Глава 13

Пришла зима, я училась уже на третьем курсе и параллельно работала в компании. На Новый год близнецы решили сделать мне подарок в виде поездки в Австрию. Мы проведём там все каникулы. У меня тоже есть сюрприз для них, но пока это секрет. Я никогда не была в Австрии. Но я знаю, что там высокие горы, шикарные виды и чистый воздух. Я не умею кататься на лыжах, но близнецы заверили меня, что обязательно лично научат это делать. И вот мы закончили пораньше все свои дела и рванули из города прямиком в Австрию. Близнецы арендовали нам отдельный большой дом с видом на заснеженные горы. В самолёте, к своему удивлению, я уснула, но когда внедорожник вез нас к коттеджу, я с восхищением смотрела на заснеженные пейзажи. Даже беру телефон и фотографирую пару моментов, думаю, к концу поездки у меня будет просто море фотографий этих мест.

– Нравится? – интересуется Алик, наблюдая, как я то и дело кручу головой в разные стороны.

– Конечно, я как будто попала в сказку, – отвечаю я с восхищением. Как вообще это может кому-то не нравиться!

Наш автомобиль тормозит возле огромного деревянного дома. До поездки я много читала про горнолыжный курорт в Австрии. Например, что впервые в мире такой курорт запустили именно тут и здесь катаются уже больше ста двадцати лет. Первый горнолыжный спуск совершил мэр города Китцбюэль.

Мы приехали вечером, поэтому на улице горят фонари. Нас встречают трое мужчин и забирают наши сумки, унося их в дом. Также к нам подходит один из мужчин:

– Добро пожаловать к нам, мистер и миссис Ровен! Мы рады видеть вас у нас в гостях! – он говорит это с акцентом, поэтому мне становится немного смешно.

– Я не миссис Рове… – хочу поправить его я. Но меня перебивает Дрейк.

– Вы сделали все, как мы просили? – спрашивает он на полном серьезе, глядя на мужчину.

– Да, как вы и просили!

Дрейк кивает и берет меня за руку, ведя в дом. Я уже хочу спросить, о чем они, но не успеваю. Алик тоже идет за нами, но тут у него звонит телефон.

– Бл…, чет технарь звонит, отдохнуть не дают! Я скоро… Алло…

Он отходит в сторону и начинает разговаривать по телефону, а мы идем дальше.

Все выглядит и правда сказочно. Три большие спальни и, можно сказать, огромный холл с панорамными окнами, открывающими вид на горы. В камине уже разожгли огонь к нашему приезду. В доме тепло, пахнет деревом и немного смолой.

Вся наша прислуга уходит, любезно предупредив нас, что, если нам что-нибудь понадобится, мы можем вызвать их по внутреннему телефону.

Дрейк выключают свет, и из окна я вижу то, чего не заметила раньше: прекрасный вид на зимнюю курортную деревушку в красочных огнях. Пока я рассматриваю это, ко мне сзади подходит Дрейк и прижимается ко мне, одной рукой облокачиваясь на окно, а второй обвивая мою талию.

– Красиво, правда?

– Да… – шепотом отвечаю я, чувствуя, как волна возбуждения проходит по телу.

– Еще в самолёте хотел тебя трахнуть, – наматывает мои волосы на кулак и тянет вниз, вынуждая запрокинуть голову. Чтобы в следующий момент наклониться и завладеть моими губами, целуя и кусая. Чтобы они сразу же покраснели и опухли.

– Алик… – хочу спросить, где он.

– Все еще болтает… – отвечает Дрейк, ловя мой стон, углубляя поцелуй.

Он берет края моей толстовки и тянет ее вверх, снимая, кидая куда-то на пол. Я остаюсь в кружевном лифчике

– Дрейк, пожалуйста… – прошу я его, снова стону, когда он касается меня ладонью и ведёт ею по моей шее, по плечам. Потом наклоняется и целует шею, прикусывая кожу и оставляя новые засосы.

Тем временем его руки спускаю лямки лифчика вниз, оголяя грудь, которая уже ноет, требуя его ласк. Он не заставляет долго ждать, обхватывая одно из полушарий, сжимая сосок, вызывая у меня стон. Обводит его, играет и ласкает, а потом сильно сжимает, до боли, чтобы я вскрикнула. Мне больно, но боль сладкая. В этом весь Дрейк: в один момент он может быть нежным и трепетным, но в другой может стать жёстким и требовательным. Он прижимает меня к стеклу, вынуждая ощутить холодную поверхность. Вжимаясь пахом в мою попку, дает почувствовать, как он возбуждён.

– Понимаешь теперь, как я хочу тебя? Каждую минуту вынуждаешь нас ходить со стояком.

Не дав мне ничего ответить, он впивается в нежную кожу на шее, всасывая, кусая, оставляя засосы. Одной рукой обвивает талию, стягивает с меня штаны вместе с трусиками.

– Упрись! – рычит, и я тут же подчиняюсь.

Оттягивает бёдра, вынуждая прогнуться, поглаживает попку, а потом шлепает, запуская пальцы туда, где я уже влажная, и трет клитор. От этих действий я начинаю стонать еще больше, так как волна возбуждения нарастает с каждой секундой.

Он быстро стягивает с себя штаны вместе с боксерами и резко входит, одним глубоким толчком.

– Моя! Наша! – прикусывает мочку уха.

Он двигается, сразу же входя в бешеный ритм, грубо вторгаясь в меня.

– М-м-м… Дрейк… – выдыхаю я.

Он находит мои губы, впиваясь как зверь, забирая мои стоны и крики. Теперь он не нежен. Вторгается, грубо насаживая на себя, отчего я начинаю кончать, крича от удовольствия, срывая голос.

– Да! Вот так, Ангел. Кому ты принадлежишь? – спрашивает он, насильно разворачивая мое лицо к себе и продолжая двигаться ритмично, не сбиваясь с темпа.

– Вам… ах… я принадлежу вам! – говорю я. Ноги дрожат, и я вот-вот упаду, но он не дает мне это сделать, вжимает меня в стекло, не позволяя упасть.

– Да, Ангел, вот так.

Он кончает глубоко внутри, и я чувствую, как горячая жидкость льётся по внутренней стороне бедра.

Не выходя из меня, он утыкается в мою шею, тяжело дышит. В этом состоянии нас находит Алик.

– Бля, по-моему, я пропустил все самое веселое.

Мы начинаем смеяться.

В Австрии мы находимся уже дня два, и сегодня я попробую спуститься с высокой горы. И мне уже становится страшно, но я уговариваю себя, что это нужно обязательно сделать. Побыть тут и не прокатиться с горы значит вообще не быть. Мой тренер говорит, что эта трасса для новичков без опыта и скоро я попрошусь на что-то более крутое. Но я даже тут трушу. Мои близнецы по сравнению со мной катаются как профессионалы, словно всю жизнь занимались этим.

Они купили мне специальный костюм и наняли инструктора, чтобы со временем я могла кататься с ними на равных. Главным критерием отбора инструктора было то, что это обязательно должна быть женщина, так как мои мужчины очень ревнивы. Поэтому мне досталась молодая тренерша, которая учит меня азам, но пока у меня не очень получается, отчего я начинаю еще больше злиться.

– Как успехи у нашего Ангела? – подходят ко мне близнецы.

Они уже успели скатиться с горы и поднялись обратно, а я все стою наверху, не решаясь скатиться.

– Пока не очень, – отвечаю я хмуро.

Близнецы отпускают моего тренера и становятся на ее место.

– Думаю, с нами ты научишься быстрее, – и эта фраза слышится очень двусмысленно.

Встав позади меня, они начинают командовать:

– Корпус немного вперед. Ножки расставь немного шире. Да, вот так, – сами прогибают меня, ставя в правильную позу.

От их прикосновений я начинаю возбуждаться как похотливая кошка. В последнее время я могу завестись просто от их взгляда или прикосновения.

– Спина прямая, согни немного колени. Руки вперед, скользи вниз до полной остановки, – отпускают меня.

Отталкиваюсь и скольжу. Чувствую ветер, бьющий по ушам, и адреналин. Ведь это так классно!

– Ангел, ты просто умница, – хвалят меня близнецы, подъезжая ко мне и останавливаясь рядом.

– Хочу еще! – я чувствую себя ребенком, попробовавшим что-то запредельное. И они улыбаются.

Вдоволь накатавшись, мы возвращаемся в наш дом. И я засыпаю в комнате, даже не пообедав, только коснувшись подушки. Просыпаюсь оттого, что кто-то меня ласково целует.

– Ангел, проснись, Новый год пропустишь, – говорит Алик с нежностью.

– М-м-м… – я открываю глаза и смотрю на него, и правда вспоминаю, что сегодня же Новый год.

– Приводи себя в порядок, и мы ждем тебя за праздничным столом, – подмигивает он мне.

Я быстро встаю, принимаю душ, делаю укладку и крашусь. Хочу выглядеть идеально перед моими мужчинами. Ведь у меня есть для них особый подарок. Скоро девять, но, к моему удивлению, никто из мужчин не заходит ко мне, хотя комната у нас одна. Но мне это на руку. Я надеваю провокационный комплект белья, который точно понравится моим близнецами, и сверху белое простое платье с ремешком на талии. Когда выхожу из комнаты, меня ждет сюрприз в виде дорожки из свечей, ведущей в холл. Пройдя туда, я вижу двух мужчин, стоящих ко мне спиной. В черных, облегающих их спортивное тело костюмах.

– Что происходит? – говорю я, и они сразу же оборачиваются.

Оба с такими серьёзными лицами, что мне становится страшно.

– Ангел! Подойди к нам.

Я делаю, как они говорят, останавливаюсь, вопросительно смотря на них, и жду, что же будет дальше.

– Ангел! Когда мы увидели тебя в первый раз, то поняли, что ты наша. Тогда мы продали тебе свои души и сердца, понимая, что только ты достойна владеть ими. Ты вызываешь в нас такие чувства, которые не смогла вызвать ни одна девушка. Каждый раз мы смотрим на тебя, слушаем твой голос, прикасаемся к тебе и понимаем, что не отпустим тебя ни к кому и никогда. Только с нами, всегда. Мы просто не представляем своей жизни без тебя, поэтому…

Они оба становятся на одно колено. Дрейк открывает маленькую бархатистую коробочку, а Алик спрашивает:

– Ты выйдешь за нас?

И тут я не могу сдержать эмоции и начинаю плакать. Мои мужчины. Любимые.

– Да… Да! Конечно да! – сквозь слёзы счастья говорю я.

Они встают с колен, и Дрейк берет мою дрожащую руку, а Алик надевает кольцо на палец. Потом мы целуемся и они объявляют, что свадьба будет через месяц. Не спрашивают, а уже констатируют факт, но я не против. Главное, с ними.

– У меня для вас тоже есть подарок, – говорю я, немного успокоившись.

Они с любопытством смотрят на меня.

Я достаю из кармана маленькую черно-белую фотографию и протягиваю им.

– Что это? – сначала не понимают они.

Я встаю рядом с ними и смотрю на снимок нашего счастья. Да, мы не обсудили это, но я помню, как однажды они играли с маленькими детьми их знакомых. Тогда я и поняла, что они уже тоже готовы стать отцами. Я, конечно, еще молода и неопытна, но с ними ничего не боюсь.

– Это снимок наших детей. Я беременна.

Смысл моих слов до них доходит спустя минуту. А потом они оба берут меня на руки и начинают кружить по комнате.

–Спасибо, спасибо, Ангел!

И вот эмоции немного схлынули, а бой курантов пробил двенадцать раз. Мы лежим абсолютно голые и смотрим, как потрескивает огонь в камине. Они нежно гладят мое тело, а я млею от их ласк.

– Надеюсь, у нас будет такая же красивая девочка, как ты, – говорит Дрейк мне в макушку.

– Нет, у нас будет два близнеца, похожих на нас. На снимке уже видно два плода.

– Ну, может быть, это будут две девочки-близняшки, – предположил Алик.

Я только улыбнулась. Хотя чувствовала, что первыми буду точно мальчики.

– Хочу исполнить вашу давнюю фантазию, пока не стала слишком беременной, – говорю я, поворачиваясь к ним.

Они непонимающе смотрят на меня.

– Вы берете меня одновременно… – помогаю припоминать им я.

И вижу, как загораются их глаза.

– Ангел, мы уже и забыли… – наигранно говорит Алик.

– Ну теперь вспомните, – я поглаживаю их обоих так, что они начинают возбуждаться.

– А это не повредит малышам? – с беспокойством спрашивает Дрейк.

– Нет, я консультировалась с врачом. Он сказал, пока можно.

– Значит, ты уже планировала это сделать? Думала об этом? – поймал меня Алик.

– Ну… может быть… – ответила я, наигранно пожимая плечами и краснея.

– Ах, наш развратный Ангел хочет, чтобы два члена вошли в нее. Алик, возьми смазку, – просит Дрейк.

Тот берет с комода тюбик и бросает брату. Я немного волнуюсь, не зная, как все будет, но хочу попробовать. Алик тем временем ложится на мягкий ковер, переворачивается на спину и притягивает меня к себе сверху. Я седлаю его, широко расставив ноги и оттопыривая попку для Дрейка

– Не волнуйся, Ангел, – шепчет Дрейк, прикусывая мне ухо и ведя рукой по позвоночнику. – Представь, как это будет. Мы оба внутри тебя, как в самых развратных фантазиях.

От его слов я возбуждаюсь. Тем временем Алик приподнимает мои бедра и опускает на свой немаленький член, и я издаю стон. Алик наклоняется к моей груди и начинает играть с ней, сжимая и соски.

– Интересно, они станут больше? – спрашивает он, беря оба полушария руками.

– Должны, так как скоро там появится молоко.

Тем временем Дрейк размазывает специальный гель по моему анусу, начиная входить сначала пальцами, а второй рукой лаская мой клитор.

– Ангел, ты такая тугая здесь. Расслабься для меня и дыши.

Я делаю, как он говорит, и чувствую, что начинаю расслабляться.

Он проталкивает в меня уже три пальца, имитируя толчки и увлажняя меня.

Я двигаюсь в такт его движениям и чувствую, как он убирает свои пальцы и прижимается головкой члена. Он опять выдавливает прохладный гель, обильно смазывая свой член и мою дырочку.

– Ангел, сейчас ты должна расслабиться и впустить меня.

Я откинулась к нему и почувствовала, как большая головка начинает входить внутрь. Немного жжет, но я терплю ради моих мужчин. Еще сильнее надавив, он входит весь.

– Я внутри, Ангел, ты молодец, что расслабилась, а теперь толкайся ко мне.

Я двигаюсь к нему, чувствую его всего, и это несравненные чувства, когда оба во мне. Боль уходит, и на ее место приходит удовольствие, которое нарастает с каждой минутой.

– Ты ахуенно тугая, Ангел. Я могу кончить только от того, как ты сжимаешь меня.

Они оба не спеша двигаются во мне, давая возможность мне привыкнуть к новым ощущениям, но я знаю, что это только ради меня и в следующий раз они возьмут меня более жестко.

Дрейк, обхватив мою грудь, начинает играть с ней, то лаская, то до боли сжимая. Тем временем Алик перемещает свою руку к клитору, теребя его круговыми движениями.

– Ангел, ты знаешь, что сейчас будет? – как демон-искуситель спрашивает Дрейк около моего уха. – Мы заполним тебя всю нашей спермой. Теперь ты уже беременная и мы можем не осторожничать с этим. Ты запомнишь, чья ты.

Я стону от его слов, и они начинают двигаться быстрее, чередуя толчки, создавая дополнительное трение.

– Бля, брат, я чувствую тебя, и это отдельный кайф.

Они наконец-то перестают нежничать со мной, оба одновременно в бешенном темпе двигаются во мне, и я вскрикиваю, содрогаясь и выгибаясь дугой, ловя воздух, и удовольствие лавой распространяется внутри меня. Это невероятные ощущения, и первые секунды я как будто дезориентирована. Мы кончаем одновременно. И только сейчас я чувствую единство с этими мужчинами, мы как единое целое, и это навсегда.

– Люблю… вас, – шепчу я.

– Ты наша жизнь, – одновременно говорят они.