Глава 14

Евгения

Так и пролетели дни до приема, организованного в честь дня рождения Императора. С наследным принцем мы больше не пересекались, что меня вполне устраивало. Он не приходил ко мне, а я не ходила по всему дворцу, довольствуясь своими покоями и библиотекой.

А утро дня, в который должен был состояться приём, началось суматохой с того, что в мои покои ворвалась Мина, как раз тогда, когда я занималась своими упражнениями, и стала причитать, что времени всего ничего, а сделать надо так много. Я удивленно посмотрела на висящие в моих покоях часы… Было раннее утро, прием был назначен на пять часов вечера, или его перенесли на более ранний срок, а мне об этом неизвестно? На мой уточняющий вопрос Мина подтвердила, что да, на пять часов, но это время пролетит быстро.

Прикольно… Я отослала Мину за завтраком, а сама закончила упражнения в спокойном режиме. Бедные местные кумушки, если они к балу чуть ли не за сутки начинают готовиться. А мне, по моим расчётам, должно было хватить часа три в неторопливом режиме.

Вскоре вернулась Мина, неся на тарелке ложку какого-то овощного салата и стакан с морсом, объяснив, что все аристократки так завтракают перед приемом. Я рассмеялась и отправила её обратно, приказав принести что-нибудь существеннее.

Я не собиралась падать на этом приеме в голодный обморок, а поэтому стоило перекусить плотно. А после завтрака вышла погулять в парк при Императорском дворце. Все эти дни хотела туда сходить, но все не получалось, а сегодня решилась. Во-первых, чтобы не слушать причитания Мины, которая пыталась выслужиться передо мной в последний день. Помнила же, чертовка, что я обещала её отблагодарить, если останусь довольна её работой. А во-вторых, сегодня можно было не опасаться встретить тут аристократок, так как все собираются на прием, и им не до прогулок.

В общем, приказала Мине проводить меня до входа в парк, внимательно ознакомилась со схемой, которую потребовала показать мне местного садовника, а потом вступила на широкие аллеи. Как я и предполагала, ни одной живой души, кроме спешащих по своим делам слуг, я не увидела и насладилась прогулкой и одиночеством в полном объеме.

Парк был великолепен! Широкие аллеи, красивые фонтаны, беседки, увитые плетущимися цветами, множество разнообразных цветов, деревьев и кустарников. Какие-то растения были мне знакомы, а какие-то — нет. Моё внимание привлёк большой красный цветок, растущий посреди огороженной клумбы, и я, убедившись, что рядом никого нет, шустро перешагнула через ограждение, намереваясь его понюхать, но в ту же секунду мою талию обхватила чья-то горячая и сильная рука, а над ухом раздался вкрадчивый голос:

— Осторожно, баронесса! Этот цветок не просто так находится на огороженной клумбе. Он ядовит, и если вы его коснётесь, он выстрелит вокруг иголками, на которых есть яд. Убить такой укол не убьёт, но много неприятных моментов доставит.

Услышав это, я вздрогнула и отпрянула от цветка, а потом развернулась в кольце обхвативших меня рук и уперлась своими ладонями в грудь наследного принца, пытаясь от него отстраниться.

— Спасибо, Ваше Высочество, за помощь, я больше не рвусь к этому цветку, и вы можете меня отпустить.

На что он ехидно улыбнулся и промурлыкал, как довольный кот:

— Ну, может, я не уверен в том, что вы нормально держитесь на ногах? Вдруг я не успел, и цветок успел выпустить в вас свою иголку? Что, если я отпущу вас, и вы не удержитесь на ногах от слабости? При таком положении дел я просто обязан оказать посильную помощь и проводить до лавочки в беседке, чтобы вы смогли отдышаться и прийти в себя.

С этими словами это наглое Высочество подхватило меня на руки, как пушинку, и потащило в сторону ближайшей беседки. В первую минуту я растерялась, а потом стала активно отбиваться и пытаться вырваться, но мои удары по этой каменной груди не привели ни к каким результатам, и он выпустил меня из своих загребущих рук, только усадив на скамейку в беседке.

Почувствовав свободу, я тут же вскочила и грозно уставилась на местного ловеласа.

— Да… Да что вы себе позволяете!!!

На что принц улыбнулся и развалился на соседней скамейке:

— Ну, мы скоро расстанемся, вот решил напоследок с вами пообщаться. Вы же всегда говорили, как сильно меня любите, или это была ложь?

От такой наглости я опешила, а потом выдала:

— Знаете, Ваше Высочество, камеры темницы прекрасно избавляют от заблуждений, вот и меня избавили от нездоровой тяги к вашей персоне, так что не стоило беспокоиться, могли просто помахать ручкой на прощанье, когда буду садиться в экипаж.

Веселье с принца как рукой сняло, и он вполне серьезно проговорил:

— Вот об этом я и хотел поговорить. Я хотел принести тебе, Эжени, свои извинения за то, что тебе пришлось провести несколько часов в таких неподобающих условиях, а также хотел поблагодарить за время, которое мы провели вместе. И в знак этого прошу, прими от меня это.

С этими словами Рэйнар достал из кармана футляр и протянул его мне. Брать подарок я не собиралась, а поэтому даже руки спрятала за спиной.

Принц, увидев такую мою реакцию, сам открыл футляр, и в свете солнца засверкали грани потрясающего колье, в комплекте с которым шли и серьги. Этот гарнитур отлично гармонировал с моим бальным платьем, и на минуту я даже подумала о том, чтобы его взять.

— Возьми, Эжени. Это от души.

Отрицательно покачала головой и вышла из беседки. Настроение было испорчено. Было очень обидно за настоящую Эжени, а гордость восприняла этот подарок как попытку откупиться. Как он там говорил? Эжени была невинной, а потом он просто сказал ей о расставании. Значит, в эту побрякушку он оценил её честь и то, что она его любила? Хотя, может, и не любила, конечно, а только играла, но он-то об этом не знает. Ну а мне так и подавно эти побрякушки не нужны. Чтобы потом смотреть и вспоминать, кто мне их подарил? Нет, вот если бы он мне Указ принес, в котором дает мне «вольную», я бы схватила без раздумий, а побрякушки пусть дарит своим подстилкам. Я, слава богам, такой не являюсь. Вспомнила, кем была Эжени при принце, поморщилась и поправила сама себя: «Уже не являюсь».