Глава 111

Женька

Следующие сутки я провела в каюте, не показывая и носа на палубе. Амалия была со мной, а еду нам приносил молодой матрос, которого я раньше не видела.

Что решил Макс в отношении меня, я не знала. Он больше не показывался, а я не стремилась с ним встретиться.

Но на второй день затворничества я увидела в иллюминатор, что мы подходим к суше, и решила, что стоит все-таки выйти на палубу. Там было многолюдно. Макс стоял за штурвалом, и я невольно залюбовалась этой картиной. Он, реально, находился в своей стихии. Рядом с ним я увидела Гильберта, который что-то показывал Максу на карте и спорил с ним.

Но, поразило меня не это…

На палубе стояла небольшая группа людей, которых я раньше видела в рабских цепях. Они были свободны, в руках у каждого был небольшой узелок с вещами, и они косились недоверчивыми взглядами в сторону Макса и Гильберта. Тут были и мужчины, и несколько женщин, одна из которых держала на руках мальчонку лет шести.

С ними стоял Ольф и еще несколько моряков. При этом, они не выказывали к рабам агрессии, что-то рассказывали им.

Увиденное меня поразило, и мы с Амалией, встав около борта судна, так, чтобы нас меньше кто видел, стали следить за происходящим.

Корабль причалил в порту. Как только спустили сходни, на палубу поднялся мужчина средних лет, который поздоровался с Максом и Гильбертом. Они о чем-то переговорили, после чего подошли к группе стоящих рабов, и новоприбывший, окинув их взглядом, весело сказал:

— Ну, что, готовы? Тогда пойдемте, у нас еще много дел. Меня зовут Айзек, можете обращаться, если что-то будет неясно.

С этими словами он направился к сходням, а за ним последовали люди, настороженно переговариваясь между собой. Когда часть людей уже стала спускаться, от них отделился мужчина, который подошел к Максу и низко ему поклонился. Что он ему при этом говорил, я не слышала, но, судя по его виду, благодарил за что-то. Макс ответил, после чего мужчина вернулся к поджидавшей его женщине, и они вместе спустились на землю.

Я так заинтересовалась происходящим, что даже не услышала, как рядом со мной оказался Ольф.

— Прогуливаешься?

Я вздрогнула от звуков его голоса и повернулась в сторону мужчины.

— Здравствуй. Скажи, а что тут происходит?

Ольф недоуменно посмотрел на меня, а потом пояснил:

— Ничего… Айзек забрал с собой тех, кто захотел вернуться домой.

— В смысле? Только не говори, что ваш Кэп отпустил своих рабов по домам??? Что, у него шахты закончились, и рабсила больше не требуется? Не пытайся его обелить, мне достаточно рассказали о вашем хваленном Кэпе…

Ольф внимательно посмотрел в мои глаза, потом бросил взгляд на Макса, который вернулся на капитанский мостик. Взял меня под локоть и увлек на корму, подальше от глаз. Там он встал напротив меня и серьёзно сказал:

— Евгения, я не знаю, что у тебя в голове, да и, честно говоря, не хочу в этом разбираться. Если бы ты не вылечила моих друзей и не вела бы себя во время плаванья, как нормальная баба, я бы вообще с тобой разговаривать не стал. А так, скажу, но повторять больше не буду. Если не хочешь неприятностей, не стоит на фрегате, или на нашем острове хаять Кэпа… Он, хоть и приказал тебя не трогать, но, найдутся те, кто может не послушаться. Тут все преданы ему и обязаны жизнями. Рабы, говоришь? Да, рабы! Я тоже был рабом, которого Кэп выкупил, а потом предоставил выбор: вернуться домой, или отправиться с ним, на его остров, где жить свободной жизнью. — С этими словами он рванул ворот рубахи и показал мне уродливую метку на плече. — Да, Кэп скупает тех, кого может, но всем предоставляет выбор. И мы больше не рабы, а свободные жители острова Свободы. Мы можем в любой момент уйти, но, поверь, желающих это сделать, пока не нашлось. И не потому, что мы боимся Кэпа, а потому, что мы обрели свой новый дом, где с нами считаются. А еще он разыскивает по невольничьим рынкам наших родных и привозит к нам. Да, мы все работаем, но за это мы получаем оплату, и никто нас ни к чему не принуждает. Говоришь, шахты? Да, они есть. И там работают люди, которые за свою работу получают очень хорошо, и они понимают, что за то золото, которое они добывают, другие рабы получат свободу… Поэтому, Женя, не смей высказываться плохо о Кэпе… Любой из нас, не задумываясь, пойдет ради него на все.

С этими словами мужчина сплюнул себе под ноги и пошел прочь, а я осталась на месте, удивленно смотря ему вслед и переваривая услышанное.

И тут же в голове всплыли слова Макса: «А ты, Женя, никогда не думала, что не всё всегда так, как кажется со стороны?». Теперь эти слова заиграли другими красками.

Черт, неужели, я, зря его обидела?

Сколько я простояла, облокотившись о борт корабля и переваривая услышанное и увиденное — я не могу сказать. Вырвала меня из раздумий Амалия, которая подошла и пристроилась рядом. Постояла немного, а потом тихо сказала:

— Если госпоже интересно… Я с братом говорила. У них спрашивали, кто хочет вернуться домой. Говорили, что помогут сделать документы и найдут место на корабле.

— И что сказал твой брат?

— Решил, что возвращаться некуда. Наше поселение сожгли, много стариков погибло. Наш остров же раньше был густонаселенный, но, каждый год, являлись эти работорговцы и угоняли людей. Так, вернешься, а что будет завтра? Наши все решили попробовать на новом месте. Говорят, что им землю выделят, чтобы могли новое поселение создать.

— А ты сама что думаешь?

Амалия опустила голову.

— А мне не предлагали. Я же ваша теперь… Но, вы же жена господина Аларика, вы же разрешите мне видеться с родными?

— Ну, хм, жена… Амалия, видишь ли, в чем дело… Я вскоре уеду. Далеко, в Империю. Хотела взять тебя туда и помочь устроиться. Естественно, как свободному человеку. Но ты можешь и остаться с братом. Решишь сама.

Амалия подняла на меня удивленный взгляд.

— Так вы даете мне свободу?

— Да я никогда не считала тебя рабыней. Просто, на тот момент, нужно было все сделать так, как сделал, гм, мой муж. Иначе, ты бы пострадала. Ты свободна, но я была бы рада, если бы ты, пока я не уеду в Империю, побыла бы моей компаньонкой. Просто, женского общения не хватает.

Девушка заулыбалась, и, радостно кивнула.

— Конечно, госпожа Евгения!

— Ну, раз мы договорились, пойдем в каюту и что-нибудь перекусим. Мне нужно о многом подумать…

Рэйнар, наследный принц Империи,

Касл-Рок, королевство Роуз

Отец сильно удивился, услышав о моем желании ехать в Роуз, тем более, что еще этим утром мы с ним по этому поводу повздорили. Но, естественно, возражать не стал. Подгоняемые пинками, Советники быстро обсудили все правки к Мирному договору, отдельно пометили пункты, в отношении которых можно торговаться, и, внесли мои поправки, на которых я отдельно настаивал.

Делегация уже была утверждена, нас с Ильминским просто добавили в список. Как мы ни подгоняли этих неповоротливых боровов, но, все равно выехали из столицы через день. Да и добираться пришлось на корабле — дескать, верхом, будет не солидно. И тут уже мы с Сашкой ничего не могли сделать: отец уперся и всё тут.

В общем, до Касл-Рока мы добирались без малого неделю. Естественно, наследный принц Алистер уже был во Дворце. Сколько я ни всматривался в лица встречающих нас, но Евгении не увидел. Сашка тоже выглядел недовольным. Хотя, я до сих пор не смог понять его отношение к Жене. С одной стороны, он готов был её защищать и говорил о том, что уже не имеет сильных возражений и, если Император вновь озвучит свой приказ, то он готов расстаться со своей холостяцкой жизнью. А, с другой стороны, ну не видел я с его стороны сильных чувств к Жене. Скорее, это было похоже на отношение старшего брата к младшей сестре.

Ну, или мне просто хотелось так думать.

Торжественная встреча, расшаркивания, после чего нас проводили в выделенные покои и сообщили, что планируется торжественный ужин в честь нашей делегации, а уже на следующий день — переговоры и обсуждение условий мирного договора.

И, вот, вроде как, все логично и по протоколу, но, мать его, меня беспокоил вопрос: что с Женей? А, поэтому, не долго сомневаясь, кивнул Алистеру и попросил уделить мне минуту. Он занервничал, но прошел со мной в малую гостиную. Ильминский увязался следом, что не добавило уверенности Алистеру, когда мы с ним остались наедине.

Чтобы не тянуть кота за хвост, Сашка сразу же задал вопрос про Евгению. Алистер вздрогнул, но стал петь песни, что никакой девушки с ним в Роуз не прибыло и что он вообще не понимает, о ком его спрашивают.

Очень хотелось взять его за грудки и хорошенько встряхнуть, но это спровоцировало бы международный скандал, чего я не мог допустить. Но руки чесались, не скрою.

Видя, как юлит Алистер, я просто взял и сказал, что ни о каких договоренностях не может идти речь, если в Роуз удерживают подданных Империи. После чего развернулся и ушел, обдумывая, как выйти на команду и узнать подробности.

А Сашка остался. У него, в отличие от меня, руки были более развязаны. Через некоторое время он зашел ко мне в покои, пряча костяшки на правой руке, и сказал, что Женя, действительно, была на корабле Алистера. Что её забрали с пиратского корабля, дескать, спасли, таким образом. Но, во время плавания, плененный пират устроил побег, и они, вместе с Женей, утонули…

От услышанной новости в груди похолодело… Ну не может быть такого!!!

Как? Почему? ... Она же была еще такой молодой! Нет, не верю!!!

Сашка выглядел расстроенным и поникшим.

Отказываясь принимать услышанное за чистую монету, прошелся по покоям, обдумывая ситуацию… Нет, этот слизняк мог сказать всё, что угодно. Надо потребовать встречи с его сопровождающими и переговорить с ними по отдельности.

С этой мыслью направился к дверям и отдал распоряжение дежурившему там слуге, чтобы немедленно сообщил королю Роуз о моем желании переговорить.

Протокол протоколом, но ведь именно Империя — победитель в этой войне и мне плевать на то, что торжественный ужин может задержаться. Меня интересует только один вопрос, из-за чего я и приперся в это богом забытое королевство…