Глава 36

— Наша каюта под водой? — сонно спросила я, глядя в иллюминатор.

Моя голова лежала на Мишиной груди. Простыни под нами еще хранили в себе тепло и энергетику нашего недавнего секса. Я нежилась в объятиях Миши и лениво рассматривала убранство каюты. Только сейчас я поняла, что мы фактически находимся под водой, потому что в иллюминаторе не было видно неба. Лишь прозрачное море.

— Да, — промурлыкал Миша, массируя мой затылок.

— А рыбок здесь видно?

— Я лично не видел. Думаю, их пугает шум двигателя.

— Тут так спокойно, — я потянулась в кровати и перевернулась на живот, уткнувшись подбородком в плечо Барона. — Я бы здесь всю жизнь провела. С тобой.

— Малыш, всю жизнь здесь? — Миша приподнял одну бровь. — А скучно не будет?

— С тобой — нет, — я игриво улыбнулась и поцеловала его в колючий подбородок.

— Давай примем душ, пообедаем и покатаемся на гидроциклах, хочешь?

— А тут есть гидроциклы?

— Да.

— Только, если ты будешь у руля.

— Договорились.

Я встала с кровати и немного поморщилась от легкого дискомфорта. Тянущая боль была слабой, но непривычной. Но о своем новом сексуальном опыте я не жалела.

Мы быстро приняли душ и пообедали. Мише несколько раз звонили, после чего он отключил рабочий телефон. Я наслаждалась дуновением солёного ветерка и вкусным обедом, состоящим из морепродуктов.

Несколько раз я ловила на себе откровенно заинтересованные взгляды со стороны Миши. Он рассматривал меня и улыбался.

— Что? Что-то не так? У меня что-то на лице? — встревожилась я.

— Нет, просто любуюсь тобой. Готова? — он допил свой кофе.

— Да, — бодро ответила я.

Время уже шло к вечеру, и цветовая палитра нашего неба напиталась нежно-оранжевыми оттенками.

— Жилет, — скомандовал Миша, надевая его на меня.

— Но я и так могу плавать.

— Безопасность прежде всего, — следует безапелляционный ответ. — Кепка.

Когда мы были полностью готовы, Миша усадил меня на гидроцикл. Я вновь ощутила уже знакомый вкус адреналина. Крепче ухватившись за Барона, я зажмурилась.

Когда мы отплыли от яхты, я позволила себе открыть глаза. Это было невероятно! Море блестело в щедрых лучах летнего солнца. Мои волосы кружились в потоках ветра. Я прижалась всем телом к спине Миши, ощущая твёрдость его мышц. Он, действительно, иногда похож на нерушимую огромную скалу.

Мы рассекали водное пространство. Скорость была приличной и мое сумасшедшее сердце уже, в который раз за этот долгий день сделало идеальный кульбит в груди. Вряд ли я могу отнести себя к категории тех людей, которые обожают адреналин и чувство опасности. Но сегодня я жадно напитывалась этими ощущениями, потому что рядом со мной был тот, кто без раздумий бросится меня защищать и спасать.

Я видела чаек. Они кружил над нашими головами. Такие красивые! Мне воздуха не хватало, настолько ошеломительными были мои эмоции. Миша ловко управлялся с гидроциклом, выписывая на воде петли. Я не сдерживалась и визжала, как девчонка, когда Барон делал особенно опасные трюки.

Когда солнечный диск устремился к линии горизонта, мы уже поднялись на борт. Я была опьянена сегодняшними впечатлениями, потому что ничего подобного со мной еще ни разу не случалось.

— Давай посмотрим на закат, — предложила я Мише.

— Тут есть джакузи под открытым небом. Идем.

Нежась в воде с душистой пеной, пахнущей лавандой, я наблюдала за закатом. Бережно откладывала в памяти каждый багровый оттенок, каждое оранжевое и лиловое вкрапление. Ловила на себе последние ласковые солнечные лучи.

Миша прижал меня спиной к своей груди и разместил свой колючий подбородок на моем обнаженном плече, молча наблюдая за закатом. Я слышала наши тихие размеренные дыхания, слышала шум воды. Прекрасно.

— Спасибо тебе за этот день, — тихонько поблагодарила я.

— Завтра еще один будет.

— Завтра мы уже не сможем побыть наедине.

— Но я всё равно буду рядом, — Миша поцеловал меня в шею и крепче прижал к себе, будто боясь, что я могу куда-то вдруг исчезнуть.

Нам принесли поднос с тарелками свежих фруктов, ягод и мороженого.

— Это тебе, — Миша протянул мне небольшой тёмно-синий футляр. В такие, обычно, украшения кладут.

— Мне? — опешила я.

— Подарок.

— Но ты говорил, что…

— Пришлось приложить максимум усилий, чтобы подобрать его для тебя.

— Знаешь, мне никто и никогда не уделял столько внимания. Я к этому совсем не привыкла. Даже не знаю, что должна буду дать тебе взамен.

— Ты. Никому. Ничего. Не должна, — с расстановкой произнес Миша. — Запомни это.

Поджав губы, я аккуратно открыла футляр и увидела браслет. Тоненький, изящный и украшенный подвесками в виде снежинок различных форм.

У меня не нашлось подходящих слов. Такая изысканная, но в то же время невычурная работа. Снежинки были украшены россыпью крошечных голубых камешков.7d423c

— Спасибо, — немного растеряно произнесла я. — Оно… Оно великолепно.

— Его сделали специально для тебя. Камни под цвет твоих глаз. Снежинки, потому что ты у меня ассоциируешься именно с ними. Такая же маленькая, холодная и красивая.

— Разве я холодная?

— У тебя пальцы всегда холодные, — с улыбкой напомнил Миша. — Но натура ты очень страстная и горячая, — он поцеловал меня в висок. — В общем, в подарочном деле у меня состоялся дебют.

— И очень удачный, надо сказать. Спасибо, — я аккуратно закрыла футляр и отложила его, чтобы не намочить.

Повернувшись к Мише лицом, я обняла его так крепко, как только могла и прижилась щекой к его щеке.

— Задушишь ведь, — засмеялся он.

— Я люблю тебя, — сорвалось тихое признание с моих губ.

Миша застыл. Я ощутила, как его мышцы под моими пальцами окаменели. Он ничего не ответил, просто поцеловал в плечо.

Уже была глубокая ночь. Мы переместились в каюту. Меня после такого активного и богатого на эмоции и впечатления дня быстро потянуло в сон.

— Все прибудут утром? — спросила я, закрыв глаза и прижавшись виском к плечу Миши.

— Влас первым прилетит. Амирхан уже ближе к обеду.

— Надеюсь, что его «домашний питомиц» нас тут не покусает.

— Не покусает. Не волнуйся. Спи.

Из крепкого и такого сладкого сна меня буквально выдрал громкий гул, доносящийся откуда-то сверху. Я резко открыла глаза, но Миши рядом с собой не обнаружила. Мне вдруг стало так страшно. В каюте царила полутьма, и она мне показалась какой-то угрожающей.

Выбравшись из кровати, я на носочках поднялась на палубу и увидела вертолет. Он поднялся над яхтой и полетел прочь. В воздухе витала ночная прохлада. Разве не утром должны были начать прилетать гости?

Я хотела уже выйти на палубу, но застыла на лестнице, услышав голоса:

— Блять! Нормально всё! — рявкнул Шрам и крепко кашлянул.

— Нехера не нормально, — рыкнул Миша.

— Залатали уже. Будто это в первый раз. На мне, как на собаке заживает.

— Ты давно не пацан и грязную работу должны твои люди делать, — в грудном голосе Миши клокотала ярость.

— Похер, — отмахнулся Шрам. — Дело с Амирханом я не пропущу. С ним сотрудничество всем на руку будет. И никакая пуля мне не помешает. До утра оклемаюсь.

— Ты ебанутый, Влас.

Я, боясь, что Миша снова может потерять контроль над собой, вышла из своего укрытия. Он со Шрамом стоял у фальшборта и курил.

— О! — воскликнул Шрам и повернулся ко мне. — Какие люди!

— Марш в кровать, — рыкнул Миша и одарил мне тяжелым взглядом.

— С прошедшим, — Шрам улыбнулся в своей привычной манере, только вот глаза его совсем не улыбались.

Он выглядел уставшим и бледным. Волосы взъерошены, взгляд какой-то затуманенный.

— Помощь не нужна? — осторожно спросила я.

— Возвращайся в каюту, — Миша сделал шаг ко мне.

Я не осмелилась сейчас ему возражать и молча вернулась в каюту. Осознание, что Шрама кто-то ранил не позволило мне уснуть. В каюте до утра я пробыла в одиночестве.