Глава 4

Женя

Темнота, холод и ничего вокруг. Нет ни боли, ни понимания, где я… Никаких мыслей, на душе покой и умиротворение, и только чувство холода, которое не давало полностью расслабиться. Впереди показалась точка света, и я на интуитивном уровне поняла, что там огонь и там я согреюсь.

Но сколько бы я ни пыталась идти туда, тело меня не слушалось и оставалось на месте, как будто кто-то меня не пускает вперёд, а потом так вообще я почувствовала, как меня хлещут, с силой хлещут по щекам, отчего вернулась в реальность и попробовала открыть глаза. Сразу вернулись все воспоминания и дикая боль. Попыталась навести резкость и рассмотреть, кто так бесцеремонно бьёт меня по щекам и тычет мне в нос вонючую гадость.

Надо мной сидели двое: Хель и какой-то странный мужичок-с-ноготок в белом балахоне, и вот именно он и держал около моего носа какую-то странную склянку с дурно пахнущим веществом.

Увидев, что я осмысленно смотрю на неё, Хель взбодрилась и быстро проговорила:

— Ну, давай же, озвучивай своё желание, карточные долги надо отдавать… Что хочешь?

Секундная заминка — и ответ:

— Второй шанс, и чтобы Илье досталось по заслугам… — при этом бросила взгляд на висящую в коридоре небольшую камеру видеонаблюдения, которую установили ещё родители после того, как к ним в квартиру один раз залезли грабители.

Хель проследила за моим взглядом и хмыкнула, а потом деловито уточнила:

— С этим понятно, а второй шанс на что? И кому?

— Второй шанс мне на жизнь в здоровом теле.

Хель опешила и даже присела на пол. Мужичок всё это время держал свои руки у меня на груди, его руки светились, отчего боль я уже почти не чувствовала, как, в принципе, и своих ног. Услышав мой ответ, он рассмеялся:

— Ну, эту оболочку уже не назовешь здоровым телом, да… попала ты, подруга… — но тут же осёкся, поймав злой взгляд Смерти.

А та, видимо, прокручивала в голове наш договор, так как задумалась, а потом выдала:

— И где же я тебе должна найти здоровое тело? Думаешь, они у нас в шкафу на вешалке висят?!

В кармане её балахона что-то пикнуло. Она достала что-то, напоминающее планшет, на котором то появлялась, то пропадала какая-то точка. Бросила на него взгляд и только хотела убрать обратно, как передумала и стала вчитываться во что-то.

Старичок в хламиде тоже склонил лицо над планшетом, отчего ему пришлось сдвинуть руки, и на меня опять навалилась нестерпимая боль, от которой я застонала. Руки тут же вернулись на прежнее место, а Смерть, отвлеклась от своего планшета и ехидненько так спросила:

— Здоровое молодое тело аристократки, новый шанс на жизнь и новый мир… И только от тебя зависит, сможешь ли там прижиться. Репутация у твоего нового тела будет слегка подмочена. И мой долг уплачен. Устраивает? Других вариантов не будет, но решение срочно!

— Устраивает. Насчет долга… выполни сначала.

Смерть кивнула мужику в хламиде, тот убрал свои руки, и я, призрачная, зависла над своим поломанным телом, лежащим в неестественной позе.

Хель подхватила меня под руку, и нас закружило в темной воронке, куда-то потащило, а Смерть с деловитым видом давала последние наставления:

— Постарайся мужика не укокошить, иначе и тебя на куски порубят. И продержись, пока одна не останешься, а там поговорим. Ну, прибыли, давай, обживайся, — и толкнула меня в грудь одной рукой, а второй выдернула из темноты другую призрачную фигуру и исчезла, а я куда-то полетела.

Альтаир, Императорский Дворец

Рэйнар

День был суматошным, а еще и попаду теперь в новостные хроники, и опять не в приглядном свете, и все из-за этой ненормальной. Надо было с ней раньше расстаться, а не дожидаться, пока она мысленно себе корону на голову наденет и решит, что ей все позволено. А такая тихая и милая была вначале, да и тело шикарное, чего уж самому себе врать. В плане близости меня все устраивало, она быстро поняла, что мне нравится, и удовлетворяла меня в постели полностью. Но кроме этого — и все.

Пустая и не шибко умная, с ней даже не о чем поговорить было во время встреч. Все сводилось к банальному обсуждению приемов и новых сплетен, да постельных игрищ… В итоге я понял, что наш «роман» изжил себя, о чем и предупредил. И тут я понял, что сделать это надо было намного раньше. Она показала свой сволочной характер во всей красе. Надо будет завтра Стефании отправить подарок, бедная девочка, попала в заварушку.

Мысленно улыбнулся, вспомнив, как две аристократки делили меня и тягали друг друга за волосы на глазах всего дворца. Конечно, ничего смешного в этом нет, только куча проблем свалилась, да еще и накануне дня рождения отца, но … мне это даже польстило.

С этими мыслями прошел в купальню, где некоторое время нежился в теплой воде, а потом накинул легкие домашние штаны и рубашку и вышел в комнату, где мялся камердинер с виноватым видом.

— Что случилось?

— Простите, Ваше Высочество, к вам там баронесса Мильская. Уговаривает принять.

— В каком она состоянии? Буянит? И как отреагировала на требование освободить завтра покои во дворце?

— Не буянит, смирно ожидает вашего решения, на требование освободить предоставленные ей покои промолчала.

— Ясно… Пусть зайдет.

Подошел к стоявшему креслу и присел в него, взяв бокал с вином, чтобы чем-то занять руки. Ненавижу эти выяснения отношений, а она, скорее всего, за этим и пришла.

Камердинер вышел, а через минуту в гостиную вошла Мильская, кутаясь в легкий плащ, хотя погода стояла теплая.

Дождавшись, когда за ней закроется дверь, она подняла на меня свои прекрасные глаза, полные раскаяния, а потом в несколько шагов пересекла гостиную и красиво опустилась на колени около кресла, на котором я сидел, и, глядя на меня снизу вверх, быстро заговорила:

— Рэйнар, прости меня. Любовь к тебе толкнула меня на такой ужасный поступок. Ты же знаешь, как я люблю тебя, а услышать о нашем разрыве и увидеть, как ты нежно прижимал к себе другую женщину в беседке, было смерти подобно. Я понимаю, что ничего уже не вернешь, но прошу тебя подарить мне напоследок ночь любви, чтобы одинокими и холодными вечерами я могла вспоминать то, как мы были вместе.

С этими словами она распахнула плащ, в который куталась и в моих штанах стало тесно. Под плащом на Эжени были надеты короткие панталончики и тонкая кружевная сорочка, которая не скрывала всех её прелестей, а только подчеркивала их.

Да, что ни говори, но эта женщина знала, как преподнести себя, чтобы мужчина поплыл. Её тело было великолепно, и она умело подбирала наряды, чтобы подчеркнуть все его достоинства.

Судя по всему, вспыхнувшее желание она прочитала в моих глазах, так как довольно улыбнулась, и не успел я и глазом моргнуть, как оказалась у меня на коленях, сидя лицом ко мне и прижимаясь своими бедрами к моему уже приподнявшемуся другу.

Черт, опять я поплыл от неё!!!

Муки совести меня перестали грызть уже через несколько секунд, когда она накрыла мои губы поцелуем, а всем своим телом прижалась ко мне. Пусть все идет к лешему, но сегодня я в последний раз наслажусь этой красоткой, а там пусть отец выполняет свою угрозу и ищет ей мужа.

Нырнул руками под плащ, который она так и не скинула, и провел ими по её телу. Она очень удобно сидела, и мне эта поза понравилась. Потом я прервал поцелуй и стал спускаться поцелуями ниже. В этот момент почувствовал, как Эжени обмякла в моих руках, но потом вздрогнула и выгнулась, тихонько застонав. Вернулся к её губам и накрыл их в требовательном поцелуе, одновременно одной рукой сжав её ягодицы, прижимая к себе ближе, а второй обхватил полную грудь.

Мммм, как вкусно…

Девушка обхватила меня одной рукой за плечи и слегка поерзала на моих коленях. Потом раздался звук падения чего-то металлического о пол, и она вздрогнула, а затем отстранилась. Я затуманенными глазами увидел панику в её глазах.

Не успел я ничего понять своими поплывшими мозгами, как она подскочила с моих колен, предварительно выдав мне пощечину, и отскочила в сторону, бросая вокруг удивленные взгляды. А затем её взгляд упал на пол около кресла, и на нём появился ужас.

Что за черт?!

Тоже подскочил, держась за щеку, а потом посмотрел на пол и увидел кинжал, на гранях которого было что-то намазано.

— Ах ты ж…. вот как значит? СТРАЖА!!!

В покои тут же ворвались двое охранников, постоянно дежуривших около двери. Они быстро сориентировались, увидев кинжал около моих ног, и скрутили эту интриганку.

— В темницу её! Я потом решу, что с ней делать… И вызовите уже начальника службы безопасности, пусть возьмет это, — подтолкнул ногами кинжал, — и отдаст на исследование: чем она его намазала.