Глава 126

Рэйнар

Идя на встречу с капитаном «Золотого Льва», чтобы произвести обмен, я и предположить не мог, кем окажется этот пират на самом деле! Максимилиан Блэкстоун — мой друг детства и юности, тот, который просто взял и пропал несколько лет назад.

Разговор с ним был тяжелым. Но он мне открыл глаза на то, что наши законы, которые мы чтили столько веков — несправедливы, что очень многие в королевстве, чувствуя свою безнаказанность, творят такую дичь, что диву даешься. А самое страшное — это то, что человек, которого я почитал всю свою жизнь, который был для меня примером, которого я уважал и безмерно любил, ведет свои подковерные игры за моей спиной. Строит интриги, прикрываясь моим именем, улыбается мне в глаза, соглашается со мной, а, отвернувшись, делает все наоборот.

Ведь я же тогда, вернувшись с поля боя, кинувшись к нему с просьбой отдать этот чертов остров, который нам был не нужен, рассказал, как мне важна жизнь Эжени, и он подписал Указ, пусть и не сразу. Но при этом отправил тому, кто должен был эту девушку спасти, депешу, в которой предлагал пирату ту же награду, если девушка не доедет до Империи.

Как это понимать? Да как я теперь вообще смогу ему верить?

И ситуация в стране с законами, с их исполнением… С тем, как людей продают? Да, Максимилиан рассказал страшные вещи, но это лишь то, что ему стало известно, а сколько всего ещё вопиющего происходит в Империи, о чем мы не знаем?

Предложил Максу вернуться и заняться вместе наведением порядка. И вовсе не из-за того, что чувствовал себя перед ним виноватым. Это наши с ним вопросы, которые к делу не относятся. Просто я ему верил! А в Империи, да и вообще в мире, не так много людей, о которых я могу так сказать.

Я был уверен в нем, несмотря на то, сколько прошло времени и как его потрепала жизнь. Я хорошо его знал, и такие люди, как он, не меняются. При своей вспыльчивости, резкости, авантюризме, любвеобильности, которые у него были с детства, он всегда оставался честным и благородным.

И своим поступком сегодня он только подтвердил, что ничуть не изменился. Женя ему понравилась, о чем он открыто заявил, но вместо того, чтобы выбрать сторону Императора и получить и остров, и девушку, он выбрал другой путь. И пусть он и заявил, что Империя его больше не интересует, но это не так. Мне много поступало донесений: и от наших отрядов, и просто от жителей уездов, и очень часто в них мелькало имя капитана «Золотого Льва», который всегда, во всех стычках, вставал на нашу сторону и помогал.

Как бы он ни злился на Империю, но любил и любит страну, в которой родился. Поэтому я от чистого сердца предложил ему вернуться и занять достойное его место. И был точно уверен, что если он примет мое предложение, то наведет порядок в сфере своей ответственности. А уж мы с Даниэлем занялись бы другими вопросами.

Пора много чего менять, и мы это обязательно сделаем. Наша страна будет благословенной, процветающей, и её жители будут рады, что живут именно тут.

Конечно, его слова про Женю не могли не оставить осадок в душе… Эта девушка стала для меня особенной, и то, что мой друг, всегда пользовавшийся у девушек успехом, тоже запал на неё, не могло меня оставить равнодушным. Но, еще раз говорю — я хорошо знал Макса. Он никогда не будет играть за моей спиной. Его предупреждение о трех месяцах, которые он мне давал для завоевания моей крепости, не были пустыми словами. Как бы ему ни было паршиво, но он сдержит слово и не будет мешать, если Женя выберет мою сторону.

А в том, что она в итоге все же выберет меня, я не сомневался. Я видел, что я ей нравлюсь и был уверен, что мы сможем найти в отношениях компромисс, который бы нас устроил. Отказываться от неё я не собирался.

Потом встреча с Женей, её искренняя улыбка и радость в глазах. Все проблемы временно отступили, и я даже позволил себе вольности, стоило нам остаться одним. И первый звоночек, когда она отстранилась и обозначила свою позицию. Да, именно это она и говорила там, в лагере… Временно отступил, давая ей время прийти в себя и понять, что больше ей ничего не угрожает.

Всё правильно. Поговорить мы успеем и в столице, а пока предстояло позаботиться о её комфорте и о том, чтобы в эту столицу попасть. Ведь мы прибыли в Мальское княжество на корабле, который я тут же отправил обратно. Дошли до гостиницы, где для Жени уже был приготовлен комфортный номер, и отправил записку местному градоначальнику с требованием предоставить лошадей и комфортный экипаж. А утром выехали в путь. Как Женя радовалась, когда увидела своих друзей! Прав был Сашка Ильминский, предложивший взять этих парней с собой. И как бойцы они себя зарекомендовали хорошо, и Жене в радость. Честно говоря, видя, как она их обнимает и каким счастьем сияют её глаза, я даже заревновал в первую минуту. Новое для меня чувство, честно говоря. Но потом вспомнил, кем они для неё являются, и расслабился. Друзьями не разбрасываются, если они настоящие, и я рад, что у Жени в этом мире такие друзья появились.

А в столице привез Женю в свой столичный особняк и вывалил на неё всё. И вот мне бы подождать, как-нибудь иначе всё сделать, но… терпеть больше не было сил. Как представил, что она сейчас закроется в своем баронстве и я не буду её видеть, так на душе становилось паршиво. Она была мне нужна, как воздух… И как итог: всё испортил! То, что любая другая девушка приняла бы как великую честь и за благо, Женя посчитала унизительным и оскорбилась. Но ведь я не собирался её покупать! Мне от неё нужны настоящие чувства. Сумбурно, но постарался это объяснить, и она, вроде бы, даже поняла, но стала раскладывать всю нашу с ней непростую ситуацию по полочкам… И ведь, на самом деле, прорисовывалась нерадужная картина… Чертов титул, чертова ответственность за страну, которая не дает правителю выбирать себе спутницу, руководствуясь выбором сердца.

И что делать?

Выбрать девушку, отказаться от титула наследного принца и стать просто графом Оманским по матери? Тогда надо мной не будут висеть эти все условности, и я смогу на законных основаниях строить свою жизнь так, как посчитаю нужным. Женюсь на Жене, дам ей защиту рода, и никто не посмеет пикнуть по поводу её репутации. Хоть я уже и не буду наследником Империи, но мало кто решится идти против меня. Как вариант… Но что тогда будет с Империей? Других детей у отца нет, а передавать власть дальним родственникам… Сашка Ильминский мог бы стать неплохим кандидатом, а я бы с моими парнями были его Советниками, но проблема в том, что политикой он никогда не интересовался, ему вообще трон не интересен, отец только зря его опасается. А более дальняя родня или другие аристократы? Может, я и предвзято отношусь к ним, но уверен, что если Императором станет кто-то из них после смерти моего отца, то Империю не ждет ничего хорошего… Так имею ли я право выбирать себя, свое счастье и ставить под угрозу благополучие миллионов людей? Ответ очевиден…

Но и выбрать Империю, потеряв женщину, которую полюбил, я не могу… Делить постель с той, которая «подходит», а думать в это время о другой, видеть свою любимую женщину рядом с другим… Рука невольно сжалась в кулак…

Женя уже покинула особняк со своими друзьями, а я все стоял у окна и размышлял… Выход… Должен быть другой выход… Тот, при котором я смогу Женю видеть рядом с собой и интересы Империи не пострадают…

Чёрт, как же сложно всё! Как было бы проще, если бы она была из нашего мира, воспитанная по нашим обычаям. Она была бы моей единственной официальной фавориткой, которую я бы любил и с которой бы проводил всё своё время… Будет жена? Да всё равно! Скрывать Эжени я бы не собирался. Как-нибудь консумировал бы брак, в идеале, чтобы жена сразу и понесла, а потом отселил бы в другое крыло, чтобы не мешала…

На этих мыслях горько усмехнулся. Ну вот, Рэй, мало того, что заранее обрекаешь будущую жену на унылое существование, так еще и Женю в мыслях пытаешься перекроить… Она такая, как есть, и именно такую: честную, своевольную, со своими принципами, ты и полюбил…. Будь она другая, будь такая, как все эти куклы, которых ты трахал, а потом мог и не вспомнить их имени — она бы никогда не смогла тебя заинтересовать по-настоящему.

Поэтому, думай! Думай, что ты можешь дать этой женщине… А если не придумаешь ничего, кроме унизительного для неё статуса фаворитки, то отойди в сторону… Дай ей найти свое счастье с другим, она того заслуживает… А сам тяни свою лямку.

Развернулся и, несмотря на позднее время, отправился во дворец. Мне еще предстояло выяснение отношений с отцом и ему сильно придется постараться, чтобы объяснить мне свои поступки.

Как я и думал, отец не спал и сидел в своем кабинете. При виде меня он поморщился и тут же накинулся с претензиями: почему я покинул королевство Роуз раньше времени и как я мог поставить под удар подписание мирного договора.

В общем, пришлось долго объяснять, что там и без мня справятся и что я вообще изначально не должен был туда ехать. Что главой делегации остался Сашка Ильминский, который там все разрулит. При упоминании Ильминского отец поморщился. Да, он не любил Александра и видел в нем угрозу, а я уже задолбался ему объяснять, что Ильминский на трон не претендует, более того, всячески пытается избежать политических игр.

А дальше — больше! Когда я озвучил свои претензии, отец даже не поморщился. Он не стал отказываться, что именно он и ответил Максу в свое время на его прошение, причем просто пожал плечами и заявил, что не видит в этом ничего предосудительного. Девчонка нарушила закон и убила своего мужа, и должна была за это понести наказание, чтобы другим женам неповадно было. Ну а то, что она оказалась бастардом герцога… Так ей же хуже! Дескать, он оказал услугу герцогскому роду, убрав для них угрозу тому, что «какая-то выскочка» начнет претендовать на титул… При этом он бросил фразу: «Женщина сама несет ответственность за то, что рожает бастардов, и мужчина в этой ситуации никак не виноват…»

Я поразился, и тут у меня в голове впервые мелькнула мысль: « А я точно единственный ребенок этого человека? Или у меня, как у Макса, где-то ходит на стороне незаконнорожденный брат или сестра?»

Задал этот вопрос отцу, а он только недовольно скривился:

— Я не интересуюсь теми, кого когда-то имел. Они все знают, чем рискуют, если осмелятся родить. Так что можешь не переживать, если кто и объявится на горизонте, я устраню эту проблему.

Смотрю на этого человека и понимаю, что за маской доброго и заботливого правителя скрывается монстр… Развернулся и ушёл, хлопнув дверью. Больше оставаться во дворце я не собирался.

Перебрался в столичный особняк и стал заниматься неотложными делами. Война нанесла большой урон, и требовалось много сил и денег, чтобы помочь уездам и жителям. Благо, я имел титул соправителя, и мне не нужно было согласовывать каждую монету с Императором. Он несколько раз посылал за мной, но я игнорировал его приглашения.