Глава 33

- Такие вопросы решает леди регент, - спокойно отозвался Микелетто кому-то за дверью, -  Разумеется, при поддержки верной консистории. Я передам милорду Бурхарду Талини о созыве курии. Вас пригласят. Винченцо, проводи господина в гостевые покои.

Кто такой Винченцо? Почему он стоял под дверью? Мысли путались, было до одури страшно! Я - ведь не Борджиа, а вообще из другого века! Да чтоб этот Дьявол провалился вместе с этой академией. “И твоим кардиналом”- гаденько прозвучал в голове голос Люцифера, а я выругалась. Мой кардинал - единственная радость в этом времени…

- Леди регент, консистория созвана, - услышала я за дверью голос Таллини, а Микелетто открыл двери. - Прошу следовать за мной.

Я вышла с гордо поднятой головой, стараясь никак не показать, что мне страшно. И, кажется, у меня получилось. Не помню за Микеллето привычки раздавать одобрительные улыбки направо и налево. Интересно, в чем его секрет? Почему он так болеет за Чезари? Нужно взять на карандаш и как-то аккуратно это выяснить.

Мы шли по апостольскому дворцу. Наши шаги гулко отдавались от стен и эхом разносились по всем помещениям. Создавалось впечатление, что весь Ватикан дружно вымер.

- Леди регент Его Святейшества, Папы Римского, Александра шестого, леди Лукреция Борджиа, - объявил зашедший вперед меня в залу Бурхард,  а я чинно и медленно зашла за ним, ударив током надменных глаз всю курию. По недовольным кучкам кардиналов  послышались противные и неразборчивые шепотки.

Дойдя до трона Святого Петра я медленно стала опускаться, но Микелетто меня остановил.

- Встать! - рявкнул он, буравя всех собравшихся ненавидящим взглядом. Кардиналы повскакивали со своих мест. И только тогда Микелетто разрешил мне кивком приземлиться на трон. Честно говоря, невольно вздрогнула, когда он скомандовал курии. Страшный он все-таки мужик.

- Собрание консистории леди регентом папы Римского Александра шестого, леди Лукреций Борджиа объявляется открытым. - на одном дыхании выдал церемониймейстер, а потом набрав побольше воздуха добавил, - Conclavi declaratur aperta! Аудиенцию требует мирный посол герцогини Катерины Сфорца.

В залу вошел запыленный молодой человек. В руках он держал красивый ларец. Посол подошел ко мне и, немного поколебавшись, припал на одно колено, чтобы поцеловать мой перстень.

- Герцогиня Форли, Катерина Сфорца, известная, как львица Романии, - отчеканил парень, опасливо косясь на Микелетто. Я заметила, что все, кто замышляют какую-то гадость обычно косятся на Микеллето!  - Передает папе Римскому, Александру Шестому мирный договор и просит о переговорах.

От консистории отделился кардинал средних лет и подойдя к послу протянул руку, чтобы взять у него ларец.

- Вице-канцлер, Асканио Сфорца, - прошептал Микелетто, а я кивнула. Кардинал Сфорца развернулся в мою сторону.

- Я бы не стал доверять своей кузине, леди регент, - припечатал асканио. вводя меня в полный ступор, - Я смею предложить сжечь этот ларец, передав его кардиналу Алессандро Форнезе.

- Смею отказаться от такой чести!  - нервно вскочил довольно молодой кардинал и умоляюще посмотрел на меня.

- А почему вы сами не хотите сжечь ларец? - поинтересовалась я у Асканио, но тот лишь усмехнулся.

- Мне дорога моя жизнь, принцесса Ватикана, - подчеркнул он, казалось, очевидное для всех, кроме меня, - А я не хочу встретиться с начальством раньше времени. К тому же, моя кузина открыто ненавидит вашего отца и папу всея единой матери святой церкви. Ненависть длинною несколько лет не может просто так закончиться мирным договором. Даже видя, что Ваш брат, ЧезАре, возглавил поход на Неаполь. Я прошу Вас прислушаться к моим словам, как верного единой матери церкви кардинала и поддерживающего семью Борджиа.

- Подхалим, - выплюнул кто-то из консистории, в кардинал Сфорца повернулся на голос.

- Кардинал Колонна, как хорошо, что вы подали свой голос. Я о уже и позабыл о вас, - оскалился в улыбке Асканио, смотря на курию с превосходством. - Скажите, вы уже уплатили штраф за убийство своей куртизанки? Я был сегодня утром у папского казначея, Алессандро Фарнезе, и не видел от вас поступлений.

Ну нифига себе новости! У них за убийство наложницы штрафуют! Просто штрафуют!  Зверство!

- Тишина! - рявкнул Таллини и тут же предоставил мне право голоса, - Леди регент?

Я молчала, скорбно и нервно поджав губы. Микелетто разочарованно вздохнул за моей спиной. Давай, Лера, не позорься! Это как диплом защищать! Все знают, что тебя выпустят, но никто не знает с чем! Как насчет кинжала в спине?

- Итак, как мы все знаем, что Катерина Сфорца желает зла Его Святейшеству, а так же угрожает низложением его с престола Святого Петра, - начала я, а консистория активно закивала. Правда, многие из кардиналов сохраняли прежнее недовольное выражение лица. А не в сговоре ли с ними действует Катерина, если они так обиделись за то, что я не соизволила открыть ларец? - Думаю, что мы поручим уничтожение ларца, вот Вам!

Я ткнула пальцем на бесцельно рассматривающего свои ногти молодого кардинала. Мне почему-то он показался самым противным. Так что если с ним что-то случиться - я переживать не буду. Мне кажется, что даже имя узнавать не стоит.

- Почему я? - заорал кардинал вскакивая со своего места и подлетая ко мне. Наемник одним резким движением вытащил стилет и направил на возмущенного кардинала. Я показала Микелетто жестом остановиться. Что-то мне подсказывало, что я не зря его выбрала. - Я не буду рисковать своей жизнью, ради Борджиа!

- А вы рискуете не для семьи Борджиа, - стараясь повторить тон Микелетто, ответила я.  Сохранить надменное выражение лица стоило немалых усилий. - Вы рискуете жизнью ради той, которой служите. Вашей жены. Единой святой матери церкви. А так как Александр Шестой и есть наместник бога на земле, он и есть эта церковь. Примите приказ от меня, как регента. С достоинством святого кардинала.

Пока кардинал обдумывал мой ответ, к нему подошел Асканио Сфорца и быстро всучил ларец.  Парень в панике стал оборачиваться на консисторию, но все сделали вид, что не замечают его присутствия. Словно похоронили заочно.

- Ну же, Никколо делла Ровере, будьте героем! - с усмешкой  подстебнул его Асканио, спокойно присаживаясь на свое кардинальское место, - Ради святой единой матери церкви, ради конклава и леди регента.

- Я не подчинюсь шлюхе собственного брата! - заорал он, обжигающей ненавистью глядя на меня, а у меня начинали сдавать нервы. Достали! -  Благословен будет тот, кто подставил свечу под канат вашей спальни!

И тут я окончательно не выдержала и, встав с трона, отвесила затрещину заносчивому сопляку. Ни слова не говоря я направилась к выходу из залы. Неся поруганную честь и достоинство в сторону коридора. Микелетто, догнавший меня в дверях молчал, но мне показалось, что смотрел с уважением. У меня больше не осталось сомнений, что нас хотел убить кто-то из консистории. Ну, я им устрою! Святые люди!

- Собрание консистории объявляется закрытым! - донесся до нас голос Таллини, - Сonventu completur.

Уже в коридорах дворца нас с нянькой догнал посол Катерины Сфорца.

- Что я должен передать хозяйке? - настороженно спросил он, не поднимая головы и падая передо мной на колени, - Она будет в гневе, если я не принесу ей вести.

Я шла вперед, стараясь не обращать внимания на навязчивого посла, как вдруг услышала кашель бабульки, что помогала мне в замке моего мужа. Я резко обернулась. Но ее нигде не было, зато посол так и не поднялся с колен, покорно склонив голову. Либо я схожу с ума, либо…

- Она шантажирует тебя? - вдруг выпалила я, сама не понимая почему. Странно, я  ведь хотела спросить совершенно другое. - Ответь мне, как регенту Его святейшества.

- У нее мой сын, миледи, - тихо отозвался посол, а у меня сжалось сердце. Понятное дело, Катарина будет мстить. Она на своем опыте поняла слабое место каждого родителя. - Я не могу ослушаться приказа госпожи.

- Передай, что послание будет дожидаться возвращения отца, - решила я, а посол обрадовался и кивнул. - И передай ей мою благодарность за мужа. Она поймет о чем я. Она была права. Во всем.

Посол подскочил как ужаленный и направился к выходу из апостольского дворца.  Я смотрела ему в след и пыталась соотнести кашель бабушки и свои слова, сказанные очень вовремя.

- А ты говорила, что не справишься, - немного насмешливо похвалил меня Микелетто, глядя на меня с гордостью. За его спиной замелькала знакомая лиловая ряса архиепископа. - У Вас, Борджиа, это в крови.

- Леди Лукреция, - поцеловав мой перстень, произнес запыхавшийся Пьетро Бембо, который со всех ног бежал к нам на встречу. - Вы должны взглянуть. Это срочно!