Глава 7

Я не спала всю ночь. Кое-как просушив одежду и прибрав комнату, я упаковала чемоданы и уже в девять часов утра была собрана. Близнецы подъехали к тому же времени. Не знаю, как их пропустил вахтер, но они смогли подняться ко мне в комнату, хотя я даже не говорила, на каком этаже живу.

– За что тебя выселяют, Ангел? Устраивала дебоши и учила перваков, что такое хорошо и плохо? – со смехом спросил Алик.

– Нет, брат, она просто слишком громко кончала, вспоминая нас, – начал пошлить Дрейк.

Мне было не до смеха, я была зла, и очень сильно.

– Очень смешно. Это вы свою молодость вспоминаете? – только и сказала я, намекая, что они еще те старички.

– Ангел, таким милым девочкам не стоит знать, чем мы занимались в студенческие годы. Хотя мы можем и показать… – Алик посмотрел на брата, подмигнув.

– Не стоит! – сразу ответила я.

После почти бессонной ночи чувствовала я себя неважно.

– Давай вещи.

Дрейк взял один из самых больших чемоданов. Алик – два поменьше.

– Ангел, ты там что, кирпичей взяла на память о любимой общаге? – проворчал Дрейк.

– Могли бы и не приезжать, я не просила, – знаю, что не права и не стоит грубить, а, наоборот, нужно сказать спасибо, но не смогла промолчать.

– И как бы ты это все вытащила отсюда?! – спросил Алик.

Я только пожала плечами.

– На будущее, Ангел, – уже более серьезно начал он, – звони нам всегда, когда возникает какая-либо проблема.

А потом более мягко, касаясь моего подбородка, поднимая его вверх, чтобы смотреть на меня, добавил:

– Ты же наш Ангел, мы хотим заботиться о тебе.

Наверное, другая бы расплылась лужицей после этих слов, но я, к счастью, этого не сделала, просто промолчала.

– Мы не слышим ответа, Ангел, – потребовал Дрейк, стоя в дверном проеме. Мужчина был таким большим, что занимал почти весь выход.

– Какого ответа? – не догоняла я.

– Да, Алик и Дрейк, я всегда буду звонить вам, если мне понадобится помощь или просто станет скучно. А еще беспрекословно вас слушаться, – процитировал он то, что, по его мнению, я должна сказать.

– Буду звонить, – пробубнила я.

– Злючка и бука, – прокомментировал Дрейк.

– Зато наша, – ответил его брат.

Когда мне выставили счет за испорченную мебель, я была просто в шоке!

– Я, вообще-то, должна заплатить только за тумбочку и кровать, а не за ремонт всей комнаты! – возмутилась я.

Да за эти деньги и правда можно сделать ремонт всей комнаты! Что это за расценки такие.

Бухгалтер только пожал плечами.

– Будешь платить? – спросила она и продолжила: – Если нет, то придется звать Регину Геннадьевну.

Услышав это имя, я сразу же умерила свой пыл.

– Не стоит, я заплачу.

С ней я точно не хотела встречаться, особенно после вчерашнего. Оставив почти все свои сбережения, я сдала свой пропуск на вахте и с унылым настроением направилась в сторону, где находился автомобиль близнецов. Около них уже стояла кучка девушек, которые с любопытством и интересом смотрели то на недешёвый автомобиль, то на самих братьев.

– А вот и Ангел вышла, – открыл передо мной дверцу Алик. – Простите, дамы, но нам пора.

Даже через закрытую дверь я услышала разочарованные вздохи девиц. Да, девочки, эти два красавчика приехали по мою душу. Такое их поведение мне даже немного польстило, и настроение улучшилось. Все же внимание парней очень влияет на самооценку девушки.

– Ангел, где живет твоя тетя? – спросил Дрейк, открывая навигатор, который был встроен в панель управления. Сегодня они приехали без водителя, в совершенно другой машине, но не менее дорогой. За рулем был Дрейк.

– Восстания двадцать, – назвала я адрес и только сейчас поняла, что еду к тёте, которая меня ненавидит и желает смерти. Ведь тогда, два года назад, я сбежала от нее и сейчас опять же возвращаюсь, подвергая себя опасности. Сразу же мне стало дурно, и я начала паниковать. «Так, все, соберись! – уговаривала я себя. – Всего лишь неделя, максимум две, и я сниму квартиру».

Посмотрев на телефон, я еще раз проверила входящие. Тётя так и не перезвонила, и я даже не знаю, как она отреагирует на то, что я приехала ни с того ни с сего. Скорее всего, очень плохо. Из моих переживаний меня вытянул голос Дрейка:

– Для начала предлагаю заехать в кафе и позавтракать. Спорим, Ангел, ты не ела со вчерашнего дня?

Я промолчала, так как ответ был очевиден. Какая еда, я и вещи не все просушила.

– Тогда решено, едем. Тут как раз есть недалеко одно хорошее заведение, – Дрейк крутанул руль и, улыбнувшись, посмотрел на меня через зеркало заднего вида.

– Я не очень хорошо выгляжу… – И это было правдой, так как с одеждой я сегодня не заморачивалась, как и с косметикой.

– Не волнуйся, – махнул рукой Алик. – Ты же с нами, и им вообще откровенно должно быть без разницы. Особенно за те деньги, которые мы им платим.

Кафе и правда оказалось уютным и нелюдимым, персонал даже не посмотрел на нас, только учтиво поинтересовался, что нам принести. После плотного завтрака, а по-другому я назвать это не могу, настроение сразу же улучшилось. Да и вкусный кофе прибавил сил, и я не чувствовала себя такой уставшей. Жизнь продолжается, и нужно идти дальше. К тёте мне ехать не хотелось, и я предложила близнецам погулять по недалеко расположенному парку (увидела его, когда мы подъезжали) или сходить в кино.

– Думаю, мы не сможем просто смотреть кино, когда ты рядом с нами, – прокомментировал Алик мое предложение.

– Хорошо, тогда парк, – сразу же согласилась я.

Погода как раз располагала к прогулке, да и это было лучше, чем сидеть неподвижно в темном зале. Парк был небольшим, но уютным, со своим прудиком и скамейками. Мы покормили уточек с утятами, поели мороженое и просто подурачились. Я впервые чувствовала себя так легко и непринуждённо, даже близнецы прониклись легкостью момента и дурачились как маленькие, а я смеялась над их шутками. Так прошло почти полдня. Пообедав в том же кафе, мы поехали к моей тёте.

Тётя, конечно же, встретила меня не с распростертыми объятиями, и мое хорошее настроение сразу же пропало. Она внимательно посмотрела на близнецов с моими чемоданами в руках, а потом перевела взгляд на меня и сразу же скривилась. Все, что она сделала, это спросила:

– Надолго?

– Планирую на неделю, – только и ответила я, проходя вглубь квартиры.

Пахло чем-то кислым и немного протухшим, отчего мне стало дурно. И как я буду тут жить? Найдя нужный ключ, я открыла дверь комнаты, которая принадлежала моим родителям. В эту комнату тетя не могла зайти, так как ключ был только у меня. Здесь воздух был лучше, хотя и присутствовала затхлость, какая бывает, если помещение долго не открывают и не проветривают. Я сразу же открыла все окна, чтобы впустить свежий воздух. Тем временем за мной в комнату уже зашли близнецы, поставив чемоданы на пол.

– Не нравится мне что-то тут, и твоя тетя тоже, – прокомментировал Алик свое первое впечатление. – Взгляд у нее не ясный…

– Согласен, – подтвердил Дрейк.

Я только вздохнула, обернувшись к ним.

– Она ничего не сделает мне, не волнуйтесь. Я поживу тут неделю и за это время найду что-нибудь другое.

– Наше предложение все еще в силе, мы выделим тебе комнату и обещаем не приставать.

Я только улыбнулась. Еще сегодня утром они предложили мне этот вариант, но пока я не была готова жить с ними на одной территории. Я вообще не рассматривала такого развития событий. Хотя они и говорили, что не буду приставать, я все равно не очень верила в это. Да и вообще, двое зрелых мужчин могли привести кого захотят, да и мешаться не хотелось. В крайнем случае я надеюсь на приезд Марго.

– Нет, я пока откажусь. Спасибо за помощь.

– Упрямая! – улыбнулись они.

Когда вещи были перенесены под пристальным взглядом тёти, сидевшей в зале и как будто смотревшей телевизор, я проводила близнецов до машины, еще раз поблагодарив за все.

– Что ты должна сделать в случае чего? – строго спросил Алик, заводя мотор, но все равно не садясь в машину.

Я только закатила глаза. Неужели мне опять все это говорить.

– Звонить вам.

– Умница. И запомни – в любое время дня и ночи!

– Да, да!

Потом они оба подошли вплотную ко мне, прижав меня к капоту.

– Ну а теперь благодарность.

И каждый по очереди начала целовать меня. В этот раз я даже не сопротивлялась. Со мной явно что-то не так.

– Уже лучше, – прокомментировал Алик, он был последним.

Когда они уехали, я проводила их взглядом и со вздохом направилась в квартиру. На пороге меня встретила тётя с вопросами. При близнецах она, видимо, побоялась что-либо спрашивать и делать.

– Что это за хахали у тебя?! – спросила она с претензией.

– Просто друзья, – ответила я, не оборачиваясь и вешая куртку.

– Тогда осталась бы у них! Чё сюда приперлась?! Только не говори мне, что у них нет квартиры, я видела, на какой машине они приехали.

– Она ворованная.

Тётя округлила глаза от удивления, поверив моим словам. Ну а что, немного запугать не помешает, мало ли что ей в голову взбредёт.

– И их не посадили?!

– По-моему, за кражу пока нет, только за убийства.

Глаза тёти расширились еще больше, а я еле сдерживала серьезное лицо, чтобы не засмеяться, но делать это было очень трудно, и я поспешила уйти в комнату.

– Ба… А с виду-то приличные… – услышала я вслед.

Остальные полдня я распаковывала вещи и сушила то, что не успела просушить. Вещей достала немного, только самое необходимое, так как не планировала задерживаться тут надолго.

Часов в десять вечера я услышала шум в коридоре. Тихонько приоткрыв дверь, я увидела, что в квартиру заходят двое мужчин и одна женщина. Выглядели они, если честно, не очень опрятно, и пахло не лучше. У одного из мужчин в руке было четыре бутылки пива, а может быть, и чего покрепче. Сегодня, походу, лучше не выходить из комнаты даже в туалет. Уже часов в двенадцать ночи шум начал нарастать, и даже была слышна музыка. Естественно, в полицию никто не заявлял, так как снизу никто не жил, а сверху жила глухая старушка, поэтому о шуме тетя не волновалась. В другой раз я бы не смогла уснуть под такой шум, но я была так вымотана, что отрубилась сразу же, как только голова коснулась подушки.

На следующее утро я вышла из своей комнаты, чтобы сходить в туалет и привести себя в порядок, при этом заранее убедившись, что все тётины гости ушли. Было тихо, и по вешалке, на которой висели только моя куртка и тётина, я поняла, что все спокойно и можно выходить. Сама тётя сидела одна на кухне, держась за голову и попивая воду из стакана.

– Ааа… ты все еще тут… – голос у нее был охрипшим, значит, вчерашние посиделки прошли на славу.

– Скоро съеду, – коротко ответила я.

– Правильно, давай, давай, а то ее напоминаешь…

Я думала, что она бредит, и решила уточнить:

– Кого?

Она поморщилась от громкого звука открываемой мною двери.

– Нинку, сучку, – от того, как она произнесла имя мамы, я вздрогнула. Я помню, мама рассказывала, что они с сестрой были дружны, но потом что-то произошло, и они стали врагами. Появилась эта ненависть, которая перекинулась и на меня.

– Прошу, не обзывайте мою маму!

– Ааа… с такими только так и надо, – продолжила тётя. – Если бы не она, я бы сейчас была счастлива с Вадиком.

– А при чем тут папа?

А вот это вообще было непонятно. Может, она все еще под алкоголем и просто бредит?

– А при том! – уже более громко начала она. – Твоя сучка-мать увела у меня моего Вадика! Прямо накануне нашей свадьбы с ним! Я же детей от него хотела! Курить бросила! А он, скотина!!! – Она со всей злости бросила стакан, из которого минуту назад пила, в стену так, что он с грохотом разбился.

Я была просто в шоке от услышанного. Никто мне не рассказывал об этом, ни родители, ни бабушка. Неужели мама и правда увела у сестры моего отца?

– А ты, как назло, на нее похожа, такая же белокурая, миниатюрная и миленькая. Глазища эти еще большие, как будто мир в первый раз видишь! Она тоже на него так смотрела, а он повелся, козлина! И вот уже и свадьба, и беременность, а я ни с чем, только с половиной квартиры от бабки! Всю жизнь мне погубили!!! Ненавижу!!!

Она начала плакать, и все больше это походило на истерику. А я была в шоке от такой информации. Больше я ничего не услышала от нее и решила долго не нежиться и скорее уйти в свою комнату. А тетка так и продолжала плакать, и вскоре до меня донеслось:

– И не попадайся мне лучше на глаза! Ненавижу вас всех!!!

Собравшись и как можно тише пройдя в прихожую, я быстро накинула куртку и поспешила уйти отсюда.

Всю дорогу до универа я думала о том, что мне рассказала тётя. Неужели все так, как она говорит и мама правда увела папу у своей сестры? Я помню, как они любили друг друга, как всегда с нежностью смотрели друг на друга. Они планировали подарить мне братика или сестрёнку, купить большой дом и завести собаку, овчарку, как я хотела, которую давно просила.

Все их мечты перечеркнул КамАЗ, который влетел в их машину, когда они ехали в деревню к бабушке. За рулем был пьяный дальнобойщик, который просто не справился с управлением. Его, конечно же, посадили, нам выплатили компенсацию, но никакая компенсация не вернет моих близких. Так я потеряла родителей и с четырнадцати лет воспитывалась бабушкой. Мне нравилось жить в деревне, там было легко и беззаботно, пахло скошенной травой и парным молоком. Я помню бабушкины мягкие руки и тихий голос, рассказывающий мне истории из жизни. Иногда мне этого не хватает…

Половина недели прошла практически спокойно. Не считая тётиных друзей, которые все равно приходили почти каждый вечер. Не знаю, во сколько они уходили, но, слава богу, утром их уже не было, а вот тётя так и сидела в кухне, страдая от похмелья.

После того случая мы больше не разговаривали, она только иногда спрашивала меня, когда я уеду, на что я каждый раз отвечала: «Скоро». Про моих родителей она тоже ничего не говорила. Мне кажется, и о том разговоре она сожалеет, но у человека просто накипело, и она решила высказаться.

В середине недели я почувствовала себя не очень здоровой, запершило горло, и появилась слабость. Только болезни мне сейчас не хватало. Купив жаропонижающее на всякий случай и противовирусное, я немного раньше ушла домой, чтобы отлежаться. Тёти, к счастью, не было, и в доме была тишина. Воспользовавшись этим, я вскипятила чайник и выпила все лекарства, а потом легла спать.

Среди ночи я почувствовала нестерпимую жажду, но, как назло, воду я оставила на кухне. Прислушавшись к звукам в квартире, я поняла, что очень тихо, что несвойственно вечером. Может быть, тётя сегодня решила не устраивать попоек или просто ее нет дома? Быстро прошмыгнув на кухню, я взяла бутылку воды, которая лежала на подоконнике. Свет я предусмотрительно не включила, и очень зря. Может, тогда бы я и увидела, что в кухне я нахожусь не одна.

За столом, оказывается, сидел мужчина неопределенного возраста, весь в наколках и внушительных размеров.

– О, какая птичка к нам пожаловала! – как-то плотоядно посмотрел на меня он.

Я не стала отвечать, а как можно быстрее решила скрыться в своей комнате, но мужчина был проворнее и загородил мне проход. Хотя я чувствовала, что он был пьян, реакция у него была отменная.

– Куда убегаешь, малышка, мы еще не познакомились.

От него несло перегаром и немытым телом.

– Дайте пройти! – как можно спокойнее сказала я, но в душе уже начинала нарастать паника.

– А если не дам, что сделаешь? – его, по-моему, веселила вся эта ситуация.

– Я буду кричать…

Он только рассмеялся на мои слова, а мне стало еще страшнее.

– Твоя тетка спит в соседней комнате непробудным сном, а соседи справа уехали в отпуск. Так что, малышка, здесь только ты и я. Можешь кричать сколько угодно.

И он начал наступать на меня, загоняя в угол.

– А ты меня не на шутку завела, у меня даже встал, на Таньку уже не встает, а на тебя встал. – Он начал шарить по мне глазами, дотрагиваясь до своей ширинки. – Не стоило тебе приходить в таком наряде, завела ты меня не на шутку, за свои действия нужно отвечать.

Я была одета в бесформенную футболку и короткие шорты. Обычно я в этом сплю, но, если бы знала, что в квартире кто-то есть, вообще бы не вышла.

– Не трогайте меня! Помогите! – начала я кричать и брыкаться, когда он начал шарить рукой по моему телу.

Мне удалось немного отстранить его от себя, при этом расцарапав его лицо. Но это его только разозлило, и он с гневом посмотрел на меня.

– А ты, малышка, дикая. Ну что ж, придётся проучить.

И тут я реально поняла: то, что он делал до, были цветочки. Не знаю, откуда у пьяного человека столько силы, но уже через несколько минут он заломил мне руки, я попыталась ударить его в лицо, но получила такой удар в ответ, что в глазах потемнело и я на минуту как будто отключилась.

– А ты сопротивлялась, сопротивление надо ломать, – сказал он мне на ухо, наваливаясь всем телом.

Я лежала на подоконнике и под его весом даже не могла пошевелиться.

– Пожалуйста, умоляю, отпустите, – уже скулила я, плача и мотая головой, уворачиваясь от его языка.

Если он изнасилует меня, то я просто не переживу этого. Убью его и покончу с собой, я не смогу с этим жить. Почему-то в это ситуации я вспомнила всех, кто предлагал мне помощь, но я ведь гордая, не хотела никого стеснять и быть должной. И вот сейчас расплачусь за свое упрямство.

Он уже начал шарить по моему телу, лихорадочно сжимая грудь до боли и снимая шорты вместе с трусиками.

– Какая сладкая вишенка, почему это Танька про тебя не говорила…

Не знаю, откуда у меня появились силы, но, наверное, это случилось, когда я заметила нож справа от себя. И уже неважно, как он тут оказался, но сейчас я видела только один способ все это прекратить.

Пока мужик лихорадочно снимал с себя одежду, я освободила правую руку и схватила орудие. Скорее всего, этот упырь не ожидал большего сопротивления от меня, так как хватка его немного ослабла, чем я и воспользовалась. Резко повернувшись, я со всей силы ударила его ножом. Я даже не знаю куда, как будто тело просто следовало инстинктам и включилась программа на выживание. Он захрипел и начал оседать на пол, я не мешкая побежала в свою комнату. Но тут находиться было опасно, я взяла только телефон, чтобы вызвать помощь, и помчалась прочь из квартиры.

Очнулась, сидя на холодном поребрике. Меня колотило как от лихорадки, я еле-еле смогла держать телефон в руке, попутно роняя его, так что уже были видны трещины по всему корпусу. Руки совершенно не слушались. Но я смогла набрать единственный номер.

– Уже звонишь первая, Ангел, это прогресс.

– По… могите, по-моему… я убила человека…