Что ты здесь делаешь ночью?

— Не твое дело, — огрызнулась я. Глаза привыкли к свету, и я наконец-то открыла их. Силуэт передо мной все еще немного расплывался, но даже так я отчетливо видела, того, кто явился по мою душу.

Матиас Яагер.

Теперь было ясно, почему он включил свет. Это мне влетит, если меня поймают ночью вне моей комнаты, а ему позволялось все. Короля местной элиты покроют и отмажут, даже если он вздумает выйти с утра на пробежку, будучи наказанным.

Он расслабленно шагнул ко мне после этого дерзкого ответа, смерив взглядом.

— Ты место свое забыл, ушлепок?

— За собой смотри, — я фыркнула и наклонилась за полотенцем, но в этот момент произошло то, чего я меньше всего ожидала — в спешке я плохо перемотала бинт и сейчас он, ослабнув, скользнул на талию. Я вообще с трудом успела прижать к себе руку так, чтобы бинт не упал на пол.

Сознание полыхнуло и я мысленно выругалась. Проклятье, почему это произошло так невовремя?

Я быстро схватила полотенце и, забыв даже про мыло, оставленное на скамейке, быстрым шагом пошла в сторону двери. Вот только Яагер сжал ладонь на моем предплечье и толкнул к шкафчикам, из-за чего я врезалась в них спиной.

— Какого черта ты творишь? — я подняла на него взгляд полный ненависти. — Чего ты от меня хочешь?

— По-моему, ты слишком расслабился. Уничтожить хочу, — Он положил ладони в карманы штанов и посмотрел на меня подавляюще. Как на мусор. — Как же ты раздражаешь.

— Взаимно, — сказала, сквозь плотно стиснутые зубы.

Он еле заметно наклонил голову набок и прищурил глаза. Взгляд стал более жутким, но рядом с ним было и без того тяжело находиться.

С первой же секунды, как я попала в этот колледж, стало понятно, что без девушек тут сложились совершенно жесткие порядки. Парни тут как звери и все вокруг пропахло их агрессией и тестостероном. Он же тут являлся главным хищником, буквально выбившим себе место на вершине, и, понятное дело, что сегодняшнюю грубость прощать он мне не собирался. Где это видано, чтобы какой-то ушлепок посмел оспорить его право командовать всеми и открыл свой рот?

Его взгляд опустился ниже и скользнул по моей шее. Почему-то обжег. Я тут же прикрыла ее воротником толстовки, а он, подняв взгляд и, посмотрев мне в глаза, сказал:

— Шея, как у бабы.

— А у тебя мозги, как у придурка, — не выдержала. Понимала, что за такое может конкретно влететь, но я вообще ни о чем не сожалела. Пусть он вообще горит в аду. За то, что творил здесь с моим братом и со мной.

Вот только он ничего не ответил. Молча смотрел куда-то и я, проследив за его взглядом, посмотрела туда же, понимая, что парень смотрел на кончик эластичного бинта, выглядывающего из-под моей толстовки. Не отрывая от него взгляда, он спросил:

— Что это за хрень?

Дыхание застряло в горле и по венам пробежали электрические разряды. Черт возьми, ну почему настолько невовремя?

— Какое тебе дело? — как можно естественнее произнесла я, но, чтобы отвести подозрения, все же решила солгать. — Встретился вчера с твоими… друзьями и они решили вбить в меня правила колледжа. Может, мне вообще придется пойти в врачу — вдруг они сломали мне ребра? И вряд ли это пройдет мимо внимания ректора.

Закончив, я хотела было проскользнуть мимо, но жесткий удар в плечо снова откинул меня спиной на шкафчики. Он него даже перехватило дыхание и я растерянно вскинула на Яагера взгляд. Он что, вообще ничего не боится?

— Раздевайся. — холодно произнес он.

— Что? — я широко раскрыла глаза и спиной вжалась в шкафчики. Металлические ручки впились в кожу, причиняя ноющую боль, но за лихорадочным и оглушающим биением сердца, я толком не замечала этого.

— Снимай толстовку, ушлепок, — Матиас приподнял один уголок губ. Оскалился. А я резко качнула головой, ощущая, как сознание полоснуло паникой. Неужели, он все понял? Но тогда почему все еще называл «Ушлепком»? Нет, Яагер, судя по всему, только догадывался, но еще немного и все поймет. Проклятье.

— Ты вообще ненормальный? — спросила, стараясь держать голос ровным. Даже злым. — Я не собираюсь ничего снимать.

С силой сжав полотенце, я быстро развернулась и пошла к двери, намереваясь за считанные секунды выйти из душевой, но Яагер сжал ладонь на моем предплечье и в следующее мгновение я вновь оказалась около шкафчиков.

— Сними. Толстовку, — повторил он, делая четкие паузы между словами. Давя на меня своим тяжелым взглядом так, что по коже пробежали мурашки и мне захотелось поежиться. — Или я сам это сделаю.

Паника еще раз полоснула по сознанию, но на этот раз куда сильнее. Я стиснула зубы и, еле сдержалась, чтобы вновь не побежать к двери. Понимала, что это не поможет. Более того, такая отчаянная попытка бегства вызовет только больше вопросов. Но, черт раздери, что мне делать?

Надежда, что я смогу хоть как-то сгладить эту ситуацию, начала стремительно таять и мне стало не по себе, когда я представила, что Яагер сделает со мной, когда все поймет. Нет, этого допускать нельзя.

— Отойди, иначе я начну кричать, — сказала, сквозь плотно сжатые зубы.

Яагер вновь оскалился и в следующее мгновение сжал ладонью низ моей толстовки, после чего резко дернул ее вверх. Моя реакция была молниеносной и я тут же упустив полотенце, изо всех сил потянула кофту вниз. Вырывалась и брыкалась. Шипела и, черт, была готова пнуть Яагера ногой, хоть и понимала, что это совершенно не поможет.

— Ты точно ненормальный! — закричала. Я хваталась за свою толстовку так, будто от этого зависела моя жизнь. Руки уже адски ныли и невыносимо болели, но я продолжала с силой тянуть кофту вниз. — На голого парня решил посмотреть? Не туда потянуло? Какой ужас! Да с тобой опасно жить в одной комнате!

После этих слов я услышала, как Яагер рыкнул. Почему-то в это мгновение он был похож на раненного зверя. Его раны кровоточили, а он вновь набросился.

Матиас опять дернул за толстовку. Резко и еще более мощно. Сил у меня было куда меньше, из-за чего, испуганная и в это мгновение потерянная в собственной панике, я не придумала ничего лучше, чем, продолжая сопротивляться, приблизиться к Матиасу и своим телом прижаться к его, так, чтобы между нами не осталось ни сантиметра расстояния. Просто сделала вид, что меня повело, из-за чего я приблизилась к нему.

Таким образом, даже несмотря на то, что Яагер уже поднял кофту выше груди, увидеть ее он не мог, а я молилась, чтобы он ничего не почувствовал. Ведь сама я в это мгновение так отчетливо ощущала каждую его стальную мышцу сейчас напряженную до предела. Раскаленную словно лава.

Яагер опять оскалился и вновь дернул за кофту, собираясь полностью снять ее с меня, но внезапно остановился. Замер, будто превращаясь в статую. Не понимая, что происходило, я резко подняла голову и увидела, что Матиас, наоборот опустив голову, тоже смотрел на меня. Наши взгляды встретились и у меня по коже пронеслось острое покалывание, будто меня пробило несколькими разрядами тока.

Я опять дернула за кофту и наконец-то смогла выдернуть ее из рук Яагера, но даже отойти не смогла, так как в это мгновение моя нога подвернулась. Я чуть не упала, но Матиас внезапно подхватил меня, рукой случайно пробираясь под кофту и сжимая грубую ладонь на моей талии. Ток бегущий по телу усилился и я прикусила губу, чувствуя, как сердце пропустило несколько ударов и, в тот же момент, ускорило свое биение.

Я вновь подняла голову и растерянно посмотрела на Матиаса, но внезапно отдаленно услышала шаги в коридоре. Буквально за считанные секунды успела отстраниться от Яагера, прежде чем дверь в душевую открылась и сюда зашел какой-то мужчина. Я понятия не имела, кто это — преподаватель или дежурный, но он окинул нас взглядом. Ненадолго задержался им на моем потрепанном внешнем виде и испуганном лице, после чего посмотрел на Матиаса.

— Яагер, к ректору.

Видно этот мужчина подумал, что Матиас пытался меня избить и, дьявол, я была этому рада. Хоть таким образом, но я спаслась. Вот только, когда мужчина развернулся и пошел к выходу из душевой, Яагер, прежде чем последовать за ним, наклонился и сказал мне на ухо:

— Продолжим в нашей комнате, когда я вернусь.