Доктор, а когда ей можно будет ходить?

– Совсем скоро. Потерпите немного. Вика, вам крупно повезло, – улыбается врач. – И мама у вас – золото, а уж Дамир Романович… Мечта, а не мужчина.

– Это точно… Спасибо вам, доктор.

На экране всплывают уведомления о пропущенных вызовах. Анжелика Сергеевна, Дамир, Таня…

Сердце в пляс пускается от нарастающей тревоги. Ну, никак я не могу отпустить прошлое и заботиться исключительно о себе… Вспоминаю прошлое, тону в нем, как в грязном колодце, барахтаюсь, захлебываясь грязной водой вины и обиды…

– Мамуль, спасибо. Мне удобно, – устраиваюсь на койке и оживляю экран смартфона пальцами.

Дамир не стал бы названивать без веской причины. Мы расстались меньше часа назад. Значит, случилось что-то плохое? Истерзанная предательством, я и мысли не допускаю, что он звонит по хорошему поводу.

– Вик, с тобой все хорошо? – взволнованно выпаливает он.

– Да, я в палату вернулась. На УЗИ все отлично. Дамир, что стряслось?

– Ужас случился… Викуль, тебе Сергей не звонил? Тебя не вызывали в полицию?

– Господи… Мне уже дурно. Дамир, не терзай меня.

– Сержик избил Жанну. Она в больнице. Беременность сохранили чудом. Мне Лыков утром звонил, спрашивал о тебе.

– Господи… А я какое отношение имею к ним?

– Не знаю… Он решил, что причина разлада молодых – ты… Но мы-то с тобой знаем, в чем дело? Думаю, Сержик узнал страшную тайну о беременности Жанночки. Вик, я боюсь за тебя. Не прощу себе, если с тобой случится что-нибудь плохое…

– Не случится. Лыков не такой дурак, чтобы обвинять меня. И он знает, что Сергей – не отец ребенка Жанны. Неужели, он не думал о последствиях? Надеялся вечно хранить это в секрете? Дамир, так Сержик в полиции? Его посадят? Что у них там случилось?

– Лыков сказал, что дочка вчера попросила его приехать к ним. Весь дом был в крови… Посуда разбита, мебель… Она плакала, за живот хваталась. Сергей избил ее и свалил из дома. Лыков заставил ее написать заявление об избиении, его объявили в розыск, а утром нашли в какой-то рюмочной… Он и там учинил дебош. Нажрался, испортил мебель, разбил окно… Буянил, орал что-то… Сейчас он под стражей.

– Кошмар какой-то… Не узнаю Сережу. Он никогда не обижал нас с Таней. Что с ним стало?

– Бесится, Вик. Жалеет о совершенной глупости. Он ведь ради нее развалил семью, выгнал беременную жену и дочь… Жизни своей лишился – устроенной, спокойной. А тут такая подстава… Снесло у мужика крышу. Я его не оправдываю, Вик. Просто… дурак он.

– Ты сказал Лыкову, где я нахожусь?

– Нет, конечно. Признался, что у нас с тобой любовь. Рассказал, что вы с Танечкой проживаете у меня, не вспоминаете о прошлом и с Сергеем не общаетесь. В общем… поведал ему правду. Пусть теперь лечит дочь и думает над своим поведением. Его вина тоже есть во всем этом… Кем он себя возомнил? Вершителем судеб? Он не пожалел вас и…

– Дамир, если бы не он, мы бы не встретились, – шепчу я.

– Я подумал об этом, но постеснялся произнести вслух. Викуля, я счастлив, зная, что ты моя… Так мне приехать? Я готов бросить все и оберегать тебя.

– А ресторан на кого оставишь? Роману Олеговичу хватает забот с собаками.

– Темыч возвращается. Реабилитация подошла к концу, следующий курс через три месяца.

– Как хорошо, Дамир. Я очень рада. И как он?

– Пока на костылях. Комплектует ужасно. Голова хорошо работает, слава богу… Устал он бездельничать. Ему работа нужна, Викуль.

– Приезжай вечером, Дамир. Никто не посмеет тревожить меня. Попрошу врача никого не пускать ко мне. Да Лыков и не станет…

– Буду звонить каждый час.

Спешно прощаюсь, завидев очередной, настойчивый вызов от Анжелики Сергеевны.

– Да, слушаю вас.

– Виктория, как вы себя чувствуете? Вы лежите? – торопливо произносит она в динамик.

– Да, мне пока вставать можно только в туалет.

– Адвокат Сергея слился. Там такое случилось…

– Я уже знаю о его драке с Жанной. И о задержании тоже. Анжелика Сергеевна, что будет дальше? – вздыхаю я, встречаясь взглядом с обеспокоенной мамой.

– Скорее всего, его посадят. Лыков обладает огромными связями и авторитетом, он не простит Сергею такого…

– Он же сам виноват, что так вышло. Это он заставил дочь охмурить женатого мужчину и скрыть правду. Странный он, конечно…

– Виктория, адвокат Сергея принял все мои условия. Совсем скоро вы получите положенные вам деньги и права на половину дома.

– Спасибо вам, Анжелика… Наверное, я должна визжать и прыгать до потолка от радости? Но я ее почему-то не испытываю… Победа какая-то горькая. Все же он – отец моих детей, и я не могу делать вид, что мне наплевать на его судьбу. Честное слово, я не желала ему зла… Мне страшно думать о будущем. Наверное, нас с Татьяной вызовут к следователю и тоже будут допрашивать? Копаться в грязном белье, пытаясь понять причину агрессии Сережи? А он никогда не бил нас... Он и не грубил никогда. Что нам делать, Анжелика?

– Если хотите, я выступлю вашим представителем. Вам не до хождений по кабинетам, ведь так? И Танюшке нужно себя беречь.

– Я согласна. Спасибо вам за помощь.